В-третьих, возвышение роли государства и права как инструментов гражданского общества не должно привести к такой болезни, когда государство и право становятся панацеей от всех недугов общества. Попытка отрегулировать законами все и вся в конечном счете приведет к зарегулированности и стеснению развития общественных отношений. Прежде чем подключить законы для регулирования каких-то общественных отношений, необходимо убедиться в позитивности для общества всех возможных при этом последствий. Право, законы, какое бы позитивное значение они не имели в обществе, они все же есть производные от гражданского общества институты. До права, законов есть еще что-то не правовое, метаправовое. Это не что иное, как сама жизнь общества с его сложными нравственными основами, обычаями, традициями, культурой и сложившимся бытом. Государство и право не только не могут не учитывать все жизненные, но и даже при желании кого-то, не могут круто изменить, повернуть общественную жизнь. Поэтому на государство и право нужно возлагать только такие надежды, которые они объективно могут оправдать. Само гражданское общество должно быть дееспособным, могущим эффективно использовать государственно-правовые институты в нужном направлении. Государство само по себе и с помощью законов не может решать такие задачи, которые не под силу и самому гражданскому обществу. Нужно всегда иметь в виду, что государство и право - это институты (инструменты) самого гражданского общества.
И, наконец, в-четвертых, государство и право, как бы не были производны от гражданского общества, по отношению к индивидуальному сознанию, поведению личности - объективная реальность. В период предвыборной кампании, а также сразу после победы на выборах многие предлагают принять множество новых законов, зачастую не имея представления о системе права, о механизме правового регулирования общественных отношений. Конечно, новые законы нужно принимать. Иначе мы можем затормозить развитие общества. Это нужно делать со знанием. Каждый новый закон должен быть всесторонне вписан в уже существующую систему права. Если этого не сделать, то можно вызвать хаос и большие затруднения для органов правоприменения.
В условиях правового государства значительно возрастает роль юридической науки. Она у нас до сих пор обделена вниманием. Достаточно сказать, что в стране нет солидных частных научных организаций юридического профиля. Каких только у нас нет государственных научных подразделений!? А вот юридические научные исследования, несмотря на то, что мы намерены строить правовое государство, должного внимания еще не «заслужили». Это положение также должно быть исправлено.
Во-первых, необходимо четко обозначить сферу деятельности юристов-специалистов в области применения права. Эта сфера и есть юридическая, или правовая работа. Юридическая работа - это не любая работа по реализации требований правовых норм. Реализацией требований правовых норм занимаются все субъекты права. Все, к кому относятся требования правовых норм, обязаны их соблюдать, исполнять. Юридическая же работа - это работа юристов, и она направлена на обеспечение правильного применения, соблюдения, исполнения и использования требований правовых норм. Если все, кому адресованы юридические требования, обязаны исполнять, соблюдать их, то предметом деятельности юристов, то есть предметом юридической работы является обеспечение правильного применения и использования требований правовых норм. Юридическая работа так же, как и врачебная, ветеринарная, агрономическая и другие, является специальной, требующей профессиональных знаний. Используя знания, юрист в различных формах (в зависимости от места и занимаемой должности или работы) подключается к тому, чтобы правовые требования были реализованы правильно и точно.
.2 Конституционное мышление - одно из условий перехода к правовому государству
О правовом государстве без основного закона, четко и недвусмысленно определяющего устройство государства, порядок и принципы образования представительных органов власти, перед которым ответственна исполнительная власть, вряд ли можно вести серьезный разговор. Вот почему в России еще в начале XX века возникли решительные общественно-политические движения, направленные на преобразование самодержавия в конституционно- правовое государство.[1]Кстати, период перехода к конституционализму, прежде чем выходить на позиции правления права или правового государства, проходили и США, Франция, Германия и многие другие государства.
Углубляясь в проблемы конституционализма, необходимо в первую очередь уяснить суть самого понятия «Конституция», смысл которого не остается неизмененным на разных этапах развития государственности. Сегодня нам нельзя ограничиваться лишь буквальным переводом этого латинского слова на русский язык, поскольку при этом еще явно не раскрывается истинный смысл Конституции как основного закона.
В современном цивилизованном мире слово «конституция» все больше стало пониматься как основной закон государствообразующего общества, который является учредительным документом этого общества, закрепляющим основы общественного устройства и государственной деятельности, прав и свобод гражданина. Конституция понимается не только как любое государственное устройство, а как такое государственное устройство, которое непосредственно исходит от государствообразующего общества и выражает его волю. Конституция все больше и больше рассматривается в качестве основного закона народа как определенной политической общности, его учредительным документом, определяющим условия деятельности государственной власти. Если где-то Конституцией назван документ, не содержащий эти условия или содержащий положения, не признающие народ в качестве источника власти, то он на самом деле Конституцией не является. Это может быть карикатурой на конституцию, ширмой или еще чем-то, но только не, основным законом государствообразующего народа, определяющим условия и порядок деятельности государственной власти.
