Достаточно полную картину динамики самооценки в младшем подростковом возрасте дают данные исследований, полученных различными учеными (Д.Б. Эльконин, Д.И. Фельдштейн), в которых отмечается, что в возрасте 10- 12 лет ребенку свойственно неоднозначное отношение к себе. Около 34% мальчиков и 26% девочек дают себе полностью отрицательные характеристики. В ответах этих детей ощущается недоумение, растерянность, они как бы не узнают самих себя. Вместе с такими подростками, у которых кризис самооценки проходит очень остро, есть немало десяти-одиннадцатилетних детей (около 70%), отмечающих в себе не только отрицательные, но и положительные черты. Однако и в этих случаях обращает на себя внимание явное преобладание в оценках отрицательных черт и форм поведения. Некоторые подростки особо подчеркивают, что недостатков у них много, а нравится в себе «только одно», «единственная черта», т.е. характеристикам младших подростков присущ отрицательный эмоциональный фон [2; с.141].
Также сохраняется и ситуативно-отрицательное отношение ребенка к себе, зависящее от оценок окружающих, прежде всего сверстников. В то же время критическое отношение подростка к себе, переживание недовольства собой сопровождается актуализацией потребности в самоуважении, общем принятии себя и положительном отношении к себе как личности.
Главное психологическое приобретение младшего подростка - это открытие своего внутреннего мира, тогда как раньше единственной осознаваемой реальностью для него был внешний мир. Теперь он обретает способность погружаться в себя, свои переживания и начинает осмысливать свои эмоции не как производные от каких-то внешних событий, а как состояние своего собственного "Я". Однако вместе с осознанием своей уникальности, неповторимости это "Я" нередко переживается как смутное беспокойство, состояние внутренней пустоты, которую необходимо чем-то заполнить. Отсюда растет потребность в общении и одновременно повышается его избирательность [11; с.65]..M. Прихожан отмечает, что при переходе от детства к отрочеству возникает своеобразный мотивационный кризис, вызванный сменой социальной ситуации развитии и изменением внутренней позиции ученика. В отличие от «классического» подросткового кризиса, он пока еще слабо выражен в поведении и внешних проявлениях. В результате возникает психологическая незащищенность перед новым этапом развития. Недовольство собой, отношениями с другими, критичность в оценке результатов учебы - все это может стать стимулом самовоспитания, а может и негативно сказаться на характере самоуважения, стать препятствием для полноценного формирования личности. И путь, по какому пойдет становление личности подростка» во многом зависит от того, насколько успешно будет пройден этот этап - переход от детства к отрочеству [12; с.56].
Душевная травма, нанесённая ребёнку разводом родителей, не пережитая в период 9-11 лет, может по-особому проявиться уже позже, в подростковом возрасте. В этой связи в литературе часто упоминается проблема жестокости подростков (мальчиков), выросших без отца. Отсутствие в семье образца мужского поведения приводит к тому, что, лишённые положительных примеров мужского отношения к людям (к тому же при негативной оценке со стороны матери), мужской любви к себе, такие подростки не различают мужское и псевдомужское поведение. Желание самоутвердиться за счёт более слабого, унизить зависимого - не что иное, как маскировка жестокостью своей несостоятельности. Это связано с тем, что, у подростков, выросших в разведённых семьях, наблюдается занижение самооценки, вследствие переживания себя «неполноценным» при сравнении своей семейной ситуации с другими. [20, c.142].
По данным медиков, ситуация развода родителей даже спустя 1-2 года может вызвать у подростка тяжёлую форму невроза. Особенно драматичной эта ситуация может быть для девочек, если они привязаны к отцу и имеют много общего с ним. Возникающие реакции усугубляются беспокойством по поводу возможной потери матери, страхом одиночества и социальной изоляции. В таком случае девочки не отпускают мать от себя, испытывая каждый раз острое чувство беспокойства при её уходе.
Им кажется, что мать может не вернуться, что с ней может что-либо случится. Нарастает общая боязливость, усиливаются страхи, идущие из более раннего возраста, и частыми диагнозами в этом случае будут невроз страха и истерический невроз.
