Материал: Oldenburg_S_F_Kultura_Indii_S_F_Oldenburg__Moskva_Berlin_Direkt-Media_2020

Внимание! Если размещение файла нарушает Ваши авторские права, то обязательно сообщите нам

Подвожу итог: ученый обязан сделать все от него зависящее, чтобы объяснить смысл и значение своей научной работы тем, кто пожелает это знать, и, к сожалению, ученые часто этого не только не делают, но не хотят делать, считая такие объяснения ненужными. Это их нежелание вредно отзывается на положении науки, побуждая людей, к тому не подготовленных, разбираться самостоятельно в том, с чем без руководства и знания они не могут разобраться, как и в математической формуле.

Следствием и являются необоснованные и тем более решительные суждения о бесполезности специальных работ, о необходимости для наук разрабатывать, во всяком случае в первую голову, те вопросы, решения которых всем нужны, дабы не терять драгоценные силы и время на ненужные мелочи. Тут и надлежит указать, что науки гуманитарные, кажущиеся общедоступными, потому что в них нет видимых формул, как в математике, также, по существу, полны таких формул, которые доступны лишь тем, кто на них потратит долгие годы упорного труда.

Позвольте кончить ссылкою на пример даже такого гениального человека, как Лев Николаевич Толстой, который, желая по поводу Евангелия опровергнуть толкования специалистами некоторых текстов, торжествуя, ссылается как на авторитет в споре на словарь:

Раскрываю Словарь и нахожу!..

И даже этот гениальный человек не вдумался при этом в то, чтотакое словарь«и как он»составляется, что, говоря так, он де-

лает непростительное с научной точки зрения смешение источника и пособия.

Да, надо сделать все зависящее от науки, чтобы она была близка к жизни, ибо, конечно, наука для жизни; надо сделать все возможное для того, чтобы науку, ее цели и пути ее достижений понимало как можно большее число людей, но нельзя никогда забывать, что наука не есть легкая книга для чтения, которую поймет всякий, кто только захочет. Одного желания здесь мало, здесь нужен труд, долгий, упорный, самостоятельный научный труд, и его никогда и ни в чем не может заменить популяризация: по самому существу своему наука не общедоступна, в полной мере понимание ее достижимо лишь для тех, кто согласен отдать ей свой труд и свою жизнь.

100

Введение в историю индийского искусства

Лекция I

 

 

 

 

«

 

 

 

 

 

Лишь »после долгих колебаний и сомнений решился я объ-

явить университетский курс

Введение в историю индийского

искусства ; настолько еще мало-

произведено подготовительной

работы, настолько в этой области преобладают вопросы, ожида-

ющие ответа, над сколько нибудь определенными ответами,

настолько, наконец, скуден в Европе материал по индийскому

искусству, что невозможно, казалось бы, говорить пока о связном

университетском курсе по искусству Индии- , где все же, как во

всяком курсе, необходима«

известная»

догматическая постановка

дела. Если тем не менее я решился все таки предложить ваше-

му вниманию свое Введение , то это потому-

, что я убежден,

что в слишком уж книжную постановку университетского пре-

подавания востоковедения, по«

общему» , по видимому, убежде-

нию, необходимо начать вводить элемент более реальный

сделать осязательными сами

вещи , а не только наименова-

ние вещей. Мы не сможем приобщиться к своеобразному миру

Востока

, не сможем понять настоящим образом, что нас, с од-

ной стороны, соединяет с ним в одно человечество« »

, а с дру-

гой

так

резко отделяет нас, западных людей, от людей

восточных,

если мы не сможем осязать вещи

Востока. Без

этого нам не понять того, что в сокровищницу человечества

внесла культура Востока наряду с цивилизацией Запада.

Разумеется, что в специальном курсе при слабой разрабо-

танности

предмета и

потому, естественно,

и моей, как

и всякого специалиста в этой области, чрезвычайно недостаточной пока еще подготовке мне нельзя будет отходить от очень специальной постановки вопроса без риска впасть в недопустимые для научного преподавания неопределенные выражения и общие места. Тем не менее я прежде всего считаю себя обязанным высказать те основные точки зрения, с которых я рассматриваю индийское искусство, те впечатления и убеждения, которые сложились у меня в течение ряда лет работы над памятниками этого искусства и которые я, к сожалению, не всегда, может быть, буду в состоянии в достаточной мере

101

объяснить и обосновать, сообщая часто именно только впечатления наблюдателя, хочу думать, внимательного.

Мне придется говорить о впечатлениях, ощущениях, о том, что не всегда в полной мере можно осознать, ибо, когда говоришь именно о вещах, часто непосредственное впечатление, которое иногда не сможешь даже надлежащим образом обосновать, дает несравненно больше, чем самое подробное, специальное исследование. Мне особенно памятен в этом отношении отзыв такого специалиста, как Η. П. Кондаков , который после подробного и необыкновенно добросовестного доклада специалиста о подлинности одной древности сказал:1

А все таки я предпочел бы отзыв человека, который видел много таких вещей и держал их в руках; никакие книжные знанияне заменят- сознательного опыта там, где речь идет о

вещах.

