Более серьезным оказалось то, что советская власть не предпринимала никаких шагов по формированию у рособалтов русской идентичности. Своей гуманитарной интеллигенции, работников культуры и искусства неестественно мало. Гуманитарии не составляют собственных школ или кружков (как и естественнонаучная интеллигенция) - высшие их слои являются частью соответствующих школ Большой России или прибалтийских сообществ. Очень немногочисленные русские гуманитарии высшей квалификации региональным центром избрали Санкт-Петербургские, в советские годы и Тартуский Университеты. Хуже того - гуманитарные знания, общая культура вообще имеют низкий престиж среди рособалтов. Практически, техническая интеллигенция - это люди, замкнувшиеся на своей производственной деятельности. При этом в силу приведенной общей характеристики экономики, преобладают наименее квалифицированные представители этих страт - техники, инженеры - выпускники второстепенных и заочных ВУЗов. Высшие слои специалистов систематически ремигрировали в республики Балтии, где были значительно лучшие карьерные и бытовые условия. Вторичная миграция вела к систематической минимализации качества населения.
Уровень квалификации рабочих относительно аналогичных предприятий Большой России и в советское время был низок. В результате, пакет заказов калининградских предприятий формируется исходя из существующего фонда специалистов. Например, электроника строящихся и ремонтируемых судов поставляется и монтируется скандинавскими фирмами, фирмы этих же государств занимаются внутренней отделкой интерьера. Низшие социальные группы в значительной степени люмпенизированны, преобладают деградационные тенденции.
Рособалты резко стратифицируются в социальном плане. Часть сумела занять привилегированное положение в местном социуме. Другая часть не смогла адаптироваться к жизни в новых условиях, чему причины не столько в языковых и ментальностных проблемах, сколько в предыдущей связи с имперскими формами экономики, аннигилировавшими после распада СССР. По данным центра “Роуминг Мониторинг” за 2000 год, 24% рособалтов хотели бы депортироваться в Большую Россию, еще 37% готовы пойти на это только при определенном уровне социальных и экономических гарантий и лишь 39% - не желают менять место жительства. Надо учесть, что в данные таких исследований изначально заложена систематическая ошибка, аналогичная протестному голосованию. Высказываемое респондентами желание выехать никак не связано с их практическими намерениями. Ими совершенно не изучалась такая возможность, они не имеют реальных сравнительных данных по материальным и бытовым условиям жизни в эксклаве и в метрополии, они не оценивают степень своей востребованности на родине предков, ценность для себя привычного человеческого окружения в странах балтской культуры.
В этнологии важны реакции консервативных групп носителей этнического сознания, в частности, старших возрастных когорт. Ныне в области они существуют с советских лет в почти неизменном состоянии и с надеждой на возвращение к прежним ценностям «по окончанию смутного периода». Уже очевидно угасание этих ожиданий, неминуемо наступающее по мере окончательного понимания невозможности возврата Империи, поэтому эти страты утрачивают функцию хранителя социально-значимых ценностей и отходят на периферию этнического сознания, оставаясь рудиментом предыдущей эпохи существования этноса [6]. Реально повторяется ситуация культурного разрыва поколений, характерная для послевоенного времени.
Для рособалтов характерно нигилистическое отношение к государственным институтам - они не считают, что исполнение гражданских обязанностей улучшит их материальное или социальное положение, в принципе не ожидают этого и от политических или юридических структур государства. При этом социологический анализ свидетельствует, что рособалты вполне адекватно воспринимают нормативные модели демократии и ее основные черты, только не обнаруживают демократию в полном объеме в своей повседневной действительности, прежде всего, в силу экономических реалий и нереализованности провозглашенных политических прав, ибо за государством не ощущают способность выполнять базовые обязанности по обеспечению равенства граждан [4].
Оторванность от исторической родины и культурно-исторических корней сказалась на ментальности - переселенцы перенимали многие элементы культуры старожильческого славянского населения региона, евреев и литовцев. Не вызывает сомнения, что абсорбция элементов этнокультуры соседей - положительный процесс, способствующий сближению вмещающей нации и нацменьшинств, межэтническому миру в регионе. Но кондекционные процессы имеют определенный предельный объем, редко достигающий размеры, за которыми следует утрата собственной этнокультуры. Взаимодействие культур, прежде всего, происходит на уровне бытовой культуры, вплоть до перенимания части календарных обычаев и обычаев жизненного цикла.
