Институт этнологии и антропологии РАН
Жизненные траектории наркозависимых: болезнь, религиозность и метаморфозы социальности
Кузьмин Кирилл Геннадьевич - соискатель
г. Москва
Аннотация
В статье, базирующейся на полевых материалах автора, полученных в работе с наркозависимыми (пациентами реабилитационных центров), представлены биографические «истории болезни», важной стороной которых является опыт освоения новой реальности - собственной неизлечимой болезни. Наркозависимость можно упрощенно представить как один из вариантов нарушенной адаптации человека к условиям семейного и социального окружения, приводящей к неверным жизненным стратегиям. Если такую аддикцию определять как сложное заболевание в рамках биопсихо-социальной модели, то лечение может осуществляться с помощью разных практик, включающих психологические, религиозные, адаптационные и социализационные подходы.
Автор рассматривает жизненные истории пациентов, основываясь на концепции, сформированной проведенными в США исследованиями обращения к Богу (выполненными на материале новых религиозных движений). В статье анализируется роль веры и религиозности в появлении и поддержании интереса к лечению, к освоению новой социальной реальности, уделяется внимание отношению наркозависимых к современным лечебным практикам, использующим религиозный фактор.
Ключевые слова: наркозависимость, религиозность, религиозное обращение, адаптация, религиозный капитал, социальный капитал, социальный статус, группа поддержки
Введение
Наркозависимость можно упрощенно представить как один их вариантов нарушенной адаптации человека к условиям семейного и - более широко - социального окружения, приводящей к неверным жизненным стратегиям. Если наркозависимость рассматривать как сложное заболевание в рамках биопсихосоциальной модели, то и лечение может осуществляться с помощью разных практик, использующих психологические, религиозные, адаптационные и социализационные подходы.
В разговорах с выздоравливающими наркозависимыми я обратил внимание на часто встречающиеся в их нарративах обращения к Богу. Иногда это можно было определить как конверсию - внезапное обострение экзистенциального религиозного чувства, приводящее к новым жизненным смыслам, чудесам и сверхъестественным объяснениям.
На основе таких нарративов мною было проведено исследование с целью выявить особенности жизненных трансформаций наркозависимых, пытающихся избавиться от своего заболевания. В мои задачи входил анализ специфики переживания болезни на различных жизненных этапах, особенностей обращения к идее Бога и становления религиозности у таких людей, а также их постепенного возвращения в социум.
Из истории вопроса: изучение феномена конверсии зарубежными социологами
Мое исследование во многом основывалось на концепциях зарубежных ученых, специально занимавшихся изучением становления религиозности человека. Этому вопросу посвящено множество работ американских социологов, больше полувека исследовавших процессы конверсии у представителей новых религиозных движений США - мунитов (церковь Объединения), мормонов и свидетелей Иеговы. Дж. Лофланд и Р. Старк отмечают различные стадии этого процесса: начальные - стресс, переживание, осознание проблемы и стремление ее решить с помощью религии; конечные - установление аффективных связей, вербальное обращение и активное участие в жизни общины.
В дальнейшем эти авторы переработали свою теорию, отказавшись от стадиального механизма конверсии, и предложили мотивационный подход, утверждая, что процесс религиозного обращения необходимо рассматривать с учетом разнообразных культурных и исторических контекстов. Они предложили различать мистический, интеллектуальный, аффективный, экспериментирующий и др. типы обращения (Lofland, Stark 1965).
Позднее Р. Старк, У. Бейнбридж и Р. Финке показали, что предпочтение индивида, отдаваемое конкретной религиозной группе, чаще всего связано с межличностными отношениями.
Человек в ситуации рационального выбора существенно переосмысливает микроэкономические принципы своей жизни, чтобы максимально подкрепить свое решение или получить вполне определенную выгоду. Эта выгода чаще всего достигается минимальными затратами и формирует определенный вклад (Stark, Finke 2000; Stark, Bainbridge 1987).
