Материал: Труевцев К.М. Политическая система современной России

Эти понятия, имеющие уже отнюдь не политико-философский, а конкретно-операционный характер, вплотную подводят к пониманию модели политической системы, предложенной Д. Истоном. Особенностью этой модели, характеризуемой самим автором как «упрощенная модель» (поскольку тот же научный труд содержит и более развернутый, гораздо более сложный и детализированный ее вариант), является то, что она раскрывает не столько внутреннюю структуру, сколько механизм функционирования политической системы, и в этом ее принципиальное, новаторское отличие от большинства остальных известных схем политических систем - в самой модели заложены не статические, а динамические характеристики:

Модель политической системы

(по Д.Истону)

Тема 3. Структура и функции политической системы. Основные положения концепции г. Алмонда

1. Структура: подсистемы политической системы

Придавая основное значение принципам функционирования политической системы, Д. Истон оставил за скобками своей концепции ее внутреннее содержание, поэтому его модель во многом напоминает «черный ящик» - то, каким образом «входы» преобразуются в «выходы», обозначено пунктиром (посредством «распределения ценностей и ресурсов», а также путем «обеспечения принятия большинством граждан этих распределительных решений в качестве обязательных»). В связи с этим, если механизм взаимодействия системы с внешней средой выглядит убедительно, то механизм ее внутреннего функционирования, проистекания процессов внутрисистемного взаимодействия далеко не раскрыт.

Решению этой задачи посвятил ряд своих принципиально важных для разработки теории политической системы научных трудов другой крупнейший американский политолог Г. Алмонд. Будучи приверженцем институциональной школы, которая в период после II мировой войны развивалась под серьезным воздействием структурализма, он совместно со своим соавтором Д. Пауэлом разработал целостную структурно-функциональную концепцию жизнедеятельности политической системы.

Г. Алмонд и Д. Пауэлл определили политическую систему как совокупность ролей, осуществляемых не только правительственными институтами (т.е. властными структурами) и их взаимодействий между собой, но и всеми структурами общества по политическим вопросам. Тем самым существенно расширялось само содержание понятия политической жизни, а, следовательно, и трактовка таких понятий как политические институты и другие элементы структуры политической системы.

Принципиальное значение имело также разделение политической системы на основные структурные элементы – подсистемы. Г. Алмонд выделил пять основных подсистем, находящихся в непрерывном взаимодействии: институциональную, нормативную, коммуникативную, культурную и функциональную. При этом он избежал типичного для институционалистов соблазна выстроить иерархию подсистем, а изобразил их (не без влияния упоминавшейся «бихевиористской революции») в виде равноправных акторов, т.е. активных участников политического процесса, наделенных различными ролевыми функциями.

При этом институциональная подсистема предстает как совокупность политических институтов, формальных и неформальных, государственных и негосударственных, включая и такие, которые многие прежние школы политической науки либо оставляли вне поля зрения, либо не относили к разряду политических структур. Разумеется, институциональная подсистема в рамках концепции Г. Алмонда остается единственной из подсистем, которая сохраняет определенные черты иерархичности за счет присутствия в ней такого самодовлеющего института как государство, обладающего монопольными или почти монопольными властными полномочиями и наделенное законом исключительными правами (например, правом на верховенство политических решений, на принятие самих законов, на использование вооруженной силы), концентрирующего в своих руках львиную долю ресурсов. И все же во многих других отношениях иные институты, в том числе негосударственные и даже по своей изначальной природе неполитические, способны выступать в роли равноправных акторов, Тем самым иерархичность институциональной подсистемы утрачивает абсолютный характер.

Нормативная подсистема – это совокупность норм и ценностей, оказывающих воздействие на политическую жизнь. Она включает в себя правовые, политические, моральные и духовные нормы и ценности, а также ту часть традиций и обычаев, которые влияют на политический процесс. Представляет интерес известная оппозиция между формальными (к которым в первую очередь относятся правовые) и неформальными нормами: и те, и другие играют регулирующую роль в деятельности институтов и политическом поведении, однако в функциональной роли лежит и глубокое различие – если первые могут играть (и очень часто играют) структурообразующую роль в отношении институтов и моделей политического поведения, то вторые оказывают скорее функционально-технологическое воздействие на характер политической деятельности.

В понятие коммуникативной подсистемы входят все формы политического взаимодействия, включая субъектно-объектные отношения, горизонтальные и вертикальные, прямые и обратные связи, внутрисистемные взаимодействия и отношения между системой и внешней средой. Возрастающую роль в рамках этой подсистемы играют средства массовой коммуникации, выступающие в качестве посредника («масс-медиа») между властью и обществом и образующие то, что афористически именуется «четвертой властью».

