Уральский юридический институт МВД России
К вопросу о ресоциализации спецконтингента советской пенитенциарной системы в годы Великой Отечественной войны
Кудоярова Гульнара Ракитовна
Аннотация
Статья посвящена ресоциализации спецконтингента пенитенциарной системы в Советском государстве в годы Великой Отечественной войны (1941-1945). Внимание уделено теоретическому определению ресоциализации, указывается на необходимость разграничения понятий «ресоциализация», «реинтеграция», «реабилитация». На основе ретроспективного анализа определены особенности ресоциализации в указанный период времени.
Ключевые слова: ресоциализация; заключенные; Великая Отечественная война; лагеря и колонии НКВД СССР; Гулаг.
Annotation
On the issue of resocialization of the special contingent of the Soviet penitentiary system during the Great Patriotic War
Kudoyarova Gulnara Rachitovna, Ural Law Institute of the Ministry of the Interior of Russia
The article is devoted to the resocialization of the special contingent of the penitentiary system in the Soviet state during the Great Patriotic War (1941-1945). Attention is paid to the theoretical definition of resocialization, the need to differentiate the concepts of «resocialization», «reintegration», «rehabilitation» is pointed out. On the basis of a retrospective analysis, the features of resocialization in the specified period of time were determined.
Key words: resocialization; prisoners; the Great Patriotic War; camps and colonies of the NKVD of the USSR; Gulag.
Основная часть
До недавнего времени в юриспруденции, как и в смежных гуманитарных науках, не было выработано единого определения термина «ресоциализация». Плюрализм мнений в данном вопросе обусловлен сущностью самого понятия, которое можно определить и как процесс, и как результат. Кроме того, исходя из логики, определение ресоциализации строилось на понимании термина «социализация». В связи с этим в исследованиях оно фигурирует в широком и узком смыслах. В широком смысле дефиниция означает процесс повторного прохождения социализации. В узком смысле оно используется в криминологии, пенитенциарной педагогике, обозначая вопросы, связанные с проблемами проявления в обществе девиантного поведения.
М. С. Рыбак, разрабатывая научные положения, раскрывающие понятие, содержание, этапы ресоциализации осужденных к лишению свободы, говорит о необходимости четкого разграничения понятий «ресоциализация» и «исправление», ввиду их сложного соотношения См.: Рыбак М.С. Ресоциализация осужденных к лишению свободы (Проблемы теории и практики): дис.... д-ра юрид. наук. Саратов, 2001.. Ю. В. Баранов считает, что «сущностью ресоциализации лиц, осужденных к лишению свободы, может быть названа вторичная, возобновленная социализация, включающая в себя как процессы адаптации и интеграции, так и процессы индивидуализации осужденного, которые продолжительны и носят продолжаемый характер» Баранов Ю. В. Сущность ресоциализации осужденных к лишению свободы и лиц, освобожденных из мест лишения свободы.. Следует отметить, что понятия «ресоциализация», «реинтеграция», «реабилитация» зачастую употребляются как тождественные, являясь определением, по сути, одного процесса - возврата десоциализированного индивида в общество, т. е. сводятся, по сути, к внутреннему процессу.
В статье 25 Федерального закона от 23 июня 2016 г. № 182-ФЗ «Об основах системы профилактики правонарушений в Российской Федерации» законодательно дано определение термина ресоциализации: «Ресоциализация представляет собой комплекс мер социально-экономического, педагогического, правового характера, осуществляемых субъектами профилактики правонарушений в соответствии с их компетенцией и лицами, участвующими в профилактике правонарушений, в целях реинтеграции в общество лиц, отбывших уголовное наказание в виде лишения свободы и (или) подвергшихся иным мерам уголовноправового характера». Ст. 17 указанного закона относит ее к формам профилактического воздействия.
Целью ресоциализации закон определяет реинтеграцию в общество бывших осужденных, т. е. выработку социально приемлемых форм поведения человека, достижение такого уровня его культурного состояния, которое необходимо для полноценной жизнедеятельности в рамках существующего общества.
Таким образом, законодатель, наконец, определился с понятийным аппаратом, выделив ресоциализацию как комплекс мер, а реинтеграцию как конечную цель.
Реинтеграция - процесс длительный, требующий подготовки, определенных усилий не только со стороны должностных лиц, осуществляющих ресоциализацию, но и самих осужденных. Соответственно, возникает вопрос: когда, как не во время отбывания наказания, следует начинать процесс по выработке социально приемлемых форм поведения?
В советском праве не существовало понятия ресоциализации как такового. Однако в Исправительнотрудовом кодексе 1933 г. цель исполнения уголовного наказания была обозначена как «перевоспитывать и приспособлять к условиям трудового общежития», таким образом включалась ресоциализация как деятельность, осуществляемая органами и учреждениями пенитенциарной системы, в отношении лиц, отбывающих наказание, в целях отступления последними от девиантного поведения, привития законопослушного поведения и успешного возвращения в общество после освобождения. То есть здесь мы говорим о ресоциализации как процессе для создания предпосылок реинтеграции.
