Материал: Kholdingi_pravovoe_regulirovanie_v_RF_Shitkina_I_S

Глава II. Правовое обеспечение холдингов

единений осуществляется с помощью законодательства, регулирующего определенные организационно-правовые формы участников таких объединений. Так, например, в Германии законодательное регулирование создания и деятельности связанных предприятий и концернов осуществляется Законом об акционерных обществах. При этом, если, например, в немецком Законе об АО предпринимательским объединениям посвящены в части первой «Общие положения» 8 параграфов из 22, отдельный раздел «Связанные предприятия», состоящий из пяти частей (§ 291–328), в российском Законе об АО отношениям дочерности регулирует только одна ст. 6.

Правовое обеспечение интегрированных бизнес-структур в зарубежных правопорядках осуществляется также нормами публичных отраслей, прежде всего в налоговой сфере1. В странах Европейского сообщества и Соединенных Штатах Америки имеются модельные образцы нормативных документов, унифицирующие правовое регулирование групп компаний как в частноправовой, так и в публичноправовой сферах.

О необходимости комплексного законодательного акта, регулирующего деятельность холдингов

Около трех лет в Государственной Думе обсуждался проект федерального закона «О холдингах». Принятый Государственной Думой еще в декабре 1999 г., одобренный Советом Федерации в июле 2000 г., он был отклонен Президентом РФ 20 июля 2001 г. с жесткой формулировкой, что при его разработке четко не была определена экономическая и юридическая цели создания и регламентации деятельности такого образования, как холдинг, в результате чего законопроект содержит большое количество неясных положений, применение которых затруднено, а отдельные из них противоречат ГК РФ и другим федеральным законам2. В октябре 2001 г. была создана согласительная комиссия, но и в редакции согласительной комиссии уже с учетом предложений главы государства закон был отклонен в феврале 2002 г. 7 июня 2002 г. Государственная Дума сняла проект закона «О холдингах» с повторного рассмотрения. Так закончилась «эпо-

1См. об этом § 1 гл. VII.

2Одним из противоречий ГК РФ было положение законопроекта о возможности создания дочерних структур в организационно-правовой форме товариществ.

§ 1. Правовое регулирование деятельности холдингов

пея» законопроекта № 99049555-2, который, по оценке разработчиков, носил рамочный характер. По сути, это был «сырой» документ, слишком общий, отсылочный, не имеющий механизмов реализации содержащихся в нем положений (в последней редакции проекта было всего 13 статей). В законопроекте не рассматривались аспекты хозяйственных взаимоотношений в холдинге, не было уделено внимания вопросам корпоративного управления и корпоративного контроля в группах компаний, не затрагивались особенности правового регулирования холдингов антимонопольным законодательством. Следует заметить, что собственники и менеджеры холдингов, многие из которых являются известными предпринимателями и политиками, имеющими определенное влияние на законодательные органы, не поддерживали законопроект «О холдингах». Интересным было высказывание на этот счет заместителя председателя Комитета Государственной Думы по собственности1 третьего созыва И. Лисиненко, сделанное в период обсуждения законопроекта: «…Скорость принятия закона зависит от того, насколько он нужен обществу. Законопроект о холдингах никто не лоббирует, поэтому он и не продвигается. Значит, никто не заинтересован в том, чтобы он был принят. Лобби — очень хороший индикатор общественного мнения»2.

Почему не лоббировался законопроект «О холдингах» 2001 г.? Представители бизнеса не видели целесообразности его принятия — проект содержал требование о раскрытии холдинговых отношений в уставах хозяйственных обществ — участников холдинга, если отношения дочерности существовали более шести месяцев; рассматривал возможность консолидированного учета в холдингах в случае признания за ними статуса консолидированного налогоплательщика. В сложившейся на тот момент ситуации консолидированное налогообложение групп компаний не было востребовано бизнесом, активно применяющим различные схемы минимизации налогообложения, в том числе с использованием внутренних и международных офшоров. Бизнес еще не был готов к открытости; государство еще не осознало возможного размера потерь бюджета от злоупотребления трансфертным ценообразованием, от отсутствия транспорентности бизнеса.

