Материал: Kavkaz_i_Drevnii_774_Vostok_Makhachkala_Institut_IAE_DNTs_RAN_1999_z7zHuIv

М.Г. Гаджиев ДАГЕСТАН НА ПУТИ К РАННЕЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ

(Новое в древнейшей истории и археологии Северо-Восточного Кавказа)'

До сравнительно недавнего времени Северо-Восточный Кавказ являлся одной из наиболее слабо изученных в археологическом отношении областей Кавказа. В других областях, как Закавказье, так и на Северном Кавказе еще в дореволюционном периоде было сделано немало в этом направлении. Указывать на такую неравномерность археологического изучения Кавказа до 20-х годов XX в., на значительное отставание изучения и историко-культурной интерпретации древностей Северо-Восточного Кавказа по сравнению с другими областями Кавказа стало как бы историографической традицией.

В историограф ии XIX - начала XX вв. господствовало представление, основанное на данных Д.Н. Анучина, о том, что СевероВосточный Кавказ, в том числе горный Дагестан, был заселен сравнительно поздно людьми, знавшими не только бронзу, но и железо, т.е. в железном веке [Анучин Д.Н., 1884. С. 449]. Археологические исследования, проводившиеся в Дагестане Институтом истории материальной культуры Академии Наук СССР в 30-40-е годы, положили начало ликвидации этого пробела в изучении древнейшего прошлого истории народов С еверо-В осточного Кавказа. И сследования, проведенные в те годы в приморской и предгорной зонах Дагестана, открыли здесь археологические культуры, уходящие вглубь бронзового века. Впервые для Восточного Кавказа были обнаружены следы культуры мустьерской эпохи. Особое значение имело выявление в приморской части Дагестана памятников эпохи раннего металла, характеризующие культуру ранних земледельцев и скотоводов, чрезвычайно сходную с культурой, распространенной в то же время в Закавказье и в прилегающих к нему областях Ирана и Восточной Анатолии. Так, материалы раскопок Каякентского поселения, проведенные в 1939 году, позволили включить этот памятник в район распространения южных закавказских памятников эпохи раннего металла. Первоначально поселение датировалось первой половиной II тыс. до н.э., а позднее - второй половиной III тыс. до н.э. и рассматривалось сначала как наиболее северный, а позднее - проме-

жуточный пункт распространения на Северо-восточном Кавказе южнокавказской “энеалитической” культуры [Крутов Е.И., 1958. С.20-30; Мунчаев Р,М, 1955. С. 15-16]. Считалось, что новые формы хозяйства - земледелие и скотоводство, навыки организации оседлоземледельческого быта привнесены в Приморский Дагестан выходцами из Закавказья, что здесь раньше середины III тыс. до н.э. вообще не существовало оседлоземледельческого уклада жизни.

Горный Дагестан и в этот период археологического изучения Северо-Восточного Кавказа оставался вне поля зрения исследователей. Отсутствие достоверных и исследованных памятников первобытной эпохи создавало впечатление о его возможном сравнительно позднем заселении и хозяйственном освоении. Считалось, что земледельческоскотоводческий комплекс проник в горный Дагестан, как и в горные районы Центрального Кавказа [Крупнов Е.И., 1951. С.71], позднее, т.е. во II тыс. до н.э., после сложения оседлоземледельческой жизни в приморской зоне. Причем хозяйственное освоение горной зоны связывалось с развитием отгонного, полукочевого скотоводства, переселением туда пастушеских овцеводческих племен с равнины [см.: Котович В.Г., 1965. С.5-6]. Казалось, что на Северо-Восточном Кавказе не существовало сколько-нибудь оригинальных культур, сложившихся на местной базе раньше позднебронзовой эпохи, когда здесь была распространена каякентско-хорочоевская культура, датировавшаяся тогда предокифским временем (IX-VIII вв. до н.э.).