При этом возникают различного рода ритуальные предохранения от несчастья, навязчивые мысли о своей неспособности, неуверенность в себе и навязчивые страхи (фобии) и другие дезадаптивные реакции [20, c.144].
психологический адаптация развод социальный
1.4 Выводы по Главе 1
1. Развод - это социально-психологическое явление, связанное с завершением супружеских отношений, распадом семьи как целостной системы, сопровождающееся острыми эмоциональными переживаниями всех членов семьи и необходимостью переструктурирования их систем отношений, как на юридическом, так и на психологическом уровне.
. Развод не является одномоментным событием и имеет свою динамику переживания и развития в эмоциональном и социальном плане. Взрослые люди (родители) имеют свои устоявшиеся способы адаптации к ситуации стресса и навыки изменения поведения в новых условиях, что помогает им более конструктивно переживать развод. Для еще формирующейся личности ребенка нарушение привычной системы существования и связанная с этим утрата чувства безопасности, может стать фактором, усиливающим негативные тенденции его развития и привести к нарушению социально-психологической адаптации.
. Социально-психическая адаптация - это процесс конструктивного приспособления к новым для субъекта условиям. Успешность адаптации ребенка предподросткового возраста зависит от предыдущего опыта переживания и преодоления стрессовых ситуаций, актуальных условий и системы отношений с другими людьми, в частности, наличия или отсутствия значимой социальной поддержки.
. В силу особенностей предподросткового возраста как «латентного», эмоциональная травма как реакция на развод родителей может не проявиться непосредственно во время переживания травмы и иметь отсроченный характер, т.е. отразиться на развитии ребенка в подростковом и юношеском возрасте.
ГЛАВА II. ЭМПИРИЧЕСКОЕ ИЗУЧЕНИЕ ОСОБЕННОСТЕЙ СОЦИАЛЬНОЙ АДАПТАЦИИ ДЕТЕЙ ПОСЛЕ РАЗВОДА РОДИТЕЛЕЙ
.1 Обоснование
гипотезы
Теоретически изучив проблемы социально-психологической адаптации детей после развода родителей, мы предполагаем, что дети, которые после развода ограничены контактами только с одним родителем (не встречаются с отцом), будут испытывать проблемы в социальной адаптации, которые выражаются в недостаточной способности справляться с ситуациями фрустрации. На наш взгляд это обусловлено тем, что в ситуации резкого ограничения контактов с отцом в совокупности со стрессовой ситуацией развода, ребенок испытывает гораздо большую психологическую нагрузку, не только чем дети, живущие с обоими родителями, но и чем дети, которые в ситуации развода не ограничены в контактах с отцом.
Ребенок, переживающий развод родителей, уже находится в сложной психологической ситуации: малая социальная группа, одним из членов которой он являлся (семья) по сути разрушилась, что обуславливает запуск стрессовых механизмов, чувства подавленности, неуверенности в себе. Однако, если в ситуации развода ребенок имеет возможность общаться с обоими родителями, он подсознательно осознает, что изменения, затронувшие его семью, систему отношений родителей с ним - не носят критического характера (мать и отец общаются с ним, сохраняется эмоциональная связь). Если ребенок ограничен в контактах с отцом, разрывается система отношений родители - ребенок, в данной системе остается только один из родителей, личностная и эмоциональная связь с отцом нарушена, что создает ощущение подавленности, растерянности, опустошенности. Ребенок в этой ситуации дезориентирован в социуме, межличностных контактах и, как следствие, испытывает существенные проблемы в адаптации. Детям этой группы гораздо труднее устанавливать адекватные контакты с окружающими, так как в системе наиболее значимых межличностных отношений (отношений с родителями) сложилась критическая ситуация.
Соответственно, мы можем
предположить, что у детей, которые в ситуации развода ограничены в контактах с
отцом, будет отмечаться значительно большие проблемы в социальной адаптации,
выражающиеся в недостаточной способности справляться с ситуациями фрустрации,
чем у детей, которые в ситуации развода могут общаться с обоими родителями.
