Дипломная работа: Тенденции развития топливно-энергетического баланса в ЕС под влиянием конкуренции энергоресурсов

В зависимости от региона прогресс отличается и на 2018 год только 12 стран реализовали свои национальные задачи по увеличению доли возобновляемых источников в конечном энергопотреблении (см. Рисунок 26). Особого успеха на этом поприще достигла Швеция, где необходимый показатель составил 54,6%, что на 11% выше целевого значения. Кроме того, можно отметить такие страны, как Финляндия и Латвия, в которых ВИЭ занимают более 40%. Что касается наименее успешных в достижении поставленных целей по ВИЭ участников ЕС, то здесь стоит сказать о Мальте, Люксембурге и Бельгии. Несмотря на то, что в этих странах целевые показатели намного ниже, чем во всех остальных: 10%, 11% и 13% соответственно, на 2018 год доля ВИЭ в них составила только 8%, 9,1% и 9,4% соответственно.

Тем не менее, наиболее сильно отстают от поставленной цели Нидерланды: согласно стратегии к 2020 году необходимо достичь доли ВИЭ в 14%, однако на 2018 год доля составила только 7,4%, что практически вдвое меньше. Основная проблема заключается в том, что уровень цен на электроэнергию не позволяет компенсировать операционные расходы, связанные с поддержанием ветрогенераторов в рабочем состоянии. Однако из всего спектра альтернативных источников энергии Нидерланды делают акцент именно на ветровой энергетике. Стоит отметить также, что Великобритания не особо преуспела в увеличении доли ВИЭ в своем энергопотреблении, тем самым негативно влияя на совокупное значение по ЕС. Поэтому её выход из объединения в январе 2020 года может положительно повлиять на общий показатель.

Рисунок 26 - доля энергии из возобновляемых источников в конечном валовом энергопотреблении: (фактические и целевые значения), 2018

Источник: Eurostat

Чтобы достичь установленной цели по энергоэффективности по всей энергетической цепочке, Европейским союзом в 2012 году были определёны меры, вошедшие в так называемую директиву по энергоэффективности. Directive 2012/27/EU of the European Parliament and of the Council of 25 October 2012 on energy efficiency, amending Directives 2009/125/EC and 2010/30/EU and repealing Directives 2004/8/EC and 2006/32 // Official Journal of the European Union № 315(1) Несмотря на очевидную логику, необходимо понимать, что выгоды от экономии энергии должны быть больше тех издержек, которые могут возникнуть в ходе модернизации инфраструктуры. Именно по этой причине ЕС сконцентрировался на тех секторах, где потенциал для повышения эффективности видится наибольшим, в частности, на строительном комплексе.

В разработанной директиве по энергоэффективности сразу можно выделить один недостаток: программа не содержит в себе распределения обязательств между странами ЕС. По этой причине каждый член ЕС создавал свой национальный план, в котором были указаны количественные обязательства по энергопотреблению к 2020 году.Кавешников Н.Ю. Политика Европейского союза в области энергосбережения // Вестник МГИМО-Университета, 2014, № 4, с. 109-115. Было бы логично предположить, что сумма этих обязательств должна дать показатель, установленный директивой. Однако на практике путем сложения страновых целей для потребления первичной энергии получалось число примерно на 3% большее, чем прописанное в программе. То есть даже при достижении национальных показателей, задача прописанная в директива не будет реализована. (Для конечного уровня потребления сумма показателей по странам получалась больше на 1% по сравнению с директивой) (см. Таблица 10).

Таблица 10 - национальные цели по сокращению потребления первичной энергии и конечного энергопотребления, млн. т н. э.

Источник: European Commission

К числу способов, реализуемых на общеевропейском и национальном уровнях, наиболее распространены обязательные технические стандарты. Так, сокращению энергопотребления поспособствовало введение обязательства закупки для нужд государства только тех товаров, которые соответствую стандартам «EnergyStar». Там же Данная программа помогла сэкономить в 2010-2012 годах около 11 ТВт, что составляет порядка 16% объёма электроэнергии, потребляемой офисным оборудованием. Фактически это уменьшило счета за электроэнергию на 1,8 млрд. евро, а выбросы ПГ- на 3,7 млн.. тонн. К похожему эффекту привело введение маркировки для товаров, потребляющих энергию, а также влияющих на энергосбережение, например, окна или двери. Чтобы стимулировать спрос на энергоэффективные товарные метки делались более понятными для покупателей: зелёная - максимальная энергоэффективность, красная - минимальная и т.д. Bertoldi P., Hirl B., Labanca N. Energy Efficiency Status Report 2012. Joint Research Centre, European Commission, 2012. 142 p.

