Материал: Kavkaz_i_Drevnii_774_Vostok_Makhachkala_Institut_IAE_DNTs_RAN_1999_z7zHuIv

мезолитической и верхнепалеолитической культурами. Это положение подтверж дается кам енной индустрией западнокавказских и дагестанских памятников, связанной с тарденуазской техникой. Неолит Кавказа он относит ко времени от VI до V тысячелетия до н.э., выделив два этапа его развития: ранний и поздний. На раннем этапе основой хозяйства продолжает оставаться охота и собирательство. В это время отсутствует керамика, но встречаются новые типы орудий, начинает развиваться микролитическая техника, появляются каменные шлифованные топоры. На позднем этапе осваивается значительно большая часть территории Кавказа; повсеместно встречаются оседлые поселения; дальнейшее развитие получает каменная индустрия; появляются двусторонне обработанные геометрические орудия в виде сегментов и трапеций, много ножевидных пластин, новые типы других кремневых орудий. Широкое распространение получают каменные топоры , долота, стам ески, пиковидны е орудия, терочники, шлифовалышки и др. Появляются каменные мотыги, ступки, песты и зернотерки. Возникает керамическое производство.

Изучение керамики и другой категории инвентаря позволило Р.М. Мунчаеву определить локальные особенности в развитии отдельных областей Кавказа.

Для этого времени он отмечает переход к производящей форме хозяйства. Имеющиеся материалы подтверждают выводы ученого о развитии здесь земледелия и скотоводства. Повсеместное исчезновение микролитов обусловлено утратой значения охоты, появление ножевидных пластин — развитием земледельческого хозяйства. На поздненеолитических пам ятниках встречаю тся каменны е мотыгообразные орудия, зернотерки, ступки, терочники, песты, вкладыши серпов в виде каменных пластин с ретушированными краями.

Развитие скотоводства автор документирует находками костей домашнего быка на памятниках Дагестана; быка, козы, овцы, свиньи и собаки в Каменномостской пещере.

Из всего этого следует вывод о том, что зачатки земледелия на Кавказе возникли в позднем неолите, но при этом формирование производящей экономики здесь началось позже, чем в Передней и Малой Азии. При этом он допускает, что Кавказ мог быть центром возникновения земледелия и скотоводства.

Кавказ представляет собой пестрый в почвенно-климатическом и ландшафтном плане регион, позволяющий развить разнообразные отрасли экономики и культуры. В соответствии с этим Рауф Магомедович отмечает, что процесс развития скотоводства в различных

районах Кавказа протекал по-разному. В Прикубанье, например, основное место занимало свиноводство, в Дагестане и многих областях Закавказья — овцеводство, которое начало приобретать полукочевой или яйлажный характер. Установлено, что, во всяком случае, в III тысячелетии до н.э. имелась домашняя лошадь.

Подробно охарактеризован в работе энеолит Кавказа. Все памятники этого времени связаны преемственными узами с местными памятниками неолита и мезолита. В Закавказье энеолит представлен памятниками Шомутепе-Шулаверского типа и Нахичеванского Кюльтепе и Техут, рассматриваемыми Рауфом Магомедовичем как две локальны е и хронологические группы , а не как отдельны е археологические культуры. Особое место им уделено Гинчинскому поселению, характеризующему особую культуру Северо-Восточного Кавказа. Хронология Ш омутепинских памятников определена в пределах V тысячелетия до н.э., Нахичеванско-Техутских — первой половины IV тысячелетия до н.э., Гинчинского поселения — первой половины IV тысячелетия до н.э.

Автору удалось убедительно показать значительный прогресс в культурно-историческом развитииЗакавказьяи Северо-Восточного Кавказа.

На отдельных поселениях Закавказья открыты медеплавильные печи, найдены кусочки металлургического шлака, сопла, льячки, формы для отливки и, наконец, сами предметы — проушные топоры, ножикинжалы, шилья, отдельные украшения. Среди металлических изделий встречаются предметы, изготовленные по переднеазиатским образцам

— черенковые наконечники копий и топоры-клевцы.

Особое внимание в работе уделено куро-аркской и майкопской раннебронзовым культурам, относимым до недавнего времени к энеолиту.