Продолжая линию в применении экономических принципов для описания индивидуальных историй жизни, необходимо говорить и о человеческом капитале, его социальной и религиозной сторонах. Человеческий капитал, выражаемый в накопленном практическом опыте, эмоциональных, духовных, дружественных и родственных связях, культурных и религиозных нормах, допустимых ролях и статусах, имеет исключительную ценность для индивида. Его социальная и религиозная стороны определяются важными межличностными привязанностями.
Понятие «капитал» я использую, чтобы показать: для человека все разнообразие практики отношений с окружением, с миром и Богом - это очень значимые и ценные инвестиции времени, энергии и эмоций, наряду с другими материальными приобретениями, которыми он действительно дорожит в своей жизни.
Более того, человек может использовать нематериальную часть своего капитала в трудные времена: его родственники, друзья и сослуживцы окажут ему нужную поддержку, и он сможет конвертировать ее в какие-то материальные блага.
Иными словами, большинство людей в подавляющем числе случаев накапливают определенный круг социальных отношений, которые они считают для себя особо ценными. Важно отметить, что конвертация разных сторон человеческого капитала наблюдается довольно часто, когда за право вхождения в какую-либо социальную группу или конфессию человек соглашается инвестировать определенные материальные и нематериальные ценности и наоборот.
Р. Старк и Р. Финке считают, что религиозный капитал имеет две составляющие, которые можно определить как культурную и эмоциональную. Для полноценного участия в жизни любой религиозной общины требуется владение специальными знаниями: как и когда совершать крестное знамение, следует ли и, если да, в какой момент произносить молитвы на службе (либо надо произносить другие определенные слова, сопровождающие различные литургические действия и молитвы), как читать Священное Писание и мн. др. Более того, путем практики, особенно совместной, человек наполняет свою религиозную жизнь эмоциями, что способствует формированию его религиозной идентичности. Действительно, эффективные последствия религиозных действий, таких как молитвы, таинства, обряды и чудеса, многочисленные мистические переживания, накапливаются у человека в течение жизни, они не только усиливают его уверенность в истинности религии, но и укрепляют эмоциональные связи со специфическим укладом религиозной жизни.
Именно эти накопленные культурные и эмоциональные вложения и составляют религиозный капитал. Человек не может полностью исчерпать его, всегда есть остаток, который дает стабильность и уверенность в религиозной жизни. Как правило, обращение в веру характерно для людей, имеющих небольшой запас эмоциональных и культурных переживаний, но желающих его приумножить через познание и научение выбранной религиозной традиции. Р. Старк и Р. Финке отмечают, что «обращение в определенную веру часто связано с избранием нового социального окружения, на что сильно влияют прежние предпочтения и привязанности адепта. Эту закономерность можно выразить так: в ситуации выбора люди стараются сохранить свой социальный капитал» (Stark, Finke 2000: 119). И решение индивида может быть обусловлено его социальным и религиозным капиталом, тем, чтобы не потерять важные межличностные и эмоциональные связи, свою роль, место и статус в локальном сообществе.
Можно сказать, что человек всегда ищет возможность максимально сохранить свой капитал, обращается к его разным сторонам и, боясь утратить веру и свои религиозные предпочтения, нередко выбирает приспособление к новому окружению, стремясь сохранить равновесие и стабильность.
Авторы утверждают, что в обычном состоянии люди чаще всего обращаются к религиозной вере родственников или друзей, с которыми у них сложилось эффективное взаимодействие, не желая рисковать общением с ними. Оставаясь в вере тех, к кому по каким-то причинам человек привязан, он максимизирует свой социальный капитал, сохраняя поддержку окружающих. Ученые показывают, что большинство людей остаются в той религиозной конфессии, в которой они выросли. Р. Старк и Р. Финке отмечают еще один очень важный момент: основой опыта обращения является глубокая трансформация личности неофита. Действительно, в процессе конверсии отношение человека к миру и людям меняется от индифферентного до глубоко религиозного. Впрочем, религиозное обращение вполне может смениться уходом и полным разрывом всяких связей с общиной.
Религиозная конверсия нередко происходит в процессе реабилитации и адаптации зависимых людей, имеющих смертельные хронические болезни и ограниченный запас физических и эмоциональных ресурсов. Поиски выхода из такой сложной ситуации часто приводят к сверхъестественным объяснениям и пробуждению религиозного чувства. Что будет с таким человеком дальше и как вера поможет ему выйти из жизненного тупика?
