Материал: iaponiia_ezhegodnik_2021_tom_50

Петрова А. А. «Дзоку хонтё одзёдэн»

не должен отвлекаться ни на что другое — в помощь этому и служат описанные Гэнсин действия [Stone 2016, р. 51–53]. Как говорится в О:дзё:ё:сю:, «…эта последняя дума [о будде] перед смертью перевесит все деяния, совершенные тобой за сто лет. И если этот миг будет тобой упущен, перерождение [в сансаре] будет неизбежным». [Авдюшенкова 2015, с. 86].

Эти идеи и практики в то время стали распространяться среди аристократов (см. об этом [Horton 2004; Авдюшенкова 2015]). Их важность хорошо видна и в Дзоку хонтё: о:дзё:дэн: каждая биография обязательно завершается описанием смертного часа героя. Как правило, описывается, что делал этот человек в свой смертный час, и какие обстоятельства свидетельствуют о том, что он действительно достиг перерождения. В биографии Итидзё: (1) текстуально подчеркивается сила , «последних памятований»:

恨綿々。— «Судьба императора имеет предел, это неподвластно нашим силам. Но есть связи, образовавшиеся при жизни. Непременно следует прочитать последние памятования. Если этого не сделать, скорби не будет конца».

Вдальнейшихрассказахзначимостьпоследнихпамятованийвыводится имплицитно, «по умолчанию». Часто упоминается твердость духа умирающего, его решимость при произнесении «памятования»: нэмбуцу читаются «без смятения» ( ), «сосредоточенно» (  ), «беспрерывно» ( ), «неустанно» ( ), «всей душой, всецело» (  ), «сотни раз» ( ). Но чаще всего в рассказахо предсмертных минутах героев биографии фигурирует термин сё:нэн , описывающий «правильное состояние ума» в момент кончины. Все эти слова, акцентирующие умение умирающего взять свой разум под контроль, отражают идеи, высказанные в О:дзё:ё:сю:. В данном случае ключевым является именно слово сё:нэн — как состояние, без которого достижение перерождения в «Чистой земле» будет просто невозможным. Заметим, что именно этот термин употребляется в процитированной выше биографии Минамото-но Норитау (35): именно то, что на смертном одре тот пребывает в «правильном состоянии ума», в конечном итоге и определяет его благополучное перерождение. Интересно, что в Нихон о:дзё: гокуракки этот термин не употребляется, хотя герои этого произведения тоже проявляют усердие в подвижничестве.

260

Petrova A. A. Zoku Honchō Ōjōden

Кроме нэмбуцу герои в свой смертный час осуществляют следующиедействия:совершаютомовение( ),держатврукахразноцветные шнуры ( )15, постятся ( ), воскуряют благовония ( ), практикуют сидячую медитацию ( ), читают сутры ( ), оборачиваются на запад ( — есть и другой вариант, описанный в биографии Гэнсин (9): «повернул шею на север, бока направо»), складывают руки в разные святые знаки-мудры (например, Дзога (12), умирая, складывает алмазную мудру — , а про правого министра Хорикава (3) говорится, что после смерти его руки оказались сложены в , «печать»-приветствие будды Амиды16. При этом дается ремарка — «Поскольку тайного учения он не знал, так получилось, похоже, само собой».), поюткассацу ( )17.Всеэтипрактики(кромепрямогоуказаниякас-

сацу и дзадзэн) упоминаются и в Нихон о:дзё: гокуракки.

Извышеперечисленногочащевсегоупоминаетсяповоротназапад (в 10 рассказах) и омовение (в 5 биографиях), в то время как все остальныедействияудостоенылишьединичныхупоминаний.Ввосьми рассказах (16, 30, 31, 33, 34, 36, 38, 41) предсмертные практики не описываются вовсе (но, очевидно, подразумеваются), как, например,

вбиографии бикуни Энмё (41), где про ее смертный час сказано просто: — «На смертном одре было много благих знамений», или в биографии Нитиэн (30): — «Согласно знакам его смертного часа, нет сомнения, что он переродился». Как видно из процитированных сообщений, в случае отсутствия сведений об исполнении героями биографий должных действий

вмомент кончины, акцент автор делает на «благих знамениях», т. е. доказательствах перерождения (это относится и к остальным шести рассказам, в которых «благие знамения» описываются подробнее).

