Лекция: Восприятие терроризма в странах Латинской Америки. Ретроспективный анализ

5. Нестабильность политической ситуации в большинстве стран региона, отсутствие развитых социальных институтов. Политика большинства правительств региона направлена не на формирование внутренней сплоченности общества, а наоборот, приводит к нестабильности и расколу.

6. Ограниченность экономических ресурсов, следствием чего является безработица в высших слоях общества, которая в свою очередь провоцирует борьбу за ресурсы среди представителей среднего и высшего класса.

Та разновидность латиноамериканского терроризма, которая в большинстве случаев обсуждается в международных СМИ (в Латинской Америке их считают продажными, зависимыми от США) представляет собой левый терроризм, который возник в 1960-е годы. В то время появилась уругвайская "Тупарамос", венесуэльское "Левое революционное движение", колумбийская "Народно-освободительная армия", аргентинские "Революционные вооруженные силы Перонитского движения Монтонерос" и многие-многие другие. Радикально настроенная молодежь повсеместно брала вместо учебников транспаранты и флаги и шла отстаивать свои интересы. Студенты, ставшие первым поколением левого терроризма, были уверены, что против власти надо бороться с оружием в руках, иначе их просто никто не услышит. Их вдохновлял пример кубинской революции. Идеологически левые группировки ориентировались на марксизм, маоизм, анархизм, троцкизм и другие левые доктрины. Но были у них и свои идеологи, а именно Эрнесто Че Гевара и Миригелла.

Че Гевара - знаковая фигура для истории левого терроризма. Он превратился в символ мирового революционного движения. До сих пор среди определенной части молодежи всего мира популярны майки с его изображением. Их можно увидеть на антиглобалистах Америки и Европы, студентах СНГ и красных партизанах Перу, Венесуэлы, Бразилии, Боливии В одном из своих интервью Габриэль Гарсия Маркес отметил, что для поколения его детей революция Фиделя Кастро была важнейшим фактором формирования их сознания. (http://scepsis.ru/library/id_2036.html). Для народов Латинской Америки Че Гевара никоим образом не является террористом, он почитается святым Сан Эрнесто де Ла-Игера. Сегодня в бедных домах и хижинах многих местных крестьян, рядом с распятием, над блюдцами со свечами - фотографии Че и одно из имен его в этих краях Святой Эрнесто Игерский - Сан Эрнесто де Ла-Игера. Многие местные готовы рассказать приезжим, какие чудеса здесь творит Сан Эрнесто, бывший всю свою жизнь атеистом. Причем больше всего он помогает самым бедным. Местная крестьянка рассказывала одному из журналистов, что когда ее муж тяжело заболел, ей нужно было срочно ехать в город за лекарствами, но никакого транспорта не было. Как только она начала молиться Святому Эрнесто, в дверь дома постучали. Это был сосед, который пришел вернуть коня, которого ему одолжили уже достаточно давно. Но стояла глубокая ночь и дорога для одинокой женщины была очень опасна. Неожиданно откуда-то появился огромный черный пес, которого ни до ни после в этих краях никто не видел. Этот пес сопроводил и охранял ее всю дорогу туда и обратно. Она и все ее соседи и родственники, знакомые с этой историей не сомневаются, что этим псом на самом деле была душа Че. (http://scepsis.ru/library/id_694.html)

Че Гевара не только теоретик герильи - малой войны партизан против огромной регулярной армии, но и опытный практик. На основе работы Мао Цзэдуна "Вопросы стратегии партизанской войны против японских захватчиков" он разработал технологию захвата власти в стране. Согласно теории Че Гевары партизанская война должна проводиться в три этапа. Для начала где-нибудь в труднодоступном районе должен возникнуть "партизанский очаг". Бойцы обустраивают базу, запасаются оружием и начинают атаковать государственную инфраструктуру. Второй этап - это появление "партизанского района", партизаны контролируют обширную территорию, прилегающую к их базе. Они устраивают диверсии на средствах коммуникаций, убивают представителей властей и захватывают населенные пункты. Третий этап - захват власти. К этому времени революцией охвачено большинство территории страны, армия измотана войной с невидимым противником. Эффектным и эффективным военным броском партизаны захватывают столицу, и на следующее утро по всей стране развеваются красные флаги. Таким образом, для Че Гевары и его последователей терроризм - метод партизанской борьбы.

В соответствии приведенной схемой проходили революции на Кубе и в Никарагуа. Однако впоследствии схема дала сбой. Вскоре с революционерами научились более или менее эффективно бороться. Осознав, что у них нет перспектив для ведения широкомасштабной партизанской войны, левые перешли к тактике болезненных ударов по врагу малыми группами. Тогда же появилась мысль использовать в своих интересах средства массовой информации. Дело в том, что даже мелкий теракт в городе мгновенно занимал первые полосы газет, в то время как крупное сражение в отдаленной провинции порой не удостаивалось даже упоминания.