Функциональная подсистема представляет собой механизм функционирования политической жизни. Она включает в себя методы политической деятельности, взаимодействия между акторами политического процесса, в том числе политический режим как механизм функционирования власти.

Культурная подсистема включает в себя систему ценностей, господствующих в обществе или оказывающих влияние на политическую жизнь, религию, типы политической ментальности (совокупности устойчивых представлений об обществе, характер и способы политического мышления), формы политического поведения и политического участия, а также степень зрелости политических отношений в обществе.

Подсистемы политической системы выступают в рамках данной концепции не как жесткие структуры (хотя та или иная степень жесткости, разумеется, присутствует в ряде из них, прежде всего в таких политических институтах как государство, законодательная система, политические партии и пр.), а скорее как своего рода силовые поля: нормативное поле, коммуникативное поле, культурное поле и т.д. Взаимодействие между этими силовыми полями и образует общую сферу взаимодействия внутри политической системы, а также между нею и внешней средой, в том числе именно в ходе этого взаимодействия происходит процесс возникновения, становления и развития одних политических институтов, кризиса и отмирания других.

2. Функции политической системы

Проблемы взаимодействия внутри политической системы, а также ее взаимодействия с внешней средой решаются через посредство категории функций. Под функциями понимаются любые действия, направленные на сохранение устойчивости политической системы и обеспечение ее нормальной жизнедеятельности. Проблемам функционирования политической системы огромное значение придавал Д. Истон, давший описание действия по крайней мере нескольких функций: адаптационной (приспособление путем изменения самой системы и окружающей среды), экстракционной (извлечение ресурсов из внешней среды и из самой системы), регулятивной (управление и контроль) и функции реагирования. Однако наиболее полную классификацию функций политической системы и описание механизма их действия представлено Г.Алмондом и Д. Пуэллом. Принципиальное отличие их подхода к функционированию системы от подхода Т. Парсонса заключается в том, что они не привязывают каждую из функций к какой-то конкретной подсистеме, а рассматривают их в качестве атрибутов политической системы в целом. Такой, если угодно, «соматический» подход представляет динамическую картину жизнедеятельности политической системы более разносторонней.

Г. Алмонд и Д. Пауэлл выделили шесть основных функций политической системы: адаптивную, экстракционную, дистрибутивную, регулятивную, а также функции реагирования и политической социализации.

Функция адаптации заключается в способности системы приспосабливаться к окружающей среде, обеспечивая тем самым свою жизнеустойчивость. Процесс адаптации может происходить как путем изменения самой системы, так и посредством изменения окружающей среды, на что авторы данной концепции обращают особое внимание, придавая большое значение в процессе адаптации фактору политического рекрутирования, т.е. отбора из социальной среды лидеров и элит, превращающего фрагменты социального окружения в центральные элементы самой системы – субъекты политической власти.

Функция реагирования – это разнообразные виды реакций системы на воздействие внешней среды и потребности ее внутренних элементов, включая требования и поддержку. Адекватность реакции, в особенности на «возмущающие воздействия», является одним из главных критериев жизнеспособности политической системы, неадекватность указывает на кризисные явления внутри нее.

Экстракционная функция – это функция жизнеобеспечения за счет извлечения ресурсов как из внешней среды (природной и социальной), так и из самой системы. Последний аспект приобретает в современных политических системах особое функциональное значение, поскольку извлечение внешних ресурсов (особенно природных) носит для них все более опосредованный характер, в то время как ресурсы, имеющие обращение в публично-политической сфере (такие как организационный, административный, информационный, финансовый) оказывают непосредственное повседневное воздействие на весь текущий процесс политической жизни.

Дистрибутивная функция заключается в распределении ценностей, статусов и ресурсов и направлена на поддержание жизнеспособности и обеспечение внутренней стабильности политической системы. Стабильность достигается и поддерживается тогда, когда распределение оценивается общественно-политическим большинством как справедливое, когда оно ведет к интеграции и согласию внутри общества.

Регулятивная функция изначально внутренне присуща политике как сфере согласования и регулирования интересов, Она имеет также прямое значение функции управления действиями общественно-политических групп, политическими и общественными процессами. Она заключается как в введении норм и правил, на основе которых осуществляется политическое взаимодействие, так и в контроле за их исполнением.

