Последним правителем до начала кризиса, который все еще выпускал серии монет из драгоценных металлов, был Спарток III. Особый интерес вызывает эмиссия золотых статеров, датируемая 309-303 годами до н.э., поскольку эти монеты не соответствуют по весовому стандарту системе, принятой во всем эллинистическом мире со времениАлександра Македонского. Для того, чтобы разобраться в этом вопросе, следует подробнее осветить тему обращения в Причерноморье кизикинов - электровых статеров города Кизика. Кизикины занимали особое место в монетном обращении в античное время вплоть до унификации денежных стандартов Александром Македонским и введения на территории созданной им империи аттической денежной системы. Они были очень устойчивой международной валютой, востребованной при крупной оптовой торговле и служившей удобным средством хранения крупных сумм. Мы находим подтверждение этому в датируемой 326 г. до н.э. речи Демосфена, который упоминает об обращении кизикинов на Боспоре. Другой источник, прямо подтверждающий обращение кизикинов в Северном Причерноморье - декрет из Ольвии, датированный первой половинойIVвека до н. э., в котором закреплен курс кизикинов по отношению к местной монете. Другим объективным свидетельством в пользу участия электровых статеровв денежном обращении Причерноморья могут быть как находки кладов кизикинов, так и их одиночные находки.
Последний выпуск золотых статеров перед кризисом в период правления Сатира IIIпо весу сопоставим со стандартами кизикинов, несмотря на то, что, как было сказано, к этому времени на территории бывшей империи Александра широкое распространение получил новый монетный стандарт. М. Г. Абрамзон пишет о том, что кизикины были вытеснены золотыми статерами Александра Великого, а те, в свою очередь, статерами Лисимаха. Нам известно, что македонское золото участвовало в денежном обращении на Боспоре еще при Филиппе II, а статеры александровского типа активно используются в последней четверти IV века до н.э. Однако, несмотря на их активное использование в качестве международной валюты, последний предкризисный выпуск был ориентирован на весовые стандарты кизикинов, теряющих свою ведущую роль в денежном обращении. Из этого мы можем сделать вывод, что в конце IV- начале IIIв. до н. э. Боспорское царство придерживалось консервативной денежной политики и не пошло по пути заимствования монетных стандартов большинства эллинистических государств. Авторитетные во всем греческом мире золотые статеры, чеканенные от имени Александра, и затем - статеры Лисимаха мало встречаются на Боспоре до концаIIIвека до н.э., что косвенно указывает на снижение объемов экспортной торговли и малый приток валюты иных государств. При этом многие такие статеры из числа найденных обнаружены в скифских захоронениях, что подтверждает наше предположение об оттоке золотого ресурса Боспорского царства в ходе ведения войн с участием скифских наемников.
Поскольку, как отмечено выше, кризис с самого начала сопровождался сокращением, а затем и выраженной нехваткой запасов драгоценных металлов для чеканки монет, любопытно обратить внимание на серию медных монет, выпущенных в период правления Перисада I. Изображения на медных монетах напоминают более ранние серебряные монеты. В состав рассматриваемого выпуска входили только золотые и медные номиналы. Необходимость этих мер очевидно была вызвана недостатком на рынке наличной денежной массы для обеспеченная товарообменных операций. Кроме того, логично допустить дефицит серебра в этот период из-за завышенной цены на золото, что подтверждается в речи Демосфена.
Необходимость проведения дополнительных действий с монетами, таких как перечеканка и надчеканка, являются свидетельствами резких скачков инфляции, то есть представляют собой симптомы экономического кризиса. Заметим, что в III веке до н.э. мы находим серии медных монет, отчеканенные штемпелями, которые напоминают своими изображениями аверсы на серебряных боспорских монетах более раннего периода - по всей видимости в знак преемственности их номиналов. Деградация веса медных монет, на наш взгляд, могла быть вызвана отсутствием сырьевой базы даже для такой чеканки, что в свою очередь губительно отражалось на их реальной стоимости и разгоняло инфляцию. Любопытно, что монеты, судя по изображениям на медном номинале выпуска Перисада I, в этом случае представляли собой кредитные средства, поскольку их номинальная цена была выше себестоимости. Практику выпуска кредитных средств на рынок в условиях дефицита Перисад I мог перенять из аналогичных мероприятий своего отца - Левкона I, правившего в первой половине IVвека до н.э.
