Материал: XX

введением новых глав». Несмотря на это, Я. Гулямов констатировал, что «самая ценная и самая основная часть этого труда принадлежит именно перу самого Абулгази»1. Тем самым исследователь внес значимые коррективы относительно истории создания этого ценнейшего исторического произведения, посвященного истории Хорезма.

Как отмечалось Я. Гулямов построил свои исследования на основе сопоставления сведений письменных источников с результатами археологических работ. Так, работая в составе Хорезмской археолого-этнографической экспедиции под руководством С.П. Толстова, начатой в 1936 г., он осуществлял археологическую разведку Южного Хорезма. В течение восьми лет он осуществлял археологический надзор на строительстве Ташсакинского и Суанли-Ленин- ябского магистральных каналов, наблюдая за процессом чистки отдельных каналов и строительства железнодорожной линии Чарджоу–Кунград, где ученому удалось собрать, постоянно беседуя с местным населением и строителями, сведения по многим аспектам ирригации региона2. В результате систематизации сведений письменных источников, народных преданий, материалов археологических работ, Я. Гулямову удалось собрать и обобщить значительный материал, результатом чего и явилась фундаментальная научная монография «История орошения Хорезма с древнейших времен до наших дней».

Важность данной работы была среди прочих особо отмечена руководителем Хорезмской археолого-этнографической комплексной экспедиции С.П. Толстовым:

«Работа Я.Г. Гулямова является крупным разработку одного из важнейших – по моему мнению, самого важного вопроса истории материальной культуры, точнее – истории хозяйства народов Хорезма и Средней Азии в целом. Я.Г. Гулямов не только обобщает весь этот огромный материал (имеется в виду новый материал, накопленный естественниками, инженерами-ирригаторами, археоло-

гами и историками. – Ф.Ш.), подвергая его критическому пересмотру – что одно было бы достаточным основанием для настоятельной необходимости публикации его книги. Он поднимает новый большой материал первоисточников. В течение долгих лет Я.Г. Гулямов работал заместителем начальника Хорезмской экспедиции, которая, как он правильно отмечает, внесла значительный вклад в историю древней ирригации Хорезма. Очень значительная часть этого вклада принадлежит непосредственно Я.Г. Гулямову. Им, кроме того, прове-

1Гулямов Я.Г. История орошения Хорезма с древнейших времен до наших дней… С. 12.

2Там же. С. 16.

-221 -

дена огромная историко-этнографическая собирательная работа – у местного населения, особенно у старых мирабов, собран интереснейший, исключительно важный материал по ирригации Хорезма XIX – начала XX века. Наконец, весьма важное значение представляет введение Я.Г. Гулямовым в научный оборот целого ряда новых, неизвестных хивинских письменных источников (надо особо отметить практически до сих пор неизвестный труд последнего хивинского хрониста Баяни, хивинскую агиографическую литературу, неопубликованные вакуфные документы и др.), а также использование под новым углом зрения ранее известных источников (Мунши Агахи, Абулгази и др.) … »1.

Исследователь Т. Ширинов, характеризуя научную деятельность Я. Гулямова, отмечал следующее:

«Изучая его исследования, я могу утверждать, что домла Яхъя Гулямов сделал много научных открытий и научных подвигов. На примере Хорезма домла представил всю картину истории орошения Средней Азии с древнейших времен до наших дней»2.

В марте 1955 г. Я. Гулямову было присвоено звание профессора. Уже через год, т.е. 5 октября 1956 г., он был избран членом-коррес- пондентом АН Узбекистана, а 25 февраля 1966 г. – действительным членом национальной Академии наук. В июне 1958 г. Я. Гулямову присвоено звание заслуженного деятеля науки Узбекистана.

Известный среднеазиатский археолог, коллега Я. Гулямова – В.А. Шишкин особо подчеркивал, что «Я.Г. Гулямов из рядового научного сотрудника вырос в маститого ученого, хорошо известного своими научными трудами по археологии»3.

