Материал: Oldenburg_S_F_Kultura_Indii_S_F_Oldenburg__Moskva_Berlin_Direkt-Media_2020

Внимание! Если размещение файла нарушает Ваши авторские права, то обязательно сообщите нам

То, что брахманство и буддизм создание одного и того же

народа, свидетельствует о необыкновенном богатстве и мно-

гогранности его природы.

 

 

Буддизм к тому времени, о котором мы говорим, ко II в. до

н. э., достиг уже такого развития, настолько уже выработал

свою догму, свою философию, так развил свою общину, что при

встрече с другой культурой он мог явиться в большей мере

дающим, чем воспринимающим, и мы это действительно ви-

дим. Ничто в буддизме не обнаруживает греческого влияния,

только, как мы увидим, в буддийском искусстве, и то главным

образом в формах, мы найдем сильное эллинистическое и даже

римское влияние, притом для времени значительно поздней-

шего, ибо древнейшие памятники буддийского искусства, пока

нам доступные, показывают или черты национальные, или

главным образом персидские, переднеазиатские. И еще следы

греческого влияния мы найдем в точных науках в математи-

ке и астрономии, а также и в медицине, но во время значительно

позднейшее, найдем мы его еще в монетном деле, где греческие

 

 

 

и римские монеты влияли на индийские, это, несомненно, одно

из самых внешних влияний, ибо впоследствии мы видим здесь

и мусульманское, и европейское влияние, в зависимости от по-

литики и торговли. Этим исчерпывается, в общем, весьма, как

вы видите, ограниченное влияние греческого мира на Индию;

попытки доказать влияние греческой драмы на индийскую я

считаю совершенно неубедительными, так же как оставляю в

стороне запутанный вопрос о басне, история происхождения

которой совершенно пока не ясна и где, по видимому, мы имеем

обоюдные влияния с примесью совершенно сторонних влияний.

Если, таким образом, греческое влияние через соседство-

 

-

 

 

вавшее с Индией греко бактрийское царство оказалось незна-

чительным для Индии, то влияние Индии и специально

буддизма на своего непосредственного соседа оказалось боль-

 

-

 

 

шим и длительным, пережив здесь греков. Следы его мы нахо-

дим в надписях, где упоминается Явана, так называли в

Древней Индии -греков от имени Ионян, но главное это за-

мечательная книга

Вопросы Милинды , т. е. вопросы, пред-

ложенные греко бактрийским царем Менандром буддийскому

 

 

 

мудрецу Нагасене и касающиеся буддизма. Менандр жил в се-

«

»

 

 

редине II в. до н. э., а книга, вероятно, составлена около столетия спустя. Во введении она дает нам любопытное описание

160

столицы Менандра, которое представляет такую интересную

картину городской жизни занимающего нас

периода, что я

позволю себе дать вам перевод этого описания:

 

 

 

Так гласит предание. Есть в стране греков (Ионака) город

Сагала, окруженный разными другими городами, расположен-

ный в прекрасной местности, украшенной реками и горами,

«

 

 

 

 

наполненный садами, парками, рощами, озерами и прудами,

очаровательными реками, горами, лесами. Город был разбит

искусными зодчими, враги и недоброжелатели его были по-

беждены, и потому не было в нем насилий, крепки и разнооб-

разны его сторожевые башни и укрепления его стен,

великолепны его ворота, окружен глубоким рвом и белыми

стенами царский замок; прекрасно расположены улицы, пло-

щади, перекрестки, рынки. Отлично выставлены разнообраз-

ные отборные товары, которыми полны его лавки. Он украшен

сотнями различных домов милостыни. Сотнями тысяч отбор-

ных домов он подобен вершинам Гималаи. Город полон слонов,

коней, повозок, пешеходов. По улицам его ходят толпы пре-

красных женщин и мужчин, он полон разных людей

 

кша-

триев, брахманов, вайшьев и шудр. Здесь стоит гул от

приветствий разным шраманам и брахманам, стекаются сюда

 

 

 

 

различные мудрецы и доблестные люди. Полон город лавок

для продажи тканей из Бенареса, из Котумбары и различного

платья. Он благоухает от благовоний лавок, где выставлены

различные благовония и цветы. Город полон драгоценных

камней, каких только пожелаешь. Толпы купцов посещают

лавки, расположенные во все страны света. Всюду деньги, зо-

лото, серебро, медь, город блестит ими, как сокровищница; в

кладовых и складах много добра и зерна: и съедобное, и напит-

ки всяческого рода, и сладости. Город подобен uttarakuru (Бо-

гатой стране) и славою он точно Alakananda град богов .

Если и есть немало преувеличений в этом пышном описа-

нии города, то самое описание показывает, что в действитель-

 

 

»

 

ности было из чего черпать фантазии, так как то, что описано,

чрезвычайно реально. В самом начале -собеседования царя и

мудреца есть еще одно характерное место, которое показывает,

насколько для буддистов выше мудрец мыслитель, чем могу-

щественный царь.

 

Царь сказал:

«

 

О, почтенный Нагасена, будешь ты беседовать со мною?

 

 

 

161

Если ты, великий государь, будешь беседовать со мною, как беседуют мудрецы, то буду, если же как царь, то не буду.

А как беседуют мудрецы, о почтенный Нагасена?

Сперва идет доказательство, потом разбор, потом выясняетсяошибка и делается возражение; устанавливают разли- чиеи обособление, и мудрецы при этом не гневаются. Так,

великий государь, беседуют мудрецы.

А как же, почтенный, беседуют цари?

Цари, о великий государь, если во время беседы устано- вятнечто и собеседник не соглашается с ними, то они велят егонаказать, говоря: На него должно быть наложено такое то

наказание . Вот так, великий государь, беседуют цари .

