Материал: XX
Шу билан бирга, мазкур асарда бир қатор камчиликлар ҳам мавжуд. Жумладан, унда муаллифнинг баъзи бир тарихий масалаларга синфийлик нуқтаи назардан ёндашгани кузатилади.
Чунончи Туркистон Мухторияти бостирилишидан аввал ёзган мақолалари орқали у мухториятнинг вужудга келишини Туркистон халқининг неча йиллик орзулари заминида рўёбга чиққанлиги, миллий ўзликни англаш, мустақилликка интилиш, совет ҳокимиятининг миллий масаладаги хатоларини очиқчасига қоралаб чиққан эди. Туркистон Мухторияти бостирилгандан сўнг, кўп эмас, уч ой ўтиб муаллифнинг большевиклар ва уларнинг мухторият ҳукуматини бостириш борасидаги тадбирларини “силлиқлаб” ўтиб кетиши, “тор миллатчилик асосига бино қилинган ва кўпроқ аъзолари сармоядорлардан иборат бўлган”, “мухтор ҳукумат аъзоларининг баъзисининг тутган сиёсатлари социализм ва жумҳурият асосларига хилоф бўлганлигидан большевиклар тарафидан қувилиб, тарқатилган”1 ҳукумат сифатида баҳолагани кишини ажаблантиради.
Бу дарслик Октябр тўнтариши тарихшунослигига оид изланишлар олиб борган совет даври тарихшуноси Р. Бойжоновнинг 1960 йилда нашр этилган тадқиқотида қисқагина тилга олинган бўлиб, унда М. Бакир «буржуа тарихчиси»2 дея таърифланган.
Умуман олганда, Мухтор Бакир фаолияти Хива ва Туркистон ўлкасининг ХХ аср бошларидаги ижтимоий-сиёсий ҳаётида ўзига хос ўринга эга бўлди. У ҳам бошқа тараққийпарвар зиёлилар қатори ҳар қандай зулм ва адолатсизлик, жамият ҳаётига салбий таъсир қилувчи иллатларга қарши чиқди. Туркистонни ривожланган давлат сифатида кўришни истаб, унга эришиш йўлини маърифатда деб билди ва шу мақсад йўлида қўлидан келганича ҳаракат қилди. Аммо, Мухтор Бакирнинг миллий ўзликни англаш, мустақилликка интилиш, совет ҳокимиятининг ўша даврдаги камчиликларни очиқ кўрсатиб берган мақолалари ва асари узоқ йиллар давомида китобхонлар эътиборидан четда тутиб келинди. Зеро, М. Бакирнинг тарихий билимлари, ижтимоий-сиёсий қарашлари маълум даражада Ватан тарихшунослиги асосларини шакллантиришда ўзига хос ўрин тутади.
1Бакир М. Туркистон қитъаси (Араб алифбосида). Тошкент: Союз рабочих печатного дела, 1918. 77-101-бетлар.
2Бойжонов Б. Октябр революцияси тарихини ўрганилишига доир. Тошкент: Фан, 1960.
5-бет.
-51 -
ГЛАВА II. АЛЬТЕРНАТИВНОЕ ИСТОРИОГРАФИЧЕСКОЕ РАЗНОМЫСЛИЕ
В ПЕРВОЙ ТРЕТИ XX ВЕКА
Николай Маллицкий: на службе империи и науки
...Я пришел к выводу, что свой богатейший опыт этот человек приобрел не только постоянным, я бы сказал, жадным чтением литературы по географии и другим смежным дисциплинам, но и беспрерывным общением с исследователями Средней Азии в течение всей своей жизни.
Е.К. Бетгер
Исключительный эрудит в области географии советской Средней Азии и сопредельных стран зарубежного Востока.
М.Е. Массон
...Интерес к Средней Азии возник с детства
Николай Гурьевич Маллицкий. Это имя хорошо знакомо каждому географу и этнографу не только Узбекистана, но, пожалуй, всей Средней Азии.