Другой близкий соратник и коллега Я. Гулямова проф. Х.З. Зияев в своих воспоминаниях отмечает:

«… Домла Яхъя Гулямов был для всех нас примером. Он был наставником не только для меня, но и для всех молодых исследователей. Он был очень скромным, смелым, щедрым и гостеприимным человеком и пользовался большим уважением. Я познакомился с Яхъяака в 1946 году и до конца его жизни вместе работал в одном институте. Его жизнь и научную деятельность я могу разделить на три периода. ... Но, прежде всего, Яхъя Гулямов был первым археологом-

1ЦГА РУз, ф. 2883, оп. 1, д. 31, л. 1–3.

2Из четырехсерийного документального фильма «Умр дафтари». 1-я серия.

3Протокол № 1 заседания Ученого совета Института истории и археологии АН УзССР от 4 января 1966 г. – Архив АН Узбекистана. С. 3–4.

-222 -

узбеком, ставшим кандидатом и доктором наук, и основоположником узбекской археологической науки»1.

Во второй половине 60-х годов XX в. в Узбекистане археологические изыскания обретают широкий размах. Этому способствовало создание в Институте истории и археологии АН РУз, вероятно, усилиями Я. Гулямова, двух отделов: 1) по изучению эпохи камня и бронзы, 2) по изучению истории орошения. Деятельность новых отделов дополнила и расширила круг научных направлений отдела археологии данного института. Исследования велись, в частности, по изучению древних и средневековых городов, поселений, культовых сооружений, могильников. Кроме того изучались стратиграфия, топография вышеназванных объектов2.

В эти годы под руководством Яхъя Гулямоввича продолжались интенсивные археологические работы на городище Афрасиаб в Самарканде, для сохранения целостности площади которого ученый приложил немало усилий (см. далее). Масштабные стационарные исследования на городище проводились археологами Академии наук Узбекистана, Самаркандского и Ташкентского государственных университетов, Института искусствознания, в результате которых был осуществлен значительный научный прорыв в данном направлении3.

Наряду с академической деятельностью Я. Гулямов не забывал и об учебном процессе. Так, в 1969 г. в соавторстве с Р.Н. Набиевым был издан учебник по истории для 7-х и 8-х классов восьмилетних школ на узбекском языке4. А к 1971 г. данное учебное пособие выдержало четвертое исправленное издание и было переведено на русский язык5.

Возвращаясь к научным исследованиям Я. Гулямова по истории орошения Узбекистана, следует указать, что они имели большое народнохозяйственное значение, способствовали выявлению крупных земельных массивов древнего искусственного орошения, пригодных для этой цели и в наши дни: это западная часть Бухарского оазиса, низовья реки Кашкадарьи, район Нурата и др.

1Из четырехсерийного документального фильма «Умр дафтари». 1-я серия.

2Гулямов Я.Г. Некоторые итоги археологических работ в Узбекистане в 1967 – 1968 гг. // ИМКУ. Ташкент: Фан, 1972. Вып. 9. С. 3–10.

3Гулямов Я.Г. Об археологических исследованиях на городище Афрасиаб в 1967 – 1968 гг. // Афрасиаб. Ташкент, 1969. Вып. I. С. 268–293 (в соавторстве с Ю.Ф. Буряковым).

4История Узбекской ССР. Учебник для 7 и 8 классов восьмилетних школ. Ташкент: Укитувчи, 1969. – 108 с. (в соавторстве с Р.Н. Набиевым).

5История Узбекской ССР. Учебное пособие для 7–8 классов школ Узбекистана / Перевод с узбекского. Изд. 4-е, исправленное. Ташкент: Укитувчи, 1971. – 94 с. (в соавторстве с Р.Н. Набиевым).

-223 -

В последующие годы научной деятельности Я.Г. Гулямов руководил археологическими отрядами, исследующими стоянки времен палеолита, неолита, энеолита и бронзового века в низовьях Зарафшана и в других районах Узбекистана. В ходе этих работ установлен, например, исторический возраст города Бухары. Результатом исследований была публикация книги «Первобытная культура и возникновение орошаемого земледелия в низовьях Зарафшана»1, в которой ученый был одним из авторов и редактором. В рецензии на данную работу отмечалось, что выхода монографии «с таким нетерпением ждали не только археологи Средней Азии, но и специалисты по истории широкой зоны степей Евразии … Выход книги … является крупным научным событием … открытие культуры на Махандарье – огромным достижением авторов»2, так как в работе были затронуты важные научные проблемы.

