· развитие ОПК не является императивом экономического роста - это элемент национальной промышленной политики, способный простимулировать в коротком периоде совокупный спрос, но не способный заменить собой частный спрос и частные инвестиции;
· выбор мобилизационной модели экономического развития с опорой на реиндустриализацию и воссоздание импортозамещающих производств, ориентированных на выпуск продукции, критичной для обороноспособности страны, обернется быстрым истощением ресурсов и переходом российской экономики к более глубокой рецессии;
· позиция страны на мировой арене, ее способность надежно защищать свои национальные интересы в современных условиях обеспечиваются не столько размером вооруженных сил и ОПК, сколько экономической мощью, глобальной конкурентоспособностью и качеством государственных институтов.
. Государственное управление и регулирование ОПК оказывает наибольшее влияние на состояние и развитие оборонного сектора национальной экономики и осуществляется в соответствии с концепцией национальной безопасности, военной доктриной, уровнем развития экономики страны, характером военных опасностей, реформированием Вооруженных Сил, конкуренцией за мировые рынки сбыта гражданской и военной продукции, государственным оборонным заказом и другими факторами.
Государственное финансирование развития ОПК осуществляется в рамках военных расходов, утвержденных в федеральном бюджете страны, и формализованных в виде государственных программ вооружений (ГПВ) и федеральных целевых программ по развитию ОПК.
Современная история государственных программ вооружений насчитывает четыре программы: ГПВ1996-2005 гг., свернутая в 1999 г., ГВП 2001-2010 г., ориентированная на НИОКР, трансформированная благодаря высоким ценам на нефть в ГВП2007-2015 гг., показавшую себя наиболее результативной и текущая ГПВ 2011-2020 гг. с беспрецедентными для современной России объемами финансирования в 23 трлн. руб. Отметим, что все три предшествующие три программы перевооружения (включая наиболее результативную ГПВ-2011-2015 гг.) продемонстрировали низкую бюджетную результативность их освоения и фактически оказались провалены. Действующая ГПВ-2020 является критичной по меньшей мере в трех аспектах:
· закрытым, основанным на гипертрофированной государственной тайне, является механизм разработки ГПВ-2020. Вместо рационального выбора на основе анализа соотношения «стоимость - эффективность» между различными системами вооружения, бюджетные средства распыляются между множеством программ и проектов, приводя к многотипности ВВСТ и связанным с нею дополнительным затратам на освоение и эксплуатацию.
· приоритет в ГПВ-2020 отдается закупке, ремонту и модернизации существующих образцов ВВСТ, в ущерб перспективным НИОКР по оборонной тематике, на которые выделяется не более 10% от суммарного объема ГПВ-2020. В результате даже при успешном выполнении количественных параметров ГПВ-2020 ВС РФ получат хотя и новое, но далеко не всегда соответствующее уровню войны будущего ВВСТ.
· ГПВ-2020 мало реалистична в бюджетно-финансовом плане. Количество и сроки внедрения нового вооружения и военной техники не соответствуют возможностям российского ОПК и не учитывают быстрый рост цен на ее продукцию.
В целом параметры государственных программ перевооружения в России определяются не столько стратегическим видением развития международной ситуации, реалистичной оценкой национальных интересов страны, ее экономических и технологических возможностей, сколько далекими от реальности представлениями политического класса о положении России в мире, клановыми интересами военного и военно-промышленного истеблишмента. Результатом такого механизма реализации государственной политики в сфере развития ОПК является увеличивающаяся ресурсоемкость и неэффективность ОПК России.
В качестве одного из направлений совершенствования государственной политики в сфере развития ОПК начиная с 2000-х гг. в РФ рассматривается создание диверсифицированных интегрированных структур.
В основе интеграционных процессов в ОПК с самого начала лежали две противоположные тенденции. С одной стороны, стремление государства формализовать их путем использования административного ресурса, а с другой - действие экономических законов слияния и поглощения корпораций (mergers and acquisitions - M&A), свойственных рыночным отношениям.
В соответствии с этими тенденциями формирование интегрированных структур рассматривалось в качестве основы структурного реформирования оборонной промышленности, конечной целью которого является формирование системообразующих широко диверсифицированных межотраслевых научно-производственных корпораций нового типа, включающих производство как военной, так и гражданской продукции и способных составить конкуренцию на мировом уровне. При этом считалось, что интеграция оборонных предприятий объективно является безальтернативным процессом осуществления глубоких (кардинальных) структурных преобразований и создания нового облика ОПК, способного конкурировать с транснациональными корпорациями, действующими на мировых рынках.
