Материал: 2010_Lyus_E__Bez_oglyadki_na_bogov_Vzlyot_sov

Э. Льюс.  Без оглядки на богов

раза в год наведываются в деревни к своим женам, поэтому трудно поверить, что штат не затронут этой эпидемией.

Если Индия намерена справиться с распространением СПИДа лучше, чем Африка в районах южнее Сахары, для начала она должна осознать беспрецедентную природу этой угрозы. В 2005 г. глава Глобального фонда борьбы со СПИДом,­ туберкулезом и малярией Ричард Фичем, заявил, что, несмотря на данные официальной статистики, Индия уже занимает первое место в мире по числу носителей вируса СПИДа. Реакция Индии на это заявление Фичема не обнадежила. Невзирая на сенсационность новых оценок, призыв Фичема не привлек широкого внимания публики. Правительство Индии предпочло замолчать проблему. Смена правительства Индии в 2004 г. в известной степени привела к улучшению официальной позиции. В отличие от правительства партии Бхаратия Джаната, правительство Манмохана Сингха было готово признать масштаб проблемы и публично обсуждать сексуальное поведение граждан. Его предшественники, индусские националисты, колебались между полным отрицанием и предвзятостью. В кругах индусских националистов до сих пор часто можно слышать людей, утверждающих, что гомосексуализм импортирован с Запада и что индианки намного нравственнее иностранок. Такие заявления, не говоря уж об их ксенофоб­ ских обертонах, мистифицируют СПИД, представляя его как болезнь, поражающую только тех, кто этого заслужил.

Но благих намерений Манмохана мало, чтобы поверить, что Индия делает достаточно для победы над болезнью до того, как та превратится в пандемию. Например, в 2005 г. Дели отверг рекомендацию Комиссии по законодательству легализовать гомосексуализм. Последний был объявлен вне закона в 1880 х годах, когда британские администраторы заклеймили гомосексуализм как неестественное поведение. Правовое положение гомосексуалистов в Индии такое же, как, например, в Иране и Саудовской Аравии. Индия отстала от времени и в официальном отношении к контрацепции. Менее половины индийского населения имеет регулярный доступ к противозачаточным средствам, тогда как в Китае — более 80%1. Кроме всего прочего, это связано с влиянием Махатмы Ганди, который,

1United Nations Development Program, 2005 Human Development Report.

366

Заключение: Не упустить XXI век

вотличие от Неру, питал отвращение к самой идее предотвращения беременности и в качестве средства контрацепции проповедовал воздержание. В Индии СПИД распространяется, главным образом, через водителей грузовиков и сезонных рабочих, обслуживаемых проститутками за 20 американских центов1. Потом они возвращаются домой и заражают своих жен. Невежество этих людей таково, что приходится верить

вневероятную историю, рассказанную одним медико санитарным работником. Он демонстрировал проституткам, как следует использовать презервативы, и для наглядности нацепил один на свой большой палец. Они поняли его буквально и, общаясь с клиентами, надевали презервативы на свои большие пальцы. «Разве с этим можно бороться? — спросил активист. — Просто руки опускаются»2. Не существует достоверных оценок численности проституток в Индии. Но нет сомнений, что проституция распространена широко.

Подход Индии к борьбе со СПИДом отражает еще одно кричащее противоречие, свойственное индийскому обществу. Индийские фармацевтические компании усовершенствовали запатентованные на Западе препараты тройной терапии и разработали сравнительно недорогие антиретровирусные препараты. Базирующаяся в Мумбаи компания Cipla сделала больше любой другой компании в мире для того, чтобы обеспечить миллионы африканцев доступными препаратами для лечения СПИДа. При этом в самой Индии необходимое лечение получает лишь небольшая часть ВИЧ инфицированных. Как и во многих других случаях, в Индии есть технология и есть средства для решения проблемы. Недостает только понимания, что действовать нужно без промедления. Как сказал мне однажды коллега: «В Африке нищета — трагедия, а в Индии — позор»3. Он не имел в виду, что африканцы менее индийцев способны построить современную экономику, а указал только на то, что к моменту обретения независимости Индия имела более развитые институты и больший интеллектуальный капитал, чем африканские страны. Имея возможность наблюдать

1 Johnson, “Road to Ruin”.

2Ibid.

3Мартин Вульф, главный экономический комментатор и помощник главного редактора газеты Financial Times, изучивший Индию в 1970 е годы, когда он работал во Всемирном банке.

367

Э. Льюс.  Без оглядки на богов

за происходящим в Африке, Индия знает, какая это человеческая трагедия — распространение СПИДа. Она знает и о том, какой ущерб эта болезнь наносит экономике. Фонд Билла и Мелинды Гейтс вкачал в Индию огромные средства для лечения и профилактики СПИДа. Бывший президент США Билл Клинтон направил средства своего фонда в индийские фармацевтические компании, чтобы разработать препараты для лечения СПИДа и сделать их доступными для бедноты в Африке, Индии и в других местах. Не следовало бы пренебрегать советом, который дал Клинтон Индии: «Я хочу сказать, и, пожалуйста, отнеситесь к моим словам серьезно, что это не та ситуация, чтобы к ней относиться легкомысленно, — сказал Клинтон в Дели в 2004 г. — У вас нет времени на раскачку, потому что каждый день промедления создает риск для экономического будущего Индии. Вы слишком многого добились и слишком много трудились ради своего будущего, чтобы выбрать какой либо иной курс. Но если вы немедленно не начнете действовать, умрут миллионы тех, кто мог бы остаться в живых»1.

