В поисках обоснования реализма...
Куслий Петр Сергеевич - кандидат философских наук, старший научный сотрудник. Институт философии РАН. Российская Федерация
Аннотация
В данном критико-аналитическом обзоре рассматривается обоснование реализма в эпистемологии и философии науки, представленное в сборнике статей «Перспективы реализма в современной философии» (М., 2017). Дана экспозиция сфер, в которых авторы данной книги изучают проблематику реализма, а также тех аргументов в его защиту, которые они предлагают. Представлена критика этих аргументов, согласно которой все они не способны убедить антиреалиста отказаться от своих взглядов в пользу реализма. Исследован вопрос о том, насколько реалисты и антиреалисты говорят об одном и том же в своих дискуссиях и что могло бы стать общей почвой для повышения продуктивности таких дискуссий. Автор предлагает, что апелляция к языку может стать таким общим полем, и приводит аргумент Фреге против скептиков и идеалистов в качестве возможного методологического обоснования реализма.
Ключевые слова: реализм, антиреализм, философия науки, эпистемология, философия языка, семантика
Abstract
Searching for the justification of realism
Petr S. Kusliy - PhD in Philosophy, Senior Research Fellow. Institute of Philosophy, Russian Academy of Sciences.
This critical analytical review examines the ways in which realism can be justified in epistemology and philosophy of science and which are presented in the collection of papers “Perspectives of Realism in Modern Philosophy” (M., 2017). The exposition of areas in which the authors of this book study the prob-lems of realism, as well as those arguments in its defense that they offer, is given. A criticism of these arguments is presented, according to which all of them are not able to convince an antirealist to abandon their views in favor of realism. The question of whether realists and anti-realists have the same object of discussion and what could become a common ground for them is explored. The author suggests that an appeal to language can become such a common ground and reproduces Frege's argument against skeptics and idealists as a possible methodological justification for realism.
Keywords: realism, antirealism, philosophy of science, epistemology, philosophy of language, semantics.
Введение
В самом первом приближении реализм - это философская и даже общая мировоззренческая позиция, согласно которой существует реальность, доступная познанию, но при этом остающаяся независимой от познающего и несводимой к содержанию его восприятия или тем конструкциям, которые строит познающий в процессе познания и которые он представляет в качестве результата познавательной деятельности. Антиреализм - это, соответственно, общая позиция, согласно которой реализм неверен. Конкретизируется эта позиция в различных видах антиреализма, которые в разных ситуациях обретают различные именования (идеализм, релятивизм, социальный конструкционизм, психологизм и т.д.). В последние десятилетия оппозиция реализм-антиреализм обрела новую остроту, вызванную «возвращением» реалистической повестки в указанные области и ее столкновением с господствовавшим в них ранее антиреализмом.
В современной отечественной философии, которая, по-видимому, до сих пор в немалой степени остается под влиянием релятивисткой эпистемологии, реализм также переживает в последнее время новую популярность (см., напимер: [Проблема реальности 2015; Лекторский, 2012; Макеева 2011]). Сборник «Перспективы реализма в современной философии» [Перспективы реализма, 2017], который станет основным предметом моего рассмотрения в данном критико-аналитическом обзоре, может считаться одной из наиболее значимых отечественных книг последнего времени, ориентированных не только на предоставление читателю общей экспозиции на картину боевых действий между реализмом и его оппонентами, но и на защиту реалистического мировоззрения от нападок антиреализма. В данный сборник входят работы восемнадцати авторов, ни один из которых не считает себя антиреалистом. Таким образом, книга обрисовывает не только перспективы реализма, но, в известной степени, представляет собой и его защиту.
В данном обзоре попытаюсь показать, что авторам, действительно, удалось очертить перспективы реализма и, тем самым, решить, по-видимому, основную задачу, ради которой замысливалась эта книга. Вместе с тем я также приведу аргументы о том, почему, на мой взгляд, им не удалось представить убедительную защиту этого мировоззрения. Если этот сборник станет читать антиреалист, то он вряд ли найдет в нем достаточно убедительные аргументы для того, чтобы перейти на сторону реалистов. Именно поэтому, на мой взгляд, вместе с перспективами реализма, данный сборник очерчивает еще и его горизонты (пределы). Однако обо всем по порядку.
