Материал: Коллектив авторов - История всемирной литературы Т.7 - 1991
писателя является то, что главным действующим лицом в большинстве исторических романов выступает народ, он создал характеры людей, передал их поступки и нравы в соответствии с изображаемой эпохой, сумел, по словам Р. Тагора, «вписать своих героев в историческую ткань повествования».
В исторических романах Бонкимчондро особая роль отведена женским образам; их идеализация принимает почти гиперболизированные формы, они совершают на полях сражений чудеса доблести и в то же время добродетельны, скромны в мирное время, послушны и преданны своим мужьям. В этих романах обилие необычайных
630
приключений, фантастических совпадений, этнографического экзотизма; и все это, наряду с предельно идеализированными положительными героями и полярными им однозначно демоническими отрицательными персонажами, свидетельствует о наличии в них стихии романтической поэтики. В то же время в основе романистики Бонкимчондро лежит трезвый просветительский морализм, осложненный религиозным ригоризмом, нравственным максимализмом неоиндуизма. Это видно особенно на примере произведений позднего периода творчества, в которых осуждается слепое подчинение страстям, проявление «естественной природы» человека имеет свои жесткие границы.
Один из лучших романов Бонкимчондро — «Радж Синх». В нем изображены события позднего средневековья — борьба раджпутов под предводительством Радж Синха против войск Великого Могола Аурангзеба. Выбор темы в свете идеологических задач Бонкимчондро был вполне правомерен — раджпуты вписали ярчайшие страницы в индийской истории своим мужественным отпором моголам. Сводя в поединке Радж Синха и Аурангзеба, художник сталкивает благородство и низость, великодушие и жестокость, честность и вероломство; и от того, в чью орбиту попадают остальные персонажи, зависит, добры они или жестоки, умны или глупы. В то же время автор создал ряд персонажей, главным образом из представителей народа, которые наделены неоднозначно сложными чертами, жизненной достоверностью. С искренней теплотой и симпатией изображены некоторые герои из мусульманской среды (Дария-биби, Мубарак). Вместе с тем воскрешение событий индусско-мусульманских войн прошлого возбуждало, несмотря на предуведомление автора не трактовать роман как антимусульманский, националистические страсти и пагубно сказывалось на общинных взаимоотношениях индусов и мусульман.
В романах «Коналокундала» (1866), «Ядовитое дерево» (1872) и «Завещание Кришноканто» (1875) Бонкимчондро воссоздал сложную картину социальной действительности с противоречиями между традиционным укладом и новыми веяниями наступающей буржуазной эпохи. Столкновение нового со старым автор показывает на семейно-бытовом материале, на положении женщины в индийском обществе.
Бонкимчондро остро волновал вопрос о свободе личности и о границах этой свободы. Писатель был одним из тех редких людей своей эпохи, которые сумели разглядеть изъяны и пороки буржуазной морали. Он не принимал и осуждал непомерные претензии личности, силой, усмиряющей произвол индивидуализма, он считал религию, к которой его герои прибегают в кризисные моменты своей жизни как средству внутренней самодисциплины.
Существенным художественным завоеванием Бонкимчондро был показ внутреннего противоборства чувств личности. Художник, изображая трагизм положения своих героинь, этих «рабынь страстей», сочувствуя и сострадая им, в то же время показывает, как стремление отстоять свои права на личное счастье приводит их к краху, нравственному и физическому: героини всех социальных романов погибают, так и не добившись счастья. Охранительный и строгий морализм Бонкимчондро защищает интересы семейного очага, соблюдение супружеской верности; свобода человека в
проявлении его естественных чувств и устремлений должна выражаться не во вседозволенности и личном произволе.
Подобная трактовка проблемы свободы личности была направлена прежде всего против буржуазного индивидуализма, влияние которого давало себя знать в индийском обществе среди части местной интеллигенции. Такие люди запечатлены в романах писателя «Завещание Кришноканто», «Ядовитое дерево», «Роджони» в резко сатирических тонах. Сатира вообще занимает значительное место в творчестве Бонкимчондро. В сборниках «Народные забавы» (1874) и «Комолаканто» (1885), куда вошли такие сатирические жанры, как пародия, фельетон, памфлет, аллегорическая сказка, бытовые зарисовки и другие, художник не оставил без внимания ни одной сферы социальной действительности.