1Именно этот комитет инициировал законопроект.

2Финансовая Россия. 2001. №10. С. 6.

Глава II. Правовое обеспечение холдингов

В настоящий момент ситуация во многом изменилась. Нужен ли сегодня Закон «О холдингах»? Этот вопрос неоднократно обсуждался в предпринимательском сообществе1. В рамках создания и реализации концепции развития корпоративного законодательства при Министерстве экономического развития и торговли РФ была создана специальная рабочая группа, которая, в том числе, рассматривала проблему совершенствования законодательства в части регулирования интегрированных структур. Одним из первых был обозначен вопрос о необходимости разработки и принятия системообразующего федерального закона «О холдингах», сочетающего в себе частноправовые и публично-правовые аспекты. При общей озабоченности недостатками правового обеспечения групп компаний многие специалисты высказались за оперативное внесение изменений и дополнений в действующие правовые акты вместо принятия «тяжеловесного» комплексного закона, посвященного правовому регулированию различных аспектов деятельности холдингов. С нашей точки зрения, такой подход связан, в том числе, с необходимостью преодоления «атомистской» концепции правового регулирования, характерной для российской системы права. Суть этой концепции — в регулировании отдельных субъектов права, юридических и физических лиц и в отсутствии традиции обращения правовых предписаний к участникам интегрированного бизнеса. В развитых зарубежных правопорядках регулирование группы компаний, в том числе нормами публичных отраслей права, получило значительно более активное развитие.

«Отказ» от комплексного регулирования групп компаний, помимо юридико-технических сложностей в принятии системного нормативного акта, также связан с пониманием того, что каждая отрасль права имеет специфические цели правового регулирования экономической зависимости.

F Гражданское законодательство в качестве главной цели правового регулирования холдинговых отношений имеет защиту интересов акционеров и кредиторов дочерних обществ; налоговое —

1См. напр.: Итоги обсуждения концепции законодательства о холдингах и Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» на заседании рабочей группы НСКУ по экспертизе и развитию корпоративного законодательства 7 декабря 2007 г. <http://www.nccg.ru>.

§ 1. Правовое регулирование деятельности холдингов

максимальное получение в бюджет налогов с участников группы компаний; антимонопольное законодательство — обеспечение конкурентной среды для развития бизнеса и пр. Указанные цели не могут быть успешно реализованы при использовании общих, не унифицированных критериев экономической зависимости хозяйствующих субъектов, являющихся предметом регулирования.

Завершая вопрос о форме правового акта о холдингах и переходя к освещению содержания законодательных тенденций в правовом регулировании интегрированных бизнес-структур, резюмируем, что в России в ближайшее время вряд ли появится комплексный законодательный акт, регулирующий создание и организацию деятельности групп компаний.

Заметим, что отсутствие системного правового регулирования холдингов в конечном счете не является фактором, запрещающим или даже ограничивающим осуществление предпринимательской деятельности в холдинговой форме. Другое дело, что данное обстоятельство осложняет правоприменительную практику, затрудняет защиту интересов государства, кредиторов и акционеров дочерних обществ.

Тенденции законодательного регулирования холдингов

С нашей точки зрения, в законодательстве применительно к правовому регулированию холдингов приоритетно необходимо:

FУзаконить холдинги с различным составом участников, а не только образуемые хозяйственными обществами; по сути это означает введение в российскую правовую систему конструкций «дочернего» и «головного» юридического лица.

FФормализовать в законодательстве различные основания экономической зависимости — наряду с имущественной, также договорную и организационную, привести примерный перечень оснований возникновения договорного и организационного видов холдинга.

FУстранить из акционерного законодательства презумпцию «невлияния» основного общества на дочернее при привлечении его к имущественной ответственности по обязательствам дочернего общества путем внесения соответствующих изменений в ст. 6 Закона об АО.

Глава II. Правовое обеспечение холдингов

FУстановить ограничение перекрестного владения акциями в группе компаний.