Процесс политической социализации рассматривается Г. Алмондом и Д. Пауэллом в качестве функции, отвечающей за поддержание модели политической системы. Он осуществляется путем постоянного воздействия системы на членов общества за счет создания у них положительных установок относительно политической системы. Политическая социализация происходит через процесс политического воспитания и самовоспитания, который приводит к принятию индивидом ценностей и моделей политического поведения, адекватных системе, в качестве собственных, В ходе этого процесса, который продолжается в течении всей жизни человека, он «социализируется», т.е. органически включается в совокупность существующих общественно-политических отношений, становясь тем самым адекватным элементом политической системы. Включение большинства членов общества в жизнедеятельность политической системы и создает эффект поддержания ее модели.

Тема 4. Типология и оценочные характеристики политических систем

Теория политических систем, разработанная в основном в трудах Д. Истона и Г. Алмонда и дополненная другими политологами, такими как К. Дойч, Д. Пауэлл, С. Верба, Р. Даль, Ж. Блондель, М. Дюверже и пр., предоставляет богатый инструментарий для изучения политической жизни в системном ракурсе. Этот методологический инструментарий принципиально применим как к изучению страновых политических систем, так и, с известными допусками (например, с модификацией понятия внешней среды), к региональным (таким как Европейский Союз) и даже глобальным моделям политической системы.

В то же время разнообразие конкретных моделей политической жизни вызывает необходимость их классификации, создания типологии политических систем как для того, чтобы определить контуры существующего или развивающегося миропорядка, так и для того, чтобы определить место той или иной политической системы в этом миропорядке, ее специфические и типологические черты.

Типология политических систем производится по определенным признакам, которые, принимаясь в качестве главных, существенных, выводятся в качестве основания для определения типа. Так, по отношениям с внешней средой политические системы делятся на открытые и закрытые, имплозивные и эксплозивные, по характеру внутренней структуры – на иерархические и неиерархические. Разумеется, такие характеристики носят оценочный и относительный характер, однако они представляют важный шаг в подходе к типологии политических систем.

Относительность понятия закрытости применительно к политической системе очевидна, поскольку, для того, чтобы развиваться, она принципиально должна быть открыта для взаимообмена с внешней средой. Речь, стало быть, идет о закрытости по отношению к определенным элементам внешней среды, например, к другим политическим системам, элементам социума и т.д. Именно в таком контексте определенные политические системы могут характеризоваться в качестве «закрытых обществ», такая закрытость может выступать в качестве момента развития таких систем и одновременно как их типологическая характеристика.

Эксплозивность и имплозивность – относительно новые понятия для политической науки, перекочевавшие в нее из астрономии. Первое происходит от слова – «эксплозия» (взрыв), второе от «имплозии» (взрывоподобного сжатия). Применительно к политической системе эти категории имеют смысл для понимания, за счет чего преимущественно происходит развитие системы: за счет использования внутренних ресурсов (имплозивное) или за счет внешней экспансии (эксплозивное). Проблема имплозивности и эксплозивности не напрямую соотносится с проблемой открытости и закрытости: политические системы могут быть одновременно открытыми и имплозивными и, напротив, закрытыми и эксплозивными. Так, политическая система «третьего рейха» была закрытой и эксплозивной, а послевоенной Германии – открытой и имплозивной.

Проблема иерархичности всегда присутствует в общей проблематике политических систем, поскольку такие вопросы как распределение власти, управление, принятие политических решений и осуществление политических действий неизменно упираются в категорию иерархии. Поэтому всякое политическое устройство обычно мыслится как иерархическое. В то же время демократический процесс, основанный на демократический принципах, снимает абсолютность иерархической структуры политической жизни, переводит иерархию в плоскость относительности за счет сменяемости политических лидеров, ротации политических элит, разделения властей и введения принципа конкурентности в большинство сфер политической жизни. Тем самым иерархия переводится из общего контекста политической системы в структуру отдельных ее институтов, прежде всего государства, да и там утрачивает свою абсолютность. В то же время в тоталитарных или авторитарных политических системах иерархический характер политического устройства полностью сохраняется в качестве абсолютного за счет распространения всевластия государства или отдельной личности на всю сферу политической и даже социальной жизни. Таким образом, политическая система может быть неиерархичной, каковой она и выглядит в концептуальных построениях Д. Истона и Г. Алмонда, либо строго иерархичной, каковой она выступает в некоторых других построениях, например в модели политической системы Н. Моисеева, в некоторых позднесоветских моделях политической системы, где она рассматривается в качестве аналога политической организации общества.