Материал: Oldenburg_S_F_Kultura_Indii_S_F_Oldenburg__Moskva_Berlin_Direkt-Media_2020

вещей, которые в незыблемом будто бы W могут быть, на наш

взгляд, изменены; другой -исследователь сможет, вероятно,

найти еще другие изменения.

—

Посмотрим теперь, как г н Бедье разрешает одну из взятых

им наудачу восточных версий

сирийскую. Мы совершенно

согласны с ним, что при большей близости друг к другу старых

A)

восточных версий безразлично, которой из них пользоваться

при сравнении с Aubere:

Распутный человек видит однажды красавицу и посыла-

ет к ней с любовным предложением, но без успеха. Идет сам и

B)

тоже терпит неудачу. Тогда он идет к соседке старухе и просит

ее помочь ему, обещая награду.

C)

Старуха посылает его к мужу женщины на базар купить

при этом описывает ему мужа. Платье пусть он

платье, она

принесет ей.

D)

Он покупает плащ и приносит его старухе, которая

в трех местах прожигает плащ. Старуха велит ему ждать ее

в ее доме.

женщине, болтает с ней

Старуха идет к молодой

и незаметно кладет под подушку мужа плащ. Муж, вернувшись,

ложится отдохнуть и находит проданный им плащ. Ничего не

говоря жене, он избивает ее.

Жена бежит к родителям, полная гнева и недоумения. Здесь

к ней является старуха и говорит, что, верно, она заколдована,

она зовет ее к себе под предлогом, что у нее живет врач, кото-

рый может ее излечить.

-

Женщина идет к старухе и обещает ей подарок за исцеле-

ние. У старухи распутник объясняется ей в любви. Но на сле-

дующее утро он просит старуху как нибудь устроить дело

между ней и мужем.

е) Старуха посылает его к мужу, который спросит о плаще;

она велит тогда ответить, что он сел с плащом к огню, прожег

его в трех местах и передал старухе, чтобы она отдала его в по-

чинку; старуха взяла плащ, и он не знает, что с ним сталось. Муж

предложит послать за старухой, и она берется уладить дело.

Все происходит по указанию старухи. Она просит мужа спа-

сти ее, говоря, что получила плащ

-для отдачи портному, зашла

с женой, отдает плащ, идет мириться к разгневанной жене, ко-

торую умилостивляет подарками.

W

Нас не может, конечно, не поразить, что опять вопреки ка-

тегорическому заявлению о неизменяемости в него внесены

частные черты: сводня названа соседкой, ей обещана награда;

W

плащ кладется под подушку; муж ложится отдохнуть; указана

продажа плаща; женщина избита; она обещает подарок за ис-

целение. Ясно, что на самом деле понятие

реально не может

получить осуществления, и потому метод, рекомендованный

гном Бедье, должен быть безусловно отвергнут, как не могу-

щий быть применимым.

Столь же несостоятельна и мнимая экспериментальная его

проверка-

, рассмотреть которую необходимо ввиду указанного

уже мною некоторого ее успеха в кругах специалистов. Вот что

сделал г н Бедье.

Один из известных эллинистов, говорит он, при объясне-

нии того, что переписчики рукописей, независимые друг от

друга, могут сделать в том же месте ту же ошибку, прибегает к

следующему опыту: он предлагает своим студентам списать с

одного и того же текста тут же те же пятьдесят строк греческо-

го текста. Сравнивая списки, он находит иногда в том же месте

ту же ошибку и объясняет тогда психологические -причины

этих общих ошибок; аналогичный, как полагает г н Бедье,

опыт производит и он; он взял фабло, выделил из него по сво-

ему методу элемент w, который и сообщил разным лицам, оза-

ботившись предварительно установить факт, что рассказ

данным лицам совершенно неизвестен. Эти разные лица пред-

ставили ему разные версии, которые воспроизвели, за исклю-

чением одной комбинации, действующих лиц всех исторически

известных версий рассказа. Результат, признаться, вполне

естественный, ибо если прочесть или пересказать—

нескольким

лицам схему рассказа и попросить их развить эту схему, то они

дадут самые различные формы рассказа

истина старая и ба-

нальная, отношение которой к вопросу о распространении или

заимствовании рассказов или сказок мы совершенно не пони-

маем.

-

«

»

-

элемен-

но субъективных, ибо безусловной границы между

том и второстепенными подробностями провести никогда

нельзя, г н Бедье дал нечто, никогда не принадлежавшее на

самом деле ни одному рассказчику избранного им для опыта

W -

рассказа; если предположить (как невероятную крайность),

что все версии возникли самостоятельно, то ни один из авто-

W

W +

ров этих версий не имел перед глазами г на Бедье; если же,

A + B + C

что вероятно, различные версии стоят в известной связи друг с

другом, то авторы их имели перед собой тоже не

, а сразу

или другие сочетания мотивов, объединившихся в об-

щий сюжет. Следовательно, опыт с самого начала грешит тем,

что создает не существовавшие-

никогда в жизни условия, и

ничем, разумеется, по существу, не похож на вполне научный

опыт эллиниста. Далее, г н Бедье при своем опыте упустил из

виду, что он лишил объекты своего испытания одного из важ-

нейших моментов в процессе творчества, момента, часто опре-

деляющего форму и, во всяком случае, чрезвычайно—

на нее

влияющего: самостоятельного выбора сюжета. Ведь уже в том,

что один автор выберет Lai d’Aristote, а другой

Aubere, ска-

зывается его характер и литературный вкус, которые немину-

емо отразятся на его изложении; то, что он выбрал

определенную тему, заставит его ценить именно те, а не дру-

гие подробности. Отсюда вполне естественно проистекает

большое сходство различных версий одного и того же сюжета.

Бывает, конечно, что тот же самый сюжет рассматривается с

разных точек зрения, например, Lai d’Aristote был принят как

предостережение против женского коварства и как доказа-

тельство всепобеждающей силы любви, и соответственно тот

же сюжет в обоих случаях украсился разными подробностями.

Существенны тут вкусы и моды данной литературы, опреде-

ленного времени, определенной-

среды, существенно, в какой

связи излагается рассказ: мы видели в прошлый раз на приме-

ре рассказов о Чанда Прадьоте, насколько разно строится рас-

сказ в сборнике или в цикле рассказов, или когда-

он стоит