Обличительная сила Бонкимчондро проявилась особенно ярко в «Комолаканто» — шедевре бенгальской сатирической литературы. Герой Комолаканто — страстный любитель опиума — в дурмане опьянения высказывает свои суждения о мире. В потоке беспечно-дурашливой болтливости бездомного опиомана, человека большого ума и доброго сердца, предстают в неприглядном виде политика колонизаторов, официальное судопроизводство, продажность должностных лиц, мнимая религиозность жречества, аморализм местных англоманов. В «Народных забавах» и в «Комолаканто» сказалась стихия народнопоэтической традиции с ее пестрой и яркой образностью, меткостью и красочностью афористического слова.
630
АССАМСКАЯ И ОРИССКАЯ ЛИТЕРАТУРЫ
Во второй половине XIX в. наступает период резкого оживления общественной и литературной жизни в Ассаме и Ориссе. Эти два района Индии находились территориально в непосредственной
631
близости от Бенгалии и входили в состав Бенгальского Президентства (Ассам — большей частью). Это обстоятельство способствовало вовлечению Ассама и Ориссы в процесс новых экономических и культурных преобразований, происходивших в Бенгалии. Но в то же время такое соседство грозило бенгализацией культуры этих районов. Деятельность первых просветителей Ассама и Ориссы во многом вдохновлялась стремлением противостоять этой угрозе (выражавшейся в практике внедрения бенгальского языка вместо местных языков) и отстоять самобытность собственных культурных традиций.
В данный период в ассамской литературе огромное значение имели общественная деятельность и художественное творчество Хемчандры Баруа (1836—1896) и Гунабхирама Баруа (1837—1895), которые во многом способствовали пробуждению национального самосознания ассамцев и идейно-тематическому обновлению и становлению новых художественных жанров литературы. Гунабхираму Баруа принадлежит большая заслуга в пропаганде национального наследия ассамцев, внедрения разговорного языка в литературную практику. Его обстоятельная «История Ассама» и «Биография А. Д. Пхукана» написаны языком, очищенным от санскритской лексики и стандартов традиционной образности, близким к языку ассамских хроник. Социальнобытовые пьесы Г. Баруа «Рам и Навами», «Бенгалец и бенгалка», посвященные теме трагического положения вдов, явились значительным вкладом в ассамскую драматургию.
Особой остротой социальной критики отмечено творчество Хемчандры Баруа. Его пьеса «Молитва невесты» (1861) показывает фальшь и лицемерие блюстителей традиционной морали. Непримиримость к моральной и религиозной ортодоксии, к
социальным предрассудкам Хемчандра Баруа наиболее полно выражены в романе «Не все золото, что блестит», где в резких сатирических красках разоблачается внешнее благочестие, аморализм жречества и традиционные социальные и религиозные устои, которые освещают авторитет этого сословия.
Факирмохана Сенапати (1847—1918), Радханатха (1848—1908) и Мадхусудана (1853—1912) называют «великим триумвиратом» в орисской литературе, который спас родной язык и завоевал ему статус национального языка. Пик творческой активности «орисского триумвирата» приходится на 90-е годы и первые десятилетия XX в., но уже началом своей многогранной деятельности каждый из них подготовил почву будущего расцвета родной литературы.
631
МАРАТХСКАЯ И ГУДЖАРАТСКАЯ ЛИТЕРАТУРЫ
Во второй половине XIX в. высокого уровня достигает общественная и литературная мысль в Западной Индии, в районах распространения языка маратхи и гуджарати. Здесь, в так называемом Бомбейском Президентстве, бурными темпами внедряются новые формы капиталистического хозяйствования. Бомбей, столица Президентства, становится не только экономическим, но и культурным центром. О влиянии этого района свидетельствует создание многочисленных социально-политических, религиознореформаторских и культурно-просветительских организаций. Здесь были созданы знаменитое «Общество ариев», «Молитвенное общество», «Всенародная ассоциация», здесь выдвинулись такие деятели, ставшие идеологами и руководителями национальноосвободительного движения Индии, как Д. Сарасвати, Д. Наороджи, М. Ранаде, Локманья Тилак.
