допустимых к рассмотрению в этом частном юрисдикционном порядке. При этом само решение третейского суда нередко понимается здесь как специфическая разновидность мировой сделки сторон, завершающей их спор под контролем арбитров как уполномоченных агентов тяжущихся <1>.
--------------------------------
<1> Ануфриева Л.П. Международное частное право. Т. 3. М., 2001. С. 139.
В рамках процессуальной теории третейское разбирательство рассматривается как особая форма отправления правосудия. По мнению ее представителей, функция по отправлению правосудия, как и другие государственные функции, может быть успешно делегирована частным лицам и реализовываться ими при сохранении контрольных полномочий у властных органов без утраты своего основного юрисдикционного содержания: разрешения правовых споров - неотвратимо публично-правовой деятельности. В отличие от договорной теории здесь арбитры полностью независимы от сторон разбирательства и им неподконтрольны, и черпают свою юрисдикционную компетенцию непосредственно в законе. Действие же арбитражного соглашения ограничивается процессуальными последствиями, в том числе главным - исключением спора из подведомственности государственных судов. В такой модели арбитражная сентенция приобретает все черты обычного судебного акта как властного предписания, разрешающего спор по существу и находящегося как такового над волей заинтересованных лиц, для которых становится обязательным.
Теория смешанной природы арбитража пытается рационально в себя вобрать и распределить отдельные элементы ранее обоснованных подходов к объяснению правовой сущности третейского разбирательства, формируя гибридный, особый (sui generis) взгляд на арбитраж. Третейское разбирательство здесь понимается как неоднородный институт, включающий как элементы договорного порядка по происхождению, так и элементы процессуального порядка по своему характеру и динамике развития отношений его участников. Сама возможность третейского разбирательства, вопросы формальной и содержательной действительности арбитражного соглашения, правосубъектности его сторон и полномочий представителей относятся к частноправовой сфере и разрешаются на основании универсальных положений о договорах. Однако процедура третейского разбирательства, включая вопросы предъявления иска и возбуждения производства по делу, доказывания, регламента проведения арбитражных заседаний, вынесения решения и его последствий, соответствует общим подходам, принятым в гражданско-процессуальной сфере, хотя и со своими особенностями <1>. Именно на смешанной теории арбитража строится актуальное правовое регулирование его деятельности в Российской Федерации, получившей наибольшее признание как в отечественной доктрине <2>, так и в судебной практике <3>.
--------------------------------
<1> Виноградова Е.А. Правовые основы организации и деятельности третейского суда: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 1994. С. 21.
<2> См., например: Лебедев С.Н. Международный торговый арбитраж. М., 1965. С. 21 и след.
<3> См., например: Постановление Арбитражного суда Московского округа от 21.10.2003 по делу N А40-52522/02-25-269.
Автономная теория арбитража основана на отделении арбитража от национальных правопорядков, так называемой делокализации, независимом его рассмотрении через призму тех целей и гарантий для сторон, необходимых, чтобы исключить обращение в государственный суд. Арбитраж понимается здесь как универсальный юрисдикционный механизм, независимый от договорных или процессуальных элементов, нацеленный на быстрое рассмотрение дел и предоставление реальной пользы для его сторон. Именно в руках сторон находится соответственно полнота власти при определении всех существенных параметров арбитража и применимых правовых норм. Определенная ограниченность автономной теории производна от того, что она была изначально разработана в сфере международного коммерческого арбитража, хотя и позволила выработать ряд интересных практических подходов, связанных, например, с международной исполнимостью отмененных арбитражных сентенций <1>.
--------------------------------
<1> См. о практическом значении теории делокализации арбитража: Крохалев С.В. Категория публичного порядка в международном гражданском процессе. СПб., 2006. С. 359 - 364.
Следует заметить, что данная сфера научных знаний активно и повсеместно развивается, что ведет к появлению целого ряда относительно новых подходов к определению природы арбитража и его существенных элементов <1>.
--------------------------------
<1> См. подробнее: Курочкин С.А. Современная доктрина международного коммерческого арбитража: тенденции развития // Третейский суд. 2015. N 4. С. 87 - 99.
2.Место и значение третейских судов
вюрисдикционной системе
Всистеме юрисдикционных органов третейские суды и международные коммерческие арбитражи выступают в качестве органов частного правоприменения - частной юрисдикции, обеспечивающей регулирующее воздействие на спорные общественные отношения без непосредственного властного принуждения, вне стандартной системы власти и подчинения между участниками разбирательства и юрисдикционным органом <1>. Отношения частных лиц, возникающие при формировании ими состава третейского суда, передаче дела на его рассмотрение и определении параметров третейской процедуры, основаны на их субъективных интересах и свободно реализуются ими
ких собственной пользе. Отсюда явный приоритет, отдаваемый при регулировании данной сферы свободной воле сторон с преобладанием в нормативной ткани норм диспозитивного и субсидиарного характера.
--------------------------------
<1> Как справедливо указывает проф. В.В. Ярков, "содержанием арбитражного разбирательства является частное правоприменение" (Ярков В.В. Юридические факты в цивилистическом процессе. М., 2012. С. 472).