Конечно, исторически может сложиться так, что основные вопросы общественно- государственной деятельности могут закрепляться ни в одном, а в разных законах (например, в Англии). Однако в большинстве цивилизованных стран принято иметь Конституцию в качестве основного закона, закрепляющего основы общественного и государственного строительства. В связи с этим мы не разделяем утвердившееся в отечественной юридической литературе мнение о писаных и неписаных конституциях. Если речь идет о юридическом понятии конституции, то есть об основном законе государствообразующего общества, то неписаной она не может быть.
Но главное в понимании конституции все же сводится к выяснению ее сути. Здесь важным является то, что конституция появляется в эпоху новой цивилизации. Основное назначение конституции - быть средством упорядочения деятельности государственной власти, подчинения ее интересам государствообразующего общества, инструментом обеспечения народовластия. По этой причине конституции не могут выполнять (их зачастую вообще нет) истинную свою роль в абсолютно-монархических государствах. В тоталитарных государствах роль конституции низводится до нуля. Отсюда следует вывод: конституция по своему историческому назначению является основным документом государствообразующего общества (а не государственной власти или какой-либо ее ветви) для юридического контроля над деятельностью государственной власти.
Принятие подлинно народной конституции - это показатель зрелости гражданского общества, способного определять пределы и направления деятельности государственной власти, эффективно ее контролировать и заменять дискредитировавшую себя власть другой. Следует также иметь в виду, что истинное свое назначение конституция может выполнять лишь при подлинном демократическом режиме. При таком режиме, когда на первом месте в обществе, безусловно, уважительно отношение к конституции. Только через призму уважения конституции должно складываться уважение к конкретным правителям, руководителям страны.
Что же касается Конституции Российской Федерации, то принятие и введение ее в действие в 1993 г.имеет как положительные, так и отрицательные стороны. Если проанализировать конкретные разделы и статьи этой конституции, то нужно сказать, что такой конституции у России еще никогда не было. Под влиянием крушения тоталитарной системы и широкомасштабных рассуждений о демократизации общественной жизни Конституция Российской Федерации словесно вобрала в себя значительные достижения мирового конституционно-правового строительства. Все это, безусловно, положительная сторона.
В то же время Конституция Российской Федерации отнюдь не безупречна. В ней имеются недочеты как теоретического, так и практического характера.
Несмотря на то, что Конституция Российской Федерации провозглашает Россию федеративным правовым государством (ст. 1), в ней отсутствуют очень важные положения, необходимые для таких государств.
Во - первых, в правовом государстве должен быть проведен в жизнь принцип разделения властей. Важнейшей составляющей принципа разделения властей является то, что ни одна ветвь власти не обладает неограниченной властью. Этого положения как раз и нет в Конституции Российской Федерации. Правовой статус Президента Российской Федерации определен асимметрично по отношению к другим ветвям власти. Президент Российской Федерации рассматривается как глава государства.
Между тем «глава государства» - понятие, сохранившееся с прошлых веков и не соответствует параметрам правового государства. В правовых государствах главе государства в таком виде, как это закреплено в Конституции РФ, нет места.
Далее в Конституции Российской Федерации указывается, что Президент «обеспечивает согласованное функционирование и взаимодействие органов государственной власти» (ст. 80). Такое полномочие Президента не только возвышает его над остальными ветвями власти, но и фактически наделяет неограниченными правами под видом обеспечения согласованного функционирования различных ветвей власти. В Конституции Российской Федерации должно быть четко определено, что Президент является главой исполнительной власти. Такое закрепление его статуса позволит четко определить место Президента в системе государственной власти и однозначно оценить нормативность его Указов в качестве подзаконных актов. Такое положение как раз и соответствовало бы требованиям цивилизованных правовых государств.
Во-вторых, в федеративном государстве должны быть четко определены взаимоотношения между центром и субъектами федерации. Конституция Российской Федерации, в отличии от Конституций США, ФРГ, не содержит четких границ между правами федерального центра и субъектов федерации по вопросам внешних сношений, установления сбора налогов и пошлин, содержания воинских формирований и т.д. По нашему мнению, это правильно сделано, например, в статье 1 разделе 10 Конституции США.
В Конституции Российской Федерации нет также положений, гарантирующих в субъектах федерации форму правления и политический режим, соответствующих требованиям правового государства. Положение ст.66 Конституции Российской Федерации о том, что «статус республики определяется Конституцией Российской Федерации» нигде больше не раскрывается, а поэтому республики и другие субъекты федерации на местах зачастую не соблюдают требования Конституции Российской Федерации.
