Материал: Римское право

издревле и еще ко времени законов XII таблиц рассматривались как наиболее ценные части римского земельного хозяйства. Глава семьи силою, хватая их рукой (manu capere), заставлял рабов и экономическим значением res mancipi была связана и основная особенность их юридического положения: особо усложненный порядок перенесения права собственности на эти вещи. В то время как для отчуждения вещей res nес mancipi было достаточно простой передачи (traditio), для отчуждения res mancipi требовалось применение формальных и сложных способов - mancipatio или in iure cessio (пп. 196 - 197).

153. Вещи делимые и неделимые. Различались вещи делимые и неделимые. Делимыми признавались вещи, которые от разделения не изменяют ни своего рода, ни своей ценности; каждая отдельная часть представляет прежнее целое, только в меньшем объеме: pro parte divisa (Ulp. D. 8. 4).

Кроме материального разделения вещей, мыслилось и разделение права на так называемые идеальные доли. В таких случаях право на вещь, не разделенную материально, признавалось принадлежащим и нескольким лицам всем вместе, и каждому из них на известную долю ценности вещи, на 1/2, 1/3 и т.д.: totius corporis pro indiviso, pro parte dominium habere (D. 13. 6. 5. 15). При прекращении общей

неделимость вещи: только в первом случае допускалось ее разделение в натуре между бывшими общими собственниками. собственности одного из них, а остальные получали денежную компенсацию (п. 188).

Делимыми считались земельные участки; построенные на них здания делились, но только вертикально. Внешними признаками разделения межи. Делимыми считались и движимые вещи, как сырье, материалы однородного состава (руда, камни, песок).

154. Вещи потребляемые и непотребляемые. К потребляемым относились вещи, которые, согласно их прямому назначению, при первом же пользовании материально уничтожались - res quae ipso usu consumuntur, tolluntur. Сюда относились продовольствие и деньги, последние в том смысле, что при каждом расчете они терялись для собственника. Непотребляемыми вещами считались такие, которые не изнашивались от употребления (драгоценный камень), и постепенно, теряя свою ценность и способность выполнять свое назначение - res quae usu minuuntur.

Так как пользование потребляемыми вещами связано с их уничтожением, то при предоставлении собственником другим лицам права пользования потребляемыми вещами возврат их эквивалента обеспечивался особыми гарантиями.

155. Вещи, определяемые родовыми признаками, и индивидуальные (genus et species). Знакомство с греческими приемами общей систематики привело еще старых римских юристов периода республики к применению понятий рода и вида в

намерения сторон - рассматривали ли они вещь, объект юридической сделки, как вещь родовую (genus), т.е. обладающую общими чертами данной группы вещей, или как индивидуальную (species), как данный экземпляр определенного рода вещей. Классики относили к genus вещи, имеющие один общий род и не имеющие в обороте индивидуальности. Их меновая ценность определялась по их роду, мере, весу,

числу, как это видно из выражений - res, quae in genere suo functionem suam recipiunt, res quae numero mensura, pondere consistunt - вещи, которые своим родом осуществляют свое назначение, которые определяются числом, мерой, весом.

Родовым вещам противопоставлялись видовые, индивидуально-определенные вещи.

подверженной гибели, ибо всегда могла быть заменена другой однородной вещью или другой партией однородных вещей. Отсюда правило - genera non pereunt (род не погибает). В случае же гибели индивидуально-определенной вещи, лицо, обязавшееся доставить ее, освобождалось родовых вещей впоследствии развилось неизвестное ранее понятие вещей заменимых (res fungibiles), т.е. таких, которые оборот (а не участники каждого

156. Вещи простые и сложные. Следуя стоической философии, Помпоний различал три вида вещей:

Tria autem genera sunt corporum, unum quod continetur uno spiritu et graece henomenon vocatur, ut homo tignum lapis et similia: alterum quod ex contingentibus, hoc est pluribus inter se cohaerentibus constat, quod synemmenon vocatur, ut aedificium, navis, armarium, tertium quod ex distantibus constat, ut corpora plura non soluta, sed uni nomini subiecta, veluti populus, legio, grex (D. 41. 3. 30. pr.).

(Существует же три рода тел: один, который составляет одно целое и по-гречески обозначается как "единое бытие", как, например, раб, бревно, камень и подобное; другой род, который состоит из составных, т.е. нескольких между собой связанных тел, что называется составным телом, как, например, зд состоящий из раздельных вещей, как многие не связанные одно с другим, но объединенные одним именем, например, народ, легион, стадо.)

(1)Простые вещи - corpus, quod uno spiritu continetur - образующие нечто физически связанное и однородное, не распадающееся на составные части (раб, бревно, камень и т.п.).

