Реферат: Александр асмолов по ту сторону сознания

установку явно недостаточно. Для того чтобы показать эту особенность смысловых установок, обратимся к ряду при­меров. В исследовании А.Н.Леонтьева и А.В.Запорожца опи­сана ситуация, приведшая к сдвигу личностной установки: одного больного с поражением руки никак не удавалось ввести в трудовой процесс и заставить при работе пользо­ваться больной рукой, «Убеждения и уговоры в необходимо­сти трудотерапии легко принимались больным, — замечают авторы, — но практически действовали слабо, и процесс восстановления, вопреки нашим ожиданиям, продвигался у него с досадной медлительностью» {Леонтьев АЖ, Запо­рожец, 1945, сЛ02—103), Однажды этот больной попал в бригаду, которая должна была быстро переправить матери­ал для мастерских через реку. По ряду яричин бригада, вы­полнявшая эту работу, столкнулась с серьезными препятствиями, В этой ситуации больной вдруг взял всю инициативу в свои руки и стая фактическим руководителем работы. Выяснилось, что часть своей жизни он жил и рабо­тал на реке. После случая на реке радикально изменилось отношение больного к работе. Установка на щажение боль­ной руки была «сдвинута», и восстановление пошло быст­рыми темпами. Сдвиг смысловой установки произошел из-за изменения места больного в системе общественной деятель­ности и из-за возникновения нового мотива.

На наш взгляд, яркие примеры того, что изменение личностного смысла и его выражения в деятельности — смысловой установки — всегда опосредованы изменением деятельности человека и не подвержены влиянию прямо­го произвольного контроля, приведены в «Педагогичес­кой поэме» А.С.Макаренко. Автор рассказывает, что первые «морально-дефективные» воспитанники выслушали его речь о том, что необходимо решительно переменить об­раз жизни, с ехидными улыбками и презрением- Позднее, вспоминая об этом печальном опыте А.С.Макаренко пи­сал; «Не столько моральные убеждения и гнев, сколько вот эта интересная и настоящая деловая борьба дала первые ростки хорошего коллективного тона» (Макаренко А.С> Педагогическая поэма. 1948, сА2). Только в деловой борь­бе произошло у воспитанников А, С .Макаренко измене-

Раздел L Психология установки

ние личностного смысла. Деловая борьба, деятельность сыг­рали решающую роль там, где оказались бессильны уго­воры, речи и убеждения. Еще раз отметим, что содержание смысловой установки может открыться сознанию в фор­ме «значения для меня», но этого недостаточно для сдви­га смысловых установок. Вообразите на мгновение, что вы, руководствуясь благими намерениями, пришли к Ак-какию Аккакиевичу и объясняете ему, что не годится, мол, придавать столь огромное значение переписыванию каллиграфическим почерком холодных административных бумаг, видеть в этом деле смысл жизни. Маленький чи­новник из гоголевской «Шинели» почти наверняка побо­ится не согласиться с вами и покорно кивнет головой, а быть может, и подивится вашей правоте. Однако от одно­го лишь осознания содержания смысловой установки, от того, что даже эмоции — эти глаза, видящие смысл ситуа­ции, — приоткроют этот смысл, не произойдет ее измене­ния. Будут меняться «отношения» в смысле В.Н,Мясищева и выражающие их фиксированные социальные установки. Будут скользить на поверхности сознания и сигналить о неблагополучии переживания, а перемены смысловой установки и переосмысления личностного смысла не про­изойдет до тех пор, пока не изменится содержание реаль­ных жизненных отношений, лежащих в его основе. Из всех этих случаев вытекает, что изменение смысловых устано­вок — это всегда следствие изменения реальных отноше­ний человека к действительности. Кардинальное отличие личностного смысла и выражающей его в деятельности смысловой установки от частных субъективных образова­ний, замкнутых в круге сознания, типа «отношений» (В.Н.Мясищев), социальных фиксированных установок, «значащих переживаний» (Ф.В.Бассин), и т.д. и состоит в том, что изменение смысловой установки всегда опосре­довано изменением деятельности и мотива деятельности, так как личностный смысл и смысловая установка неот­делимы от порождающей их системы отношений челове­ка к миру. Только при условии перестройки мотивов деятельности происходит перестройка общих смысловых установок.