FУстановить требования к раскрытию информации о наличии холдинговых отношений.

FКонкретизировать перечень оснований аффилированности для различных целей и разработать четкие критерии отнесения тех или иных лиц к аффилированным лицам.

FОптимизировать взаимодействие органов управления головного и дочерних юридических лиц, предусмотрев возможность прямого распространения на стопроцентные дочерние общества решений органов управления основного.

FПредусмотреть особенности совершения сделок с заинтересованностью между участниками холдинга, освободив от исполнения требований к сделке с заинтересованностью сделки между участниками холдинга — основным и дочерним обществом, а также между дочерними обществами («сестринскими» компаниями) при наличии у основного общества вместе с аффилированными лицами 75 и более процентов голосующих акций (долей участия), соответственно, дочернего или каждого из дочерних обществ.

FОсвободить от антимонопольного контроля сделки, совершаемые внутри группы лиц.

FПредусмотреть режим консолидированного налогообложения участников холдинга.

FУстановить требования к осуществлению консолидированной отчетности участников холдинга, признанных консолидированным налогоплательщиком, в соответствии с Международными стандартами финансовой отчетности.

FУрегулировать косвенный контроль в многоуровневом холдинговом объединении, построенном на системе участия, подобно тому, как это сделано в налоговом законодательстве — при установлении взаимозависимости, в законодательстве о банках и банковской деятельности — при определении банковского холдинга (группы).

§ 2. Правовое регулирование деятельности холдингов внутренними документами

Раскрытие позиции автора по предложенным направлениям совершенствования законодательства о холдингах будет содержаться в соответствующих разделах этой книги.

§2. Правовое регулирование деятельности холдингов внутренними документами

Понятие и требования к внутренним документам

Правовым полем для холдинговых объединений являются как нормы действующего законодательства, так и внутренние документы1 каждого хозяйственного общества — участника холдинга, принятые полномочными органами управления каждого юридического лица, входящего в состав объединения.

Принятие отдельных внутренних документов прямо предусмотрено законодательством. Другая часть создается по собственному усмотрению хозяйствующего субъекта, в зависимости от сферы и масштаба предпринимательской деятельности, состава участников, интеграционного взаимодействия, особенностей производственнохозяйственной структуры бизнеса, территориального расположения

1Как известно, до вступления в силу федеральных законов о хозяйственных обществах документы, принимаемые предприятием (организацией), регулирующие его внутреннюю деятельность, именовались локальными нормативными актами. В большей степени они касались социально-трудовой сферы, хотя не исключалось и иное (Положения о структурных подразделениях, Стандарты предприятия). С принятием Закона об АО появилось новое понятие — внутренние документы, предметом правового регулирования которых являются в основном организация и деятельность органов управления и контроля акционерного общества, хотя иное также не исключается: возможны к принятию положения о филиалах, о фондах и резервах, о выплате дивидендов и пр. Поскольку правовая природа и сущность локальных актов и внутренних документов полностью совпадают и отличаются только сферой правового регулирования, появление нового понятия — «внутренние документы», на наш взгляд, не исключает использования традиционной категории — «локальные нормативные акты», и в этой книге указанные термины будут применяться как равнозначные.

Возможность такой позиции подтверждается, в частности, положениями ст. 5 ТК РФ, относящей к трудовому законодательству и иным нормативным правовым актам, содержащим нормы трудового права, в том числе локальные нормативные акты, содержащие нормы трудового права. То есть предполагается, что могут быть локальные нормативные акты, содержащие нормы других отраслей законодательства.

Глава II. Правовое обеспечение холдингов

дочерних обществ и структурных подразделений организации, обычаев делового оборота, традиций взаимоотношений коллектива и руководства, акционеров (участников) и менеджеров.

В теории права отсутствует глубокое исследование правовой природы и сущности локальных актов юридических лиц и их места в структуре правового регулирования деятельности организации. Отметим, что ни в АПК РФ, ни в ГПК РФ в числе нормативных актов, применяемых судами при рассмотрении дел, прямо не указываются внутренние документы организации. Действующий ГК РФ также не упоминает внутренние документы в числе правовых актов, содержащих нормы гражданского права (ст. 3 ГК РФ). Это обстоятельство, в частности, дает основания отдельным специалистам не относить внутренние документы организации к числу нормативных актов.