Ресоциализация как комплекс мер в целях реинтеграции в общество лиц, отбывших уголовное наказание, во время Великой Отечественной войны характеризовалась слабым развитием. Это обстоятельство было обусловлено отсутствием легальных конкретных критериев оценки личности человека, отбывающего наказание. ресоциализация реинтеграция уголовный война
Говоря о ресоциализации отбывших уголовное наказание, следует отметить, что в советском праве существовал опыт ее осуществления. В частности, ст. 227 Исправительно-трудового кодекса РСФСР 1924 г. определяла следующие меры по оказанию помощи лицам, отбывшим наказание: а) оказание материальной помощи неимущим заключенным; б) оказание необходимой поддержки при возвращении на родину или на место постоянного жительства при освобождении из мест заключения; в) предоставление по освобождении из мест заключения жилых помещений и питания на льготных условиях; г) предоставление ссуд на приобретение рабочего инвентаря и обзаведение необходимыми предметами домашнего обихода; д) устройство мастерских и предприятий для применения труда бывших заключенных; е) подыскание им занятий; ж) оказание юридической и медицинской помощи; з) профессиональное и общеобразовательное их развитие. Статья 229 устанавливала создание комитета помощи освобождаемым, организуемого в каждой области и действующего на основании специального Положения. 24 января 1925 г. ГУМЗ НКВД РСФСР было принято Положение о Всероссийском и губернских (областных, краевых) комитетах помощи содержащимся в местах заключения и освобождающимся из них, в котором помощь предполагалась путем «объединения государственных, профессиональных, кооперативных и политических учреждений и отдельных деятелей, желающих бороться с нуждой, ведущей к повторной преступности». Однако подобные комитеты не получили распространения. И их деятельность в рассматриваемый период времени не осуществлялась.
Действенным механизмом ресоциализации спец- контингента указанного периода, по нашему мнению, следует назвать отправку на фронт с последующим снятием судимости.
В справке о спецконтингентах, переданных Красной Армии местами заключения НКВД СССР с начала Великой Отечественной войны по 1 сентября 1944 г., даны сведения о том, что всего в ряды Красной Армии лагерями и колониями НКВД СССР, а также тюрьмами (включительно по 1943 г.) было передано 1 030 494 чел. Основную массу (615 040 чел.) составили заключенные лагерей и колоний НКВД-УНКВД1. Согласно справке по работе отдела УРЗ НКВД от 30 марта 1945 г. всего досрочно было освобождено и направлено в ряды Красной Армии 1 064 800 чел. и еще 10 000 готовились в передаче в военкоматы См.: ГУЛАГ: Главное управление лагерей. 1918-1960: сб. документов. С. 428. См.: История сталинского ГУЛАГа. Конец 1920-х - первая половина 1950-х годов: собр. док.: в 7 т. Т. 4. С. 101.. Кроме того, в соответствии с решением правительства были досрочно освобождены и переданы на предприятия оборонной промышленности осужденные по указам Президиума Верховного Совета СССР за прогулы и самовольные уход с производства, а также малозначительные преступления - 31 600 чел. А по указу от 18 января 1945 г. были досрочно освобождены 3 411 осужденных за бытовые и малозначительные преступления беременных и женщин, имеющих малолетних детей.
Как пишет Н. С. Черушев, представители высшего и старшего командного звена, освобожденные из заключения в 1941-1945 гг., занимали крупные командные, штабные должности. «Наиболее подготовленные из них командовали фронтами, армиями, корпусами, дивизиями, возглавляли штабы объединений и соединений, внеся достойный вклад в достижение победы над гитлеровской Германией, в разгром ее вооруженных сил, в развитие теории и практики военного дела, военного искусства»1.
«Белое пятно» в истории Великой Отечественной войны - деятельность штрафных батальонов и штрафных рот, появление которых связано с приказом Наркома Обороны СССР от 28 июля 1942 года № 227, в котором говорилось: «1. Военным советам фронтов и прежде всего командующим фронтами... в) сформировать в пределах фронта от 1 до 3 (смотря по обстановке) штрафных батальонов (по 800 чел.), куда направлять средних и старших командиров и соответствующих политработников всех родов войск, провинившихся в нарушении дисциплины по трусости или неустойчивости, и поставить их на более трудные участки фронта, чтобы дать им возможность искупить кровью свои преступления против Родины.
Военным советам армий и прежде всего командующим армиями.