Находясь на посту редактора «Туркестанских ведомостей» он превратил их в центральный краеведческий печатный орган по истории, археологии и этнографии Средней Азии.
Впериод с 1906 по 1917 гг. он, занимая должность городского головы Ташкента, смог радикально изменить его облик.
Мы встречаем его имя в бурных дебатах с джадидскими лидерами.
Всоветское время он получит ученую степень доктора географических наук без защиты диссертации. За это решение проголосуют видные советские ученые – А.А. Семенов, Л.В. Ошанин, М.Е. Массон, Г.Н. Черданцев, О.Ю. Пославская1. Но это все случится уже позже.
Николай Гурьевич Маллицкий родился в селе Дедово, Оренбургской губернии 18 (30) сентября 1873 года. Предки Маллицких, шляхтичи из под г. Львова, были высланы в Россию за участие в восстании. Отец и мать Николая Гурьевича были сельскими учителями, вступившими на путь народовольческого движения, что вынудило их вместе с младшими детьми уехать в Восточную Сибирь. Так, воспитанием Н.Г. Маллицкого занялся его дед – священник, отец Александр Маллицкий2.
1ЦГА РУз, ф. Р-2231, оп. 1, д. 301.
2ЦГА РУз, ф. Р-2868, оп. 1, д. 419, л. 2.
- 52 -
Любовь к Средней Азии и к географии у Николая Гурьевича Маллицкого родом из детства и связана с его родным городом – Оренбургом.
По его собственным воспоминаниям, Оренбург того времени был «границей между Средней Азией и Россией, не только пограничный пункт, но и крупный торговый центр»1. Жизнь в Оренбурге того времени кипела: торговые караваны с хлопком и сушеными фруктами, рассказы о среднеазиатских походах старых солдат и казахская речь, которой он овладел от своих друзей по гимназии, и постоянные наблюдения за жизнью местного населения.
Интерес к географии был поддержан и учителями Оренбургской гимназии, которые всячески поощряли его стремления к новому и неизведанному.
Он получил разрешение посещать хранилище при гимназии и никем не посещаемый кабинет с зоологическими и ботаническими коллекциями, вывезенными из Средней Азии Карелиным, Бутаковым и различными экспедициями прошлого столетия, для которых Оренбург был базою2.
Окончив гимназию с золотой медалью, он поступает в СанктПетербургский историко-филологический институт – единственное тогда в России высшее учебное заведение, где наряду с историческими и филологическими дисциплинами, преподавались и географические.
Атмосфера института, его замечательные педагоги, окончательно утвердили Н.Г. Маллицкого в правильности избранного пути. В своей неопубликованной рукописи «Н.Г. Маллицкий, как географ»3, он с особой теплотой вспоминает И.В. Мушкетова, курс которого по физической географии он прослушал дважды, Н.И. Билобина – у которого занимался по математической географии, преподавателя методики географии – А.Ф. Соколова, академика А.С. Лаппо-Данилевс- кого, Ф.Ф. Соколова – «величайшего знатока греческой древности»4. Но именно профессор И.В. Мушкетов познакомил его с геологическими коллекциями Горного института и приобщил к работе в Географическом обществе, бессменным членом которого он был до конца своих дней5.
1ЦГА РУз, ф. Р-2231, оп. 1, д. 148, л. 132.
2Там же.
3Там же, д. 148.
4Там же, д. 301, л. 38.
5Там же, д. 148, л. 123.
- 53 -
О студенческом периоде жизни Н.Г. Маллицкого значительный материал содержат его лекционные тетради1. Они были испещрены различными записями. С особой тщательностью им конспектировались лекции таких профессоров, как А.С. Лаппо-Данилевский и Форстень. Хотелось бы отметить, что по этим тетрадям он вел занятия впоследствии не только в гимназиях, но и когда уже преподавал в советских вузах. Лишь в некоторые годы материал дополнялся им.
Особое внимание в его тетрадях привлекают изображения гор, встречаются и лица: в анфас и профиль2, героические и обыкновенные, мифические животные; на полях значительное количество четверостиший о студенческой жизни, преподавателях, лекциях.
