Как правило, проблемы с сопоставлением полученных результатов возникают ввиду того, что регулятивные и экономические факторы внешней среды (структура экономики в целом и финансовой системы в частности, характер и особенности проводимой государством макроэкономической политики, специфика институциональных реформ в финансовом секторе и др.), в которой функционируют банки, могут значительно отличаться, что приводит к отсутствию общей границы эффективности и, как следствие, к неточностям в определении ее конечных показателей.
При этом одним из наиболее существенных факторов внешней среды, значительно усложняющих проведение межстранового анализа банковской эффективности, является различие в подходах к определению того, что, собственно, можно считать главным критерием эффективности кредитной организации. Даже среди такой единой и монолитной, на первый взгляд, группы стран с развитой рыночной эконом кой существуют во многом различные принципы оценки эффективности банков, не говоря уже о странах с переходной экономикой. Поэтому, ставя перед собой подобную задачу, необходимо четко представлять, что конкретно понимается под термином «эффективность банка» в странах с различными типами (степенью развития) финансовых систем и оценками их эффективности.
Так, в странах с развитой рыночной экономикой широко используется подход, согласно которому основным критерием эффективности того или иного банка выступает рост рыночной стоимости его акций или рост рыночной стоимости бизнеса в целом.
Подобная двойственность в выборе основного критерия эффективности: стоимость акций или стоимость бизнеса, - во многом объясняется особенностями деятельности банков, присущими современным финансовым системам стран с развитой рыночной экономикой.
В экономической теории принято различать два способа организации финансовой системы: англосаксонский (США, Великобритания) и континентальный (Германия, ряд стран Центральной Европы, а также Япония). При этом основным признаком, определяющим тот или иной тип финансовой системы, является роль коммерческих банков в обеспечении деятельности и финансировании промышленных корпораций.
Как правило, финансовые системы англосаксонского типа характеризуются высочайшим уровнем развития фондового рынка, поэтому основным инструментом привлечения организациями финансовых ресурсов для развития бизнеса служат выпуск акций и облигаций, а также других эмиссионных и неэмиссионных ценных бумаг.
Банковские кредиты в основной своей массе достаются малому и среднему бизнесу. Крупные предприятия удовлетворяют свои потребности в инвестиционных и финансовых ресурсах в первую очередь за счет средств акционеров, т.е. за счет размещения акций на фондовом рынке. Основная масса банковских кредитов носит краткосрочный характер. При этом контроль за промышленными предприятиями рассредоточен между огромным числом мелких акционеров. Доля банков здесь невелика, а крупнейшими акционерами, как правило, являются пенсионные и другие фонды.
Крупные и ликвидные рынки ценных бумаг позволяют собрать всю информацию о новых технологиях и отразить ее в рыночных котировках ценных бумаг. Кроме того, на ликвидных рынках экономические агенты, обладающие ценной информацией о компаниях, могут быстро получить выигрыш путем купли-продажи их ценных бумаг, что дополнительно стимулирует поиск новой информации.
В рамках данной финансовой системы инвесторы ищут спекулятивные ниши и в первую очередь рассчитывают на быстрый рост курса акций. Интересы инвесторов носят преимущественно краткосрочный характер и не связаны напрямую с отдачей от инвестиционных проектов. Поэтому главным критерием оценки эффективности топ-менеджеров банков и компаний в США, а также бизнеса является максимальное увеличение стоимости акций в интересах акционеров.
Следует особо подчеркнуть, что рыночная цена обращающихся на рынке акций соответствует понятию капитализации, которое не следует смешивать с понятием рыночной стоимости таких акций (дисконтированный денежный поток к акционерам). Стратегической целью бизнеса в англосаксонской модели служит именно рост рыночной стоимости акций и акционерного капитала. Этот показатель используется для крупных компаний и для малого бизнеса, для акционерных обществ и для обществ с ограниченной ответственностью. Как показывает практика, критерий роста рыночной стоимости для акционеров2 (акционерного капитала) не противоречит и не ущемляет интересы других участников бизнеса (кредиторов, работников), так как способствует развитию бизнеса компании в целом.
Финансовую систему континентального типа отличает несколько иная модель бизнеса и финансового рынка, характерными чертами которой являются:
1. тесная связь между банками и промышленным сектором (в промышленности, как правило, доминирует небольшое количество крупных акционеров, значительная часть которых - банковские институты), и, как следствие, основным инструментом привлечения предприятиями финансовых ресурсов для своего развития является банковское кредитование;
2. сравнительно низкий уровень развития финансовых рынков, прежде всего рынков рискового капитала;
3. трансформация сбережений главным образом в форму краткосрочных и долгосрочных кредитов через сеть коммерческих банков и других сберегательных институтов;
3. отсутствие у коммерческих банков строгих ограничений в выборе вложений и контроле за деятельностью корпораций.
Как отмечают И.А. Никонова и Р.Н. Шамгунов, в странах с данным типом финансовой системы повышение стоимости бизнеса в интересах акционеров считается антиобщественной политикой, что объясняется структурой собственности и управления (преобладание крупных институциональных инвесторов в числе акционеров компаний, большая роль профсоюзов). Поэтому для континентальной модели бизнеса главной целью и критерием оценки эффективности является рост рыночной стоимости компании/банка (бизнеса) в целом, отражающий интересы его собственников, кредиторов, работников, государства. Этот критерий применяется для коммерческих организаций разного масштаба, различных отраслей и организационно-правовых форм.
Однако у рассмотренных выше финансовых систем есть нечто общее, что их объединяет и отодвигает рассмотренные отличия на второй план, а именно: в обоих случаях, как мы видим, в качестве главного критерия эффективности деятельности того или иного финансового посредника используется его способность к достижению четко поставленной цели - рост стоимости акций или рост стоимости бизнеса в целом.