Нередко герои биографий заранее знают о своей смерти и в эти дни собирают вокруг себя людей (это, вероятно, соотносится с идеями Гэнсин о том, что на смертном одре человека должен поддерживать помощник или помощники). Интересно, что если в Нихон о:дзё: гокуракки нередко описываются предсмертные видения умирающих

15Пятицветные шнуры, которые привязывались к рукам буддийской статуи, чтобы та помогла умирающему в сосредоточении. Про них пишет Гэнсин в О:дзё:ё:сю:, но поразительно, что в Дзоку хонтё: о:дзё:дэн они упоминаются всего два раза.

16Правая рука поднята, левая опущена.

17О кассацу или гассацу см. [Takeuchi 1996].

261

Петрова А. А. «Дзоку хонтё одзёдэн»

(в частности, рассказывается о приходе чудесных «гостей», видимых только для героев биографий, которые должны проводить их в Чистую землю), то в Дзоку хонтё: о:дзё:дэн таких описаний значительно меньше (в качестве примера можно привести описание видений Гэнсина (9), святых, пришедших навстречу Хэндзё (6)18; в других биографиях пару раз упоминается прекрасная музыка (например, в биографии 37) и необыкновенный аромат (например, в истории 42), которые чувствует умирающий)19.

М.Накао,сравниваяДзокухонтё:о:дзё:дэн с Нихонодзё:гокурак-

ки, обнаруживает два важных отличия. Во-первых, он замечает, что по сравнению со вторым текстом, в первом гораздо меньше внимания уделяется доказательствам того, что герои действительно переродились. Во-вторых, по его мнению, в отличие от Нихон одзё: гокуракки, в Дзоку хонтё: о:дзё:дэн описание прижизненных практик, позволяющих достичь перерождения, представлено зачастую как вторичная, «поверхностная»тема.НозатовДзокухонтё:о:дзё:дэнделаетсязначительно больший упор на правильных действиях героев в момент кончины. По мнению М. Накао, все это говорит о том, что у О:э-но Масафуса наблюдается более легкий, оптимистичный взгляд на проблему перерождения в Чистой земле, что, видимо, отражает воззрения, популярные среди аристократов того времени [Nakao, 1980].

На наш взгляд, стоит говорить не столько о «легкости» или «оптимистичности», сколько о некотором смещении акцентов. Действительно, Ёсисигэ-но Ясутанэ гораздо больше внимания уделяет прижизненным практикам и доказательствам перерождения, но и для О:э-но Масафуса важно благочестие его героев (и как нам представляется, указание талантов и — особенно — чудесных способностей героев должно подчеркивать впечатление об этом); в том единственном случае, когда это не очевидно (биографии Минамото-но Норитау (35), как уже говорилось выше, автор делает примечание о заслугах прошлой жизни. При этом для О:э-но Масафуса особую значимость

18В биографии Хэндзё: содержится одно из упоминаний термина райго: , очень важного для О:дзё:ё:сю: Гэнсина, под которым подразумевается приход сонма святых для встречиумирающего.ВсегоэтослововстречаетсявтекстеДзокухонтё:о:дзё:дэндвараза (второй раз — в рассказе про О:э-но Садамото (33), где оно фигурирует в стихотворении, которое сочинил герой биографии перед смертью).

19Гораздо чаще аромат или музыку (или иные чудесные явления) наблюдают другие люди уже после смерти героя биографии.

262

Petrova A. A. Zoku Honchō Ōjōden

имеют именно практики предсмертные: его сочинение подхватывает и демонстрирует на примерах выраженную в О:дзё:ё:сю: идею о том, что последние мгновения жизни являются решающими (в этот момент, по сути, можно свести на нет все заработанные в течение жизни заслуги), и поэтому так подчеркиваются в нем правильное состояние ума и твердость духа в час кончины.

Заключение

В Дзоку хонтё: о:дзё:дэн упоминаются прижизненные и предсмертные практики, целью которых является достижение перерождения в Чистой земле. В первую очередь, это памятование-нэмбуцу, достаточно часто говорится также о чтении «Сутры лотоса», но эпизодически называется и многое другое. Большое внимание в тексте уделено предсмертным практикам — при этом часто подчеркивается твердость духа умирающего, его «правильное состояние ума».