Левкон I пришел к власти в сложный экономический период. Об этом свидетельствует римский историк македонского происхождения, живший во IIвеке н.э., Полиэн. В масштабном труде «Стратегемы» автор начинает главу, посвященную Левкону I с описания антикризисных мер, предпринятых Левконом в начале правления. К сожалению, Полиэн не указывал источники своей осведомленности, поэтому мы не знаем, какие недошедшие до нас труды он использовал. Однако, судя по тем фрагментам «Стратегем», которые имеют параллели в более ранних сочинениях, можно полагать, что Полиэн был добросовестен в передаче заимствованных сообщений. Поэтому мы считаем необходимым использовать данные этого источника, несмотря на то, что автор описывал события шесть вековспустя. Тем более, данные Полиэна вполне соответствуют тому, что засвидетельствовано археологическими находками.
Антикризисная экономическая схема, описанная Полиэном, выглядела следующим образом: монеты изымались с рынка и, насколько можно судить, из личных накоплений граждан, затем направлялись на перечеканку, причем номинальная ценность монеты после этой процедуры повышалась в два раза. Таким образом, в оборот на рынок физически вернулась только половина перечеканенных монет, при этом общий объем капитала в свободном обращении остался неизменным. Вторая половина перечеканенных монет осталась в казне Левкона I. Фактически, Левкон удвоил денежную массу, не прибегая к дополнительной эмиссии, как поступила в такой же ситуации соседняя с Боспорским царством Ольвия.
Действия Левкона могли быть спровоцированы как инфляцией, так и необходимостью немедленного пополнения казны для ведения войны. Скорее всего оба фактора сыграли свою роль. Однако, нельзя отрицать, что этот экономический ход не допустил резкого роста инфляции в Боспорском царстве (в отличии от ольвиополитов, начавших активную чеканку, и тем самым лишь усугубивших и без того тяжкое положение), хоть и обесценил в определенной степени накопления граждан. Кроме того, надо полагать, это позволило Левкону найти дополнительные средства для ведения завоевательных войн, которые значительно расширили территорию Боспора и в результате оказались экономически выгодными.
Скачки инфляции и неустойчивость на внутреннем рынке лейтмотивом проходят через экономику IV века до н.э., что вызывает потребность в постоянном искусственном стимулировании экономики, однако используемые неоднократно средства - перечеканка или уменьшение веса монеты - способны лишь отсрочить кризис и не решают проблему инфляции и обесценивания денег внутреннего рынка, а в долгосрочной перспективе такие меры только ухудшают возникшую уже в конце IVвека до н.э. кризисную ситуацию.
Еще одним подтверждением высокого уровня инфляции может служить эмиссия Левкона I, целиком состоящая из драгоценных металлов (ок. 360-350 гг. до н.э). В.А. Анохин предполагает, что это свидетельствует о подъеме экономики, благодаря которому «монетная система перешла на обслуживание мелко-оптовых (серебро) и крупных торговых операций (золото)». В то же время, отсутствие мелких медных номиналов, на наш взгляд, наглядно демонстрирует падение стоимости денег.
Таким образом, мы фиксируем скачки инфляции и неустойчивость на внутреннем рынке, которые лейтмотивом проходит через экономику IVвека до н.э.. Это вызывало потребность в постоянном искусственном стимулировании экономики, однако используемые неоднократно средства- перечеканка или уменьшение веса монеты - способны лишь отсрочить кризис и не решают проблему инфляции и обесценивания денег внутреннего рынка, а в долгосрочной перспективе такие меры только ухудшают возникшую уже в конце IVвека до н.э. кризисную ситуацию.
Заметим, что постоянные внутренние войны с использованием наемного войска серьезно подрывают экономику. Для оплаты как военной поддержки кочевников, так и греков - наемников, вероятнее всего использовались золото и серебро, которых, как мы наглядно видим, было недостаточно в казне на протяжении почти всего IVвека до н.э.
Кроме того, постоянные внутренние войны с использованием наемного войска серьезно подрывают экономику. Для оплаты как военной поддержки кочевников, так и греков - наемников, вероятнее всего использовались золото и серебро, которых, как мы наглядно видим, было недостаточно в казне на протяжении почти всего IVвека до н.э.
Убедительным аргументом в пользу гипотезы о нехватки золота может служить факт завышенной стоимости золота на Боспоре. Как уже было упомянуто во введении, нам известно, что на Боспоре оценка золота, номинированная в серебре, превышала таковую в Афинах на 30%. Отчего же тогда золото, которое было выгодно везти на Боспор, на длительное время перестало поступать в обращение?