Чтобы общественность воспринимала партизан как реальную политическую силу, нужно было внимание прессы. Так партизаны появились в городах латиноамериканских государств и быстро превратились в террористов. В 1963 году члены венесуэльских организаций "Левое революционное движение" и "Вооруженные силы национального освобождения" для привлечения внимания к выдвинутым ими требованиям похитили коллекцию картин, среди которых были полотна Гогена и Пикассо. Добившись своего, они вернули картины, а затем захватили самолет, с которого разбрасывали листовки над столицей страны Каракасом.

Вскоре появился человек, обосновавший цели и стратегии "городской герильи". Звали его Хуан Карлос Маригелла. Он был основателем террористической группы в Сан-Паулу. В помощь соратникам Маригелла написал "Краткое пособие по организации городской герильи", превратившееся в настольную книгу террористов всего мира.

Маригелла говорил: "Быть террористом в наши дни делает честь каждому человеку доброй воли, так как это значит бороться с оружием в руках против постыдной военной диктатуры и ее ужасов". Знаменитые слова о том, что "терроризм - это оружие, от которого революционер никогда не откажется", тоже принадлежат ему.

Для того, чтобы понять отношение латиноамериканцев к герилье, надо в первую очередь развеять либеральный миф о том, что партизанское движение в Латинской Америке - изобретение левой интеллигенции или кубинской агентуры, или что к ее появлению причастны спецслужбы Советского Союза. Удобнее всего рассмотреть историю герильи на примере гражданской войны в Колумбии. Эта война является старейшей на континенте, продолжается и в настоящее время. Здесь мы находим примеры всех видов латиноамериканского политического терроризма (обзор составлен на основе материалов журнала "Colombia Popular" и бюллетеня "ARM the SPIRIT").

Истоки герильи уходят глубоко в историю, к тем временам, когда низшие классы общества впервые осмелились дать отпор богатым и могущественным. С колониальных времен народные протесты и бунты неизменно заканчивались кровопролитием. Те, кто читал "Сто лет одиночества" Габриэля Гарсиа Маркеса, имеют представление, что вся история Колумбии XIX века была насыщена репрессиями и постоянными гражданскими войнами. Официальные историки изображают эти войны как конфликты между двумя крупными партиями - консерваторов и либералов. Но в гораздо большей степени эти войны вспыхивали из-за социальной несправедливости; вполне нормальным явлением были ситуации, когда во время войн лидеры делали большие состояния за счет грабежа народных масс. Естественно, беднякам это не нравилось, и они довольно часто создавали свои отряды самообороны. Так появились первые зачатки будущих партизанских организаций Колумбии.

Гражданская война (1948-53гг.). 20-е годы в Колумбии были годами жестоких репрессий, направленных против профсоюзного движения и индейских племен. В 1928 году транснациональная банановая корпорация "Юнайтед Фрут" учинила жестокую резню сотен забастовщиков, ожидавших возвращения делегации с переговоров (подробнее об этом смотри роман Габриэля Гарсиа Маркеса "Сто лет одиночества"- эпизод забастовки работников банановых плантаций). В 1948 году по приказу олигархии был убит популярный леволиберальный политик Хорхе Эльесер Гайтан, в то время являвшийся символом надежды миллионов колумбийцев на лучшую жизнь. За этим убийством последовала так называемая "violencia" (1948-53), гражданская война, стоившая жизни по меньшей мере 200 тысячам человек. И вновь население вырезалось под предлогом, что это конфликт между консерваторами и либералами, хотя в действительности это была война между землевладельцами и сельским населением. Но все-таки "violencia" стала поворотным моментом в истории Колумбии: именно в то время в самых разных регионах страны крестьяне начали образовывать независимые группы, дабы защитить себя от террора богачей. Так и появились первые зародыши современной колумбийской герильи...

Хотя лидеры либералов и консерваторов в 1950-х годах нашли общий язык и даже создали "Национальный фронт" (Frente Nacional) (обе партии просто-напросто начали сменять друг друга в президентском дворце и в правительстве каждые четыре года), некоторые вооруженные крестьянские группы так и не сложили оружие, сопротивление снизу продолжало нарастать. В сельской глуши власть фактически осталась в руках самоорганизовавшихся крестьян, создавших целый ряд независимых крестьянских республик. К началу 60-х годов относится возникновение широкого массового движения против олигархии, которое получило название "Объединенный фронт народа" (Frente Unido del Pueblo, FUP), а возглавил его революционный священник Камило Торрес. Десятки тысяч рабочих, обитателей трущоб, крестьян и студентов объединились против социальной несправедливости и антидемократического двухпартийного режима.

Вскоре независимые крестьянские республики, как впрочем, и FUP, стали мишенями для репрессий олигархии. В 1964 году армия уничтожила крестьянскую республику Маркеталия. Камило Торрес, лидер FUP, из-за угроз реакционеров расправиться с ним был вынужден скрываться. Он отправился в сельскую глубинку, где в то время уже существовала первая группа партизанской Армии национального освобождения (ELN).

