Академия управления МВД России
Проблемы и предложения по предупреждению и пресечению деятельности экстремистских организаций в информационном пространстве
Ю.В. Трофимов
слушатель факультета подготовки
начальствующего состава органов внутренних дел
старший редактор редакционно-издательского отдела
Е.А. Исаев
слушатель факультета подготовки
руководителей (начальников)
территориальных органов МВД России
Аннотация
В статье рассмотрено правовое регулирование предупреждения и пресечения деятельности экстремистских организаций и группировок в информационном пространстве. Выявлены организационные и правовые пробелы и сложности.
Экстремизм; противодействие; полиция; законодательство; правовые механизмы; дестабилизация; социально-политическая обстановка.
Problems and Proposals to Prevent and Suppress the Activities of Extremist Organizations in the Information Space
Yu.V. Trofimov
Listener of the Faculty of Senior Staff Training law-enforcement bodies, Senior Editor of Editorial and Publishing Department
E.A. Isaev
Listener of the Faculty Training Chiefs (Heads) of territorial bodies of the Ministry of internal Affairs of Russia (Management Academy of the Ministry of the Interior of Russia)
Annotation
правовой экстремистский группировка
The article considers the legal regulation of the prevention and suppression of the activities of extremist organizations and groups in the information space. Organizational and legal gaps and complexities have been identified.
Extremism; opposition; police; legislation; legal mechanisms; destabilization; socio-political situation.
Изучив и проанализировав российское законодательство в сфере противодействия экстремизму нами отмечено, что правовые механизмы предупреждения и пресечения деятельности экстремистских организаций и группировок по дестабилизации социально-политической обстановки не выделены в какой-либо обособленный правовой институт в российском законодательстве, а содержатся в целом ряде законодательных актов различной отраслевой принадлежности.
Так, Конституцией Российской Федерации 1993 г. определен суверенный характер российской государственности, распространяемый на всей ее территории. Конституция Российской Федерации наряду с федеральными законами наделена верховенством, Первый раздел закрепляет принцип идеологического и политического многообразия в качестве основ конституционного строя, запрет на захват власти или присвоение властных полномочий, обеспечение целостности и неприкосновенности территории Российской Федерации, а также создание и деятельность общественных объединений, цели или действия которых направлены на насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации, подрыв безопасности государства, создание вооруженных формирований, разжигание социальной, расовой, национальной и религиозной розни [1].
Базовым нормативным правовым актом, раскрывающим механизм правовой защиты конституционного строя Российской Федерации от противоправных посягательств экстремистской направленности, является Федеральный закон от 25 июля 2002 года № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» [2].
Основными же преступными деяниями экстремистской направленности, которые могут совершаться в процессе подготовки и осуществления действий по дестабилизации социально-политической обстановки, в соответствии с Уголовным кодексом Российской Федерации являются (далее -- УК РФ):
публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности (ст. 280 УК РФ);
публичные призывы к осуществлению действий, направленных на нарушение территориальной целостности Российской Федерации (ст. 280.1 УК РФ);
возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства (ст. 282 УК РФ);
организация экстремистского сообщества (ст. 282.1 УК РФ);
организация деятельности экстремистской организации (ст. 282.2 УК РФ);
финансирование экстремистской деятельности (ст. 282.3 УК РФ).
Уголовное преследование лидеров и активных членов экстремистских организаций и группировок, участвующих в действиях по дестабилизации социально-политической обстановки, целесообразно на стадии подготовки их совершения, так как после выхода людей на улицы применение мер уголовного преследования придает им образ «политических заключенных», чем способствует радикализации протеста.
Тем не менее, начавшиеся протестные акции могут быть квалифицированы как массовые беспорядки (ст. 212 УК РФ), неоднократное нарушение установленного порядка организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования (ст. 212.1 УК РФ), хулиганство (ст. 213 УК РФ), а при перерастании их в фазу насильственного государственного переворота -- как насильственный захват власти или насильственное удержание власти (ст. 278 УК РФ) либо как вооруженный мятеж (ст. 279 УК РФ).
При применения участниками массовых акций насильственных действий в отношении сотрудников правоохранительных и иных государственных органов, с учетом характера причиненного вреда, объекта посягательства, их действия должны квалифицироваться как посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа (ст. 317 УК РФ), государственного или общественного деятеля (ст. 277 УК РФ), за применение насилия в отношении представителя власти (ст. 318 УК РФ).
Ответственность лидеров и участников незаконных протестных акций может наступать за такие административные правонарушения:
неповиновение законному распоряжению сотрудника полиции, военнослужащего, сотрудника органов федеральной службы безопасности, сотрудника органов государственной охраны, сотрудника органов, осуществляющих федеральный контроль либо надзор в сфере миграции, либо сотрудника органа или учреждения уголовно-исполнительной системы, либо сотрудника войск национальной гвардии Российской Федерации (ст. 19.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее -- КоАП РФ);
мелкое хулиганство (ст. 20.1 КоАП РФ);
нарушение установленного порядка организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования (ст. 20.2 КоАП РФ);
организация массового одновременного пребывания и (или) передвижения граждан в общественных местах, повлекших нарушение общественного порядка (ст. 20.2.2 КоАП РФ);
пропаганду либо публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики, либо атрибутики или символики экстремистских организаций, либо иных атрибутики или символики, пропаганда либо публичное демонстрирование которых запрещены федеральными законами (ст. 20.3 КоАП РФ);
производство и распространение экстремистских материалов (ст. 20.29 КоАП РФ).