Культурно-историческое развитие Дагестана и всего СевероВосточного Кавказа предшествующего времени рассматривалось сквозь призму археологии Закавказья и Юго-Восточной Европы, с точки зрения выяснения степени проникновения на территорию Дагестана закавказской (куро-аракской), восточноевропейской (катакомбной) культур и их роли в древней истории населения края.

Ликвидация этого пробела в изучении первобытной истории и культуры Дагестана стала одной из основных задач археологических экспедиций Института истории, языка и литературы Дагестанского научного центра РАН (ныне Институт истории, археологии и этнограф ии), которы й приступил к целенаправленном у, систематическому изучению территории республики с 1951 г.

За истекший период выявлено и исследовано сотни памятников различных эпох, накоплены обширные археологические материалы, характеризующие последовательные этапы древней и средневековой

оместе и роли Дагестана в древнейшей истории и культуре юга России

иКавказа.

Одним из главных направлений археологических исследований института стало изучение памятников первобытной культуры, в особенности раннеземледельческих поселений. В 1953 г. в Приморском Дагестане были открыты и частично исследованы раннебронзовыс поселения у сс. Великент, М амайкутан, Гильяр, аналогичные Каякентскому поселению и характеризующие дагестанский вариант куро-аракской культуры [КотовичВ.Г, 1959. С.121-136]. В 1954 г. было открыто [Мунчаев Р.М.,1958] ив 1955-1957 гг. исследовалось Чохское поселение [Котович В.Г., 1964. С.99-162], которое, как выяснено новейшими его исследованиями, представляет собой незаурядный археологический памятник, радикально изменивший представление о начальном периоде становления производящего хозяйства в Дагестане и на Кавказе в целом [Амирханов X.А., 1987]. В 1955-1959 гг. широкие археологические работы развернулись на среднем Судаке, в зоне строительства Чирюртовской ГЭС, где исследовались разновременные памятники, из которых важное значение для первобытной археологии имеют раскопки раннебронзового Сигитминского поселения и Миатлинских курганных полей эпохи средней бронзы [Канивец В.И., 1957. С.157-159; 1959. С.31-59]. В эти же годы ряд памятников бронзового века был выявлен и частично исследован в нагорной части Дагестана: Мекегинское, Ирганайское, Верхнегунибское поселения, Гонобский, Гинчинский и Ирганайский могильники [Котович В.Г., 1961а. С.285286; 1961. С.25-36; Котович В.М., 1965; Гаджиев М.Г., 1969]. Особое значение имело открытие Мекегинского поселения, которое впервые засвидетельствовало, что поселения, относящиеся к кругу памятников куро-аракской культуры эпохи ранней бронзы, существовали не только в равнинной части Дагестана, но и в горной зоне, у самых подступов во внутренний Дагестан.

В исследовании памятников эпохи раннего металла в Дагестане особо выделяются 60-80-е годы, когда была открыта и исследована целая свита раннеземледельческих поселений, расположенных не только в предгорном, но и во внутреннем Дагестане. Раскопки поселений у сс. Чирксй, Гагатль, в местности Чинна [Гаджиев М.Г., 1991. С.140-150] показали, что памятники раннебронзовой эпохи, характеризующие дагестанский вариант куро-аракской культуры были распространены в Дагестане повсеместно, не только в равнинной части, но, что особенно важно, в его горной зоне, где они занимали весьма значительные площади и по своей древности не уступали

известным прикаспийским поселениям.

Совершенно неожиданным для уровня развития первобытной археологии Северо-Восточного Кавказа тех лет было открытие в центральной части горного Д агестана раннеземледельческого поселения Гинчи эпохи энеолита. М атериалы раскопок этого пам ятника, проведенны х в 1962-1964 гг., характеризовали высокоразвитую местную земледельческую культуру, относящуюся к V - IV тыс. до н.э. Это впервые документально подтвердило, что оседлоземледельческий уклад жизни в горном Дагестане сложился задолго до появления первы х зем ледельческих поселений в Прикаспийском Дагестане, что в горной зоне Северо-Восточного Кавказа за два тысячелетия до эпохи ранней бронзы существовала высокоразвитая земледельческая культура и что земледельческое освоение высокогорий не связано с продвижением из Закавказья на север племен куро-аракской культуры, как это было принято считать прежде [Гаджиев М.Г., 1991. С.34-109].