Таким образом, в данном случае можно говорить о своего рода целевом подходе к оценке эффективности банка: все действия менеджмента кредитной организации априори направлены на рост стоимости банка/бизнеса, причем достижение заданной цели в обоих случаях происходит в стабильной институциональной среде с четко определенными и надежно защищенными правами собственности, высоким качеством защиты контрактов, независимой судебной системой. Достижение же отдельных показателей, активно использующихся в практике финансового анализа (ROA, ROE, коэффициент эффективности), по сути, является вторичным по отношению к росту стоимости банка/бизнеса.
Для России характерной особенностью финансового рынка и превалирующей моделью бизнеса является преимущественное использование долговых, а не долевых инструментов финансирования (кредиты, облигации, векселя и др.). Учитывая, что рыночная экономика в стране только формируется, а факторы нестабильности и неопределенности еще во многом превалируют в сознании собственников и топ-менеджеров, понятие «эффективность» в большинстве случаев определяется либо через способность коммерческого банка к достижению в краткосрочной перспективе определенных финансовых показателей (прибыль, рентабельность), либо к удовлетворению иных интересов собственников данной кредитной организации.
С одной стороны, подход к измерению эффективности через показатели прибыли, рентабельности капитала или рентабельности активов подкупает своей простотой, четкостью, наглядностью и является относительно честным и удобным именно для сравнения банков с похожими структурами в противоположность другим отраслям.
С другой стороны, часто не учитывается тот факт, что ни один из названных показателей результатов деятельности не является долгосрочным. Прибыль или рентабельность акционерного капитала, как правило, не дают перспективного взгляда на положение дел. В них закладывается информация в лучшем случае на несколько последующих лет. Более того, такой показатель, как прибыль, ориентирован главным образом на управление счетом прибылей и убытков и весьма слабо отражает фактические объемы и сроки возникновения денежных потоков. Показатели прибыли оценивают эффективность деятельности организации за прошедший период времени, а не ее возможности и будущий потенциал.
На первый взгляд может показаться, что достижение финансовых показателей - это все тот же целевой подход к эффективности, что и используемый в западных странах. Однако достижение заранее поставленных целей отражает, прежде всего, предсказуемость и действий менеджмента организации, и стабильность внешней среды, в которой функционирует банк. Использование же в качестве высшей цели показателей, которые по своей экономической сути являются краткосрочными и с помощью которых весьма затруднительно делать прогноз о будущем организации, противоречит самой логике целевых моделей эффективности.
Объяснением приверженности многих отечественных финансистов именно такому пониманию термина «эффективность» (рост показателей прибыли и рентабельности) может, по нашему мнению, служить следующее предположение.
Быстро меняющаяся и зачастую непредсказуемая рыночная среда, свойственная переходным экономикам, вынуждает большинство организаций, функционирующих в данных условиях, задумываться не о средне- и долгосрочных планах развития, а о том, как выжить в такой ситуации и, по возможности, не растерять то, что уже имеешь (или, во всяком случае, минимизировать потери). Такой критерий выживания порождает мысль, согласно которой отношение банков к своей среде обусловлено единственным фактором - приспособляемостью к неопределенному миру, что приводит к весьма пассивным действиям. В этих условиях банку требуются некие финансовые ориентиры, или маяки, которые бы сигнализировали и руководству банка, и потенциальным инвесторам о том, что данная кредитная организация не просто выжила и каким-то образом существует в агрессивной внешней среде, но к тому же является рентабельной, а также получает некую прибыль, т. е. вполне эффективна.
Следует особо подчеркнуть, что неблагоприятными для многих отечественных частных банков факторами могут выступать не только ухудшение макро-экономической ситуации в стране и действия регулятора, направленные на ликвидацию кредитных организаций, нарушающих законодательство, но и, на- пример, набравшая в конце ХХ в. в международной банковской практике силу и докатившаяся уже и до России волна слияний и поглощений.
Как известно, помимо частных коммерческих банков, в российской финансовой системе присутствуют и государственные банки - кредитные организации, основными акционерами которых являются различные государственные институты (Банк России, Минфин и др.). Международные рейтинговые агентства, например, присваивают таким банкам высокие рейтинги поддержки, отражающие оценку готовности и возможности предоставления поддержки тому или иному банку суверенным государством или институциональным владельцем.
Иными словами, подобные кредитные организации, в отличие от большинства частных коммерческих банков, могут не опасаться критического воздействия на них внешней среды (конечно, если на политическом уровне не будет принято решения об их ликвидации или реорганизации) и сосредоточиться на реализации проектов, отвечающих интересам собственника. Эффективность управления одним и тем же банком в данном случае с точки зрения различных заинтересованных групп будет также различаться, например, кредитная организация, действующая эффективно, по оценке ее собственника, может получить весьма низкую оценку эффективности управления с позиций потенциального инвестора, т. е. при оценке эффективности необходимо учитывать, для кого и кем она проводится.
Таким образом, можно отметить, что в России для государственных банков эффективность - это главным образом нахождение оптимальных пропорций между политическими и финансовыми составляющими его деятельности. В заключение еще раз подчеркнем, что особенности той финансовой системы, в которой функционирует кредитная организация, во многом определяют и подходы, используемые при оценке ее эффективности. Остается надеяться, что с постепенным внедрением в отечественную банковскую практику международных стандартов ведения бизнеса, а также ростом количества российских банков, осуществивших IPO, применение такого наглядного и транспарентного критерия эффективности любой коммерческой организации, как рост рыночной стоимости ее акций, получит активное применение и в России.