В качестве административного наказания за некоторые из названных составов административных правонарушений может быть назначен административный арест. Эта норма позволяет временно изолировать наиболее активных участников противоправных акций, направленных на дестабилизацию социально-политической обстановки. При пресечении административных правонарушений сотрудники правоохранительных органов имеют право применять меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении: доставление, административное задержание, личный досмотр, досмотр вещей, досмотр транспортного средства, находящегося при физическом лице, и др. (гл. 27 КоАП РФ).
Также сотрудниками полиции и сотрудниками войск национальной гвардии Российской Федерации при наличии достаточных оснований могут применяться физическая сила, специальные средства и огнестрельное оружие в соответствии с федеральными законами «О полиции» [3] и «О войсках национальной гвардии Российской Федерации» [5].
Учитывая большую роль средств массовой коммуникации, включая сеть Интернет, в механизме организации и совершения действий по дестабилизации социально-политической обстановки, считаем необходимым рассмотреть правовые инструменты, которые могут быть использованы для их нейтрализации. Однако, перед этим необходимо обозначить основополагающие положения Конституции Российской Федерации, касающиеся свободы слова и массовой информации, на базе которых осуществляется отраслевое правовое регулирование.
Конституция Российской Федерации гарантирует:
свободу совести и свободу вероисповедания, включая право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними (ст. 28);
свободу мысли и слова (ч. 1 ст. 29);
право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом (ч. 4 ст. 29);
свободу массовой информации (ч. 5 ст. 30).
Указанные права не являются абсолютными, а потому могут подлежать ограничениям на основании общей конституционной нормы, закрепленной в ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, согласно которой «права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства» [1]. Помимо этого, ч. 2 ст. 29 Конституции РФ определяет специальные ограничения для свободы слова, состоящие в правовых запретах пропаганды или агитации, возбуждающих социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду, а также пропаганды социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства. При этом вводимые ограничения на распространение информации в средствах массовой информации и сети Интернет не должны носить характер цензуры, что само по себе является спорным моментом, ведь широкий поток информации о насилии, обрушивающийся на население из различных СМИ способствует росту экстремистских настроений. Такого мнения придерживается профессор С.А. Воронцов. Он считает, что объем сюжетов и публикаций по экстремистской и террористической проблематике превысил некую «критическую массу», а отдельные отечественные СМИ утратили не только чувство политической корректности, но и здравого смысла в «натуральности» освещения проявлений экстремизма и терроризма [12].
Именно информационное пространство, а в первую очередь информационно-телекоммуникационная сеть «Интернет», в настоящее время стала основной сферой деятельности экстремистских организаций и группировок. Они активно осваивают информационную среду, используют для достижения своих целей средства массовой информации и Интернет, распространяют идеологию экстремизма, возбуждая при этом социальную, расовую, национальную или религиозную рознь, вербуют новых членов, подбирая потенциальных претендентов из числа выпускников специализированных вузов, авторов антивластных комментариев и публикаций, планируют, готовят и координируют проведение акций, направленных на дестабилизацию социально-политической обстановки, осуществляют сбор финансовых средств для своей противоправной деятельности. Это подтверждают ряд исследователей в данном направлении И.Ю. Сундиев, К.А. Евстафиева, Т.А. Южакова, Р.Л. Лапшин, Е.А. Олейникова [13, 14, 16].
Также необходимо выделить проведение хакерских атак на критически важную информационную инфраструктуру, которая в настоящее время многими учеными, в особенности иностранными, обозначается как «кибертерроризм».
За последние годы большое распространение получила пропагандистская и вербовочная деятельность экстремистских, в том числе и террористических организаций и группировок в сети «Интернет». Главной целью этих организаций является максимально широкое распространение своих идей среди населения, оказании психологического воздействия на своих сторонников, реальных или потенциальных жертв, государственные органы, международное сообщество, а также вербовка и вовлечение в свои ряды новых участников.
Примером, являющимся наиболее показательным в настоящее время, служит информационная деятельность запрещенной в России международной террористической организации «Исламское государство». В целях осуществления пропагандистской деятельности в глобальном масштабе данная группировка создала развитую инфраструктуру, специализирующуюся на изготовлении и распространении медиа продукции на различных языках мира. Члены этой группировки показывают беспрецедентный уровень владения современными информационно-коммуникационными технологиями, особенно способами и спецификой работы в социальных сетях. Все это позволяло группировке успешно вести пропаганду «джихада» в глобальном масштабе и вербовать новых сторонников по средствам сети Интернет во всех частях света [15].
Рассматривая правовые средства регулирования предупреждения и пресечения действий экстремистских организаций и группировок по социально-политической дестабилизации обстановки в Российской Федерации, использующих сеть Интернет для достижения своих целей, необходимо учитывать природу существования Интернета. По своей сути Интернет, как и мобильная связь, является сетью связи, поэтому она регламентируется Федеральным законом от 7 июля 2003 года № 126-ФЗ «О связи» [4]. Он определяет правовые основы федерального государственного надзора в области связи. Под связью понимается деятельность уполномоченных федеральных органов исполнительной власти, направленная на предупреждение и пресечение нарушений физическими лицами и организациями требований, установленных Законом о связи, другими нормативными правовыми актами в этой области. Надзор осуществляется по средствам организации и проведения проверок, принятия мер по пресечению либо устранению последствий выявленных нарушений, и деятельность указанных государственных органов по регулярному наблюдению за исполнением обязательных требований, анализу и прогнозированию состояния исполнения данных требований при реализации физическими и юридическими лицами своих инициатив.