Третейские суды не отправляют правосудия и не входят в судебную систему Российской Федерации, образованную исключительно из государственных судов, обладающих монополией на судебную власть. Универсальное конституционное право всех и каждого на эффективную судебную защиту не умаляется выбором третейского суда в той мере, в какой заинтересованные лица сохраняют возможность обратиться в государственный суд для контроля за соблюдением арбитражем основных начал справедливого процесса и публичного порядка. В частности, это реализуется при обращении с заявлениями об отмене решения третейского суда (§ 1 гл. 30 АПК) или о выдаче исполнительного листа на его принудительное исполнение (§ 2 гл. 30 АПК). Обладая эксклюзивным правом на властное принуждение при отправлении правосудия, государственные суды осуществляют также ряд функций по содействию третейским разбирательствам, связанным с формированием состава арбитража, применением обеспечительных мер, истребованием доказательств и др. (§ 3 гл. 30 АПК). Наличие данных полномочий содействия и контроля у государственных судов позволяет, без умаления его достоинств, говорить о подчиненном характере арбитража как значимой альтернативе правосудию.
Частноправовая суть арбитража не исключает его публичной значимости. Как верно замечает С.А. Курочкин, третейский суд как частноправовой элемент системы социального управления выполняет функцию по обеспечению оптимального функционирования системы общественных отношений за счет разрешения гражданско-правовых споров и устранения правовой неопределенности, ими вызываемой <1>. Не стоит также забывать, что цели и задачи третейского разбирательства в целом созвучны фундаментальным установкам цивилистического процесса:
--------------------------------
<1> Курочкин С.А. Третейское разбирательство и международный коммерческий арбитраж. М., 2017.
С.28, 29.
-защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан и организаций;
-быстрое и эффективное рассмотрение экономических споров из гражданско-правовых отношений независимым и беспристрастным юрисдикционным органом на основе равенства сторон и состязательности;
-правильное разрешение частноправовых экономических споров на основании закона и справедливости.
Публичным в деятельности арбитража является и то, что он наравне с судами "говорит право" (juris dictio), т.е. уполномочен государством на ограниченное применение к частным отношениям сторон законов и иных правоположений. Выносимые третейскими судами решения - это правоприменительные акты, признаваемые в таком качестве государством, обязательные для сторон разбирательства и обеспеченные при определенных условиях силой государственного принуждения. Именно неизбежно правоприменительный характер деятельности арбитража позволяет отличать его от других альтернативных способов урегулирования правовых споров, таких как посредничество, медиация или переговоры.
Значение арбитража в качестве альтернативной формы разрешения споров связано с определением достоинств и недостатков данного юрисдикционного механизма в сравнении с государственными судами, а также с иными способами разрешения правовых конфликтов.
В целом главным достоинством арбитража, на котором основываются все прочие его преимущества, является значительная степень влияния сторон на организацию и функционирование арбитража при разрешении конкретного спора. Именно от воли сторон во многом зависят сущностные черты разбирательства по делу и его последствия для них. Поэтому традиционно принято отмечать:
-высокий уровень специализации и компетентности арбитров;
-полную конфиденциальность, высокую оперативность и значительную гибкость процедуры разбирательства;
-окончательность результатов разбирательства (исполнимость и ограничение оспаривания арбитражного решения);
-экономичность арбитража и ряд других.
Отмеченные черты предопределяют доступность арбитража, его востребованность у хозяйствующих субъектов и иных участников гражданского оборота.
Вто же время указанные преимущества третейского разбирательства далеко не всегда реализуются
впрактической деятельности и иногда могут трансформироваться в его недостатки. Здесь большая автономия от государства и зависимость от воли сторон создают дополнительные риски, которые необходимо учитывать при выборе данной формы защиты права в каждом конкретном случае. В частности, отмечается, что:
-в отсутствие сотрудничества сторон формирование состава арбитража и его функционирование может быть затруднено;
-невозможность применения принуждения и необходимость обращения за содействием к государственному суду способны осложнить нормальный ход разбирательства;
-обращение к процедурам оспаривания арбитражного решения или его приведения в исполнение обычно удлиняет сроки окончательной защиты нарушенных прав;
-невозможность или значительную ограниченность проверки решения арбитража по существу, в том числе при неправильном применении норм материального права;
- затраты на проведение арбитража могут быть существенными в отсутствие возможностей по отсрочке или рассрочке их оплаты и др.
В этом смысле справедливо замечание С.А. Курочкина о необходимости оценивать в совокупности преимущества и недостатки арбитража для вывода о его применимости в конкретном деле, где главным условием выступает экономическая целесообразность, определяемая оперативностью процедуры и
стабильностью результатов разбирательства <1>.
--------------------------------
<1> Курочкин С.А. Третейское разбирательство и международный коммерческий арбитраж. С. 47.
Для правового регулирования третейского разбирательства характерна множественность источников, обусловленная сложной правовой природой арбитража. Вместе они образуют определенную систему, в которую принято включать:
-международные источники;
-внутреннее законодательство;
-арбитражные регламенты и правила арбитража;
-судебную практику.
