Дипломная (вкр): Особенности социальной адаптации детей после развода родителей

* Таблицы математической статистики представлены в Приложении 1.

Анализ таблицы 1 показывает, что у детей обеих групп (общающиеся и не общающиеся с отцом после развода) довольно низкие показатели социальной адаптивности (GCR), что говорит о дезадаптации детей разведённых родителей. При этом, по всем показателям реакции на фрустрирующую ситуацию мы можем отметить у детей двух выделенных групп различия, которые только в отношении двух показателей (OD - фиксация на препятствии и E - экстрапунитивные реакции) не являются значимыми. В отношении всех других показателей: GCR (социальная адаптивность), ED (фиксация на самозащите), NP (фиксация на путях достижения желаемого), I (интрапунитивные реакции), M (импунитивные реакции) - различия в выделенных группах достоверно значимые.

На рисунке 1 показано соотношение среднегрупповых процентных показателей по двум группам.

Рисунок 1. Соотношение среднегрупповых процентных показателей у детей изучаемых групп

Далее в таблицах 2 и 3 представлены результаты изучения эмоционального отношения ребёнка к матери и отцу, себе, а также эмоционального восприятия всей после разводной ситуации в целом.

Как видно из таблицы 2, в обеих группах довольно высок средний балл отражающий отношение детей к матери: и дети, общающиеся с отцом после развода родителей и дети, не общающиеся с отцом, в целом выше среднего оценивают своё отношение к матери. Наиболее низкие значения имеют в обеих группах показатели «отношение к отцу» и «отношение к родителям».

Возможно, эмоционально негативное отношение к отцу связано с тем, что ребёнок, остающийся жить с матерью (даже если он иногда общается с отцом), воспринимает и основной эмоциональный негатив матери по отношению к отцу. Этот негатив, как правило, имеется после развода, т.к. довольно редко разведённые родители продолжают поддерживать эмоционально ровные отношения (так может сложиться только спустя некоторое время после развода). Ребенок воспринимает негативное отношение матери к отцу и отражает его собственным отношением.

Таблица 2. Результаты исследования отношения ребёнка к родителям и самому себе

* Таблицы математической статистики представлены в Приложении 1.

Низкие значения по показателю «отношение к родителям» обусловлены теми проблемами, которые в недавнем времени претерпели родители как пара. Во-первых, родители больше не являются парой и потому у ребенка смешанные чувства по отношению к ним. Во-вторых, восприятие родителей как пары возвращает ребёнка к ситуации развода, которая, как правило, эмоционально болезненна для ребёнка.

Анализ методами математической статистики показал, что значимые различия в уровне эмоционального отношения у детей двух выделенных групп отмечены по всем шкалам, кроме шкалы «отношение к матери».

Наглядно соотношение среднегрупповых показателей эмоционального отношения детей двух выделенных групп представлено на рисунке 2.

Рисунок 2. Соотношение среднегрупповых показателей по шкалам эмоционального отношения детей изучаемых групп

В таблице 3 представлен интегральный показатель отношений ребёнка, характеризующий особенности его эмоционального отношения ко всей после разводной ситуации в целом.

Таблица 3.Результаты исследования эмоционального отношения ребенка к послеразводной ситуации

* Таблицы математической статистики представлены в Приложении 1.

Как видно из таблицы 3, в обеих группах превалирует процент детей со смешанными эмоциями относительно общей ситуации развода, что вполне естественно, т.к. исследовались дети, развод в семьях которых случился не более года назад, поэтому большинство детей всё ещё эмоционально переживают развод.

Однако, процент детей с нормальным, позитивным отношением по интегральному показателю (к себе, матери и отцу, родителям в целом) в двух выделенных группах различен: треть детей, общающихся с отцами (33%) имеют позитивное отношение к себе, своим родителям, ситуации и только 13% детей из группы «не общающихся с отцами» имеют аналогичное отношение. Негативное отношение к ситуации, себе, родителям выявлено у 39% детей, не общающихся с отцами и только у 14% детей, которые продолжают общение с отцами после развода родителей. Этим объясняется наличие достоверно значимых различий по интегральному показателю отношения к ситуации в целом.

Наглядно уровни эмоционального отношения к себе, родителям и ситуации после развода в обеих группах представлены на рисунке 3.

