Несмотря на все эти проблемы, большинство GCSB, в которую сейчас входят FARC-EP, ELN и меньшинство EPL, продолжает вести вооруженную борьбу. В конце 90-х колумбийская герилья укрепила свои позиции, как никогда раньше, что являлось прямым результатом жестокой политики правительства по отношению к оппозиции. Фактически в сегодняшней Колумбии не существует никаких возможностей для легальной политической деятельности. Активисты профсоюзов, христиане, студенты, обитатели трущоб - все они могут стать жертвами, если начнут заниматься активной политической деятельностью в рядах оппозиции. Печально, но факт: самое безопасное место в сегодняшней Колумбии для оппозиционера-активиста - это джунгли, то есть партизанский отряд.
В сельской местности партизанские отряды стали настоящей "контрвластью", к примеру, руководя бюджетом и контролируя работу местных мэров. Все, кто хоть раз побывал в таких местах, охотно подтвердят, что партизаны, несмотря на все тяготы, связанные с условиями фактической гражданской войны, исполняют административные функции гораздо более эффективно и, что гораздо более важно, намного честнее, чем политический класс Колумбии. В районах, контролируемых партизанами, гораздо меньше коррупции, а на социальные нужды денег тратится гораздо больше.
Но в то же время GCSB не отказывается и от диалога с правительством. В 1991 году GCSB начала серию переговоров с государством, в 1993 году прерванную по вине правительства Гавирии. По контрасту с "мирным процессом" М-19, предложения GCSB исходили из предположения, что вооруженная борьба - это не причина, а результат насилия. То есть что насилие проистекает из социальной несправедливости и террора олигархии против массового движения. Вооруженные группы, таким образом, являются вполне оправданной формой сопротивления, а демобилизация партизан при таких условиях не имеет никакого смысла. Единственный реальный путь возвращения страны в мирное состояние - это радикальная демократизация, прекращение репрессий, наказание виновников "грязной войны" и проведение социально-экономической политики в интересах большинства населения. Профессор политологии Национального университета в Боготе Эдуардо Писарро в одной из своих статей подчеркнул, что лишь малая доля насилия в Колумбии связана с вооруженным конфликтом между армией и партизанами. Подавляющее большинство убитых - это жертвы либо грязной войны, либо "социальных чисток", либо преступности, которая, в свою очередь, является порождением нищеты. Каждые 24 часа в Колумбии по политическим причинам гибнет 10 человек. Из этих смертей, по данным правозащитных организаций 76% - на совести ультраправых боевиков, 17% - партизан и оставшиеся 7% - агентов государства - армии, полиции. Результат - только за последние 16 лет (с середины 90-х) - больше полумиллиона погибших. Больше миллиона крестьян вынуждены покинуть свои земли из страха перед насилием и бегут в города или соседние Венесуэлу и Эквадор. 95% колумбийцев хотят временно или навсегда эмигрировать.
Сказанное позволяет сделать вывод, что для колумбийцев в частности и для латиноамериканцев в целом за долгие годы колонизации, военных диктатур и гражданских войн терроризм стал общепринятым способом заявить о себе и защитить свои позиции, добыть средства (в случае срастания с преступностью или наркомафией).
Левые (основная масса населения), применяя терроризм, считают себя борцами за свободу, равенство и справедливость, террористами они называют правых, свои правительства и США.
Правые в свою очередь тоже не считают, что они совершают противоправные действия. Они борются за сохранение власти. Правый и государственный терроризм также имеют глубокие корни в культуре Латинской Америки. Каудиллизм (военная диктатура, от исп. "каудильо" - предводитель) был бичом Латинской Америки на протяжении всей её истории, и его тень нависает над ней по-прежнему, поскольку многие демократически избранные правительства до сих пор полностью не подчинили гражданской власти своих военных. И хотя в последнее время не наблюдается открытых попыток государственных переворотов, мы все еще являемся свидетелями угроз и вызывающего поведения военных некоторых латиноамериканских стран - в такой степени, которая неприемлема для зрелой демократии. В качестве одного из примеров можно привести случай оказания давления на президента Чили Рикардо Лагоса, с целью добиться от него выделения астрономической суммы на ультрасовременные реактивные истребители для "модернизации" ВВС Чили. До тех пор, пока военачальники сохраняют за собой несоразмерно большую власть в правительстве, приоритеты в расходовании государственных средств не будут отвечать нуждам простых людей, и над демократией по-прежнему будет висеть дамоклов меч государственного переворота, государственного и правого терроризма. Кроме того, не следует забывать, что традиционно в латиноамериканском обществе отношение к военным диктатурам скорее положительное, многие каудильо почитаются как национальные герои.
Контрольные вопросы
1. На какие годы приходится наиболее широкое использование термина "терроризм" в Латинской Америке?
2. Каковы основные типы латиноамериканского терроризма?
3. Какие типы терроризма не являются для рассматриваемого региона актуальными?
4. Каковы основные положения концепции терроризма Ф.Фанона?
5. Какие еще концепции латиноамериканского терроризма вы знаете?
6. Каковы социально-культурные корни терроризма в Латинской Америке?
7. Почему образ каудильо является положительным?
8. Является ли герилья относительно новым, возникшем в середине ХХ века явлением, или она имеет более глубокие корни?
9. Кто является главными теоретиками партизанской войны и как относится к ним общественность?
10. Какими организациями представлено левое движение и кто (какие группы населения) входит в его ряды?
11. Кем представлено правое движение?
12. Кто и с чьей помощью ведет "грязную войну"?
13. Что вызвало деградацию партизанского движения в конце 80-х?
14. Является ли государственный терроризм присущим политической культуре Латинской Америки?
15. Каковы на сегодняшний день данные правоохранительных организаций о жертвах терроризма в Колумбии?
Список рекомендуемой литературы
1. Уоддис Д. "Новые" теории революции: Критический анализ взглядов Ф.Фанона, Р.Дебре, Г.Маркузе / Пер. с англ. Общ. ред. и предисл. Ю.А. Красина. - М.: Прогресс, 1975.
2. Кожушко Е. Современный терроризм. Анализ основных направлений. - Мн.: Харвест, 2000.
3. Ольшанский Д.В. Психология терроризма. - СПб.: Питер, 2002.
4. Требин М.П. Терроризм в XXI веке. - Мн.: Харвест, 2004.
5. http://www.tisbi.ru/science/vestnik/2004/issue2/Kult15.html
6. http://www.inosmi.ru/translation/142361.html
| !Контрольная работа (задание) |
| 1 Понятие |
| 1112 |
| 1119 |
| 1131 |
| 1302 |
| 1644 |
| 2 |
| 2 |
| 2.ОМК.6112.Апарина О. А. |