национальный культурный идентичность рособалт
Литература
1. Бильчак В.С., Телятников А.М. Калининградская область: федерализм и экономическое развитие анклавного региона// Гуманит. науки. СПб.,1995,12,С.73-76.
2. Данилевский Н.Я. Россия и Европа. Взгляд на культурные и политические отношения славянского мира к германо-романскому. М. 1991, С. 486.
3. История Осетии в документах и материалах (с древнейших времен до конца XVIII века). Составители: Г.Д. Тогошвили и И.Н. Цховребов. Цхинвал, 1962.
4. Карпухин О., Макаревич Э. Формирование масс. Калининград, 2001, с.152.
5. Кауфман А. Переселения и колонизация. СПб., 1905, С.6 - 56.
6. Лебедев О. Спасемся ли? //ж. Грани № 159, 1991, С. 227 - 239.
7. Остроумов Н. К истории народного образования в Туркестанском крае. Ташкент, 1891, С. 111.
8. Платонов Ю.П. Этнический фактор. Геополитика и психология. СПб.: Речь, 2002.
9. Рукавишников В., Халман Л., Эстер П. Политические культуры и социальные изменения. Международные сравнения. М., 2000.
10. Рыбаков С.Е. Анатомия этнической деструктивности//Вестн. МГУ. Сер. 18,Социология и политология, 2001, №3, С.31-37.
11. Хаванова О.В. Этничность, нация, “любовь к стране“ в Европе раннего нового времени //ж. Политическая наука, 2002, №4, С. 5 - 26.
12. Чабанова А.В. Дифференцированность Калининградского социума//в сб. Калининградский социум в европейском измерении, Калининград, 2002.
13. Шахов В.А. Кто мы? Русские Принеманья или российские балты. Калининград: Янтарный сказ, 2002.
14. Pipes R. Reflection of Nationality Problems in Soviet Union. Cambridge:Mass, 1975, P. 456.
15. Lietuvos sentikiai - Старообрядцы Литвы - Хранители веры. Страницы истории. Zarasai: Utenos Spauda, 2000.
References
1. Bil'chak V.S., Telyatnikov A.M. Kaliningradskaya oblast': federalizm i ekonomicheskoe razvitie anklavnogo regiona// Gumanit. nauki. SPb.,1995,1-2,S.73-76.
2. Danilevskiy N.Ya. Rossiya i Evropa. Vzglyad na kul'turnye i politicheskie otnosheniya slavyanskogo mira k germano-romanskomu. M. 1991, S. 486.
3. Istoriya Osetii v dokumentakh i materialakh (s drevneyshikh vremen do kontsa XVIII veka). Sostaviteli: G.D. Togoshvili i I.N. Tskhovrebov. Tskhinval, 1962.
4. Karpukhin O., Makarevich E. Formirovanie mass. Kaliningrad, 2001, s.152.
5. Kaufman A. Pereseleniya i kolonizatsiya. SPb., 1905, S.6 - 56.
6. Lebedev O. Spasemsya li? //zh. Grani № 159, 1991, S. 227 - 239.
7. Ostroumov N. K istorii narodnogo obrazovaniya v Turkestanskom krae. Tashkent, 1891, S. 111.
8. Platonov Yu.P. Etnicheskiy faktor. Geopolitika i psikhologiya. SPb.: Rech', 2002.
9. Rukavishnikov V., Khalman L., Ester P. Politicheskie kul'tury i sotsial'nye izmeneniya. Mezhdunarodnye sravneniya. M., 2000.
10. Rybakov S.E. Anatomiya etnicheskoy destruktivnosti//Vestn. MGU. Ser. 18,Sotsiologiya i politologiya, 2001, №3, S.31-37.
11. Khavanova O.V. Etnichnost', natsiya, “lyubov' k strane“ v Evrope rannego novogo vremeni //zh. Politicheskaya nauka, 2002, №4, S. 5 - 26.
12. Chabanova A.V. Differentsirovannost' Kaliningradskogo sotsiuma//v sb. Kaliningradskiy sotsium v evropeyskom izmerenii, Kaliningrad, 2002.
13. Shakhov V.A. Kto my? Russkie Prineman'ya ili rossiyskie balty. Kaliningrad: Yantarnyy skaz, 2002.
14. Pipes R. Reflection of Nationality Problems in Soviet Union. Cambridge:Mass, 1975, P. 456.
15. Lietuvos sentikiai - Staroobryadtsy Litvy - Khraniteli very. Stranitsy istorii. Zarasai: Utenos Spauda, 2000.