С именем Я.Г. Гулямова связаны, в частности, первоначальные раскопки ныне широко известного могильника Заман-Баба (заманбабинской энеолитической культуры степного типа) в районе западнее Бухарского оазиса.

Ученик Я. Гулямова, ныне академик АН Узбекистана А. Мухаммеджанов, вспоминая об этих годах, писал:

«После Хорезмской археологической экспедиции домла организовал новый отряд из молодых, только встающих на научное поприще ребят, куда входил и я, и начал исследование южных районов Узбекистана. Цель работы состояла в выявлении первобытных стоянок в низовьях Зарафшанской долины. Мы приехали на археологический объект, где произошел интересный момент. Домла поднялся на холм, и указывая рукой, стал показывать: «здесь был древний город, там были городские стены, вон там была цитадель, городские ворота находились с этой стороны, дальше был хауз (водоем. – Ф.Ш.)». Я удивился и подумал про себя: «Домла всезнающий гений что ли (домла луқмонмилар)». Однако не решился задать вопрос – «Откуда Вы это знаете?».

Через два года в очередной сезон археологических раскопок мы поехали в Ромитанский район Бухарской области. Там мы наняли рабочих из местного населения, среди которых был мужчина постарше по имени Ешпулат. Этот мужчина стал объяснять молодым парням-рабочим, что Гулямов-домла – инженер, имеет большую подзорную трубу, наблюдая через которую из Ташкента выявляет

1Первобытная культура и возникновение орошаемого земледелия в низовьях Зарафшана. Ташкент: Фан, 1966 (в соавторстве с У Исламовым и А. Аскаровым).

2Советская археология. М., 1968. № 2. С. 302.

-224 -

места для поиска. Если он говорит «Копайте, здесь есть золото», значит так оно и есть»1.

Яхъя Гулямович непосредственно участвовал и в археологическом исследовании древнего Ташкента. В частности, он возглавлял Ташкентский археологический отряд, созданный в 1967 г. на базе Института истории и археологии АН Узбекистана, в связи с ликвидацией последствий землетрясения 1966 г. Подавляющее большинство данного отряда составляли женщины-археологи, хотя Я. Гулямов не очень приветствовал их участие в археологических экспедициях, видимо, из-за тяжелых условий полевых работ, негативно влиявших на их здоровье.

Цель первого этапа работ Ташкентского отряда заключалась в оказании так называемой «скорой помощи» обреченным на гибель и исчезновение памятников древней культуры Ташкента, на основе изучения которых следовало определить время сложения и развития древнейшего городского образования в районе долины Чирчика2. Следует отметить, что это был беспрецедентный случай в истории градостроительства, когда столица Узбекистана превратилась в одну огромную строительную площадку, что в свою очередь способствовало проведению широких археологических исследований территории города как на застраивающихся площадках, так и в районах, наиболее интересных в археологическом плане.

Ташкентский отряд начал свою работу на всех строительных площадках города параллельно. Финансирование этих исследований закладывалось уже в сметы строительства новых микрорайонов. Каждый сотрудник отряда отвечал за закрепленный за ним сектор, на которые была разделена вся территория города3. В процессе работ практически рождалась новая методика «городской археологии», когда зачистки стенок котлованов и траншей сочетались с извлечением из ковшей экскаваторов археологического материала или сбора его из уже вывезенного грунта4.

С работой Ташкентского отряда под руководством Я.Г. Гулямова связано открытие многослойной пещерной стоянки мустьерского времени, расположенной в Юго-Западных отрогах Тянь-Шаня в 70 км от Ташкента (грот Обирахмат), с работой Ферганского отряда – обнаружение палеолитических и неолитических стоянок.

1Из четырехсерийного документального фильма «Умр дафтари». 1-я серия.

2Древний Ташкент. Ташкент: Фан, 1973. С. 4.

3Филанович М.И. Ташкентский археологический отряд. Путевка в жизнь. (Рукопись статьи, любезно предоставленная автором).

4Филанович М.И. Вера Андреевна Булатова // Археологические исследования в Узбе-

кистане. 2004 – 2005. Ташкент, 2006. Вып. V. С. 3-8.

-225 -