Не менее полезен стал запрет на применение ламп накаливания в 2010 и галогенных в 2018 годах соответственно. За счёт перехода на светодиодные и энергосберегающие лампы появилась возможность экономить до 80% электроэнергии, используемой для освещения. В свою очередь, освещение помещений составляет около 14% от конечного потребления энергии бытовым сектором или порядка 41 млн. т н. э. Тем не менее, оплата более дорогостоящих лампочек ложится на плечи конечных потребителей, что напоминает негативные последствия от введения Зеленых тарифов в виде роста цен на электроэнергию.

Эффективная налогово-бюджетная политика в транспортном секторе также оказывает влияние на снижение энергопотребления ЕС. Правительства в более чем половине стран ЕС поощряют покупку экономичных видов транспорта, тем самым изменяя соотношение между энергоэффективными и неэнергоэффективными автомобилями. Так, в Великобритании граждане получают при покупке личного электрического транспортного средства налоговые льготы величиной до 25% от стоимости машины (но не более 7800$).Аналогичный механизм действует в Дании, сопровождаемый освобождением от регистрационных сборов владельцев электромобилей. Меры поддержки в виде дотации на приобретение электромобиля действуют в Эстонии: в размере 50 % его стоимости (но не более 18 000 евро), а также в Португалии: в размере 5000 евро. Тем не менее, стоит отметить, что следствием подобного административного навязывания электрического транспорта в ЕС является своего рода искривление рынка, что создаёт препятствия естественному пути развития транспортного сектора.Халова Г.О., Йорданов С.Г., Полаева Г.Б. Анализ развития рынка электромобильного транспорта в ЕС // Инновации и инвестиции. 2018. №1. С. 93-97.

Распространение коронавируса в 2020 году привело к сокращению объёма энергопотребления в ЕС. Несмотря на то, что на данный момент полной информации, касающейся совокупного потребления нефти в ЕС в 2020 году пока нет, можно оценить влияние коронавируса на нефтяную отрасль отдельных стан ЕС. Если в Испании, в марте 2020 года спрос на нефтепродукты упал на 23%, то в Италии, продажа топлива сократилась на 85%. How the Pandemic Wiped Out Oil Demand Around the World. [Электронный ресурс] // Bloomberg. 2020. 9 апреля. URL: https://www.bloomberg.com/news/articles/2020-04-09/how-the-pandemic-wiped-out-oil-demand-around-the-world (дата обращения: 14.05.2020). Такое резкое сокращение потребления вызвано преимущественно за счёт транспортного сектора, оказавшегося уязвимым ввиду карантинных мероприятий во всём мире. Не меньшее влияние оказал коронавирус в совокупности с более теплой погодой в ЕС на спрос на газ. Так, его потребление со стороны промышленного сектора в Италии за период карантина сократилось на 28% по сравнению со средним уровнем в 2014-2019 гг.; в электроэнергетике - на 23%. В ряде других стран также было зафиксировано падение спроса на газ: в Германии на 9%, Испании - 25%, Франции - 34%. Коронакризис: влияние COVID-19 на ТЭК в мире и в России / под ред. Т.А. Митрова, Е.В.Грушевенко, С.Капитонов, Ю.Мельников, А.Пердеро, Н.Доброславский. Центр энергетики Московской школы управления «Сколково», 2020 Кроме того, если до начала пандемии согласно прогнозам Rystad Energy следовало ожидать увеличение спроса на газ на 6 млрд. куб м. ввиду снижения цен на него, то в текущий момент этот показатель составляет только порядка 2 млрд. куб м. Там же, С.36-37 Тем не менее, существуют региональные различия между странами ЕС: если в Италии и Франции наблюдалось максимальное снижение электропотребления, то в скандинавских странах ввиду их особой политики по борьбе с коронавирусом был зафиксирован небольшой рост спроса. В действительности, длительность возвращения энергопотребление на прежний уровень зависит в наибольшей степени от того, как быстро будет восстановлена экономическая активность в ЕС.

Достижение третьей крупномасштабной цели ЕС на 2020 год: повышения энергоэффективности на 20%, в количественном выражении изначально означало снижение первичного и конечного уровня потребления энергии в ЕС до уровня, при котором оно не будет превышать 1483 млн. т н. э. и 1086 млн. т н. э. соответственно. Однако в связи с выходом Великобритании из состава ЕС, эти показатели были пересмотрены в сторону уменьшения до уровня 1312 млн. т н. э. и 959 млн. т н. э. соответственно.

ЕС в целом приблизился к реализации поставленной задачи по увеличению энергоэффективности. За счёт пересмотра целевого показателя по энергопотреблению выход Великобритании из состава ЕС практически не повлиял на прогресс в достижении желаемого результата. Так, на 2018 год объём конечного энергопотребления в ЕС-28 составил 1124 млн. т н. э., что на 3,5% больше изначальной цели (1086 млн. т н. э.). При этом, если посмотреть на величину конечного энергопотребления без учета Великобритании, то есть для ЕС-27, и сравнить её с новым целевым показателем (959 млн. т н. э.), то разница составит 3,2% (см. Рисунок 27). Стоит отметить, что при проведении аналогичных расчетов для величины потребления первичной энергии и цели на 2020 по нему получатся такая же небольшая разница в 5-6%.