Беседа кончается победою Нагасены и обращением царя- в буддизм; былоли так в действительности, мы не знаем» , но

Плутарх говорит нам, что когда этот государь, отличавшийся справедливостью, умер, то несколько городов оспаривали друг у друга право на его останки, и они сговорились, поделив их между собою и воздвигнув каждый поминальные памятники [...]. Это напоминает нам спор об останках Будды и вообще буддийское погребение.

Небольшим царькам греческого происхождения, постоянно, видимо, враждовавшим между собою и окруженным, вероятно, лишь небольшою греческою дружиною, не было, очевидно, ни возможности, ни времени думать о распространении греческой культуры, так что Индии и нетрудно было остаться нетронутой в своей самобытности; она была много сильнее духовно и материально даже и после распадения могущественного государства династии Маурья, обладавшей, как я уже говорил, почти всею Индиею, кроме некоторых частей крайнего Юга.

Весьма недостаточные сведения, которые мы имеем о туземных династиях за время с конца III в. до н. э. и даже до начала IV в. н. э., заставляет нас пока быть поневоле краткими, ибо при малой разработанности немногочисленных пока первоисточников приходится быть крайне осторожным. Историческая и особенно хронологическая канва владычества иностранных завоевателей, наводнявших за это время Индию, особенно Северную, настолько пока еще запутана, что требует той же крайней осторожности.

162

Со смертью Ашоки в последней четверти III в. до н. э. начи-

нается распадение созданного его дедом и им громадного цар-

ства; совершается этот процесс постепенно, слабые руки

преемников великого царя не могут удержать его наследия в

борьбе с другими возникающими и разрастающимися цар-

ствами. Я сознательно не желаю обременять вашей памяти ря-

дом имен, с которыми вам может быть никогда более не

придется встречаться, и потому назову только те, которые счи-

таю безусловно необходимыми. Еще при царе Чандра Гупте в

самом конце IV в. в Южной Индии начинает выделяться народ

андхра, не арийского, а, по видимому, дравидского

 

южноин-

дийского корня. При Ашоке они пользовались известной само-

стоятельностью, имея своего царя, но, несомненно, в подчинении

-

 

великому властителю Индии; с его смертью они начинают рас-

пространять свое владычество за пределы прежних владений,

затем мы их теряем на время почти совсем из виду, так как не к

ним непосредственно перешла главная власть, а к династии,

основанной в первой четверти II в. до н. э. некиим военачаль-

ником Пушьямитра , свергшим последнего преемника Ашоки

и основавшим династию Шунга, сохранив столицею Патали-

путру, столицу его предшественников. В конце царствования

17

 

Пушьямитры произошло отбитое нападение упомянутого

мною Менандра на Индию. Династия Шунга кончила свое су-

ществование около половины II в. до н. э., а в последней чет-

верти выдвинулась уже упомянутая династия Андхра. В этой

династии одно имя должно остановить наше внимание оно

относится к царю, жившему, по видимому, в середине I в. после

н. э., потому что с ним наряду с различными легендами соеди-

 

няется предание об авторстве большого сборника пракритских

-

 

четверостиший, почти исключительно любовных, и притом, как это ни странно, при царственном авторе, относящихся главным образом к деревенской жизни. Чтобы дать хотя бы некоторое понятие о них и вместе с тем дать пример того, о чем я говорил во второй лекции, именно о частом упоминании живописи в поэзии, я перевел два четверостишия этого царя Халы, или Сатава-ханы.

(183 до н. э.) основатель династии Шунга;, первоначально17 Пушьямитрабыл военачальник–151ом царя издинастии Маурья Брихадратхи.

163

[614] «Даже лишенная красок картина имеет

одно достоинство

 

 

 

»

[Здесь] ни на минуту даже не выпускает любимой, крепко

 

Другое четверостишие:

обнятой, из своих объятий .

[658] То, что мечта кистью надежды

 

пишет на доске сердца,

»

 

 

То судьба, как ребенок,

 

 

 

«

 

 

 

 

 

Стирает, смеясь украдкой .

Справедливо ли предание, приписывающее авторство пра-

критских поэм царю из династии Андхра, сказать пока трудно,

во всяком случае, стихи, несомненно, старинные и могут отно-

ситься к его времени. Пока царь династии Андхра владел зна-

чительною частью Индии, на нее один за другим совершали

нашествия разные народы, которые со своей стороны завое-

вывали значительные части страны. Ближе к концу II в. до н. э.

появился вместе с другими народами народ саков, давший свое

имя Сеистану Сакастан, с другой стороны, из Персии появи-

лись парфяне, образовавшие так называемое индо парфянское

царство в Западной Индии. И здесь опять является среди хаоса

 

имен и дат, трудно и сомнительно пока устанавливаемых, имя

 

-

царя, царствовавшего в течение первой половины I в. н. э. и связанного с преданием об апостольской деятельности апостола Фомы в Индии. Это царь Гондофар. И здесь опять, как при Менандре, на первом плане Восток. Дошедшие до нас апокрифические деяния Фомы носят ясные следы индийского влияния. Одну из красивых легенд этого любопытного деяния мы невольно сопоставляем с буддийским рассказом. Думаю, что краткий пересказ этих легенд только поможет вам облечь в плоть и кровь образы того времени, о котором мы говорим, так как хотя Деяния и несомненно более поздние, но они носят на себе явные следы очень старого предания, а буддийский текст может быть« и древ» нее царя Гондофара.

Рассказ о том, как апостол Фома прибыл в Индию и построил для царя дворец на небесах . Фома был приведен к царю «Гондофару как столяр и зодчий, умеющий строить дворцы. И царь велел ему построить дворец». Фома« рассказал ему, как он

164

Источник: https://studfile.net/preview/16573254/