Зарубежные психологи о трансформации психики наркозависимых
Психологами Хо-И Нг и Д.Т.Л. Шек были изучены паттерны изменений в состоянии психического здоровья хронически зависимых от героина лиц после их обращения в христианство, во время прохождения ими годовой программы реабилитации, что позволило исследовать роль религии в терапии. Наблюдалось, что немедленные изменения после религиозного обращения были наиболее значительными (Ho-Yee Ng, Shek 2001).
Авторы предполагают, что эффект, полученный в результате религиозной конверсии, говорит о ее больших возможностях в реабилитации наркоманов, что обращение в христианство может положительно сказаться на ресоциализации хронически зависимых людей. При этом улучшение психического здоровья напрямую связано с продолжительностью программы. Хотя это исследование не было направлено на изучение факторов, способствующих проявлению терапевтического эффекта религиозной конверсии, некоторые авторы объясняют полученные результаты тем, что религиозная вера дает иную идентичность реабилитированным наркоманам и это позволяет им начать новую жизнь. Так, американский социолог религии В. Гиллеспи, рассматривая связь идентичности и конверсионных переживаний человека, подчеркивает, что религиозное обращение и опыт становления приводят к важным изменениям в жизни людей, к формированию новых систем взглядов, влияющих на их поведение, к трансформации отношений, чувств и основных ценностей. По его мнению, обращение «представляет собой основательный поворот с переориентацией на смысл жизни» (Gillespie 1991: 28).
При проведении исследований психологи разделили всех участников на четыре группы.
Первая - наркозависимые, изучившие вводные курсы христианского учения, молитвы и Писание; вторая - резиденты религиозного центра после пребывания в христианской общине с выздоравливающими пациентами; третья - резиденты «дома на полпути», включающего кроме нахождения в общине еще и социальное служение ближним; четвертая - полностью прошедшие все четыре этапа реабилитации.
Все группы больных продемонстрировали уменьшение депрессивных симптомов и чувства безнадежности, а при религиозном обращении значительно возросло стремление к жизни. По всем психометрическим измерениям вошедшие в последнюю группу оказались наиболее психически здоровыми, свободными от депрессии и связанных с ней безнадежных чувств, они воспринимали себя как людей, имеющих смысл и цель в жизни (Ho-Yee Ng, Shek 2001: 405-406).
Идеи отечественных исследований о трансформации религиозности
С большим сожалением приходится отмечать, что в отечественной науке явно недостаточно масштабных исследований религиозности и религиозной конверсии. Видимо, из-за идеологического пресса недавнего прошлого многие ученые у нас в стране не считают себя вправе изучать тонкую и деликатную сферу человеческой религиозности.
В отечественной психологии до недавнего времени феномен религиозного обращения описывался только как динамическая религиозность, которой свойственна необычная быстрота и интенсивность изменения уровня веры. И в последние годы этому феномену уделялось совершенно незначительное внимание.
Прежде всего исследования в этой области касались влияния деструктивных форм воздействия адептов различных сект и современных религиозных культов на психику индивида или случаев насильственного религиозного обращения в отсутствие соответствующих воспитания и обучения. психологический социализационный наркомания
Отдельные отечественные ученые стали заниматься религиозностью и спецификой проявления веры в обыденной жизни только в последние десятилетия. Российские психологи И.М. Богдановская, И.С. Буланова и социолог Л.П. Ипатова наиболее глубоко, с моей точки зрения, изучали самосознание и религиозный опыт наших современников. И.М. Богдановская в своей диссертационной работе «Смысловая организация современного религиозного опыта личности» исследовала различные причины религиозного обращения.
По ее мнению, личностные причины конверсий характерны для взрослых людей и являются следствием кризиса середины жизни, социально-личностные - обусловлены возвращением к традициям, потребностью в культурно-исторической самоидентификации, внешне-социальные - связаны с необходимостью согласования деятельности человека с изменяющимися социальными условиями (Богдановская 2002). В применении к нашей теме можно говорить только о личностных причинах взрослых людей в условиях трудной ненормативной жизненной ситуации.