2.2 Описание
методов и процедуры исследования
Для получения первичных данных нами были использованы «Экспериментально-психологическая методика изучения фрустрационных реакций» С. Розенцвейга и разработанная ранее анкета для детей, переживающих ситуацию развода родителей.
Методика С. Розенцвейга выявляет тип реагирования (взаимодействия с окружающей средой, другими людьми), обнаруживая наиболее уязвимое место испытуемого, с чем, прежде всего, будут связаны его эмоции:
концентрацией на препятствии, возможности или невозможности его преодолеть (буквенное обозначение OD),
концентрацией на самозащите, что свидетельствует о слабости и уязвимости (буквенное обозначение ED),
сосредоточением на путях получения желаемого (буквенное обозначение NP).
Помимо типа реагирования в методике С. Розенцвейга изучается и направленность реакции:
· экстрапунитивные реакции (реакция направлена на живое или неживое окружение в форме подчеркивания степени фрустрирующей ситуации, в форме осуждения внешней причины фрустрации, или вменяется в обязанность другому лицу разрешить данную ситуацию) - Буквенное обозначение Е;
· интропунитивные реакции (реакция направлена на самого себя; испытуемый принимает фрустрирующую ситуацию как благоприятную для себя, принимает вину на себя или берет на себя ответственность за исправление данной ситуации) - буквенное обозначение I;
· импунитивные реакции (фрустрирующая ситуация рассматривается испытуемым как малозначащая, как отсутствие чьей-либо вины или как нечто такое, что может быть исправлено само собой, стоит только подождать и подумать) - буквенное обозначение М.
В ходе эксперимента ребенку предлагаются 24 схематических контурных рисунка, на которых изображены два человека или более, занятые еще незаконченным разговором.
Реакция ребенка на каждый из предложенных рисунков оценивается и по типу реагирования (концентрация на препятствии, на самозащите, на достижении желаемого) и по направленности реакции (экстрапунитивная, интропунитивная, импунитивная).
В результате на каждого ребенка заполняется карта, в которой реакция на каждую из 24 ситуаций записывается с помощью соответствующих символов:
· Если в ответе с экстрапунитивной, интропунитивной или импунитивной реакцией доминирует идея препятствия, добавляется значок «прим» (Е’, I’, М’).
· Тип реакции «с фиксацией на самозащите» обозначается прописными буквами без значка (Е, I, M).
· Тип реакции «с фиксацией на удовлетворение потребности» обозначается строчными буквами (е, i, m).
Далее карта ребенка сверяется с таблицей нормативных для выборки данного возраста реакций и по количеству совпадений типа и направленности реакций индивидуальной карты ребенка с нормативной для этого возраста вычисляется GCR - коэффициент групповой конформности, или, иначе говоря, мера индивидуальной адаптации субъекта к своему социальному окружению.
Согласно таблице-ключу баллы GCR (количество совпадений в индивидуальной карте с нормативной картой) переводятся в проценты, где 100% означает максимально высокую способность к социальной адаптации.
Помимо показателя GCR, у каждого ребенка вычисляется в процентном соотношении частота использования тех или иных типов и направлений реакций в ответ на фрустрирующую ситуацию: OD, ED, NP, Е, I, М. Это позволяет выявить соотношение типов и направленностей реагирования на фрустрирующую ситуацию у ребенка.
В целях исследования нами была разработана анкета (Приложение 1), направленная на выявление отношения ребенка к отцу, матери, родителям, своей жизни. Анкетирование проводилось с детьми в ходе индивидуальной беседы.
Анкета содержит 10 вопросов:
1, 6, 7 вопросы направлены на раскрытие отношений ребенка к родителям в целом,
2, 4 вопросы - на раскрытие отношения к маме,
3, 5 вопросы - на раскрытие отношений к папе,
8, 9, 10 вопросы - на раскрытие отношение к жизни самого ребенка, его прошлому и будущему.
Данная методика предполагает как качественную обработку (анализ высказываний каждого ребенка), так и количественную.
Оценивается общая эмоциональная направленность ответов:
баллов - ответ эмоционально негативно окрашен,
балл - ответ не имеет выраженной негативной или позитивной эмоциональной окраски (нейтрален),
балла - ответ эмоционально позитивно окрашен.