Оставалось неясным, когда, как, на какой основе и территории Северо-Восточного Кавказа возникли земледелие и скотоводство, произошло впервые сложение нового оседлоземледельческого уклада жизни в горной зоне Дагестана. Ответы на эти вопросы были получены в результате новейших комплексных исследований Чохскпго поселения, где в ходе раскопок 1980-1982 гг. были добыты новые археологические, палеоботанические и палеозоологические материалы для установления времени и пути становления производящего хозяйства в горной зоне Северо-Восточного Кавказа [Амирханов Х.А., 1987]. Эти исследования позволили включить горный Дагестан в число тех горных областей мира, где протекала “неолитическая революция” - чрезвычайно длительный и сложный процесс зарождения и постепенного вызревания элементов производящей экономики в недрах высокоспециализированного охотничье-собирательского хозяйства мезолитической эпохи.

Главным итогом исследований Института ИЯЛ (ИАЭ) в области первобытной археологии Дагестана является выделение в древнейшей истории края неизвестного здесь прежде культурного пласта временной протяженностью около 4-х тысячелетий, особой раннеземледельческой эпохи, когда на базе новой экономики происходит невиданный прежде стремительный прогресс общества, идущего по пути формирования ранней цивилизации. Особенно ярко прогресс, достигнутый в экономическом, социальном и культурном развитии древнедагестанского общества, отражают материалы новейших комплексных исследований памятников раннебронзового века в Приморском Дагестане у с. Великент

Дербентского района, проводимых с 1994 г. Дагестанско-Американской археологической экспедицией [Гаджиев М.Г., Кол Ф.Л., Магомедов Р.Г., 1995; Gadjievtt all, 1997].

Накопленный материал дает возможность охарактеризовать основные этапы культурно-исторического развития населения Северо- В осточного К авказа в раннезем ледельческую эпоху - эпоху кардинальных перемен в жизни первобытного общества, связанных со сложением производящего хозяйства, становлением и развитием ранних земледельческо-скотоводческих культур. Если раньше СевероВосточный Кавказ рассматривался как периферия распространения закавказских культур эпохи раннего металла, то новые археологические открытия и исследования свидетельствуют о том, что этот регион был одним из важнейших очагов раннего возникновения производящего хозяйства на Кавказе, формирования и развития оригинальной древней культуры земледельцев и скотоводов. Они позволяют проследить, с одной стороны, внутренние закономерности развития местного раннеземледельческого общества, а с другой - выявить общие законом ерности и особенности, характерны е для культурно­ исторического развития населения северны х окраин раннеземледельческой ойкумены.

Рассмотрим основные этапы развития древнего общества СевероВосточного Кавказа от зарождения производящего хозяйства на рубеже ѴИ-ѴІ тыс. до н.э. и сложения раннеземледельческой культуры до ее заката и культурной трансформации региона в III тыс. до н.э.

Н аиболее ярким памятником, характеризую щ им период зарождения и начального этапа сложения земледельческой культуры, является Чохское поселение, давшее название чохской археологической культуре, распространенной в мезолите и в неолите в северо-западной горной части Дагестана. На Чохском поселении выделяются три слоя, из которых два относятся к мезолиту и датируются ѴІІІ-ѴІІ тыс. до н.э., один - к неолиту (VI тыс. до н.э.). Все слои поселения связаны между собой преемственно. Это позволяет считать, что неолит горного Дагестана вырос на местной мезолитической основе. Культура представленная Чохским поселением обнаруживает очень близкое сходство с мезолитом Южного и Юго-Восточного Прикаспия, т.е. Северного И рана й Ю го-западной Туркмении, что позволило объединить их в культурную общность, названную южнокаспийской. Наиболее вероятной территорией формирования ее культурного субстрата считается район, расположенный между горами Эльбурс и Каспийским морем на севере современного Ирана, где находятся