Рисунок 3. Соотношение среднегрупповых интегральных показателей эмоционального отношения детей изучаемых

Таким образом, нами проведён первичный анализ данных по двум выделенным методикам («Методика изучения фрустрационных реакций» С. Розенцвейга и анкета, направленная на выявление отношения ребенка к отцу, матери, родителям как паре, своей жизни). Нами выявлено, что по ряду показателей/шкал у детей двух выделенных групп обнаружены достоверно значимые различия (особенностей реагирования на ситуацию фрустрации и особенностей эмоционального отношения). Это позволяет интерпретировать полученные результаты на уровне достоверной значимости.

Нами выявлено, что у детей, которые общаются с отцами после развода родителей и детей, которые ограничены в общении с отцом после развода отмечаются следующие значимые различия в особенностях реагирования на ситуацию фрустрации:

GCR (социальная адаптивность): U=111,500, р < 0,05;

ED (концентрация на самозащите в фрустрирующей ситуации): U=55,000, р < 0,05;

NP (концентрация на путях достижения цели в фрустрирующей ситуации): U=12,000, р < 0,05;

I (интропунитивная направленность фрустрирующей реакции): U=33,000, р < 0,05;

М (импунитивная направленность фрустрирующей реакции): U=110,000, р < 0,05.

Эти различия можно интерпретировать следующим образом:

. GCR (социальная адаптивность): у детей, которые после развода родителей не общаются с отцом значимо ниже уровень социальной адаптивности, чем у тех детей, которые поддерживают отношения с отцом.

Это, на наш взгляд, объясняется тем, что для детей, переживших развод родителей и утративших контакт с отцом, та жизненная основа, которой являлась семья - полностью разрушилась. Жизнь только с матерью, ограничение детско-родительских контактов отношениями только с одним из родителей - существенно отражается на восприятии окружающего мира. Цельность и полнота и отношений, которые давали ребенку общение с обоими родителями - теперь исчезли. Возможно, ребенок сталкивается с ощущением, что и весь остальной мир небезопасен и хрупок: то, что случилось с его семьёй, отношениями с родителями, может случиться и с любым аспектом отношений в окружающем мире. Поэтому дети, не общающиеся с отцами после развода значимо менее социально адаптированы: они скорее дезориентированы в окружающем социуме, не знают, как себя вести, как реагировать, чего ожидать, поскольку в их «мире» все кардинально изменилось.

Дети, которые после развода продолжают общаться с отцом, также переживают стресс, однако они видят, что отношения изменились на уровне родительских (мать и отец не живут теперь вместе), но на уровне родительско-детских остались (пусть не в полной мере прежними, но остались как вид отношений). Иными словами, «крушение мира», которое переживает ребенок после развода родителей не столь критично: остается основа - отношения с обоими родителями. Этот факт позволяет детям более быстро адаптироваться к новой ситуации (сама ситуация для ребенка оказывается менее травмирующей и сложной), что и обуславливает значимо более высокую степень социальной адаптивности.

. ED (концентрация на самозащите в фрустрирующей ситуации). Дети, которые после развода родителей не общаются с отцом, значимо более ориентированы на самозащите в фрустрирующей ситуации, чем те дети, которые после развода поддерживают отношения с отцом.

Нам представляется, что такая реакция у детей, не общающихся с отцом, обусловлена тем, что они в результате развода и прекращения отношений с отцом в большей степени ощутили свою беззащитность и слабость, ведь очевидно, что именно отец, мужчина, является олицетворением силы, защиты. Дети, утратившие контакт с отцом оказываются в более беззащитном положении, они в меньшей степени ориентируются на поддержку и помощь со стороны взрослого, родителя. Это и может обуславливать более выраженную реакцию самозащиты.

Также выраженность реакции самозащиты в ситуации фрустрации у детей, родители которых недавно развелись, может быть обусловлена тем, что ребёнок склонен к самообвнинению в ситуации развода. Нередко в таких стрессовых ситуациях ребенок начинает ощущать свою вину за произошедшее. Благоприятным является такое разрешение ситуации, когда родители объясняют ребёнку, что он не виноват в их разрыве, что они по прежнему его любят, что и проявляется в эмоциональном общении с обоими родителями. В ситуации, когда ребёнок ограничен в контактах с отцом, он не получает подтверждения своей невиновности в разводе родителей от отца, он не знает мнения отца по поводу развода, роли в этом происшествии ребенка, что может обуславливать повышенную тревожность, ощущение вины. Это ощущение переносится на многие другие ситуации, в большей степени - на ситуации фрустрации.

. NP (концентрация на путях достижения цели в фрустрирующей ситуации). Дети, которые после развода родителей прекратили общаться с отцом, значимо менее концентрируются на путях достижения цели в фрустрирующей ситуации, чем дети, общающиеся с обоими родителями после развода.