Так, Н.В. Козлова считает, что любые акты, принимаемые органами юридических лиц частного права, нельзя признать ни нормативными, ни даже индивидуальными актами. По мнению этого ученого, внутренние или корпоративные документы, утверждаемые единоличным исполнительным органом в отношении субъектов корпоративных отношений, являются односторонней гражданско-правовой сделкой, а принимаемые коллегиальными органами организации следует считать многосторонней граж- данско-правовой корпоративной сделкой, причем понятие многосторонней корпоративной сделки Н.В. Козлова предлагает применить не только к гражданско-правовым, но также к трудовым отношениям (например коллективный договор)1. Этот вывод влечет за собой целый ряд правовых последствий, в том числе связанных с порядком принятия и признания недействительными внутренних документов.

С такой позицией категорически не согласен А.В. Габов, полагающий, что «существование в качестве локального нормативного акта совершенно не свойственно сделкам». И далее: «… управленческое решение следует выделить как отдельное основание (юридический акт) возникновения гражданских прав и

1См.: Козлова Н.В. Гражданско-правовой статус органов юридического лица // Хозяйство и право. 2004. № 8. С. 53, 55—56. По поводу коллективного договора заметим, что ТК РФ, в отличие от ранее действующего КЗоТ РФ, не относит коллективный договор к локальным нормативным актам организации, выделяя его наряду с трудовыми договорами и соглашениями в отдельную группу источников трудовых норм, принятых в договорном порядке (ст. 9 ТК РФ).

§ 2. Правовое регулирование деятельности холдингов внутренними документами

обязанностей»1. Указанный автор справедливо, с нашей точки зрения, считает, что управленческие решения подразделяются на индивидуальные акты и акты, устанавливающие правила поведения (локальные нормативные акты органов управления), что сделка и решение различаются по субъекту действия. Сделка всегда реально совершается представителем юридического лица либо по закону, либо по доверенности, либо в силу иного полномочия (к примеру, решения совета директоров об уполномочии подписать трудовой договор с лицом, выполняющим функции единоличного исполнительного органа). Решение принимается органом юридического лица — как единоличным, так и коллегиальным2.

Не соглашаясь с пониманием решения общего собрания как корпоративной сделки, Д.В. Ломакин пишет, что признавая у такого решения наличие свойств сделки, необходимо как минимум полностью изменить сложившееся в настоящее время в научной литературе и нормативных правовых актах представление о граж- данско-правовых сделках. Получается, что акционер, голосовавший против принятия того или иного решения общего собрания, т.е. выразивший свою волю не участвовать в совершении многосторонней сделки, все равно является ее участником3.

Материалы судебной практики также свидетельствуют о том, что решения органов управления не признаются гражданско-правовыми сделками. Так, ФАС Восточно-Сибирского округа указал, что действия единственного участника общества с ограниченной ответственностью по внесению изменений и дополнений в устав общества по смыслу ст. 153 ГК РФ, с учетом положений ст. 53 ГК РФ, сделкой не являются. Следовательно, указанные действия не могут быть признаны ничтожными на основании ст. 168 ГК РФ, и также по указанным основаниям к данным правоотношениям не подлежит применению ст. 167 ГК РФ, содержащая положения о последствиях недействительности сделки4.

1Габов А.В. Сделки с заинтересованностью. Практика акционерных обществ. М., 2004. С. 158.

2См.: Габов А.В. Указ. соч.

3См.: Ломакин Д.В. Общее собрание акционеров // Законодательство. 2005. № 3. С. 29.

4Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 18 января 2005 г. по делу № А10-3445/04-Ф02-5697/04-С2 // СПС «КонсультантПлюс».