наиболее ранние поселения, относящиеся к данной культурной общности [Амирханов Х.А., 1987. С. 190-193]. Люди с культурой, сходной с мезолитом Южного Прикаспия, заселили горный Дагестан около 10 тыс. лет назад (VIII тыс. до н.э.). В эпоху мезолита, охватывающей ѴІІІѴІІ тыс. до н.э., развитие чохской культуры шло эволюционно без сколько-нибудь принципиальных нововведений. На протяжении около двух тысячелетий люди чохской культуры удовлетворяли свои потребности в пище традиционными для каменного века формами Присваивающего хозяйства - охотой преимущественно на безоаровых козлов и м уф лонообразны х баранов и специализированны м собирательством, в том числе сбором дикорастущих злаков.

На рубеже ѴІІ-ѴІ тыс. до н.э. темпы культурно-исторического развития обитателей горного Дагестана резко меняются. В верхнем слоеЧохского поселения, относящемся к неолиту, появляется комплекс признаков, свидетельствующих о коренном переломе в хозяйственной деятельности и образе жизни его обитателей. Об этом свидетельствуют ф ундам ентальны е кам енны е ж илищ а, рассчитанны е на долговременное и постоянное обитание, неизвестные прежде домашние производства, в частности керамическое. Земледельческие орудия - мотыжки, кремневые жатвенные ножи с костяной и каменной рукоятями, печные сооружения, служившие для обжаривания зерна и выпечки хлеба, находки обугленных зерен культурныхзлаков: пшеницы двузернянки, пшеницы однозернянки, мягкой - карликовой пшеницы, голозерного и пленчатого ячменя говорят о возникновении земледелия, которое в хозяйстве обитателей Чохскоі о поселения занимало одно из ведущих мест.

Анализ костных материалов доказывает существование у обитателей Чохского поселения также одомашненных животных - овцы, возможно и козы.

Все это свидетельствует о том, что уже в раннем неолите население горного Д агестана соверш ило радикальный скачок в своем экономическом развитии, выразившийся в переходе от присваивающего хозяйства к производящему и установлении здесь прочного оседлого быта. Однако, несмотря на то, что земледелие и скотоводство уже заняли в хозяйстве ведущее место, элементы архаической, присваивающей экономики были еще сильны. Об этом свидетельствует то, что значительную часть мясной пищи обитателям Чохского поселения доставляла традиционная охота на диких козлов и баранов.

Значение Чохского поселения далеко выходит за рамки первобытной истории местного общества. В настоящее время оно

является единственным на Кавказе и на всем юге России памятником, в котором ярко отражается процесс вызревания неолитической культуры с производящей экономикой в основном на местной мезолитической основе [Амирханов Х.А., 1987. С .6,158-Ш ].

Таким образом, новейшие исследования Чохского поселения подтвердили правоту Н.И. Вавилова, который еще в 20-х гг, основываясь на чисто геоботанических данных, отнес Дагестан к числу тех горных районов м ира, которые являю тся очагам и первоначальной земледельческой культуры, и включил его вместе с Закавказьем в юю - западноазиатский центр происхождения культурных растений [Вавилов Н.И., 1957.С.87-121; 1965.С.166-168].

Зарождение новой экономики было одним из переломных моментов в древнейшей истории Северо-Восточного Кавказа. Оно ознаменовало начало новой эпохи - эпохи производящего хозяйства, кардинальное изменение всей экономической базы местного общества, предопределило дальнейшее прогрессивное его развитие, изменение его социальной структуры и всего облика культуры. С этого времени Дагестан становится одним из центров интенсивного развития земледелия и скотоводства, различных домашних производств и ремесел, ускоренного роста населения и интенсивных демографических процессов, связанных с расселением земледельческо-скотоводческого населения и освоением им новых территорий.