Возможно, это связано с тем, что для детей, не общающихся с отцом, ведущей является концентрация на других аспектах (например, самообвинении). Также, на наш взгляд, сниженная концентрация на путях достижения желаемого у детей, не общающихся с отцами, связана с пониженной уверенностью в себе, в возможности достигать желаемого. Дети, переживающие стресс после развода родителей и ограниченные в контактах с отцом, как уже отмечалось, тяжелее переживают развод, у них затруднены механизмы социальной адаптации, что порождает неуверенность в себе, неуверенность в своих возможностях. Поэтому им сложнее концентрироваться на путях достижения желаемого, чем детям, общение с отцами для которых продолжается после развода.

. I (интропунитивная направленность фрустрирующей реакции). Дети, не общающиеся с отцом после развода родителей, более ориентированы на себя в ситуации фрустрации, чем дети, продолжающие общаться с отцами после развода родиетелей. Интропунитивность реакции связана с принятием вины или же ответственности за исправление возникшей ситуации. Ребёнок склонен видеть причину ситуации в себе, но не во внешней среде, окружении, других людях.

На наш взгляд, это обусловлено тем, что ребёнок, не общающийся с отцом, как уже отмечалось, более склонен к самообвинениям, он более неуверен в себе. Он не получает полноценной поддержки от обоих родителей, поэтому склонен сомневаться в своих действиях, поступках. Это ориентирует его реакцию на самого себя в ситуации фрустрации.

. М (импунитивная направленность фрустрирующей реакции). Дети, не общающиеся с отцом после развода родителей менее склонны расценивать ситуацию фрустрации как малозначимую, преодолимую со временем, чем дети, общающиеся после развода и с матерью и с отцом.

Скорее всего, это связано с тем, что дети, утратившие возможность общаться с отцом после развода родителей, находятся в более глубоком стрессе, что не позволяет рассматривать другие сложные, фрустрирующие ситуации как малозначительные, ситуации без угрозы.

Таким образом, мы можем отметить, что дети, которые после развода родителей ограничены в контактах с отцом значительно чаще, чем дети, общающиеся после развода с обоими родителями: концентрируются на самозащите в ситуации фрустрации, имеют фрустрационные реакции, направленные на самого себя. Вместе с тем, они значительно реже концентрируются на путях достижения цели в ситуации фрустрации, а также реже способны воспринимать ситуацию фрустрации как малозначительную, проходящую со временем и без явных последствий. Всё это обуславливает значительно более низкий уровень социальной адаптивности детей, не общающихся после развода с отцами.

отношение к отцу: U=10,000, р < 0,05;

отношение к родителям: U=94,000, р < 0,05;

отношение к самому себе, своей жизни: U=12,500, р < 0,05;

интегральный показатель эмоционального отношения (отношение к ситуации развода в целом): U=31,500, р < 0,05.

. Отношение к отцу. Дети, ограниченные в контактах с отцом после развода родителей имеют значимо более негативное отношение к отцу, чем те, кто продолжает общаться с отцом.

Этот аспект неоднозначен для интерпретации, так как нельзя однозначно установить, что является толчком для более негативного отношения к отцу в каждом конкретном случае. Однако можно говорить о двух возможных тенденциях.

Во-первых, негативное отношение к отцу у детей, не общающихся с отцом, может быть обусловлено более проблематичной ситуацией развода, чем у тех, кто продолжает общаться с отцом. Если сложилось так, что отец не общается с ребенком после развода, скорее всего развод сопровождался выраженными негативными эмоциями самих родителей. Возможно, негативные отношения с матерью перенесены отцом на ребёнка и потому отец не общается с ним; возможно мать, желая «досадить» отцу за какие-либо обиды, ограничила его в общении с ребёнком; возможно и что-то третье. Однако во всех случаях имеет место выраженный негатив, что может обуславливать более негативное отношение ребёнка к отцу.

Во-вторых, сам факт отсутствия общения с отцом с одной стороны вызывает у ребенка чувство обиды на отца, ощущение, что его (ребёнка) бросили, что отец не хочет его видеть, общаться с ним - это вызывает ответную негативную реакцию. С другой стороны - ребёнок общается только с матерью, которая (если обижена чем-то на отца), может не скрывать собственных эмоций, высказывать, показывать свое отношение к отцу, которое ребёнок воспринимает и проецирует на отца как своё собственное.