Глава II. Правовое обеспечение холдингов

Мы рассматриваем внутренние документы или локальные

нормативные акты в корпоративной сфере как нормативные акты, принимаемые субъектами частного права и обязательные для всех участников, органов корпорации не в силу публичного принуждения, а исходя из самой сущности корпоративной формы организации предпринимательской деятельности, заключающейся в том, что участники корпорации при вступлении в нее добровольно приняли на себя бремя подчинения воли большинства, которая, в частности, выражается в принятии внутренних документов. Нормативность локальных актов носит внутренний характер, ограниченный рамками конкретной организации1.

Что касается локальных нормативных актов в сфере трудовых отношений, то в самом Трудовом кодексе РФ определено, что они относятся к трудовому законодательству и иным нормативным правовым актам, содержащим нормы трудового права, т.е. являются частью системы трудового законодательства (ст. 5 ТК РФ).

Принимаемые хозяйственными обществами, не противоречащие законодательству внутренние документы имеют обязательную силу для всех субъектов: органов управления и контроля общества, акционеров (участников), структурных подразделений, работодателя, работников. Внутренние документы организации, принятые в соответствии с законодательством, должны иметь обязательную силу и для судов общей юрисдикции, арбитражных судов, в частности, при рассмотрении любых споров, вытекающих из внутренней деятельности общества, например, из взаимоотношений работодателя и работников, органов управления и акционеров (участников).

1Внутренние документы к числу нормативных актов относят В.В. Лаптев (см.: Лаптев В.В. Акционерное право. М., 1999. С. 17), Т.В. Кашанина (см.: Кашанина Т.В. Хозяйственные товарищества и общества: правовое регулирование внутрифирменной деятельности. М., 1995. С. 92—95), С.И. Носов (см.: Носов С.И. Акционерное законодательство России: история, теоретический анализ, тенденции развития. М., 2001. С. 122), Р.С. Кравченко (см.: Кравченко Р.С. Корпоративное управление: обеспечение и защита права акционеров на информацию (российский и англо-американский опыт). М., 2002. С. 74). М.Г. Ионцев считает, что локальные нормативные акты можно только условно отнести к источникам права (см.: Ионцев М.Г. Акционерные общества. Правовые основы. Имущественные отношения. Управление и контроль. Защита прав акционеров. М., 1999. С. 17).

§ 2. Правовое регулирование деятельности холдингов внутренними документами

При отсутствии в процессуальном законодательстве ссылки на локальные нормативные акты (внутренние документы) как на источник права судебная практика последовательно подтверждает, что при разрешении споров суды руководствуются не только законодательством, но и документами, принятыми в соответствии с этим законодательством компетентными органами организации по вопросам, отнесенным законодательством к сфере локального нормотворчества.

Все вышеизложенное позволяет нам определить место локальных нормативных актов субъекта предпринимательской деятельности в иерархии других нормативных актов, т.е. включить их в систему правового регулирования предпринимательской деятельности.

Внутренние документы или локальные нормативные акты обладают следующими существенными чертами:

−основаны на законодательстве и иных правовых актах и не могут противоречить им1;

−принимаются в рамках диспозитивного дозволения и не в противоречие законодательному императивному запрету;

−их нормативность носит внутренний характер, ограниченный рамками конкретной организации;

−устанавливая внутренние процедуры (регламенты), обеспечивают исполнение норм законодательства и иных правовых актов;

−утверждаются компетентными органами управления хозяйственного общества в установленном порядке и не нуждаются в утверждении или одобрении какими-либо иными органами управления, в том числе государственными;

−в отличие от организационно-распорядительных документов (приказов, распоряжений руководителя, решений коллегиальных органов управления), имеющих индивидуально-

1 В ТК РФ содержится очень важная норма, аналог которой следовало бы предусмотреть в других отраслях законодательства: локальные нормативные акты, ухудшающие положение работников по сравнению с трудовым законодательством, коллективным договором, соглашениями либо принятые без соблюдения предусмотренного ТК РФ порядка учета мнения представительного органа работников, признаются недействительными. В таких случаях применяются законы или иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права (ч. 4 ст. 8 ТК РФ).