Общий обзор книги
Уже во вступительной статье В.А. Лекторский формулирует одну из главных мотиваций, лежащих в основе антиреализма, которая, по его мнению, происходит из области психологии. Она заключается в том, разные существа воспринимают одни и те же, казалось бы, явления совершенно по-разному, а, следовательно, имеют и разные представления о реальности. Противостоит этому направлению, по мнению Лекторского, концепция «экологического подхода», восходящего к работам Дж. Гибсона. Эта концепция предполагает множественность уровней реальности и показывает, что такая множественность говорит не об отсутствии у них общего основания, а скорее о его многослойности. Возникающая здесь вероятность того, что существа, воспринимающие реальность по-разному, окажутся изолированными в своих «нишах» и мы опять окажемся в ситуации множественного солипсизма, по мнению Лекторского, не является угрозой реализму. Различные уровни или слои реальности связаны друг с другом. Любое существо, взаимодействуя с миром на уровне, доступном для него, оказывает воздействие и на другие уровни, которые для его восприятия недоступны. Подтверждением этому является человек, который, используя приборы, может не только оказывать сознательное влияние на уровни реальности, непосредственно им не воспринимаемые, но, тем самым, демонстрирует их существование и взаимозависимость друг с другом.
Оппозицию научного реализма и противостоящего ему социального конструкционизма исследует в своей статье Е.О. Труфанова [Труфанова, 2017; см. также Филатов и др., 2009]. Ключевую антиреалистскую установку социального конструкционизма она представляет следующим образом: «знание о том, что мы считаем существующим объективно и независимо от нас, на самом деле является знанием, которое отражает не реальность саму по себе, а сконструированные обществом представления об этой реальности» (с. 444). Труфанова предлагает критику позиции социальных конструкционистов, указывая, что те не различают два типа зависимостей: метафизические и психологические. Если такие вещи, как лазеры, зависят своим существованием от людей, которые их создали, и останутся на земле, даже если все люди исчезнут, то такие феномены, как деньги и президенты, хоть и созданы людьми, но существуют в полной зависимости от их сознания и исчезнут, если исчезнут люди Социальные конструкционисты, по мнению Труфановой, считают, что все явления одинаково метафизически зависят от людей и в этом их ошибка.
Радикальная оторванность картины мира современной науки от той картины мира, которую наблюдают люди в обыденной жизни, также представляет собой тему, вокруг которой проходят баталии реалистов и их оппонентов. Ей посвящена статья С.В. Пирожковой [Пирожкова, 2017]. Научные теории, как известно, часто отбрасываются вместе с теми объектами, существование которых в них постулировалось. На смену одним теориям приходят другие, а вместе с ними и новые объекты. Руководствуясь всеми этими фактами, скептик антиреалист снова утверждает: «То, что мы называем знанием, оказывается не отображением реальности, а продуктом нашей деятельности - еще одним, наравне с биологическими отходами, орудиями и сооружениями» (с. 308). Пирожкова предлагает аргументацию о том, как современная физика способствует становлению антиреалистического понимания реальности.
Несвязанность объектов математики с какой-либо внешней по отношению к сознанию эмпирической реальностью также рассматривается в данном сборнике как возможная угроза реализму. А.В. Родин пишет: «Критерии математической доказательности, которые исключают использование эмпирических свидетельств, по всей видимости, указывают на то, что математические объекты не существуют независимо от человека, а их объективный характер определяется общей человеческой когнитивной способностью к воображаемым построениям по одним и тем же фиксированным и явно предъявляемым правилам» [Родин, 2017, с. 293].
Защитники реализма, таким образом, представляются в сборнике в качестве тех, кто должен показать, как именно наука, строящая гипотезы, которые не только могут быть опровергнутыми, но и зачастую опровергаются, может претендовать на то, чтобы конструируемая ею картина была картиной реальности.