И Η. П. Кондаков был прав, он, конечно, и не думал отрицать важность и необходимость теоретической подготовки, книжного знания, но он понимал, что произведения искусства надо и видеть, и осязать, и надо иметь интерес к этому видению и осязанию, надо почувствовать вещь как вещь, картину, фреску, скульптуру, как таковые. И вот именно этого интереса к вещам было обыкновенно как то мало в востоковедном преподавании. Правда, недавно еще в нашей среде жил человек, у которого был именно дар ощущения- вещей, и притом в высочайшей

степени, в соединении с поразительною и теоретическою подготовкою: мы все слушали его, и все учились у него; вы поймете, что я говорю о незабвенном Якове Ивановиче Смирнове , которого мы недавно лишились; но слишком короткое время2 пришлось ему занимать кафедру высшей школы, которую он поэтому оставляет осиротелой, ибо не скоро мы дождемся такого специалиста в области Востока, каким был Яков Иванович.

Среди разнообразных культур Востока индийская культура занимает выдающееся и своеобразное место, в общем, она менее, чем какая-либо другая культура Востока, подверглась ино-

(1844 1925) академик, знаток византийского и древнерусскогоКондаковискусстваΗ. П. .

1 (1869 1918) знаток искусства Востока, археолог и ис-

торик2 СмирновискусстваЯ.,Иакадемик. с г.; труды посвящены главным образом искусству Византии, ДревнейРуси, Малой Азии, Персии эпохи Сасанидов.

1917

102

земным влияниям и потому является одной из наиболее самостоятельных культур, но самостоятельность проявилась неодинаково в разных областях этой культуры, и именно в области искусства мы можем установить известную зависимость от искусства Передней Азии, специально даже Персии, и затем эллинистического мира. Правда, зависимость эта относится главным образом к форме и лишь в весьма малой мере к содержанию. Переднеазиатское, иранское влияние было древнейшим, хотя сохранялось потом в течение долгого времени. Эллинистическое сказалось позднее и продолжалось короткий период времени. Гораздо позднее мы встречаемся, на севере, с тибетско китайским влиянием, а также и с мусульманским и, наконец, последнее время и с европейским. Если, таким образом, по форме- индийское искусство представляет собою все же

в известной мере явление сложное, то по содержанию оно гораздо более однородное, ибо в этом отношении иноземные влияния сказались в гораздо меньшей степени.

Итак, мы, несмотря на иноземные влияния, имеем в искусстве Индии дело с явлением в известной и даже значительной мере самобытным, т. е. с чем то глубоко связанным с основами индийского духа, и потому, естественно, что мы прежде всего ставим себе вопрос, что Индия- понимала под искусством. И тут

мне, к сожалению, сразу придется в значительной мере разочаровать вас, ибо прямого ответа на этот вопрос я дать пока не сумею и даже не знаю никого, кто в настоящее время решился бы его дать. Но только прямого ответа, некоторый же косвенный ответ я надеюсь далее дать вам, когда объясню, почему не решаюсь дать прямого ответа.

Культурная Индия страна теории науки, она старается или, точнее, старалась по отношению к каждой дисциплине тщательно разработатьее теорию, разработать- до конца и из-

ложить эту теорию в наиболее подходящей для индийского ума форме. Ум этот стремится к схеме и формуле, которые он затем искусно прилагает к практике, в этих схемах и формулах индиец выражает свое понимание вещей, свое представление о них, и совокупность этих формул и составляет тот высший учебник каждой дисциплины, который совершенно необходим, по индийскому пониманию, для истинного познания, этот учебник он зовет «шастра», то, чем учат, орудие учения, и считает его

103

средством видеть все тем как бы высшим зрением, глазом, которым мы действительно видим все. Ходячая индийская мудрость в талантливейшей книге нравоучительных рассказов выразила эту основную индийскую мысль словами: Панчатантра sarvasya locanam śāstra средство видеть все научный учебник. Мне необходимо было указать на эту« сторону индийской» — культуры и индийскогоума для того, чтобы

объяснить, почему я не смог дать прямого ответа на вопрос, что Индия понимает под искусством , ибо только там, где мы можем в Индии опираться на шастру, мы можем ответить точно« , что Индия понимает под тем или»другим явлением своей

духовной жизни.

А та шастра, которая говорит об искусстве, еще не найдена, я вполне сознательно выражаюсь условно, ибо убежден, что эта шастра целиком или в достаточных для научных суждений отрывках будет еще найдена; и если бы не особая судьба, которая постигла изучение индийского искусства, то эта шастра уже давно была бы найдена и изучена. Эти особые условия состоят в том, что памятниками индийского искусства занялись археологи и взглянули на них главным образом с точки зрения исторической, особенно по отношению к скульптуре и живописи, при этом первый обобщающий труд по индийскому искусству опять таки стал на точку зрения историко археологическую, увлекая за собою ряд последующих исследователей. И лишь в последние- годы родился протест против этого направления- , при-

чем, как всегда бывает, протестующие бросились в другую крайность, став на точку зрения безусловного преклонения перед индийским искусством, отстаивая его почти полную самобытность. Мы стоим сейчас в середине борьбы, причем ни та, ни другая сторона не обращается в надлежащей мере к тем основным первоисточникам, которые могли бы дать надлежащее обоснование их пониманию искусства Индии, к указаниям, щедрою рукою разбросанным по памятникам индийской письменности. Прежде всего мы поэтому охарактеризуем оба эти направления, а затем постараемся установить нашу точку зрения.

В 1893 г. появилась книга, которой суждено было сыграть исключительную роль в истории изучения индийского искусства, и потому нам придется подробнее остановиться на ней,

104

Источник: https://studfile.net/preview/16573254/