Рождение современной герильи. Первые две "современные" партизанские организации возникли в Колумбии в 1964 году; в качестве непосредственного ответа на резню в Маркеталии пара крестьянских групп, находившихся под влиянием Компартии, основали Революционные вооруженные силы Колумбии - Народную армию (FARC-EP). В то же самое время появилась еще одна партизанская группа, вдохновлявшаяся опытом кубинской революции и хорошо укоренившаяся в рядах крестьянского сопротивления в Сантандере. Эта организация стала называться Армией национального освобождения (ELN) и, полагаясь на стратегию Че Гевары, приобрела огромную поддержку после того, как в ее ряды вступил Камило Торрес (революционный священник, погиб 15 февраля 1966 года). В 1967 году, после раскола коммунистических партий на "просоветские" и "прокитайские", родилась третья партизанская организация: маоистская Армия народного освобождения (EPL). Новая организация вскоре приобрела заметное влияние, особенно в северных провинциях страны.

Чисто крестьянская война? Для понимания всей картины конфликта в Колумбии очень важен тот факт, что все три партизанские группы присутствовали главным образом в сельских районах. Но все-таки, несмотря сложность и опасность подпольной работы в городе, герилье удалось добиться многого даже в самых крупных городах.

Расширение герильи в 70-х. В 70-е годы возникли новые партизанские организации, во многом сильно отличавшиеся от уже упоминавшихся и по программным принципам, и по тактике. Наиболее важным и заметным из партизанских формирований нового образца являлось "Движение 19 Апреля" (М-19), которое быстро добилось международной известности благодаря своим показательным акциям (например, захвату посольства Доминиканской республики в Боготе в 1980 году) и своему влиянию в больших городах. В конце 70-х годов, несмотря на многочисленные расколы и кризисы во многих организациях, герилья превратилась во вполне реальную угрозу для правительства. Массовая всеобщая забастовка 1977 года наглядно продемонстрировала недовольство населения политикой властей. Президент Турбай Айала (1978-1982) не придумал ничего лучшего, как развернуть в ответ новую волну репрессий. В результате начались "исчезновения" политических оппонентов, пытки в полицейских участках стали обычным явлением, а вскоре правительство ввело новые "законы о борьбе с терроризмом".

Но желаемого эффекта эти меры не принесли, сопротивление народных масс Колумбии продолжало нарастать. В то время особенно ожесточенную борьбу против режима вело М-19, которое постепенно превратилось в южной части страны в настоящую крестьянскую армию, и в то же время приобрело серьезное влияние в самых крупных городах региона.

Правительство президента-консерватора Белисарио Бетанкура (1982-1986) не жалело усилий, чтобы ликвидировать угрозу, исходящую от развивающегося партизанского движения. В то время, когда революция в Никарагуа находилась в самом расцвете, а в Сальвадоре велась ожесточенная гражданская война, Бетанкур делал все, что только можно, чтобы нейтрализовать революционное движение в Колумбии. Он даже предложил крайне рискованный проект: объявить всеобщую амнистию политзаключенным, в том числе и многим партизанам, и начать прямые переговоры с партизанскими организациями. Таким образом ему удалось вызвать новый раскол в рядах герильи. В 1984 году FARC-EP, M-19 и EPL согласились на перемирие, в то время как ELN и две другие организации отвергли предложение правительства. Согласно анализу руководства ELN, инициатива правительства имела целью лишь нейтрализацию оппозиции.

Нарастание движения протеста. Следующие несколько лет были насыщены бурными событиями. В середине 80-х годов развилось и охватило улицы новое массовое движение, образованное рабочими, христианами, феминистками, неграми, индейцами и обитателями трущоб. Кроме того, возникли несколько новых легальных прогрессивных организаций. Социалисты, коммунисты и бывшие бойцы FARC-EP создали Патриотический союз (UP). Сторонники EPL выступили как Народный Фронт во время локальных выборов, а наиболее радикальные элементы массового движения основали политическое движение "A Luchar!" . Правительство же Бетанкура продолжало вести грязную двойную игру. Представляя себя мировой общественности в качестве правительства диалога, оно в то же самое время тайно поощряло создание полувоенных отрядов ультраправых - "эскадронов смерти" (правый терроризм) Карательные отряды, т.н. "эскадроны смерти", возникли в Латинской Америке тогда, когда люди, облеченные властью, почувствовали, что их позициям начинают угрожать и что правительства делают очень мало для того, чтобы предотвратить превращение угроз в реалии. Впервые карательные отряды появились в Бразилии в 1960-х гг. и были сформированы из отрядов городских полицейских агентов. Они развернули деятельность по вовлечению в свои ряды представителей военных сил и постепенно стали привычными для многих стран Латинской Америки.