Для гуджаратской и маратхской литератур вторая половина XIX в. — это период обновления жанровой и художественно-изобразительной системы, освоения новой идейно-тематической проблематики (в отличие от бенгальской, в которой эти же процессы начинались значительно раньше). Периоды становления и формирования национальных литератур Индии, как правило, сопровождались появлением личностей, обладавших разносторонними интересами. Такой личностью в Гуджарате был Нармадшанкар (1833—1886).
Деятельность Нармадшанкара имела поистине универсальный характер: он был публицистом, прозаиком, поэтом, драматургом, ученым, социальным реформатором. Он был создателем первого словаря гуджарати «Словарь Нармада», двухтомной всемирной истории, трехтомного трактата по индийской поэтике, серии книг о великих людях прошлого; ему принадлежат переложения на родной язык произведений эпоса «Махабхараты», «Рамаяны» и «Илиады». Он преклонялся перед английскими романтиками и прославлял поэтов индийского средневековья, он многое сделал для обогащения и систематизации родного языка и одновременно выступал за признание хинди общенациональным языком; призывая учиться у Запада, он выступал за государство без иноземцев.
Нармадшанкар не создал больших художественных полотен, но он проложил путь новым жанрам: он стал зачинателем гражданской поэзии, а его поэма «Слава тебе, великий Гуджарат» стала национальным гимном; его поэма «Времена года», воспевающая пейзажи родного Гуджарата, — образец пейзажной лирики. Правоверный
632
индуист, Нармадшанкар первый среди индийских художников в поэме «Ваджесант и Чандба» изобразил любовь юноши-индуса и девушки-мусульманки, преграды общинных предрассудков, которые встают на пути влюбленных. Нармадшанкар является и родоначальником жанров мемуарной литературы — биографии и автобиографии. Влияние личности и творческой деятельности Нармадшанкара испытали на себе его современники
— Нандашанкар (1835—1905), Навальрам Пандья (1838—1888), Р. Удайрам (1838—1923).
Крупнейшим событием в гуджаратской литературе был исторический роман Нандашанкара «Каран Гхело» (1868). В нем воспроизводятся драматические события времен правления раджи Карана Вагхело (XIII в.), когда гуджаратское княжество в результате разрозненности феодалов потеряло свою независимость.
Историческая тема во второй половине века привлекала внимание и драматургов Гуджарата и Махараштры. В Западной Индии к этому времени развернулась интенсивная деятельность по созданию многочисленных театральных обществ, любительских трупп. В этом своеобразном «театральном буме» огромная роль принадлежала представителям из общины парсов (древние иранцы — зороастрийцы, переселившиеся в Индию и осевшие на западе страны), популяризовавшим театральное искусство.
Энтузиасты «театра парсов», как правило, привлекали авторов — носителей местных языков; пьесы строились на сюжетах из эпоса («Махабхараты» и «Рамаяны»), произведений арабской и персидской литератур («Шах-наме», «Тысяча и одна ночь»), санскритской классики, а также западноевропейских пьес (Шекспир). Заслуги «театра парсов» трудно переоценить — во многом благодаря ему возродилось и приобрело демократические черты сценическое искусство, драматургия Индии в XIX в.: авторы и актеры в своих постановках использовали разговорные формы языков. Велика роль «театра парсов» в Гуджарате, в хиндоязычном и особенно урдуязычном ареалах.
Со временем (в 70—80-е годы) появляются театральные общества и коллективы, противопоставлявшие себя «театру парсов» по идейно-тематической значимости и злободневности своего репертуара. Силами одного из таких любительских коллективов были поставлены стихотворная драма Навальрама «Пьеса о героизме» (1869), посвященная освободительной борьбе гуджаратского народа, социальные драмы Далпатрама (1833—1886), соратника Нармадшанкара. Пьесы Далпатрама «Тщеславие», «Жизнь Вены» были проникнуты идеями раскрепощения индийской женщины, социальных преобразований на гуманных началах.
Помимо пьес на современные темы, гуджаратские драматурги охотно обращались к традиционным сюжетам, которые пользовались наибольшим успехом у индийской публики. В духе просветительской морализации в традиционных образах Ситы, Драупади, Дамаянти подчеркивались женские добродетели, ум, преданность, социальная активность. Подобная интерпретация наглядно проявилась в пьесах Нармадшанкара и Удайрама.
