Материал: Estestvennoe_pravo_i_istoria_pdf

ББК 87.3 Ш93

Штраус Л.

Ш93 Естественное право и история. — М.: Водолей Publishers, 2007. — 312 с.

ISBN 5–902312–94–9

Книга известного политолога Лео Штрауса посвящена анализу по< нятия естественного права в истории политической философии от Сократа до Бёрка. В присущей ему ясной и острой манере Штра< ус выявляет причины и основания, заставляющие мыслителей раз< ных эпох и школ признавать (или не признавать) существование естественного права как такового. Именно отказ от классических представлений о естественном праве, по мнению автора, и привел к современному кризису в политической философии. Изложение основано на проницательном и точном прочтении Штраусом ори< гиналов работ как древних философов, так и представителей Но< вого Времени.

ББК 87.3

СОДЕРЖАНИЕ

В одном городе были два человека, один богатый, а другой бедный; у богато го было очень много мелкого и крупного скота, а у бедного ничего, кроме од ной овечки, которую он купил маленькую и выкормил, и она выросла у него вместе с детьми его; от хлеба его она ела, и из его чаши пила, и на груди у него спала, и была для него, как дочь; и пришел к богатому человеку стран ник, и тот пожалел взять из своих овец или волов, чтобы приготовить обед для странника, который пришел к нему, а взял овечку бедняка и приго товил ее для человека, который пришел к нему.*

У Навуфея Изреелитянина в Изреели был виноградник подле дворца Ахава, царя Самарийского. И сказал Ахав Навуфею, говоря: отдай мне свой виног радник; из него будет у меня овощной сад, ибо он близко к моему дому; а вместо него я дам тебе виноградник лучше этого, или, если угодно тебе, дам тебе серебра, сколько он стоит. Но Навуфей сказал Ахаву: сохрани меня Господь, чтоб я отдал тебе наследство отцов моих!**

ВВЕДЕНИЕ

Мне следует, и не только по самой очевидной причине, начать этот цикл лекций в честь Чарльза Уолгрина (Charles R. Walgreen) отрывком известного места из Декларации независимости. Этот отрывок хотя и часто цитируется, но ввиду своей весомости и воз< вышенности остался невосприимчивым к унизительному воздей< ствию как излишней фамильярности, рождающей презрение, так и злоупотребления, рождающего отвращение. «Мы считаем эти ис< тины самоочевидными: что все люди созданы равными, что они наделены своим Создателем определенными неотъемлемыми Пра< вами, среди которых право на Жизнь, на Свободу и на стремление к Счастью». Нация, преданная этому заявлению, стала сейчас – без сомнения, частично благодаря этой преданности – наиболее мощ< ной и процветающей из всех наций Земли. По<прежнему ли и в зре< лости дорожит эта нация той верой, в которой она была зачата и воспитана? По<прежнему ли считает она эти «истины самоочевид< ными»? Американский дипломат прошлого поколения мог еще ска< зать, что «естественная и божественная основа прав человека . . .

самоочевидна для всех американцев». Примерно в то же время не< мецкий ученый мог еще описать разницу между немецкой мыслью и мыслью западной Европы и Соединенных Штатов, говоря, что Запад всё еще придает решающее значение естественному праву, тогда как в Германии сами термины «естественное право» и «гуман< ность» сейчас вряд ли воспринимаются .... и всецело потеряли свою первоначальную жизненность и свежесть красок». Отказавшись от идеи естественного права и посредством этого отказа, – продолжа< ет он, – немецкая мысль «сотворила историческое сознание», что привело ее, в конечном счете, к неограниченному релятивизму1. То, что довольно точно описывало состояние немецкой мысли 27 лет назад, может оказаться сейчас истинным в отношении Западной мысли вообще. Не в первый раз оказалось, что нация, потерпевшая поражение на поле боя и, так сказать, уничтоженная как полити<