Один Данилевский умеет Любовь нам к науке внушить А потому и не смею Перо его нами чернить.
Они подвигают науку, Не знаю ли взад иль вперед,
Но точно от их лекций скуки Нас давит ужасный гнет3.
Но помимо такого легкомысленного материала, огромное количество выписок с размышлениями о духовности, религии, о смысле жизни, цитаты великих людей.
Вопределенной степени, свои незаурядные педагогические способности, которые он в полной мере сможет раскрыть намного позже, он начал реализовать уже в студенческие годы. По воспоминаниям дочери, он ежегодно ездил работать репетитором (в те времена в институт присылали специальные приглашения для желающих подработать – О.П.) в различные богатые имения. Он всегда находил общий язык со своими воспитанниками, завязывались дружеские отношения, которые продолжались на протяжении всей жизни.
Все годы учебы в институте особенно манил Н.Г. Маллицкого Ташкент.
Винституте товарищи знали о его мечте. Однажды ему сказали: «Приехал из Ташкента Ф.М. Керенский, главный инспектор
1ЦГА РУз, ф. Р-2231, оп.2, д. 151.
2Современные психологи, проанализировав рисунки Н.Г. Маллицкого, пришли бы к выводу об его обостренном чувстве одиночества и беспокойства за своё будущее.
3ЦГА РУз, ф. Р-2231, оп. 2, д. 151, л. 131 об.
-54 -
народных училищ, сидит у директора. Ему нужен учитель истории и географии в Ташкентскую учительскую семинарию. Папа – к директору, стал просить Керенского взять его в Ташкент. Кедров огорчился и рассердился, т.к. хотел оставить его в институте. Керенский видя заминку сказал, что ему нужен «человек знающий», на что Кедров возразил: «Да он у нас лучший!». Керенский зачислил его, и папа, окончив институт, поехал в Ташкент. Кедров позже писал ему, звал вернуться в Петербург, в институт1.
Институт Н.Г. Маллицкий закончил со степенью кандидата наук, и ему была предложена подготовка к профессорскому званию по истории эллинизма.
Позднее, профессор Л.В. Ошанин напишет: «в случае оставления его при институте, на этом обычном для ученого пути, Николай Гурьевич, благодаря своим дарованиям, преданности науке и исключительных трудолюбии и трудоспособности, которые в дальнейшем красной нитью проходят через всю его жизнь и неизменно поражают решительно всех, ожидала незаурядная карьера ученого. Однако, будучи не только историком, но и географом и, притом «географом по преимуществу», Николай Гурьевич предпочел пути изучения истории Востока по первоисточнику, путь прямого и непосредственного изучения самого Востока» 2.
** *
Начиналась новая глава его жизни. Н.Г. Маллицкий прибыл в Ташкент в августе 1895 года, как пишет он сам, чтобы занять «скромное место преподавателя истории и географии в Туркестанской Учительской семинарии в Ташкенте»3. Путь к месту службы был долг, но не лишен очарования, достойного географа: «по Волге, Каспийскому морю до Баку и Красноводска, по железной дороге до Самарканда, а там до Ташкента на почтовых лошадях через не дорожную тогда Голодную степь»4.
Первый этап педагогической работы пришелся на 1895-1901 годы. В это время он преподавал в Ташкентской учительской семинарии – историю и географию (1895-1898) и в Ташкентской мужской гимназии (1898-1901). Свою любовь к науке он смог передать своим ученикам. Среди них – будущий член-корреспондент Академии наук Узбекистана профессор Г.Н. Черданцев, старший научный сотрудник Государственной библиотеки им. Алишера Навои Е.К. Бетгер, член-
1ЦГА РУз, ф. Р-2868, оп.1, д. 419, л. 6.
2Там же, ф. Р-2231, оп. 1, д. 301, л. 37.
3Там же, д. 148, л. 124.
4Там же, л. 133.
- 55 -