О МЕСТЕ И ФУНКЦИИ УСТАНОВОЧНЫХ ЯВЛЕНИЙ.;; 89

Описанную особенность смысловых установок необхо­димо учитывать при анализе такой практической и жизнен­но важной проблемы, как проблема воспитания личности. Психологическим объектом воспитания является смысловая сфера личности, система личностных смыслов и реализующих их в деятельности смысловых установок. Из подобного по­нимания психологического объекта воспитания вытекает, что перевоспитание

личности всегда идет через изменение деятельности, а тем самым и через изменение смысловых установок и в принципе не может осуществляться посред­ством воздействий чисто вербального характера. Только ус­тановки целевого и операционального уровней подвержены прямому влиянию различных инструкций. Пути изменения установок смыслового уровня и установок нижележащих уровней коренным образом отличаются друг от друга; смыс­ловые установки личности перевоспитываются, а целевые и операциональные установки переучиваются.

Анализ приведенных выше фактов и некоторых теоре­тических положений позволяет сделать ряд выводов об особенностях и функциях смысловой установки:

— Смысловая установка, представляющая собой выра­жение личностного смысла в виде готовности к определен­ным образом направленной деятельности, стабилизирует процесс деятельности в целом, придает деятельности ус­тойчивый характер. Эта функция может непосредственно проявляться в общей смысловой окраске различных дей­ствий, входящих в состав деятельности, выступая в виде «лишних» движений, смысловых обмолвок и оговорок.

— Смысловые установки могут быть как осознаваемы, так и неосознаваемы.

— Сдвиг смысловых установок всегда опосредован из­менением деятельности субъекта. В этом заключается кар­динальное отличие смысловой установки и выражаемого ею в деятельности личностного смысла от различных субъективных образований типа «отношений» (В,Н,Мя-сищев), фиксированных социальных установок, «значащих переживаний» (Ф.В.Бассин) и т.д., которые изменяются непосредственно под влиянием вербальной информации.

90 Раздел L Психология установки

— Смысловая установка выступает в роли фильтра по отношению к установкам нижележащих уровней — целе­вой и операциональной установкам.

Из перечисленных особенностей смысловой установки основная особенность — это «цементирование» общей направленности деятельности в целом, придание всей деятельности устойчивого стабильного характера. Эта функ­ция прежде всего проявляется в выборе тех или иных це­лей, соответствующих мотиву деятельности, В том случае, если осуществляется процесс целеобразования (причем неважно^ проходит ли он в форме выбора целей в ходе деятельности субъекта или в форме принятия «готовых*, заданных через инструкцию целей), этот процесс приво­дит к возникновению целевой установки*

Уровень целевой установки

Критерием для выделения следующего уровня устано­вочной регуляции деятельности является наличие цели действия- Цель, будучи представлена в форме образа осоз­наваемого предвидимого результата, актуализирует готов­ность субъекта к ее достижению и тем самым определяет направленность данного действия. Под целевой установ­кой и понимается готовность субъекта совершить прежде всего то, что сообразно стоящей перед ним цели, которая возникает после принятия определенной задачи.

Вопрос о целевой установке, ее природе и функциях разработан в психологии намного детальнее, чем вопрос о смысловой установке. В различных психологических шко­лах и направлениях, а особенно в Вюрцбургской школе и динамической теории личности К.Левина, исследование целевой установки занимало одно из центральных мест. В этом отделе мы приведем лишь несколько примеров и экспериментальных фактов, свидетельствующих о суще­ствовании целевой установки, а затем остановимся на вопросе о ее природе и роли в протекании деятельности.

До сих пор одним из наиболее впечатляющих приме­ров силы действия целевой установки остается случай с охотником, описанный К.Марбе, Суть этого трагического случая состоит в следующем. В поздний вечерний час охот-

О МЕСТЕ И ФУНКЦИИ УСТАНОВОЧНЫХ ЯВЛЕНИЙ, „ 91

ник с нетерпением подстерегал в засаде кабана. И вот, наконец, долгожданное событие произошло, листья кус­тарника качнулись, и,., грянул выстрел. Охотник кинулся к подстреленному «кабану», но вместо кабана он увидел девочку. Сила целевой установки, готовности увидеть имен­но то, что он ожидал и хотел увидеть, была столь велика, что сенсорное содержание^ возникшее в процессе вос­приятия объекта (девочки), преобразовалось в иллюзор­ный образ кабана (Натадзе, 1972).