На втором этапе, охватывающем эпоху энеолита (V -1 -я половина IV тыс. до н.э.), раннеземледельческое общество горного Дагестана

развивается на основе хозяйственных и культурных достижений

населения чохской культуры. В энеолите была в значительной степени нарушеназамкнутость неолитических общин. Земледелшеские общины осваивают новые территории горной зоны Северо-Восточного Кавказа: долины рек, горные плато. Наряду с базовыми поселениями (поселение Гинчи в Шамильском районе), в ходе земледельческо-скотоводческого освоения горной зоны возникает новый тип поселений • сезонные поселения (поселения у с.Ругуджа Гунибского района, Чинна в Хунзахском районе). К двум великим открытиям (земледелие и скотоводство) теперь добавляется третье - освоение людьми металла, являющегося одним из важнейших стимуляторов коренных изменений в технике, технологии, экономике и, в конечном итоге, в социальных отношениях [Гаджиев М.Г., 1991.С.28-109].

Основу хозяйства того времени составляло земледелие. На плодородных поймах рек и речных террасах возделывали пшеницу и ячмень. Разнообразными были жатвенные инструменты, которые

занимали среди кремневых орудий (поселение Гинчи) около 18 процентов. Важно отметить, что в эту эпоху, наряду с архаическими жатвенными ножами, получили распространение прогрессивные формы жатвенных орудий - изогнутые серпы, отличающиеся высокой производительностью . Появляется специальная тарная посуда, служившая для хранения зерна, крупные зернотерки, что является одним из показателей успехов, достигнутых в зерновом хозяйстве.

М олочную пищу и значительную часть мясных продуктов доставляло уже скотоводство. Горный Дагестан отличается от других областей Кавказа тем, что в то время здесь главным образом разводили овец и ю з, в меньшей степени крупный рогатый скот и свиней, что говорит о преим ущ ественно овцеводческом характере животноводческого хозяйства. Несмотря на существование развитого скотоводства, в экономике горных общин в эпоху энеолита большую роль еще продолжала играть охота на оленей и мелких жвачных. Однако значение последней неуклонно падало: если в раннем энеолите доля диких животных в мясном рационе населения составляла около 67 процентов, то к концу эпохи она уменьшилась до 31 процента.

Наряду с отраслями хозяйства, рассчитанными на удовлетворение потребностей населения в пище, в комплексной экономике горных общин существовал еще целый ряд производств, удовлетворявших потребности населения в различных сферах жизнедеятельности и по мере развития общества, приобретавших все большее значение. Это строительное дело, металлообработка, керамическое производство, ткачество, переработка продуктов земледелия, скотоводства и охоты и др. В строительном деле дальнейшее развитие получает техника каменного строительства, традиционного для горного Дагестана. И склю чительно вы сокого уровня достигает керамическое производство. Поражает высокое качество части керамики того времени, которая напоминает античную посуду. Производство подобной керамики было возможно при высоком уровне развития теплотехники, наличии гончарных печей, в которыхдостигалась высокая регулируемая темпераіура. Новым видом производства было ткачество, продукция которого включала не толью грубые, но и тонкие ткани более сложного плетения. Заметное положение приобретают производства, связанные с переработкой продуктов земледелия, скотоводства: размол зерна, обработка шкур и выделка кожи, изготовление одежды, обработка кости, переработка молочных продуктов и др.

Обогащается духовная жизнь общества, развиваются

орнаментальное искусство, наскальная живопись, отражающие разнообразный духовный мир ранних земледельцев.

Прогресс в развитии новой экономики создает возможности накопления прибавочного продукта, имущественного и социального расслоения общ ества. Однако данны й этап развития древнедагестанского общ ества представляется еще как время наивысшего расцвета первобытно-общинного строя и соответствует уровню развития раннеземледельческого общества Ѵ-ІѴ тыс. до н.э. в Закавказье и соответствующих комплексов Ближнего Востока ( Халаф, ранний Убейд и т.п.) [Гаджиев М.Г., 1991. С.45-109].

Успехи в развитии новой экономики таили в себе угрозу самому строю, что особенно ярко выступает на следующем третьем этапе, который можно назвать как период расцвета ремесел, интенсивного разложения первобытно-общинных отношений, ускоренного движения раннеземледельческого общества к цивилизации.