По каждой из выделенных шкал: отношение к родителям, отношение к матери, отношение к отцу, отношение к себе, своей жизни - баллы суммируются.
В результате по шкалам «отношение к матери» и «отношение к отцу» набирается от 0 до 4 баллов, где 0 баллов говорит о выраженном негативном отношении, а 4 балла - о выраженном позитивном отношении; по шкалам «отношение к родителям» и «отношение к себе, своей жизни» - набирается от 0 до 6 баллов, где также максимальное количество баллов свидетельствует о выраженном позитивном отношении, а минимальное - о выраженном негативном отношении.
Также подсчитывается общее количество баллов (по всей анкете в целом) - эмоциональное восприятие ситуации развода. При этом максимальное количество баллов - 20 (выраженное эмоционально позитивное восприятие), однако у детей в ситуации развода количество баллов близкое к максимальному встречаться не должно, т.к. это свидетельствует скорее о недостоверности результатов. Минимальное количество баллов - 0 (выраженное эмоционально негативное восприятие ситуации).
Опираясь на данные баллы, можно выделить следующие уровни эмоционального восприятия ситуации развода детьми:
-20 баллов - данные недостоверны,
-14 баллов - ребенок испытывает позитивные эмоции, стресс не выражен,
-9 баллов - ребенок испытывает смешанные эмоции, превалируют негативные, стресс присутствует,
-4 балла - ребенок испытывает в основном негативные эмоции, стресс выражен.
Исследование проводилось на базе Муниципальных учреждений городского округа Самара «Центр социальной помощи семье и детям Промышленного района» и «Центр социальной помощи семье и детям Октябрьского района». В исследовании приняли участие 53 ребенка в возрасте от 9 до 12 лет, посещающих Центр в рамках оказания социально-психологической помощи (индивидуальные консультации, групповые занятия с классом и т.д.).
Срок стрессовой ситуации (время, прошедшее после развода родителей) у детей исследуемой группы от 3 до 10 месяцев. Половой состав группы респондентов таков: 24 мальчика и 29 девочек (45% и 55% соответственно).
Все дети проходили тестовые методики в течение недели (по мере посещения Центра в свое групповое время). Также был выяснен путем опроса основной факт, позволивший сформировать две группы исследуемых: общаются или нет дети разведенных родителей с отцами после развода?
В результате обработки ответов респонденты (их данные) были разделены на две группы:
дети, которые продолжают общаться с отцом после развода родителей - 30 детей (57%),
дети, которые не общаются с отцом после развода родителей - 23 ребёнка (43%).
При этом нами не изучались
отношения с отцом как таковые (особенности этих отношений, их эмоциональный
фон, частота встреч с отцом и пр.), нам важен был сам факт наличия или отсутствия
отношений с отцом у детей. Это было важно, т.к. в литературе отмечается, что
дети, у которых нет необходимости резкого изменения сложившегося уклада жизни,
более конструктивно переживают развод родителей и затем имеют меньше проблем с
социальной адаптацией.
2.3 Анализ и
интерпретация результатов
Результаты исследования реакции
детей двух выделенных групп на фрустрирующую ситуацию представлены в таблице 1.
Таблица 1.Результаты исследования реакции детей на фрустрирующую ситуацию («Методика изучения фрустрационных реакций» С. Розенцвейга)
|
Показатели |
Дети, общающиеся с отцом (средний % по группе) |
Дети, не общающиеся с отцом (средний % по группе) |
Уровень значимости различий: критерий Манна-Уитни * (достигается при р < 0,05) |
|
GCR |
29% |
19,9% |
р < 0,05 |
|
OD |
18% |
23,7% |
Не достигнут |
|
ED |
36,1% |
54,2% |
р < 0,05 |
|
NP |
51,2% |
26,1% |
р < 0,05 |
|
Е |
49,8% |
44,9% |
Не достигнут |
|
I |
36% |
48% |
р < 0,05 |
|
М |
21,8% |
11,6% |
р < 0,05 |