в) сформировать в пределах армии от 5 до 10 (смотря по обстановке) штрафных рот (от 150 до 200 чел. в каждой), куда направлять рядовых бойцов и младших командиров, провинившихся в нарушении дисциплины по трусости или неустойчивости, и поставить их на трудные участки армии, чтобы дать им возможность искупить кровью свои преступления перед Родиной» Черушев Н. С. Из ГУЛАГа - в бой. М., 2006. С. 505. Русский архив: Великая Отечественная: Приказы Народного комиссара обороны СССР 22 июня 1941-1942 г. Т. 13 (2-2) / сост. А. И. Барсуков и др. М., 1997. С. 278..
Согласно Перечню № 33 стрелковых частей и подразделений (отдельных батальонов, рот и отрядов) со сроками вхождения их в состав действующей армии в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. указанному приложению к директиве Генерального штаба от 2 июня 1962 г. с 1942 г. до 1945 г. существовало 65 штрафных батальонов и 1065 штрафных рот См.: Правда о штрафбатах 2 / сост. В. О. Дайнес, В. В. Абатуров. М.: Эксмо, 2008; Кузьмичёв И. В. Штрафники // Сержант. 2000. № 1 (14). С. 28-33; Рубцов Ю. В. Штрафники Великой Отечественной. В жизни и на экране. М., 2008. С. 36.. По архивным данным, представленным в исследовании Воробьева С. М., за время войны численность переменного состава штрафных частей составила 427 910 чел.: 1942 г. - 24 993 чел., 1943 г. - 177 694 чел., 1944 г. - 143 457 чел., 1945 г. -81 766 чел. См.: Воробьев С. М. Предпосылки заглаживания морально
Согласно Положению о штрафных батальонах действующей армии от 26 сентября 1942 г., приведенному в приказе от 28 сентября 1942 г. № 298, штрафные батальоны создавались с «целью дать возможность лицам среднего и старшего командного, политического и начальствующего состава всех родов войск, провинившимся в нарушении дисциплины по трусости или неустойчивости, кровью искупить свои преступления перед Родиной отважной борьбой с врагом на более трудном участке боевых действий»го вреда потерпевшим посредством направления в штраф. Однако в штрафные батальоны зачастую направлялись осужденные за контрреволюционные преступления, бандитизм, разбой, грабежи, воры-рецидивисты, лица, имевшие уже в прошлом судимость за перечисленные преступления, а также неоднократно дезертировавшие из Красной Армииные подразделения // История государства и права. 2015..
Из воспоминаний пышминца ветерана Великой Отечественной войны Шамаева В. С.: «В г. Слободской я учился на курсах младших командиров (потом остался обучать новобранцев. - Г. К.). Позже к нам доставили вновь сформированные штрафные батальоны - матерых уголовников. Было очень тяжело с этими людьми, у них свои законы, свое мировоззрение. Официально считалось, что им предоставлена возможность кровью искупить свою вину перед обществом. На деле они использовались как «пушечное мясо» в первых рядах атакующих, когда в лицо им смотрели немецкие дула, а в спину упирались свои штыки. Зэки это понимали, оказывали неповиновение командирам, отказывались ходить на занятия, а по ночам в казармах играли в карты и даже уходили воровать. Их мало интересовало устройство гранат, минометов и другой техники. Интуитивно они чувствовали, что боевой путь их будет недлинным. Меня с группой офицеров и младшего командного состава отправили в Ленинград. Одели всех с иголочки - обмундирование хрустело, сапоги сверкали. Приехали из Кирова со своими зеками. Они по дороге все с себя проиграли. Пропили - на фронт приехали как оборванцы. Другого от них никто не ждал, хотя где-то в глубине души была надежда, что проснется в них какая-то искра при приближении к линии боя. Зачастую так и бывало. Впоследствии, когда штрафные батальоны шли в атаку впереди наших танков, они наводили такой ужас на немцев, что об этом ходили легенды»№ 18. С. 60-63..
Из воспоминаний пышминца ветерана Великой Отечественной войны Захарова А. Ф.: «На помощь нам прислали штрафников. Дрались они бесстрашно, т. к. им терять было нечего. Немцы их боялись, как огня. Штрафбат не кричал «Ура!», в атаку они шли с дикими матерными криками. Пленных они не брали, если на пути попадался вражеский солдат, убивали штыком или пулей. Между прочим, среди них было много настоящих патриотов, ведь попадали в тюрьмы по самым разным причинам. В этом же бою погиб у нас один шофер. Он хотел выпрыгнуть из кабины, но его подстрелили, при этом попали в бензобак. Машина загорелась, шофер тоже начал гореть. В это время один из штрафбатовцев сел за руль горящей машины, успел отогнать ее в сторону, и выпрыгнул из нее прежде, чем она взорвалась. Надо отдать им должное, в критических ситуациях они действовали молниеносно»1.