Куро-аракская культура, в основном изученная по бытовым памятникам, в настоящее время характеризуется и по погребальным комплексам. В работе дается обзор всех этих памятников. Отмечено, что поселения куро-аракской культуры располагались у рек, на холмах и горных террасах. Это были небольшие по площади поселения. В редких случаях они были укреплены. Определен ареал распространения ее памятников на обширной территории Закавказья, северо-западной части Ирана, восточной Анатолии, Дагестана, Чечни и некоторых районов Северной Осетии. Отдельные элементы этой культуры проникают в Сирию и Палестину. При этом автор обращает внимание на скопление памятников этой культуры на территории куро-аракского двуречья и Армянского нагорья.

В работе дана характеристика жилой архитектуре, представленной

домами нескольких типов. Среди жилищ приведены круглоплановые толосы, к которым иногда примыкали прямоугольные постройки — прихожие; террасно-расположенные каменные прямоугольные дома, сырцовые и глинобитные овальные и квадратные с овальными углами жилища; дома, сочетающие каменную и сырцовую кладки. Для интерьера жилищ характерны круглые глиняные очаги, расположенные в центре жилищ.

Проанализировал автор и керамику куро-араксской культуры, представленной сосудами, приготовленными вручную, но весьма тщательно. Для нее характерна черная лощеная наружная поверхность

и“розовая подкладка” изнутри. Много и красной лощеной керамики,

ав отдельных регионах— со светло-коричневой и бурой поверхностью (Дагестан). Наиболее типичны формы — крупные плоскодонные сосуды с округлым туловом и большие яйцевидные сосуды, сосуды с цилиндрической шейкой, кувшины, горшки, кружки, чаши, миски, кубки и др. Большинство сосудов снабжено ручками в виде полушарий.

Для куро-аракской керамики характерны дисковидные крышки сосудов и горшков и мисок на всех сосудах, иногда на крышах и даже на очагах. Характерным орнаментальным мотивов являются рельефные

ивыпукло-вогнутые изображ ения в виде двойны х спиралей, концентрических кругов, ромбов и других, в том числе птиц. На отдельных крышах имеются рельефные изображения оленя. Для определенной группы сосудов характерна резная орнаментация. Имеются керамические комплексы, вообще лишенные орнамента (Элар идр.). Среди керамических изделий встречаются очажные подставки. Некоторые из них имеют изображения в виде лица или зооморфных скульптур.

Приведены сведения о могильных комплексах, открытых в Закавказских странах и в Дагестане. У племен куро-аракской культуры практиковался обряд захоронения на площади поселения. В ШидаКартли, в районе Гори встречаются подкурганные захоронения, обычные грунтовые погребения (Урбниси) и погребения в сырцовых могилах (Гудабертка). В Грузии раскопаны погребения в каменных ящ иках (А м иранис-гора). В А зербайдж ане такж е откры ты подкурганные и другие захоронения. П огребения соверш ены скорченно на боку, с произвольной ориентировкой. В ряде подкурганных могил Азербайджана наряду с труноположением встречено трупосожжение. Особый интерес представляют могильные сооружения в виде ям, дно которых выложено галькой. Это особенность ставится в связь с влиянием майкопской культуры. В Мильской степи

12

обнаружен курган, который документирует связь с майкопской культурой. Особой удачей автора следует признать выделение локальных вариантов куро-аракской археологической культуры. В заключении делается вывод о том, что племена раннебронзового века Закавказья и Северного Кавказа, развиваясь во взаимовлиянии и взаимодействии между собой и населением смежных территорий, создали самобытную яркую культуру. Хотя здесь развитие социально-экономических отношений не привело к созданию классов и государства, значительный прогресс в историко-культурном развитии на лицо. Здесь на заре бронзового века известны многие важные достижения древности: развитие металлургического производства, применение гончарного

круга, коневодство и т.д.

Анализ археологических культур позволил Рауфу Магомедовичу предположить, что в 111 тысячелетии до н.э. носители разных культур Кавказа говорили на разных языках, те . не было единого языкового единства. Следовательно, распад общекавказского языка-основы произошло значительно раньше.

В итоге автор отмечает, что во второй половине III тысячелетия до н.э. жизнь на большинстве куро-аракских поселений прекращается Население покидаетместасвоегодолговременногообиганияиустремляется на запад и в горные и высокогорные районы. В отдельных горных районах Кавказа, гаеобтаю тпредставителикавкасионсюгоантропологическоготипа, наблюдается преемственностьв развитии материальной культуры. Это дало РМ.Мунчаевуоснованиепредположить, чтоносигешкуро-аракеюйкушуры являются далекими предками современного населения Кавказа. Это подтверждаетпалеоашропологический материал с характернымузколицым долихокраннымтипом. В позднемсредневековье этоттиптранформируется и образуется современный кавкасионский тип.

