Материал: dugin_eia_cherniak_av_ideologiia_i_zhurnalistika

ЧАСТЬ 1

«Особость» российского пути

Государства, как и люди, хотя в большом и схожи, но у каждого есть свои особенности. Иные политики, исследователи делают на это упор – одни отбрасывают в сторону общее, другие возводят в абсолют особенное. Изрядно всколыхнула общественную мысль статья помощника Президента РФ В.Суркова «Долгое государство Путина», появившаяся­ в «Независимой газете» 12 февраля 2019 года. Претендующий на роль известного идеолога СССР М. Суслова автор попытался объяснить идео­ логию Путина, оттеснив в сторону марксизм, и определил путинизм как идеологию будущего. По его утверждению, в России создано «государство нового типа, которого у нас не было», т.е. не было «системы властвования и вообще всего комплекса идей и измерений путинизма как идеологии будущего», а «сделанная в России политическая система пригодна не только для домашнего будущего, она явно имеет значительный экспортный ка-

питал».

В большинстве своем общество – правые и левые – не согласились с новой идеологией путинизма. Подвергли критике кремлевского мыслителя руководитель ВЦИОМ В. Федоров, известные политологи, писатели, философы: М. Веллер, И.Чубайс, А. Дугин, Э. Лимонов, А. Салуцкий, С.Обухов, С.Кургинян и другие. А.Дугин, к примеру, считает, что у путинской идеологии нет будущего и быть не может, ибо она антинародна, русофобская, коррупционная и прозападная в целом.

Идеология для России все в большей мере становится актуальной темой дискуссий и реальной жизни. В научном сообществе наблюдается­ широкий разброс мнений, от критики либерального курса, необходимос­ ти изменения 13-й статьи Конституции страны до выработки идеологических обоснований развития России. За неимением­ внятной идеологии исследователи осторожно оперируют понятиями вроде «образы идео-

11

Е.Я. Дугин, А.В. ЧЕРНЯК • ИДЕОЛОГИЯ И Журналистика

логии», отмечая при этом «идеологическое двоемыслие, когда налицо одновременно и востребованность в объединяющей идеологии,­ и идеологический хаос в головах людей». В обществе сформировалась сложная ценностно-нормативная конфигурация, в которой сочетаются великодержавные идеи, религиозные постулаты с мещанскими, буржуазными ценностями (частная жизнь, семья, быт, досуг и т.п.). Судя по данным недавних опросов общественного мнения, 60% российского населения ставят личные интересы выше государственных. При этом у значительной части населения наметилась жизненная стратегия­ – переждать кризисное, неспокойное время. Впрочем, такие настроения­ не новы для России, где салтыково-щедринское «годить!» как выход из непонятных ситуаций не теряет актуальности. Любопытно отметить, что стремление граждан дистанцироваться от государства – «волна выжидания»­ – поднимается в смутные времена с неясными общественными целями и перспективами.

Все эти мнения и настроения формируются в общественном сознании средствами массовой информации, которые по беспрецедентным масштабам и темпам развития в нашей стране превратились в инфор- мационно-коммуникативную медиасистему. Похоже, не партии, структуры власти и управления, а медиасистема ныне определяет ценности, повестку дня, идеологию и философию развития государства и общества. Печать, телевидение радио и электронные коммуникации оказывают существенное влияние на психоэмоциональное состояние людей, на их оценки окружающих и социальной реальности. Конечно, медиасистема не меняет, а дополняет реальность и модели поведения людей, создавая индустрию дополненной реальности. Механизм общественной психики таков, что привнесенные медиасистемой в жизнь человека латентные, локальные переживания переносятся на социальные отношения. В этом ему содействуют современные медиасистемы, основу которых составляет «журналистика мнений».

Отмеченные тонкие настройки и механизмы общественной психологии, обусловленные характером взаимосвязи и взаимовлияния идеологии­ и информационно-коммуникативной медиасистемы, требуют обстоя­ тельного­ изучения.

Анализ истории интеллектуального дискурса последних десятилетий показывает, что финальное существование СССР длилось по инерции, фактически без всякой идеологии, потому что население скептически относилось или отвергало коммунистическую идеологию. Часть общества размышляла о конвергенции социалистических и капиталис­

12

ЧАСТЬ 1 • «ОСОБОСТЬ» РОССИЙСКОГО ПУТИ

тических устройств мира и связывала будущее страны с ценностями зарубежных стран. Поддержку политики открытости и гласности перестроечного времени можно объяснить желанием перемен, стремлением стать органичной частью цивилизованного мира на основе общечеловеческих ценностей. По признанию «прорабов перестройки», никто не хотел разрушить советское государство. Партия не могла предложить новых идей выхода из кризисной ситуации середины восьмидесятых годов прошлого века.

В эту сумятицу удачно вписалась политика деидеологизации с акция­ ми по разрушению исторической памяти, осмеянию достижений социа­ лизма, «совковости» населения, разгула вседозволенности в ответ на лозунг времени «можно все, что не разрешено». Концепция деидеологизации, точнее сказать, «идеологического разоружения» возникла в англосаксонском мире как реакция на усиление влияния коммунистических идей в послевоенной Западной Европе. В те годы интеллектуальное сообщество западных стран, не утруждая себя поисками доказательных аргументов, объявило «кризис догматической системы марксизма», «конец идеологий». В манифестах антикоммунистов прочное место занял тезис о том, что «прошло время красных флагов, демонстраций, политических­ партий и лозунгов…».