Как и Ёсисигэ-но Ясутанэ в Нихон о:дзё: гокуракки, О:э-но Масафуса в своем сочинении не раскрывает содержание описываемых им практик подробно (в основном ограничиваясь исключительно упоминанием), хотя, без всякого сомнения, прекрасно об этом осведомлен и желает донести до читателя их важность и ценность. Это неудивительно, поскольку очевидно, что обучение тому, как обрести перерождение, не было целью этого текста (для этого существовали другие источники, как, например, О:дзё:ё:сю: Гэнсина). Он создавался, чтобы продемонстрировать «живые» примеры того, что это действительно возможно, и увековечить имена тех, кто, с точки зрения составителя сборника, был этого достоин.

Библиографический список

Авдюшенкова И.В. (2015) Памятование о будде в предсмертный час. Инструкции по предсмертным ритуальным практикам в «О:дзё:ё:сю». История и культура традиционной Японии 8. / под ред. И. С. Смирнова, отв. ред. А. Н. Мещеряков. Санкт-Петербург: Гиперион. (Orientalia et Classica: Труды Института восточных культур и античности РГГУ. Выпуск LVII). С. 86–89.

Одзё Гокуракки (2001) / перевод А. Н. Мещерякова. Волшебная Япония. Санкт-Петербург: Северо-запад пресс, 2001. С. 240–256.

263

Петрова А. А. «Дзоку хонтё одзёдэн»

Трубникова Н.Н., Бачурин А. С. (2009) История религий Японии. Москва: Наталис.

References

Andrews,A. (1989). Genshin’s “Essentials of Pure Land Rebirth” and the transmission of Buddhism to Japan. Part I. The first and second phases of transmission of Pure Land Buddhism to Japan: The Nara Period and the early Heian Period. The Pacific World, 5, 20–32.

Avdyushenkova, I. (2015). Pamyatovanie o budde v predsmertnyi chas. Instruktsii po predsmertnym ritual’nym praktikam v «Ōjō̄yō̄shū̄». [Recalling of Buddha at the Death Hour. Instructions for the Deathbed Practices in Ōjō̄yō̄shū̄]. In I. Smirnov, Meshcheryakov (eds.), Istoriya i kultura traditsionnoiYaponii [HistoryandCultureofTraditionalJapan],8(pp.86–89). Saint Petersburg: Giperion. (In Russian).

Horton, S. (2004). The Influence of the Ōjō̄yō̄shū̄ in Late Tenthand Early EleventhCentury Japan. Japanese Journal of Religious Studies, 31/1, 29–54.

Horton, S. (2008). Mukaekō̄: Practice for the deathbed. In J. Stone, M. Namba (eds.), Death and the Afterlife in Japanese Buddhism (pp. 27–60). University of Hawaii Press. DOI:10.1515/9780824862152-003

Nakao, M. (1980). Zoku Honchō̄ ō̄jō̄den no ō̄jō̄kan [View of rebirth in

Zoku Honchō̄ ō̄jō̄den]. Indogaku Bukkyogaku Kenkyu [Journal of Indian and Buddhist Studies], 29(1), 361–364. (In Japanese).

Ōjō̄ Gokurakki (2001) (transl. by A. N. Mescheryakov). In Volshebnaya Yaponiya [Magical Japan] (pp. 240–256). Saint Petersburg: Severo-zapad press. (In Russian).

Rhodes, R. F. (2007) Ōjō̄yō̄shū̄, Nihon Ōjō̄ Gokuraku-ki, and the Construction of Pure Land Discourse in Heian Japan. Japanese Journal of Religious Studies, 34/2, 249–270.

Stone, J. (2016) Right Thoughts at the Last Moment: Buddhism and DeathbedPracticesinEarlyMedievalJapan.Honolulu:UniversityofHawai’i Press.

Takeuchi, K. (1996) Ōjō̄den ni mirareru kassatsu ni tsuite [About kassatsu in ō̄jō̄den]. Indogaku Bukkyogaku Kenkyu [Journal of Indian and Buddhist Studies], 44(2), 653–657. (In Japanese).

Trubnikova, N., Bachurin A. (2009). Istoriya religii Yaponii [History of Japanese Religions]. Moscow: Natalis. (In Russian).

Zoku Honchō̄ ō̄jō̄den (1980). In Nihon shisō̄ taikei. Vol. 7 (pp. 569– 580). Tokyo: Iwanami. (In Japanese).

264