Четвертая и последняя задача, о которой я хочу сказать, состоит в необходимости для Индии защитить и укрепить свою систему либеральной демократии. Когда Индия достигла независимости, многие иностранцы рассматривали ее многообразие как слабость. Как мы уже убедились, социальные барьеры действительно затрудняют управление страной. Но многообразие еще и источник величайшей силы Индии. Сегодня интеллектуальная элита совершила полной разворот и теперь разделяет точку зрения Индии. Поразительный европейский проект строительства союза многих рас, национальностей, религий и языков в масштабах континента был сформулирован в виде идеи всего лишь через несколько лет после того, как Индия превратилась в самостоятельное государство. Чтобы прийти к этой идее, Европе потребовались столетия кровопролитий и массовых убийств, подобных которым Индия никогда не знала. Индия может научить Европу, Юго Восточную Азию и другие части мира тому, как сделать целостным многонациональное и полиэтничное образование, не навязывая людям и народам единообразия и не отказывая им в фундаментальных свободах. Индия все еще может оправдать мечты Неру и Ганди

1 Цит. по: Johnson, “Road to Ruin”.

368

Заключение: Не упустить XXI век

о том, чтобы стать путеводной звездой для всего мира. Но для этого Индия должна противостоять ряду угроз, нависающих над ее еще не завершенным проектом конституционного либерализма. Она также должна завершить этот проект.

Самую очевидную угрозу для индийской либеральной демократии представляет индусский национализм. Поражение правительства партии Бхаратия Джаната в 2004 г. и последовавший за этим вал обвинений в адрес индусского националистического движения многих убедили в том, что мы присутствуем при закате «шафранной» политики. Может, оно и так. Но партия Бхаратия Джаната до сих пор собирает почти четверть голосов на общенациональных выборах, а это в три с лишним раза больше, чем может собрать любая другая партия, если не считать партию Индийский национальный конгресс, которая собирает чуть больше четверти голосов. А влияние националистического движения на общество, пожалуй, еще значительнее. Группа индуистских националистических организаций «Сангх Паривар» контролирует крупнейший профсоюз Индии, ее крупнейший студенческий союз и крупнейшую сеть ежедневных и еженедельных изданий1. Движение пытается сменить имидж, чтобы не отстать от быстро модернизирующейся страны. Возможно, оно достигнет в этом успеха. Но остается неизменной его основная цель, заключающаяся в том, чтобы — мирно или с помощью насилия — понизить статус религиозных меньшинств Индии. Лояльность кашмирских мусульман действительно вызывает озабоченность. Эту проблему нужно решать. Но заклеймить 150 млн индийцев как врагов — это не решение. Это рецепт перманентной гражданской войны. Читатели, думаю, заметили, что к индусскому национализму я отношусь негативно. Он не только активно проповедует свою философию насилия и мести, но и пятнает собой все хорошее и толерантное, что есть в индуизме. Если партия Бхаратия Джаната хочет вернуться в правительство Индии, она должна сосредоточиться на задачах борьбы с коррупцией и модернизации индийского государства. И это будет выгодно отличать ее от партии Индийский национальный конгресс, которая остается партией бюрократии и клиентелизма. Чтобы эта новая позиция выглядела убедительной, Бхаратия

1Цит. по: Christophe Jaffrelot, ed., The Sangh Parwar, A Reader (New Delhi: Oxford University Press, 2005), pp. 4—12.

369

Э. Льюс.  Без оглядки на богов

Джаната должна разорвать связи с Раштрия Свайамсевак Сангх (РСС — Организацией национальных добровольцев), которая остается непримиримым врагом либерализма и источником угрозы для индийской национально государственной идентичности. Да, это маловероятно. Но пока партия Бхаратия Джаната не сделает этого, никто не поверит, что она действительно намерена превратиться в умеренную правоцентристскую партию.

Индия нуждается и в укреплении своей системы парламентской и местной демократии. Для начала можно лишить уголовных преступников возможности избираться в парламент1. Но Индия должна найти способ повышения уровня политиков

вцелом. Качество дебатов и анализа в индийском Локк Сабха (парламенте) отличается поразительной убогостью для страны, которая так богата красноречивыми рассказчиками и проницательными мыслителями. За последние два три десятилетия квалификация индийских парламентариев заметно упала, что отразилось на качестве обсуждения государственных и общественных вопросов. В 1950 е годы индийский парламент заседал от 120 до 138 дней в году2. Сегодня он собирается всего на 70—80 дней в год. Сравните с Великобританией, где палата общин заседает 170 дней в году, и с США, где конгресс проводит 150 заседаний в год. Индийские политики сплошь и рядом говорят о своей страстной приверженности какому либо делу или заинтересованности в каком либо вопросе, но не утруждают себя тем, чтобы принять участие

вдебатах, в работе соответствующего комитета и даже в итоговом голосовании. Спикеру индийского парламента частенько приходится объявлять перерыв, потому что парламентарии не в состоянии вести себя дисциплинированно. Индия парадоксальна. Это впечатляющая, яркая демократия, делами которой вершат по большей части бесцветные политики. Как написал промышленник Анил Амбани, который в 2004 г. был избран в верхнюю палату парламента, «высокопоставленным

1В 2003 г. Верховный суд Индии потребовал, чтобы кандидаты на выборах оглашали данные о своем «криминальном прошлом», финансовых активах и образовании. Выборы стали более прозрачными. Но это не уменьшило притока вероятных уголовников в политику.

2См.: Anil Ambani, Indian Express, September 4, 2004.

370