Заявления «деидеологизаторов» были, по сути дела, лозунгом, выдвинутым «в процессе острого политико-идеологического противостояния, когда за внешне благодушной «констатацией» победы внеидеологичес­-­ кого либерализма» скрывалась «драматическая обстановка целенаправ­ ленных идейных схваток, в которых искомая деидеологизация мысли­­ лась ее сторонниками как близкий итог борьбы с коммунистическим­ миро­воззре­нием­. <…> Концепции деидеологизации исторически и логически связаны­ с различного рода концепциями и теориями постиндуст­ риального общества и конвергенции социализма и капитализма, причем в западноевропейской политической мысли и социологии идеи о «конце идеологии»­ исторически предшествуют разработкам о постиндустриальном обществе».

К этим концепциям и теориям примыкают и концепция информационного общества, разработки в сфере массовой коммуникации. Хотя бы потому, что идеологические положения, доктрины распространяются­ с помощью медиасистем, которые в последнее время, благодаря цифровизации, широкомасштабному распространению информационно­-коммуникативных технологий, богатой палитре изоб­

13

Е.Я. Дугин, А.В. ЧЕРНЯК • ИДЕОЛОГИЯ И Журналистика

разительно-выразительных средств, способности конструирования социальной реальности, персонализации медиапотребления,­ стали поистине вездесущими каналами информационного и идеологического­ воздействия.

Прямолинейно понятая и примитивно проведенная деидеологизация вкупе с переходом на «проектный метод» управления стали следствием отношения к госуправлению как к разновидности бизнеса, а государственная идеология как информационно-идеологическое обеспечение бизнес-проектов. Однако при «проектном подходе» на основе либе­ рально-конституционной идеологии главный проект, способствующий консолидации, единению многомиллионного народа, без которых невозможно развитие страны, остается нереализованным. Все отмеченные здесь неолиберальные технологии привели к социальной неустойчивости, неуверенности общества, к идеологии безответственности, отчуждения от результатов труда всех, кроме собственника, и как результат – к образованию в России нового класса – прекариата, которой фактически не имеет перспектив.

Часть экспертов утверждает, что политика деидеологизации, проводимая в стране более тридцати лет, завершилась. И, следовательно, нет смысла говорить о нормативно-ценностном расколе общества. Единство ценностных предпочтений отмечено в Послании Президента Российской Федерации В.В. Путина Федеральному Собранию:

«Граждане объединились вокруг патриотических ценностей не потому, что всем довольны, что все их устраивает. <…> Готовность работать ради России, сердечная, искренняя забота о ней – вот что лежит в основе этого объединения».

Исследования показывают, что, несмотря на приверженность российской молодежи индивидуализму и самореализации в большей мере, чем у взрослого населения, расхождение систем ценностей поколений некритично, потому что «система ценностей» не прослеживается ни у тех, ни у других. «Особость пути» в интерпретациях молодежи очень похожа на потерю всякого пути вообще. Ни на Запад, ни на Восток, ни назад, ни вперед, а в головах – эклектика из наскоро выученных исторических уроков <…> среди российских 18–30-летних встречаются приверженцы самых разных точек зрения на идеальное социальное устройство, более того, одни и те же респонденты дают взаимоисключающие ответы (например, хороша и демократия, и сильная рука).

Как известно, ценности неизбежно связаны с идеологиями и, более того, идеологиями предопределяются. Любовь к родине, объединение вокруг патриотических ценностей – это чувство, но не идеология, по-

14

ЧАСТЬ 1 • «ОСОБОСТЬ» РОССИЙСКОГО ПУТИ

нимаемая как система ценностей, взглядов и убеждений, которыми руководствуется и которые разделяет личность, выражая таким образом свое отношение к событиям, фактам и явлениям социальной реальности. Разумеется, речь не идет о «единственно верной идеологии» или установлении единых норм и правил организации жизни и общества только путем системы законодательства.

Регуляторами жизни общества не в меньшей степени, чем законы выс­ тупают мораль, нравственность, культурные и коммуникативные коды, в основе которых также заложены идеологические положения.

Разработкой идеологии занимаются и предъявляют ее народу, избирателям, как правило, партии, структуры власти и управления, эксперты, т.е. те, кого принято называть интеллектуальной элитой общества. Пожалуй, самая важная задача элиты – сформулировать цели и задачи, стратегии развития, основополагающие принципы жизни и деятельности общества и государства. Если же она отказывается или не способна выполнить свое гражданское предназначение, то обрекает на движение государства «без руля и без ветрил», которое в конечном счете может привести либо к утрате государственности, либо к народному бунту, который в России, как известно, «бессмысленный, кровавый и беспощадный».

Выступая на пленарном заседании «Философия международного развития для нового мира» в рамках XIII заседания Международного дискуссионного клуба «Валдай», Президент России В.В. Путин признал:

«Элиты словно не замечают углубляющегося расслоения в обществе и размывания среднего класса и при этом насаждают идеологические модели, которые, на мой взгляд, разрушают культурную, национальную идентичность».

Единение народа в значительной степени создается с помощью регуляторов, «мягкой силы», которая, благодаря своей гибкости и вездесущности, мощнее скрепляет общество, чем «жесткая сила» структур власти и управления, законов, любых видов принуждения и насилия.

Беспрецедентное влияние медиасистем на повседневную жизнь, изобилие информации как никогда ранее стало барьером на пути осмысления собственного «Я», траекторий личной судьбы, всех аспектов того, что принято называть «стилем жизни», ее содержанием и наполнением смыслами. Современный человек, пресытившись информацией, занят уже не столько поиском новостей и информации, сколько отысканием в сообщениях медиасистем смыслов и советов для собственных целевых ориен­ тиров жизни и выхода из тупиков кризиса. Но в море противоречивой информации ему удается редко найти ответы на вызовы времени и воп­ росы решения сложного клубка проблем общественной и личной жизни.

15