В 2014-2015 годах ЕС достиг и даже перевыполнил цель на 2020 год, однако основной причиной такого временного успеха стоит всё-таки считать падение спроса на газ в 2014 году в различных секторах потребления. Так, в электроэнергетике оно может быть объяснено выросшими ценами на импортное сырьё. Что касается коммунально-бытового сектора, то отчасти спад был вызван погодными условиями: на эти годы выпали аномально теплые зимы по сравнению с 2013 годом.Аникина Е.А. Конкурентоспособность различных трубопроводных поставщиков газа в перспективе развития стран ЕС // Мировая энергетика: конкуренция и сотрудничество. 2019. С. 18-28 Поэтому в последующие годы изменение потребления газа и более холодная зима привели вновь к увеличению конечного энергопотребления.

Рисунок 27 -динамика конечного энергопотребления с учетом целевого показателя на 2020 год для ЕС-27 и ЕС-28

Источник: Eurostat

Помимо указанных выше директив и стратегий, в ЕС существуют другие программы, нацеленные на модификацию энергосистемы ЕС. Ряд таких проектов затрагивает только определённые сектора, например, Директива по качеству топлива действует только для транспортной отрасли, а Директива по энергоэффективности зданий применяется только в жилищном и коммерческом секторах. В общем виде это может быть представлено в виде следующей схемы (см. Рисунок 28) State of the EU ETS Report 2019, ERCST, Wegener Center, ICIS, I4CE and Ecoact.

Рисунок 28 - обзор климатической и энергетической политики ЕС

Источник: State of the EU ETS Report 2019

Результаты достижения целей стратегии 2020 может быть представлены в виде следующей таблицы (см. Таблица 11).

Таблица 11 - оценка реализации целей политики «20-20-20»

Источник: составлено автором по данным Eurostat

3.2 Перспективы реализации целей стратегии на 2030 год на основе различных прогнозных сценариев

Несмотря на то, что ЕС уже достиг определённых успехов в декарбонизации своей экономики, он ставит себе ещё более амбициозные планы на 2030 год. Реализация этих целей наряду с различными политическими и экономическими факторами будет оказывать дополнительное влияние на изменение топливно-энергетического баланса ЕС. По этой причине представляется интересным оценить перспективы реализации целей стратегии на 2030 год, и как следствие их потенциальное воздействие на межтопливную конкуренцию в ЕС. Для дальнейшего анализа было решено остановиться на прогнозах развития энергетики ЕС, выпущенных несколькими организациями: ИНЭИ РАН - Московская школа управления СКОЛКОВО; Equinor; Европейское агентство по окружающей среде

ИНЭИ РАН - Московская школа управления СКОЛКОВО предлагает три потенциальных сценария: консервативный, инновационный и сценарий Энергоперехода, отличия которых строятся на том, как быстро будут развиваться технологии и меняться регулирование. Среднегодовые темпы роста мирового ВВП на рассматриваемый период 2015-2040 гг., а также численность населения к 2040 году (9,2млрд. человек) предполагаются для всех вариантов одинаковыми. Так, в случае консервативного сценария предполагается сохранение текущей государственной энергетической политики, а в случае сценария Энергоперехода - концентрация всех стран на политики декарбонизации. Прогноз развития энергетики мира и России 2019 / под ред. А.А. Макарова, Т.А. Митровой, В.А. Кулагина. ИНЭИ РАН-Московская школа управления СКОЛКОВО - Москва, 2019.

Для ЕС выдвинут следующий сценарий: в отличие от всех стран мира, где предполагается рост потребления природного газа, здесь его не ожидается. Более того, согласно прогнозу к 2040 году спрос на природный газ в ЕС окажется на уровне 2016 года ввиду ряда причин. В последние годы потребление газа росло (2015-2017, 2019 гг.) преимущественно из-за снижения его цены, что позволило немного увеличить свою долю в структуре потребления (с 21% от потребления первичной энергии в 2014 до 24% в 2017г.). Однако стабилизация совокупного энергопотребления в совокупности с увеличением использования ВИЭ будет препятствовать дальнейшему росту природного газа в топливном балансе. Кроме того, потенциал по замещению газом угля понемногу заканчивается. Однако при этом доля природного газа в производстве электроэнергии при общем росте производства электроэнергии увеличится (см. Таблица 13).

Цель ЕС по повышению энергоэффективности на 32,5% к 2030 году в количественных показателях выглядит как снижение потребления первичной энергии до уровня 1273 млн. т н. э., конечного - до 956 млн. т н. э.. Тем не менее, согласно прогнозу ИНЭИ РАН несмотря на падение спроса на энергию, даже в случае сценария Энергоперехода добиться такого показателя не удастся (см. Таблица 12).