(2)Сложные вещи, состоящие из искусственных соединений разнородных вещей, имеющих между собой материальную связь и носящих общее наименование -

universitates rerum cohaerentium, например здание,

вещей не терялись вполне в целом, они были до их соединения отдельными вещами и могли даже принадлежать разным лицам. Права этих лиц определялись в зависимости от свойств соединения и Иногда права других лиц не прекращались и после того, как их вещь стала частью чужой сложной вещи. С другой стороны, соединенные части подчинялись праву, установленному на целое.

(3) Наконец, третью группу составляли совокупности раздельных вещей - universitates rerum distantium, материально не связанных, соединенных только одним общим назначением и именем, например стадо, легион. Это - временные хозяйственные или организационные объединения вещей или лиц.

что остальные не принадлежали истцу; при узуфрукте и залоге стада управомоченный должен был нормально эксплуатировать именно все стадо, пополняя убыль из приплода или путем прикупки, убоя и отчуждения негодного материала.

157. Вещи главные и побочные. Вещами побочными или придаточными (accessorium) являлись вещи, определенным образом зависящие от главной вещи и подчиненные юридическому положению последней. Основными видами побочных вещей считались: части вещи, принадлежности и плоды.

Части вещи не имели юридически самостоятельного существования. Когда вещь в целом являлась объектом юридической сделки, то последствия этой сделки распространялись и на все части вещи. Объектом самостоятельных сделок часть вещи могла быть лишь в

нахождение составных частей в составе главной вещи подчиняло их ее

следующие различия: а) если соединение сопровождалось изменением сущности включенной вещи или нераздельностью полученного соединения, то права на присоединенную вещь прекращались навсегда для ее собственника, например растворенное вино; б) если ни присоединенная, ни главная вещь не меняли своей сущности, а совокупная вещь, сверх того, не становилась нераздельной, то при выделении вещи, присоединенной к главной, восстанавливалось прежнее юридическое положение присоединенной вещи.

Так, согласно законам XII таблиц, при застройке чужого бревна в здание собственник не мог требовать выделения бревна из чужого дома, пока собственник дома сам не разберет его и не выделит бревна. Тогда бревно снова признавалось собственностью прежнего хозяина и становилось самостоятельным объектом иска

(actio de tigno iuncto, rei vindicatio).

Принадлежностью называется вещь, связанная с другой (главной) вещью не физически, а экономически: главная вещь не считается незаконченной, если от нее отделена принадлежность; принадлежность также может существовать отдельно от главной вещи; однако лишь при совмест достигается хозяйственный результат (например, замок и ключ).

Ввиду самостоятельного физического существования, принадлежность может быть предметом самостоятельных прав на нее. Однако при отсутствии специальных оговорок заинтересованных лиц все право главную вещь, считаются распространяющимися (ввиду хозяйственной связи между обеими вещами) и на принадлежность к ней (отсюда афоризм: "принадлежность следует судьбе главной вещи").

Плоды. Плодами естественными считались прежде всего органические произведения вещей, постоянно и регулярно получаемые от эксплуатации плодоприносящих вещей, без изменения их хозяйственного назначения, в мире как растительном (огороды, деревья), так и в животном (шерсть, молоко).

Плоды делились на: а) fructus pendentes - плоды, еще соединенные с производящей их вещью; б) fructus separati - плоды, уже отделенные от производящей их вещи; в) fructus percepti - плоды, не только отделенные, но и захваченные кем-либо для себя или для другого. Они, в свою очередь, подразделялись на fructus exstantes - плоды, наличные в натуре, и fructus consumpti - плоды потребленные, переработанные или отчужденные. Различали еще категорию плодов - fructus percipiendi, не собранных по упущению, но подлежащих сбору при правильной хозяйственной эксплуатации вещи.

Юридическое значение понятия плодов и различия их видов заключалось в различии их правовой судьбы при наличии права собственности, какого-либо иного права на плодоприносящую вещь или при установ поводу такой вещи (п. 199).

Самое раннее обозначение имущества гражданина дано в законах XII таблиц термином familia pecuniaque - первоначально совокупность рабов и скота (pecuspecunia). Позднее familia обозначала и всю совокупность имущества. В цивильном праве укрепилось понятие имущества, добытого трудами домовладыки - patrimonium (отчины), переходящего с соответствующими культовыми обязанностями к наследникам.

В преторском праве иногда употребляется термин "отцовское и дедовское добро" (bona paterna avitaque - в формуле объявления лица расточителем). Но, конечно, понятие имущества обнимает собой все то, что принадлежит данному лицу, независимо от того, само лицо приобрело это имущество или имущество досталось ему по наследству. При жизни собственника его добро - bona - гарантирует кредиторов в платеже долгов. Отсюда Павел сделал вывод, что имуществом каждого лица считается то, что остается после удовлетворения кредиторов, за вычетом долгов. Как некоторое обособленное имущество рассматривалось имущество, выделенное домовладыкой в пользу раба или подвластного для самостоятельного хозяйствования и управления (так называемый пекулий, см. п. 117).