В-третьих, Конституция Российской Федерации содержит пробелы и по вопросам взаимодействия между федеральным центром и субъектами федерации на предмет совместного ведения. Реализация положений, содержащихся в ст.72 Конституции, никак не определена: как практически должны взаимодействовать федеральные органы и органы власти субъектов федерации по вопросам совместного ведения? В этом вопросе также можно было бы использовать опыт США, где в самой Конституции четко расписана процедура участия штатов по вопросам совместного ведения.
В Конституции РФ следовало бы определить не только четкий порядок учета мнений субъектов федерации при решении вопросов совместного ведения (например, федеральный закон в области совместного ведениясчитается принятым, если за него проголосовало не менее 2/3 депутатов Совета Федерации), но и указать, что по этим вопросам Федеральное Собрание принимает законы рамочного характера (например, Основы законодательства, как это было принято во времена СССР).
В-четвертых, пробелом в Конституции Российской Федерации, на наш взгляд, следует считать отсутствие некоторых положений, закрепленных в международных документах о правах человека и неопределенность механизма реализации общепризнанных принципов норм международного права в российской действительности. Так, в Конституции РФ отсутствует положение, вытекающее из ст. 11 Пакта об экономических, социальных и культурных правах, где признается «право каждого на достойный жизненный уровень для него самого и его семьи, включающий достаточное питание, одежду и жилище и на непрерывное улучшение условий жизни». Видимо, в России, по традициям советского времени, все еще думают, что государство должно обеспечивать каждого питанием и одеждой, вместо того чтобы создать условия для людей нормально заниматься разумной экономической деятельностью и обеспечивать себя самим.
Хорошее положение п. 4 ст. 15 Конституции РФ сегодня на практике не реализуется вследствие того, что отсутствует механизм его реализации в самой Конституции. Во всяком случае прошло уже немало лет со дня вступления в силу Конституции РФ, а конкретных дел в судах, связанных с реализацией п. 4 ст. 15 Конституции, все еще нет.
В-пятых, в будущей Конституции Российской Федерации хотелось бы увидеть и четкий механизм реализации положений, закрепленных в ст. 3 Конституции РФ, о народном суверенитете. Как в центре, так и в регионах, очень много говорят о государственном суверенитете, Повсеместно установили праздничные дни по этому поводу, но совсем не поднимают вопросы, связанные с народным суверенитетом. Государственные органы и чиновники оказались вне контроля со стороны гражданского общества и его институтов.
Несмотря на все эти отрицательные моменты в конституционно-правовом строительстве постсоветской Российской Федерации, ее Конституция 1993 года является действующей. Напрашивается основной вывод: действующая Конституция Российской Федерации должна быть обеспечена соблюдением всех ее положений. Такой вывод является юридической аксиомой и признается всеми цивилизованными странами. Игнорирование норм Конституции под любыми предлогами, в том числе под видом их несовершенства не допускается. Для выхода из ситуации, обусловленной несовершенством конституционных положений разработаны специальные технологии. Прежде всего это деятельность Конституционного суда Российской Федерации.
ГЛАВА 3. ПРАВА И СВОБОДЫ ЧЕЛОВЕКА - ОСНОВЫ ПРАВОВОГО ГОСУДАРСТВА
3.1 Обеспечение прав и свобод человека- верховная функция правового государства
Во-первых, хотелось бы здесь отметить, что понятие «верховная функция государства» - это не наше изобретение. Еще Ш. Монтескье при распределении функции государства выделил верховную его функцию и раскрыл содержание как защиту прав и свобод человека. Это и правильно. Ведь если исходить из вопроса о том, зачем людям нужно государство, то трудно не прийти к логическому выводу о том, что государство, прежде всего, нужно для защиты прав и свобод человека.
Во-вторых, трудно доказать наличие хотя бы зачатков правового государства без уважительного отношения в обществе к правам и свободам человека. Но если вернуться к проблеме возникновения зачатков правового государства в античные времена, то мы натолкнемся на отсутствие существенных представлений о правах человека в античное время. Так, один из известных представителей науки о правах человека профессор М.М. Утяшев пишет: «Есть множество оснований считать, что права человека, как научная доктрина, ведет отсчет с конца XVIII века, когда произошло грандиозное закрепление гражданских прав и свобод в позитивном законодательстве.
Современное движение за права и свободы человека в мире активизировалось после Второй мировой войны. Признание, уважение и реальная защита прав и свобод человека стали основным показателем цивилизованности государства. Под влиянием развития института прав человека в XX веке коренным образом изменилась сущность государства: государство стало основным институтом защиты прав и свобод человека.
В мире, и особенно в России, до сих пор не хватает понимания института прав человека в качестве нового, поворотного уровня в развитии человечества.