Среди международно-правовых источников регулирования третейского разбирательства традиционно выделяются международные конвенции универсального и регионального значения. В первом ряду здесь Конвенция ООН о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений (Нью-Йорк, 10.06.1958) <1> и Европейская конвенция о внешнеторговом арбитраже (Женева, 21.04.1961) <2>, оказавшие существенное влияние на развитие арбитража по всему миру. В отношениях между Россией, Болгарией и Монголией продолжает действовать Конвенция о разрешении арбитражным путем гражданско-правовых споров, вытекающих из отношений экономического и научно-технического сотрудничества (Москва, 26.05.1972) <3>. Возможность проведения арбитража ad hoc предусматривается целым рядом двусторонних договоров Российской Федерации о поощрении и взаимной защите инвестиций, заключенных с такими странами, как Азербайджан, Армения, Китай, ОАЭ, Сингапур, Узбекистан, Чехия, Швеция, Япония и др.
--------------------------------
<1> СССР ратифицировал Конвенцию Указом Президиума Верховного Совета СССР от 10.08.1960 (Ведомости Верховного Совета СССР. 1960. N 46. Ст. 421). Для СССР Конвенция вступила в силу с 22.11.1960.
<2> СССР ратифицировал Конвенцию Указом Президиума Верховного Совета СССР от 14.05.1962 N 67-VI (Ведомости Верховного Совета СССР от 18.05.1962. N 20. Ст. 210). Для СССР Конвенция вступила в силу с 07.01.1964.
<3> СССР ратифицировал Конвенцию Указом Президиума Верховного Совета СССР от 20.04.1973. Конвенция вступила в силу, в том числе для СССР, 13.08.1973.
Основу для регулирования третейского разбирательства на национальном уровне образуют Закон об арбитраже <1> и Закон о МКА <2>. Кроме того, отдельные аспекты третейского разбирательства регулируются и в других федеральных законах, включая Арбитражный процессуальный кодекс РФ. Из действующих в данной сфере подзаконных актов можно отметить, например, Правила предоставления права на осуществление функций постоянно действующего арбитражного учреждения и Положение о депонировании правил постоянно действующего арбитражного учреждения, утвержденные Постановлением Правительства РФ от 25.06.2016 N 577.
--------------------------------
<1> СЗ РФ. 2016. N 1 (ч. 1). Ст. 2.
<2> Ведомости СНД и ВС РФ. 1993. N 32. Ст. 1240.
Арбитражные регламенты и правила постоянно действующих арбитражных учреждений
содержат организационные и процедурные нормы, применяемые третейскими судами при рассмотрении и разрешении конкретных дел. В России среди наиболее известных и качественных актов подобного рода можно назвать регламенты и правила арбитража Международного коммерческого арбитражного суда (МКАС) и Морской арбитражной комиссии (МАК) при Торгово-промышленной палате РФ. Применительно к проведению арбитража ad hoc особое значение имеет Арбитражный регламент ЮНСИТРАЛ <1>, нередко используемый сторонами разбирательства в качестве инструмента регулирования всей процедуры.
--------------------------------
<1> См. русский текст на официальном сайте Комиссии ООН по праву международной торговли (ЮНСИТРАЛ): http://www.uncitral.org/uncitral/ru/uncitral_texts/arbitration/2010Arbitration_rules.html.
В условиях высокого уровня диспозитивности и неопределенности многих правил арбитража судебная практика выступает в качестве важного источника регулирования третейского разбирательства, восполняя имеющиеся законодательные пробелы. Особое значение здесь имеют обзоры судебной практики по соответствующим категориям дел <1>, постановления Верховного Суда РФ и отдельных нижестоящих судов по конкретным делам.
--------------------------------
<1> См.: информационное письмо Президиума ВАС РФ от 22.12.2005 N 96 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о признании и приведении в исполнение решений иностранных судов, об оспаривании решений третейских судов и о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов"; информационное письмо Президиума ВАС РФ от 26.02.2013 N 156 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о применении оговорки о публичном порядке как основания отказа в признании и приведении в исполнение иностранных судебных и арбитражных решений".
Основой для наделения третейского суда компетенцией и проведения разбирательства по гражданско-правовому спору, возникшему при осуществлении предпринимательской или иной экономической деятельности, является арбитражное соглашение.
В действующем российском законодательстве под арбитражным соглашением понимается
соглашение сторон о передаче в арбитраж всех или определенных споров, которые возникли или могут возникнуть между ними в связи с каким-либо конкретным договорным или иным правоотношением, объект которого может быть предметом третейского разбирательства (ст. 7 Закона об арбитраже; ст. 7 Закона о МКА) <1>.
--------------------------------
<1> Схожее определение арбитражного соглашения содержит ряд международных договоров Российской Федерации в данной сфере. Так, согласно п. 1 ст. II Конвенции ООН о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений (Нью-Йорк, 10.06.1958), "каждое Договаривающееся государство признает письменное соглашение, по которому стороны обязуются передавать в арбитраж все или какие-либо споры, возникшие или могущие возникнуть между ними в связи с каким-либо конкретным договорным или иным правоотношением, объект которого может быть предметом арбитражного разбирательства".