Первое экспериментальное исследование влияния ус­тановки, вызванной инструкцией, на восприятие было проведено также ведущим представителем Вюрцбургской школы О.Кюльпе, В 1902 г. в экспериментах Кюльпе и его ассистента Брауна был обнаружен факт, от которого берет свое начало длинный цикл исследований, посвященных влиянию целевой установки на избирательность восприя­тия. Кюльпе и Браун, проводя эксперименты по изучению абстракции, тахистоскопически предъявляли испытуемым бессмысленные слоги, отличающиеся по цвету, форме и пространственному расположению. Перед предъявлением стимульного материала испытуемым предлагалась инст­рукция, в которой их просили сообщить после экспози­ции о каком-либо одном из признаков предъявленных объектов. Было установлено, что испытуемые наиболее точно воспроизводили признаки, оговариваемые в инст­рукции, и порой ничего не могли сказать о других при­знаках стимульного материала, Кюльпе увидел в этом факте еще один аргумент в пользу существования «безобразного мышления». Кроме того, он выдвинул гипотезу, что пред­варительно заданная инструкция повышает четкость вос­приятия. Спустя много лет, выступая на симпозиуме по установке в г. Бордо, П.Фресс (Fraisse, 1961) начал свой доклад «Роль установки в восприятии^ с изложения экс­периментального исследования О.Кюльпе. Он отметал, что хотя в наши дни эксперимент О,Кюльпе может показать­ся банальным и не выдержит строгой критики, все жо именно в исследованиях О,Кюльпе отчетливо выступил факт, свидетельствующий о влиянии установки, вызван­ной инструкцией, на избирательность восприятия. Инте-

92 ________ Раздел L Психология установки

ресные результаты, проливающие свет на особенности целевой установки, были получены в исследованиях Си-полы (1935). В этих экспериментах у испытуемых одной труппы с помощью инструкции вызывалась установка на восприятие слов из категории «корабли», а у испытуемых другой группы — установка на восприятие слов из катего­рии «животные». Среди тахистоскопически предъявляемых слов были бессмысленные слова типа «saeb. Типичной ошибкой испытуемых, настроенных воспринимать слова из категории «животные*, было прочтение бессмыслен­ного слова «saeb как «seal» (тюлень), а для испытуемых, настроенных на восприятие слов из категории «корабли», типичной ошибкой было прочтение слова «sael» как «saib (парус). Затем испытуемым обеих групп предъявлялись слова с пропущенными буквами, которые следовало за­полнить. Выяснилось, что все испытуемые заполняют про­пуски в словах в соответствии с установками, вызванными инструкцией в прошлых экспериментах, не осознавая этого факта. Следовательно, установка, вызванная инструкци­ей, во-первых, может привести к искажению материала и тем самым к сохранению направленности действия в заданном направлении, и, во-вторых, целевая установка не исчезает после выполнения задания, продолжая вли­ять на следующее решение сходных задач. В эспериментах Сиполы также ярко проявилась, на наш взгляд, харак­терная черта любых экспериментов на установку: нужно каким-то образом «нарушить» протекание действия, пре­градить ему путь, и тогда тенденция к сохранению на­правленности действия даст о себе знать, ассимилировав воздействия, преграждающие путь заданному протеканию действия.

По сути, тот же прием «нарушения» деятельности ис­пользован в исследовании И АТоидзе (1974), Изучая влия­ние установки на формирование зрительного образа» ИАТоидзе применила следующий методический прием: она предъявляла испытуемым различный стимульный материал, расположенный в подпороговом диапазоне. Так, например, в одной из серий испытуемого просили ре­шить арифметическую задачу. Текст задачи высвечивался

О МЕСТЕ И ФУНКЦИИ УСТАНОВОЧНЫХ ЯВЛЕНИЙ.., 93

на экране, перед которым сидел испытуемый. Одновре­менно на тот же экран проецировались «подсказка» и «от­вет» при яркости, которая по величине была ниже, чем предварительно установленная пороговая яркость. Иными словами, испытуемый не видел на экране ни подсказки, ни ответа на задачу. Выяснилось что ответ воспринимался на экране только в том случае, если в процессе решения задачи у испытуемого актуализировался зрительный об­раз, релевантный ответу. Если же образ ответа не актуа­лизировался, то ответ так и оставался под порогом восприятия. Интересно, что изображение ответа на под-пороговом уровне, которое проецировалось на экране одновременно в нескольких различных формах (цифры, графическое изображение и т.д.), воспринималось имен­но в форме, соответствующей образу полученного испы­туемым результата. В экспериментах ЛАТоидзе, таким образом, было показано влияние целевой установки, воз­никшей после получения в ходе решения задачи опреде­ленного результата, на избирательность восприятия. В них также выяснилось, что целевая установка относится к числу факторов, обусловливающих сенсибилизацию чув­ствительности.