Материал: Ekonomicheskiy_rost_v_stranakh_Vostoka_Kniga_1

производства ресурсов на душу населения в Австралии от других регионов. За 28 лет в Австралии средняя добыча ресурсов на душу населения выросла с 13 до 29 тонн на человека. В Азии также наблюдался рост (с 1,4 до 2,2 тонн на человека), но совсем незначительный (см. рис. I-4.3).

Рисунок I-4.3. Добыча сырьевых ресурсов на душу населения, тонна / человека

Источник: World mining data 2020. Vol. 35. Vienna. 2020. C. 6.

При оценке степени неравномерности мирового горнодобывающего комплекса можно опираться на различные индексы. Часто в исследованиях встречается дифференциация стран по показателю вклада горнодобывающей промышленности в ВВП (валовой внутренний продукт), по ее доле в общем объеме экспорта страны, либо рассчитывается совокупный «индекс вклада горнодобывающей промышленности»3.

3 Эрикссон М., Леф О. Роль горнодобывающей промышленности в экономике отдельных стран в период с 1996 по 2016 год // Горная Промышленность. 2019, №6. С. 84.

91

Вданной работе будет затронута несколько иная проблема неоднородности мирового горнодобывающего комплекса – будет изучена степень концентрации стран–производителей на мировом рынке ресурсов.

Для оценки степени концентрации рынков часто используются два коэффициента – индекс Херфиндаля-Хиршмана (HHI) и индекс концентрации (CR). Изначально эти индексы были разработаны для измерения степени монополизации отрасли. Индекс Херфиндаля-Хиршмана рассчитывался как сумма квадратов долей продаж фирм на отраслевом рынке, а индекс концентрации – как сумма долей рынка, приходящаяся на продажи нескольких самых крупных компаний. Отличие этих коэффициентов состояло в том, что индекс Херфиндаля-Хиршмана учитывал структуру распределения рыночных долей ведущих компаний, а индекс концентрации – только совокупную долю продаж этих компаний в отрасли. Поэтому индекс Херфиндаля-Хиршмана более точно определял степень монополизации отрасли4.

Внастоящей работе индекс Херфиндаля-Хиршмана (в дальнейшем – HHI), будет применен для оценки степени концентрации стран–производителей в мировом горнодобывающем комплексе. Определяться он будет как сумма квадратов долей стран– производителей в мировой добыче определенного ресурса:

HHI = S12 + S22 + S32 + … + Sn2, где Si – выраженная в процентах доля страны–производителя в мировой добыче ресурса.

Взависимости от того, какие значения принимает HHI, формулируются следующие выводы: HHI < 1000 – низкая степень концентрации в мировой добыче; 1000 ≤ HHI ≤ 2000 – концентрация средняя или умеренная; 2000 ≤ HHI ≤ 10000, то в мировой добыче наблюдается высокая степень концентрации.

4 Гальперин В.М., Игнатьев С. М., Моргунов В. И. Микроэкономика. Т.2. СанктПетербург, 1999. С. 168-173.

92

Дополнительно при анализе неравномерности мировых рынков сырья будет использоваться индекс концентрации (CR), определяемый как:

CRn = S1 + S2 + S3 + … + Sn, где Si – выраженный в процентах удельный вес страны в мировой добыче ресурса. Данный индекс может рассчитываться для трех ведущих стран в мировой добыче сырья (CR3), четырех стран (CR4), пяти стран (CR5) или шести стран (CR6).

Наибольшее внимание в работе будет уделено исследованию неравномерности и концентрации стран–производителей на мировых рынках металлургического сырья.

Рисунок I-4.4. Показатель концентрации стран–производителей на рынке ресурсов черной металлургии (индекс Херфиндаля-Хиршмана), 2018 г.

Ванадий

Хром

Железо

Марганец

Источник: World mining data 2020. Vol. 34. Vienna. 2020. C. 151-157.

Рынок ресурсов черной металлургии. В черной металлур-

гии используется главным образом железорудное сырье, марганцевые руды и хромосодержащие руды. Особый класс составляют ферросплавы, которые применяются для создания различных видов стали и других сверхпрочных сплавов. Группа ферросплавов

93

включает, например, феррованадий, ферровольфрам, ферроникель, ферромолибден и другие сплавы железа с металлами или неметаллами.

Проанализировав концентрацию стран–производителей на рынках железорудного сырья, марганцевых, хромовых руд и руды ванадия (он включен в эту категорию, так как почти 95% металла используется в черной металлургии), можно увидеть, что в 2018 г. показатель HHI для марганца составил 1551, что указывает на среднюю степень концентрации стран в его мировой добыче. Чуть более 2000 составил показатель HHI для железорудного сырья, а для рынков руд хрома и ванадия он равнялся 2889 и 3746, соответственно – это свидетельствует о высокой концентрации стран– производителей на этих рынках (см. рис. I-4.4).

Добыча железной руды имеет наибольший вес в мировой горнодобывающей промышленности, на нее приходится почти 40% стоимости горнодобывающей металлургии5. Резкое повышение спроса на железную руду зафиксировано в начале 2000-х гг., так, прирост мировой добычи железной руды в 2018 г. составил 151,5% по сравнению с 2000 г.6. В 2018 г. в мире было добыто 1,5 млрд тонн железной руды, причем шесть стран произвели 82,1%

ееобъема, т.е. индекс концентрации для шести стран CR6=82,1%. Австралия, на долю которой приходилось 37,1%, занимала первое место в мире, на втором месте разместилась Бразилия (19,6%) на третьем – Китай (13,6%). Удельный вес остальных трех стран – Индии, России, ЮАР – в общемировом производстве железной руды был несколько ниже (см. табл. I-4.1).

Вработе анализируется добыча железной руды в активном

еекомпоненте – содержании Fe. Если оценивать неочищенную руду, то в мире в 2018 г. извлекали 2,9 млрд тонн такой руды, причем первое место занимала Австралия (0,9 млрд т) а второе – Китай

5Бурыкин С.И. Производство и рынок минерального сырья. Екатеринбург, 2007. С. 241.

6World mining data 2020. Vol. 35. Vienna. 2020. C. 6.

94

(0,8 млрд т), а третье – Бразилия (0,5млрд т)7. Но по содержанию в руде активного компонента Fe, Бразилия обгоняет Китай, что можно объяснить плохим качеством руды в месторождениях Китая и высоким уровнем нелегальной добычи8.

Таблица I-4.1. Ведущие страны–производители ресурсов для черной металлургии, 2018 г.

Источник: World mining data 2020. Vol. 34. Vienna. 2020. C. 153-159.

7World Mineral Production 2014–2019. British Geological Survey. Nottingham. 2020. C. 34.

8Растянникова Е.В. Страны БРИКС: тренды экономического роста добывающей промышленности в XXI веке // Вопросы статистики. 2019, №5. Том 26. С. 50.

95