Противостояние реализма и антиреализма, исследуемое в этой книге, проходит и в области философии языка. Так, известный итальянский философ Э. Агацци предлагает аргумент о том, как понимание природы истины в духе А. Тарского способствует обоснованию реализма, не обращаясь при этом к более поздним аналитическим теориям, которые гораздо чаще рассматриваются в качестве оснований для реализма. К ним обращается Д.В. Иванов [Иванов, 2017], который предлагает достаточно краткий и доходчиво написанный обзор того, как аргументы в пользу метафизического эссенциализма в философии языка стали новой основной для реализма. Иванов также показывает, как данная аргументация отразилась и на дискуссиях в области философии сознания. Здесь особый интерес представляет его обсуждение концепции энактивизма.
Таковы, на мой взгляд, основные области, в которых реализм сталкивается с антиреализмом на страницах данной монографии. Приведенный абрис, разумеется, не является полным как в отношении материалов, представленных в этой монографии, так и содержания тех статей, которые я уже упомянул. В книге есть тексты, которые обсуждают не столько аспекты противостояния реализма и антиреализма, сколько ряд связанных вопросов, возникающих при философском осмыслении проблематики реализма. Так, например, Ж.К. Загидуллин обсуждает проблему моделирования в науке, ставя вопрос о том, «с чем имеет дело философ, когда строи и использует модели» [Загидуллин, 2017, с. 332-334].
Статья А.М. Анисова исследует логические основания концепции реальности. В ней автор стремится показать, «как наукой реально строится онтология реальности» (с. 187), сводя используемые в науке онтологические структуры к четырем основаниям. Г.Д. Левин проводит компаративный анализ материализма и объективного идеализма, а Е.Л. Черткова исследует соотношение реализма, скептицизма и истины. Е.А. Мамчур обсуждает критерии реальности теоретических объектов, используемые в современной физике, исходя из одной из версий так называемого структурного реализма. М.А. Сущин представляет русскоязычному читателю программу исследования познания, известную как «предсказывающая обработка» (predictive processing), которая по своим исходным посылкам является антиреалистской. При этом Сущин обсуждает то, в какой степени данная набирающая популярность исследовательская программа ведет к антиреалистским заключениям.
В заключение общего обзора отмечу, что широта диапазона тех проблем, которые исследуются в данном сборнике, порой придает термину «реализм» скорее зонтичный, чем содержательный характер. Несвязанность с эмпирической реальностью идеальных, умопостигаемых объектов может рассматриваться как довод в пользу антиреализма, ибо, как указывает А.В. Родин в вышеприведенной цитате, их существование неотрывно от существования человеческого сознания. Вместе с тем, в рамках традиции, восходящей к Платону, умопостигаемые сущности обладают не меньшей, а то и большей реальностью, чем материальные объекты. Более того, как известно, платонистская трактовка универсалий именовалась «реализмом» со времен Средневековья. Но если обращение к сознанию как источнику достоверности и подлинной реальности является антиреалистской тенденцией, как указывает нам в своей статье Лекторский, то как тогда быть с целой традицией, в рамках которой умопостигаемая реальность не только считалась объективной, но и отличалась от субъективной, психологической, реальности?
Я не могу сказать, что в данной книге различаются два понимания реализма - как противопоставленного идеализму и как согласующегося с ним. Например, статья А.С. Карпенко, к которой я тоже еще вернусь, всем своим интеллектуальным пафосом базируется на реальности всего умопостигаемого. Точно так же С.В. Пирожкова (с. 311) указывает, что идеальные умопостигаемые объекты могут быть вполне реальными, тогда как авторы некоторых других статей сборника, казалось бы, пытаются от этого дистанцироваться.
Убедительны ли доводы, представленные в обоснование реализма?
По ознакомлении с содержанием представленных в сборнике аргументов в поддержку реализма у меня сложилось впечатление, что они в большинстве случаев носят скорее терапевтический, чем полемический характер. Если кто-то изначально склоняется к реалистическому мировоззрению, то такого человека представленная в сборнике аргументация успокоит. Она покажет, что его изначальные интуиции подкреплены серьезными доводами, происходящими из разных областей знания и базирующимися как на анализе эмпирических данных, так и на рациональных рассуждениях, а его возможные оппоненты, наоборот, сталкиваются с массой проблем даже на уровне формулировки своей позиции. Однако тому, кто тяготеет к той или иной форме антиреализма, эти аргументы вряд ли покажутся убедительными. Большинство из них, как мне кажется, антиреалисты либо посчитают не угрожающими их позиции, либо подтверждающими ее.