159. Вещи в обороте и вне оборота - res in commercio et res extra commercium.

Римские юристы различали вещи в обороте, res in commercio, и вещи вне оборота, res extra commercium. К первой категории относились все вещи, составляющие объекты частной собственности и оборота между отдельными людьми. Выражение in commercio esse означало, что такие вещи могли быть предметами мены, оборота по оценке - aestimationem recipiunt.

Внеоборотными вещами - res extra commercium - считались такие вещи, которые или по своим естественным свойствам, или в силу своего особого назначения не могли

быть предметами частных правоотношений: res quaru 1. 16. pr.). Классические юристы признавали группу вещей omnium communes, а в Институциях Юстиниана повторили, что есть вещи, которые согласно естественному праву принадлежат всем. Сюда относились: а) воздух, б) текучая вода и в) моря со всем, что в них водится.

Другую группу внеоборотных вещей составляли публичные вещи (res publicae). Основным и единственным хозяином публичных вещей считался римский народ.

Имущества общин-городов (civitates) на практике также назывались res publicae. Таким образом, res publicae, во-первых, служили по воле государства или общин удовлетворению их потребностей как носителей власти. Во-вторых, res publicae служили источником государственных доходов и покрывали фискальные нужды - in patrimonio populi vel fisci - в имуществе народа или фиска. Сюда входили общественные здания и укрепления, служившие целям управления и защиты.

Следующую категорию публичных вещей составляли вещи, назначенные для общего пользования всех граждан удовлетворения общественных потребностей и целей, - res universitatis. Сюда относились, прежде всего, публичные дороги и реки.

Реки делились римлянами на flumina publica и privata, в зависимости от того, пересыхали ли они на известное время года или нет. К публичным относились непересыхающие реки, т.е. реки, на которых было возможно постоянное

судоходство. В случаях, когда реки пересыхали или покидали свое русло, последнее переходило в собственность прибрежных владельцев.

Помимо публичных рек и дорог, римские источники относили в группу вещей общего пользования театры, стадионы, бани и пр. - quae in usu publico sunt. Пользование этими вещами предоставлялось всем гражданам.

Наконец, вне оборота были res divini iuris - вещи божеского права, которые не были способны быть предметом чьего-либо гражданского права. Сюда относились вещи, посвященные богам (res sacrae), - храмы, богослужебные предметы (Гай. 2. 9); места погребения членов рода, семьи, отдельного человека и даже раба - res religiosae (Гай. 2. 4) Наконец, публичное право считало res sanctae городские стены и ворота каждой общины. Они принадлежали городу, но в оборот могли поступить только после срытия (Гай. 2. 8). В праве Юстиниана было допущено отчуждение священных вещей - res sacrae - для выкупа пленных или уплаты церковных долгов.

§ 51. Виды прав на вещи

160. Из прав на вещи раньше всех частной собственности. И то и другое понималось юристами-классиками как непосредственное господство над вещью, направленное прямо на вещь, без чьеголибо посредства - ius in re. Когда же вещь не принадлежала самому

Глава 15

ВЛАДЕНИЕ (POSSESSIO)

§ 52. Понятие владения

161. История возникновения. Понятие владения возникло первоначально в отношении земли.

Старое цивильное право для выражения понятия владения пользовалось термином usus - пользование, дополняя его извлечением плодов - usufructus. Этот комплекс представлял реальное и почти полное господство домовладыки над отведенной ему индивидуально во владение землей и своим манципием (п. 152). В случаях самостоятельного осуществления им такого пользования, последнее приводило, по законам XII таблиц, по истечении двухлетнего срока, к признанию за ним права собственности по давности - usucapio.

Римские юристы - классики (Лабеон, Павел) этимологически производили слово владение - possessio от sedere - сидеть, оседать, а самое владение описывали как positio - поселение (на земле). Они связывали таким образом владение с освоением земли родами и видели в нем естественное выражение непосредственного и властного отношения к земле, по-гречески katoche.

Possessio appellata est, ut et Labeo ait, a sedibus quasi positio, quia naturaliter tenetur ab eo qui ei insistit, quam Graeci katochen dicunt (D. 41. 2. 1).

(Владение было названо, как говорит и Лабеон, от оседаний, (будучи) как бы поселением, так как оно естественно удерживается тем, кто на нем стоит, что погречески называется katoche.)

В этом же тексте владение представлено с исторической точки зрения как отношение, предшествовавшее собственности и породившее ее.

Dominiumque rerum ex naturali possessione coepisse Nerva filius ait (D. eod. 2).