На данном этапе, которы й согласно археологической периодизации относится к раннебронзовому веку (сер. ГѴсер. III тыс. до н.э.) происходит дальнейш ее расселение зем ледельческоскотоводческих племен. Ими осваиваются все новые территории и различные экологических ниши С еверо-В осточного Кавказа, плодородные долины рек в предгорьях и в Приморской низменности, где возникаю т крупны е оседлозем ледельческие поселения, занимавшие площади более 3-х га. Увеличивается плотность населения в горных долинах и, в особенности, в Приморской низменности. Северо-Восточный Кавказ становится составной частью обширного ареала куро-аракской культуры, где развивался один из ее ярких локальных вариантов (Мунчаев Р.М., 1961; 1975. С. 172-198; Гаджиев М.Г., 1991. С. 229-241). Наибольшая концентрация людских масс происходит в низовьях таких рек, как Уллучай, Гамриозень и др. [Гаджиев М.Г., 1991.С.151-168].

Подобныедемографические процессы были возможны приусловии высокой интенсификации развития отраслей производящего хозяйства. Складывавшаяся в это время террасная система земледелия являлась гарантиейдлительного и стабильного обживания горной зоны большими группами населения. Горный Дагестан становится одним из ярких мировых очагов террасного земледелия [Вавилов Н И., 1936. С.80].

Качественные сдвиги в развитии земледелия связаны также с усовершенствованием земледельческих орудий, в первую очередь, пахотных. Применение плуга, приводимого в движение с помощью тягловых животных, открыло огромные возможности для расширения

посевных площадей. Распространяются высокопроизводительные изогнутые кремневые серпы со специализированными вкладышами, появляются различные молотильные приспособления.

Расш иряется ассортимент возделываемых злаков (полба, различные виды пшеницы, пленчатый и голозерный ячмень, лен). Возникает садоводство и виноградарство. В результате активной селекционной работы выработались особые эндемичные сорта зерновых, отличавшиеся скороспелостью и укладывавшиеся в цикл развития в короткое лето. Разнообразными становятся агроприемы, формы и системы земледелия, появляются аграрные календари (Ъісрапилов М.И., 1993. С.44-130].

В результате всего этого происходит резкий подъем зернового хозяйства, забота о хранении зерна становится важнейшей чертой быта, появляются большие зернохранилища в виде крупных колоколовцдных погребов глубиной до 2 м и диаметром 1-2 м, налаживается массовое производство специальных, крупных тарных сосудов для хранения зерна [Гаджиев М.Г., 1991.С.177-179]. На поселениях эпохи ранней бронзы в массовом количестве встречаются зернотерки. Из отработанных зернотерок на Великентском поселении строились даже стены различных бытовых сооружений.

В развитии скотоводства следует подчеркнуть зам етное увеличение его удельного веса в мясном обеспечении населения, возрастание роли крупного рогатого скота, соотношение которого к мелкому составляло уже 1:2. Более разнообразными становятся и формы организации скотоводческого хозяйства: пастушеское, отгонное, стойловое. Скот широко используется в качестве тягловой сипы, а лошади - для верховой езды.

Особенно поразительны успехи в развитии древних производств, превратившихся на этом этапе в специализированные ремесла. Высокого уровня достигла техника каменного домостроительства. А рхитектура поселений, застраивавш ихся круглоплановы ми жилищами, становится почти стандартной. Дома укрепляются контрфорсами, пилястрами, в строительном деле широко используется обработанный камень. Неожиданно высоким оказался уровень развития строительного дела в Приморском Дагестане, где было нагажено производство жженого кирпича, использовавшегося в жилой и другой бытовой архитектуре [Гаджиев М.Г., Кол Ф.Л., Магомедов Р.Г., 1997. С. 65]. Следует особо подчеркнуть, что этот строительный материал использовался в ту эпоху только в некоторых ранних городских центрах Древнего Востока.