Понятие Дао в истории китайской мысли является наиболее универсальным и всеобъемлющим. Являясь идейным стержнем не только всей натурфилософии и онтологии, но во многом социологии, этики, медицины, астрологии, это понятие по праву можно назвать квинтэссенцией философии традиционного Китая. «Дао как изначальная верховная всеобщность, как великий закон природы и первопричина всего сущего как высшая абсолютная реальность (Единое), из гигантского пути-потока которого рождается феноменальный мир, чтобы, в конце концов уйти туда же и затем появиться вновь, но уже обновленным, на протяжении тысячелетий воспринималось в Китае в качестве генеральной нормы бытия. Вне Дао китаец, коль скоро он вообще иногда задумывался и хоть сколько-нибудь знал об этом, принципов бытия в философском смысле данного слова не мыслил. Неудивительно, что Дао как фундаментальная категория китайской философии принималась везде и всегда всеми школами и направлениями.» Алексеев В. М. “Китайская литература (Избранные труды)” М.-1978г.
Дао нельзя определить однозначно, как какую-либо категорию в европейской философии. Это некоторая наиболее первичная категория, Верховный разум божественного бытия. Высшего существа, имеющего Разум и Слово, Логос, Бог, Абсолют. Эта категория имеет различные семантические уровни: дао-закон, дао-первоначало, дао-единая сущность всего. Дао - общее, имманентно присущее всем единичным предметам и явлениям в каждый момент их существования. Вот как говорится об этом в одном из основных даосских трактатов "Дао-дэ цзин": "Великое дао растекается повсюду. Оно может находиться и вправо и влево. Дао в огромном не исчерпывается, в мельчайшем не отсутствует. Поэтому-то оно представлено полностью во всей тьме вещей. Обширное-обширное оно все в себе объемлет" [1, с. 202]. "Человек следует законам земли. Земля следует законам неба. Небо следует законам дао, а дао следует самому себе". Согласно другому древнему даосскому трактату, "Чжуан-цзы", "дао объединяет в единстве и балку и столб, и уродину и красавицу Си Ши, и великодушие и коварство, и странное и чудовищное", дао - это универсальная закономерность мироздания, познав Дао, мы познаем эту закономерность. "Небо не может не быть высоким, земля не может не быть широкой, Солнце и Луна не могут не двигаться - они получают это от Дао". Весь порядок космоса порожден дао и определен им во всех своих проявлениях. Отступление от природного порядка наносит вред не только самой природе, но и отступникам от ее истинной сути - Дао. Человеческое своеволие, нарушение Дао приводит людей к гибели. "Кто не соблюдает Дао, погибнет раньше времени" - написано в "Дао-дэ цзин". Но необходимость, заключенная в дао, не является жесткой или безальтернативной. Единая истинная необходимость, символизирующая Дао, в даосизме связана с предельной Красотой, Истиной и Гармонией, выступает как изначальная заданность, а Дао выступает как подлинный смысл жизни.
Вторая важная категория древних китайцев - ци. Ци - тонкая энергетическая первоматерия, общекитайская единая вселенская субстанция, категория, понятие которой широко разрабатывалось еще в ранне даосских трактатах. Ци - материя, воздух, эфир, газ, дух, жизненная сила, жизненная энергия - это не только материальная субстанция но и некоторые флюиды, элементы духовного начала. У ранних даосовци выступает в масштабе космически универсальном, ци непосредственно связано со всей вселенной, с Дао, с инь и янь, с небом и землей, с четырьмя сезонами года, образуя основу как физической, так и психической жизни человека. Невозможно назвать ни одного феномена, рассматриваемого или упомянутого древними даосами, субстрат которого представлял б нечто отличное от ци. Если условно выделить даосскую космологию и космогонию, антропологию и антропотонию, этику - все стоят на учении о ци. «Ци - категория общая для всей натурфилософии Китая. Понятие ци перенесено и в китайскую медицину, где апробируется практически. Согласно представлениям китайских медиков, болезнь - это нарушение движения ци, нарушение состояния человеческой энергетики. Рождение человека - это просто скопление эфира ци. "Собирается эфир, образуется жизнь, рассеивается -образуется смерть".» Философский словарь. М.:Политиздат, 1987
Таким образом, в раннем даосизме "любой феномен включается в мировое единство через имманентную ему единую сущность дао, и представляет собой оформленный способ существования всеобщей энергетической субстанции - ци". Но древнекитайские даосы не только давали определения основным категориям, они призывали людей постичь красоту Дао, учение о Дао: "Те, кто в древности обрел учение, радовались и в беде, и в удаче. Их радость не зависела ни от беды, ни от удачи. Впасть в заблуждение, отказаться от Дао, не быть способным видеть красоту и радоваться - неистинное состояние". "Все те, кто не способен наслаждаться своими мыслями и желаниями, поддерживают жизнь долгие года, не понимая пути". философия буддизм даос конфуций