Возможной причиной истощения золотых запасов Боспора к III веку до н.э. может быть близкое соседство государства с варварскими племенами, прежде всего скифскими. Мы имеем как минимум два примера, когда скифы в условиях военных конфликтов выступали на стороне правителя Боспорского царства, а в условиях междоусобной войны становились на сторону законного правителя Боспорского царства, как было во время войны между наследниками Перисада I. Это дает нам основания предполагать, что между скифами и Боспорским царством существовала договоренность о военной помощи со стороны скифов. Возможно, помимо «дани», которую платило Боспорское царство скифам вплоть до Митридата IVЕвпатора, о чем мы имеем свидетельства у Страбона, оно прибегало к военной помощи так же за дополнительную плату. Полагаем, что расчет со скифами производился в основном именно золотом. К уплате принимались золотые монеты всех стандартов, что подтверждается совместным нахождением золотых статеров как Перисада, так и Лисимаха среди погребального инвентаря в Артюховском кургане, где монеты конца IVвека до н.э. были положены в могилу IIвека до н.э. Эти монетные выпуски близки друг к другу хронологически, на основании чего Д.Б. Шелов делает выводы о их равнозначности в денежном обороте Боспора для рассматриваемого периода. Мы считаем, что это может свидетельствовать лишь об их равнозначности для погребенного.
Поскольку перечеканка монет была регулярной и воспроизводилась от правителя к правителю, начиная с первой половины IVвека до н.э., мы предполагаем, что она была частью экономической системы, которая работала благодаря доходам, покрывающим рост инфляции. Каждая следующая перечеканка или надчеканка ускоряет рост инфляции, поэтому, для того чтобы такая система работала, необходимо увеличивать и объемы доходов после проведения подобной операции. На развитие кризиса, таким образом, должны были повлиять не только внутренние экономические процессы, но и внешние факторы.
К таковым, несомненно, должны были относиться экономический и политический упадок Афин после распада Второго Афинского союза (355 год до н.э.). По свидетельству Исократа, Боспорское царство обеспечивало льготные условия торговли с Афинами. В. Ф. Гайдукевич и В. А. Анохин предполагают, что между Афинами и Боспорским царством существовала договоренность о беспошлинной торговле. Если мы обратимся к сообщению Диодора Сицилийского, то найдем там обещание Эвмела разгневанному народу сохранить беспошлинную торговлю. Диодор не говорит, с кем именно, однако, можно предположить, что речь идет именно об Афинах. В подтверждение этой теории мы имеем данные, приводимые Г. А. Цветаевой, о том, что ввоз афинской продукции (в основном масла) на Боспор увеличился к первой половине IVвека до н.э. более чем в три раза по сравнению с Vвеком до н.э.. Это, безусловно, свидетельствует о тесных торговых связяхБоспора и Афин. Cогласно подсчетам В. Ф. Гайдукевича, основанным на речи Демосфена Боспорское царство поставляло для Афин половину всего необходимого хлеба, а другую половину обеспечивали Фракия, Сицилия и Египет. После распада Второго афинского союза Афины потеряли политические и экономическое влияние, что, очевидно, сказалось и на их торговых связях. Надо полагать, что с середины IVвека до н.э. торговля с Афинами перестала приносить прежний доход Боспорскому царству. Поскольку для международной торговли использовалось золото и серебро, это повлекло за собой прогрессирующие уменьшение массы драгоценных металлов на Боспорском рынке. При необходимости сохранять мир со скифами, а, соответственно, отсылать богатые дары, эта ситуация привела к катастрофической нехватке золота и серебра в казне Боспорского царства.
На основе археологических данных мы можем фиксировать как изменения, происходившие в кратковременной перспективе, так и длительные процессы. К длительным процессам относится динамика жизни городов и степень урбанизации населения, развитие или угасание торговых связей. К относительно кратковременным явлениям, которые можно зафиксировать археологическим путем и которые представляют интерес для данной работы, относятся военные столкновения между варварами и эллинами. Об опасности быть атакованными или о самом факте нападения свидетельствует возведение или разрушение оборонительных сооружений и пожарища. Ярким маркером военного обострения могут служить находки наконечников стрел или другого вида оружия в жилых помещениях, около оборонительных сооружений. Поскольку в этой части работы мы рассматриваем характер контактов эллинов с варварским населением Боспорского царства, нас в первую очередь интересует его этнический состав.