Все это показывает; что Р ^ф Магомедович Мунчаев сыграл важную роль в развитии археологии Кавказа Он продолжает оставаться ведущей фиіурой в кавказской археологии и в настоящее время. Кавказская проблематикапродолжаетзанимать видное место в его нгучном творчестве и ознаменованоіювымимонографическимиработами— “ЭнеолитКавказа” (1981), “Куро-аракская культура” и “Майкопская культура” (обе 1994), опубликованными в соответствующих томах двадцатитомной серии “Археология”.

1969 год стал поворотным в творчестве Рауфа Магомедовича Мунчаева. В этом году в Институте археологии АН СССР по инициативе Е.И. Крупнова была создана Иракская археологическая экспедиция,

фундаментальные труды как “Раннеземледельческие поселения Северной Месопотамии” (1981 г.) и “Early stages in the evolution of Mesopotamian civilization. Soviet Excavation in Northen Iraq. Edited by N. Yoffe and J.J. Clark. Arisona” (издан университетом штата Аризона США в 1993 г.), обобщившие итоги 14-летней работы в Ираке. Авторы этих работ— Рауф Магомедович Мунчаев и его соавторы Н.Я. Мерперт и О.Н. Бадер удостоены государственной премии Российской Федерации за 1999 г. Получили они высокую оценку и за рубежом. Видный английский археолог-востоковед Джоан Отс отметила: “Британская археология играла лидирующую роль в исследовании севера (Месопотамии. - О.Д.), но она перешла к Советской экспедиции, исследования которой существенно изменили представления о неолите Месопотамии” [Oates J., 1994].

В 1988 г. Р.М. Мунчаев перенес работу экспедиции на территорию Северо-восточной Сирии, которая считалась областью Передней Азии, запаздывавшей в своем развитии от сопредельных территорий. Раскопкам в течение десяти полевых сезонов подвергались два памятника — Телль-Хазна I и Телль-Хазна II, расположенные в левобереж ье Х абура, на территории, являю щ ейся прямым продолжением Синджарской долины. На Телль Хазна I раскопкам

подвергался большой храмовый комплекс конца IV - первой половины III тыс. до н.э. Он стоял изолированно, вне поселения и, очевидно, являлся культово-административным центром всей округи. Его великолепно сохранивш иеся сооруж ения располагались на последовательно возвышавшихся сіупенчаіъгхтеррасах. Раскопки Телль Хазны позволили создать представления о Сирии как о передовом центре древневосточной цивилизации.

Второе многослойное поселение Теплъ Хазна II имеет нижний трехм етровы й слой, который принадлеж ит к древнейш ей раннеземледеліяесгай культуре Месопотамии— Телль Сотго.

Вызывает восхищение организационная, административная и общественная деятельность Рауфа Магомедовича. Н.Я. Мерперт пишет: “Нет необходимости говорить о том, насколько успешно справлялся Р.М. Мунчаев со своими ответственными обязанностями, отстаивая интересы коллектива Института, способствуя не только нормальному его функционированию в отнюдь не нормальных условиях, но и развитию, неуклонному повышению результативности его работы, укреплению международного престижа российской археологии в целом” [Мерперт Н.Я., 1999.]. Всей своей деятельностью Р.М. Мунчаев заслужил широкое признание российской и международной

16

археологической общественности. Он по праву является одним из наиболее известных в мире российских археологов. Ныне ему 70 лет. А все вышеупомянутые его достоинства не только не иссякают, но непрестанно возрастают. Пусть же будет так еще многие десятилетия!

ЛИТЕРАТУРА

Кушнарева К X., Джапаридзе О.М.. 1978. — Мунчаев Р.М. Кавказ на заре бронзового века. М., 1975//СА.№1.

Массон В. М., 1977. ■- Р.М. Мунчаев. Кавказ на заре бронзового века. //ВИ. №8.

Мерперт Н.Я.. 1999. — К Семидесятилетию Рауфа Магомедовича Мунчаева. // Советская археология. 1999. № .

Ллойд Сетон, 1984. — Археология Месопотамии. М.

Early stages in the evolution of Mesopotamiancivilization. SovietExavation in Nothem Iraq. Edited by N.Yoffe and J.J. Clark. Arisona, 1993.

Oates J., 1994. — An extraordinarily ungrateful conceit: a western publication of important Soviet fildstudies // Antiquity. V. 6. № 261.

I367030 Махачкала-30

ул М.Ярагского, 75

НБ ДНЦ РАН

1.7