Вторая половина XIX в. отмечена экспериментами в области жанровых и формальновыразительных средств индийской драмы. Эти эксперименты особенно настойчиво велись в среде маратхских драматургов. В 80-х годах их усилиями родилась новая оригинальная жанровая форма сангит — музыкальная драма, прославившая маратхский театр, ставшая общеиндийским достоянием.
Первый образец сангит появился в 1880 г., когда была поставлена пьеса «Шакунтала», и эта дата считается рождением современной маратхской драматургии. Автор, Аннасахеб Кирлоскар (1843—1885), известный театральный деятель, обобщил опыт традиционной пуранической драмы, народных форм театра различных районов Индии, классической санскритской драмы. В области музыкального оформления в сангите были использованы элементы песенных традиций народов юга и урду-язычной среды. Вторая пьеса Кирлоскара «Саубхадра» (1882) — сценическая версия известного пуранического сюжета о женитьбе Арджуны на сестре Кришны — остается одной из любимейших драм маратхов вплоть до наших дней.
Во второй половине XIX в. появились многочисленные пьесы любовноромантического содержания, привлекавшие зрителей своей зрелищно-развлекательной стороной, атмосферой полуволшебности, неземных страстей. Этому своего рода «массовому искусству» противостояли пьесы серьезные, социально-проблемные. Одной из таких пьес была «Манорма» (1871) М. Б. Читама. Автор показал в ней античеловеческую суть действующих в обществе законов морали, которые обрекают молодых вдов на нищету, проституцию, самоубийство. Несмотря на грубоватый натурализм и издержки в сценических приемах, «Манорма» была первой серьезной заявкой в области реалистической социальной драмы.
Зарождение жанра исторической драмы на маратхи связано с именем В. Д. Киртане (1840—1881), которому принадлежит лучшая
633
драма этого периода «Смерть пешвы Мадхаврао» (1861).
Основой сюжета драмы послужили исторические события, происшедшие в годы правления пешвы Мадхаврао. Единство и сплоченность, способствовавшие созданию великой Маратхской державы, сменились при пешвах столкновением узкособственнических интересов крупных феодалов, распрями. В то время как над страной нависла опасность междоусобных истребительных войн, двор пешвы живет в атмосфере безмятежности и благодушия. Опасность положения страны вскрывает Рамшастри — главный судья пешвы, наделенный недюжинным умом и преисполненный чувством ответственности.
Данный период в маратхской литературе ознаменовался и рождением жанра адбхуткадамбари (волшебный, фантастический роман), на структуру и поэтику которого наложили свой отпечаток классический санскритский роман и арабо-персидская сказочная и дастанная проза на урду. Жанр этот возник в противовес дидактическому социально-бытовому роману (типа «Путешествие Ямуны» и произведений христианских миссионеров с их англизированной лексикой и синтаксисом). Создателями его были, как правило, пандиты, знатоки традиционной учености.
Родоначальником жанра был Л. М. Халбе (1831—1905). Его роман «Муктамала» (1861) вызвал к жизни целую серию однотипных произведений. Авантюрноприключенческий сюжет с неизменной любовной историей, победа добродетели и наказание порока — вот типичное содержание адбхут-кадамбари. В романе заметно проступают приметы эпохи: то и дело действие перебивается пространными декларациями о пользе знаний, наук, о правомерности замужества вдов.
Историки литературы отмечают необычайный успех этого жанра вплоть до конца XIX в. Приключенческий роман постепенно втягивался в круг просветительской проблематики, исподволь в традиционной манере воздействовал на умы читателей; он явился своеобразной отечественной приправой к не вполне привычной чужеземной просветительской проблематике.
633
ЛИТЕРАТУРА ХИНДИ
Одной из существеннейших проблем, с которыми пришлось столкнуться писателям Индии Нового времени, была проблема языка. Им приходилось заново вырабатывать язык художественной прозы, поскольку прозаическая традиция отсутствовала во многих литературах, язык же, использовавшийся в поэзии в период средневековья, во многом отличался от живого функционирующего языка.