Если Дао (мать ци, как и всего остального) может быть понято как субстантивированная закономерность, то субстантивированное содержание ци имеет в даосизме черты закономерности. Вечное движение в мире, как всеобщая закономерность представляет собой проявление и развертывание неотъемлемых атрибутов вселенской субстанции. Переход друг в друга субстанционального и закономерного выражает специфику последовательного монизма даосов. Нет отчетливой грани между тем, что в космосе субстанциональность, а что - закономерность, для даосов более существенно изначальное единство мира. Наряду с монизмом, у даосов разработан принцип бинарности. Этот принцип вторичен, но значим для архитектоники мирового здания ("нет ничего одностороннего, все имеет обратную сторону"). Двуединство выражается в глобальных закономерностях (инь-янь, небо-земля). Дао - присуще всем бинарам, оно их источник, имманентный им закон и сущность. Таким образом, у даосов принцип монизма поставлен выше принципа бинарности. Кроме вышеуказанных двух категорий, даосы определяют категорию дэ - как категорию, относящуюся к уровням бытия в форме жизни. Дэ выступает на уровне органической жизни как гарантия развертывания Дао в единичное. "Дао - хозяин дэ, жизнь свет от дэ, а характер - сущность жизни" [3, 35]. Высший смысл жизни у даосов состоит в успокоении и очищении ци, в медитации, в постижении Дао, единого. Идеал даосов - человек-мудрец, возвращенный в Дао, к природе, находящийся в отчуждении от бытия вплоть до забвения самого себя. Люди постигшие Дао, обретают долгую жизнь либо бессмертие, обладают волшебными свойствами - не горят в огне, не тонут в воде. «Взаимоотношения человек-природа даосы переносят и на бинар общество-природа. Согласно их идеалам, и общество, и человек должны соответствовать природе, занимать подчиненное место по отношению к космосу, к природе. Социальный идеал даосов - царство утвердившихся дэ: человек, слившись с природой в состоянии всеобщего единства, есть олицетворение полного осуществления принципа естественности, являющегося необходимым условием развертывания дэ.» История философии в кратком изложении. - М.: Мысль, 1994
У даосов жизненная субстанция, сознание и мудрость тесно связаны между собой. Они объединены установкой даосизма начать рассмотрение всех проблем с физического бытия человеческого тела, что объясняется основной целью учения Дао: включение физического тела человека в естественно-сакральный космос для перенесения на бренную плоть человека космических атрибутов: вечности и совершенства, обретение долголетия и бессмертия, включение тела человека в космос и правильное расположение тела в космосе, медитация и психофизическая тренировка, поиски чудодейственных талисманов и эликсира вечной жизни, "золотой пилюли", бесследное растворение в Дао либо превращение в святого-чудотворца.
Более двух тысяч лет учение Конфуция диктовало правила поведения и давало пищу для размышлений чиновникам, школьным учителям, министрам и администраторам, сформировав своеобразное мировоззрение конформизма, присущее Китайской империи.
Именно здесь родилось крылатое “А чтоб ты жил в эпоху перемен!”. В конфуцианском Китае размеренное существование почиталось за счастье. Не удивительно, что у многих возникало желание нарушить эту привычную монотонность. Однако за самое незначительное отступление от правил непокорных ждало возмездие - в лучшем случае им удавалось отделаться кастрацией. Вот почему придворные многих вспыльчивых китайских правителей до конца своих дней говорили писклявыми детскими голосами.
В заключении следует еще раз напомнить о специфике восточной философии. В восточной мысли религиозное и философское начала более переплетены, чем в греческой. На Востоке религиозные представления менее индивидуализированы, носят характер общих представлений, что сближает их с философскими построениями.
Как отметил Г.В.Ф. Гегель, "содержание восточных религий - бог, в себе и для себя сущее, вечное - понимается больше в свете всеобщности, так понимается и отношение индивидуумов к нему". Тем самым исходная субстанция восточных религий "представляет собою... некую философскую идею".
Восточная мысль более эмоционально-этична, нежели рационально-логична. Она исходит из непосредственно-этического восприятия жизни, не противопоставляя последнюю ее собственной цели. Восточные мыслители не сомневались в наличии тесной связи не только между природой и человеком, но и между общественными явлениями и человеческими поступками, с одной стороны, и природными явлениями - с другой. Мыслители Востока напрямую выводили порядок и спокойствие в обществе из поступков людей согласно естественным законам.
Гегель не очень высоко ценил восточную философию, поскольку, по его мнению, в ней "внешнее, предметное не постигается... соответственно идее". Восточную мысль Гегель считает недостаточно философичной и преимущественно религиозной, так как в ней индивид не полагает себя как нечто самостоятельное. Тогда как "истинно-объективная почва мышления коренится в действительной свободе субъекта".
Между тем существует и другая, противоположная точка зрения, ставящая восточную философскую мысль выше западной и считающая ее крупнейшим достижением человеческой культуры. Таковы, в частности, позиции А. Шопенгауэра, Л.Н. Толстого, М. Хайдеггера, К.Г. Юнга и других известных мыслителей. Юнг в классической работе "Архетип и символ", в частности, писал: "Мы начинаем заново открывать для себя астрологию, являющуюся на Востоке хлебом насущным. Наши исследования сексуальной жизни, начатые в Вене и в Англии, не идут ни в какое сравнение с индийскими учениями по этому поводу. Восточные тексты тысячелетней давности дают нам образцы философского релятивизма, а идея индетерминизма, только что появившаяся на Западе, является фундаментом китайской науки... Сам психоанализ и возникшие вместе с ним направления мысли - мы считаем их специфически западным явлениям - представляют собой лишь усилия новичка в сравнении с искусством, существующим с незапамятных времен на Востоке".
Не входя в детальное обсуждение различных оценок восточной философии, отметим, что восточная религиозно-философская проза, восходящая к книге "Лунь юй" ("Суждения и беседы"), содержащей высказывания Конфуция и его учеников, и индийской "Махабхарате", дала образцы целостного рассмотрения сущности человека и во многом предопределила будущую историю не только Востока, но в определенном смысле всего человечества. При этом восточная религиозно-философская мысль не обретала статус систематической теоретической дисциплины, навязываемой всем извне по определенному алгоритму. Она была частью жизни и передавалась от Учителя к ученику.