В 2000-е гг. в рамках ФЦП «Реформирование и развитие оборонно-промышленного комплекса на 2002-2006 годы» в ОПК начался процесс формирования вертикально интегрированных структур, пик которого приходится на 2006-2008 годы.
Предполагалось, что создание интегрированных структур будет происходить в форме государственных унитарных предприятий или акционерных обществ с находящимся в федеральной собственности 100- процентным или контрольным - не менее 51% пакетом акций, распоряжение которых осуществляется по решению Правительства РФ. Это позволит, с одной стороны, сохранить контроль государства в важной для себя области, а с другой - гибко и эффективно управлять всем производством.
Указом Президента РФ № 140 в 2006 г. создается ОАО «Объединенная авиастроительная корпорация», включающая в себя около 30 авиастроительных предприятий, в том числе основные российские бренды «Су», «МиГ», «Ил», «Ту», «Як», «Бериев». В 2007 г. была учреждена ОАО «Объединенная судостроительная корпорация», интегрирующая активы 60 верфей, КБ и судоремонтных заводов страны - суммарно до 80% отечественного военного и гражданского судостроения. В 2008 г., на основе объединения более чем 700 предприятий, создается крупнейшая оборонно-промышленная компания России - Государственная корпорация «Ростехнологии» (ГК «Ростех»), включающая в себя 9 оборонно-промышленных и 5 гражданских субхолдингов. Указом Президента РФ от 2 декабря 2013 г. на базе НИИ космического приборостроения было создано ОАО «Объединенная ракетно-космическая корпорация», интегрирующее 48 предприятий, а также 14 самостоятельных организаций ракетно-космической промышленности, находящихся в федеральной собственности.
Таким образом, в 2000-е гг. в России шел активный процесс формирования вертикально интегрированных корпоративных структур (ВИК), в том числе и посредством создания государственных корпораций (например, «Росатом», «Ростехнологии»). Формирование ВИК с холдинговой формой организации капитала было нацелено на решение целого ряда задач, стоящих перед предприятиями и организациями ОПК, таких как:
. Сокращение числа объектов управления. Холдинги способны содействовать установлению контроля над государственными предприятиями, поскольку ведомства не всегда способны проконтролировать большое число фирм с государственным участием.
. Повышение самостоятельности менеджеров государственных предприятий во взаимоотношениях с различными исполнительными органами государственной власти (ИОГВ), которые зачастую преследуют взаимоисключающие цели (Минобороны РФ, Минпромторг РФ, Минобрнауки РФ и др.), что нередко является одной их причин неэффективности предприятий ОПК.
. Реструктуризация убыточных предприятий, которые не могут быть как приватизированы, поскольку являются стратегическими предприятиями, так и закрыты по причинам социального характера.
. Улучшить финансирование научно-исследовательских работ за счет дополнительных средств, полученных от деятельности других предприятий, входящих в холдинг.
К настоящему времени в российском оборонно-промышленном комплексе сформировано 55 крупных интегрированных структур, выпускающих более 60% всей готовой продукции отрасли. В рамках ФЦП «Модернизация оборонно-промышленного комплекса РФ до 2020 года» к концу второго десятилетия XXI в. ожидается дальнейшая концентрация отрасли до 40 крупнейших научно-производственных компаний. Для координации взаимодействия между ОПК и военным заказчиком в 2006 г. воссоздается Военно-промышленная комиссия при Правительстве РФ, переподчиненная в 2014 г. Президенту РФ, ставшая фактически ремейком существовавшей в советский период Военно-промышленной комиссии при ЦК КПСС.
Конкурентоспособность и качество оборонной продукции изначально формируются на уровне используемых базовых технологий. Между тем, научно-технологический задел отечественного ОПК, созданный в советский период, практически исчерпан. Из 10 важнейших технологических направлений, имеющих решающее значение для обеспечения современного уровня выпускаемого ВВСТ (технологии новых материалов; микро-, нано-, радио-, оптикоэлектроника; компьютерные технологии; двигательные установки; промышленное оборудование; экспериментальная испытательная база; лазерные и ядерные технологии), Россия сохраняет конкурентоспособность только по двум последним. По микроэлектронике, информационным технологиям, технологиям снижения заметности, современным броневым материалам, оптико-электронным системам, системам, обеспечивающим применение высокоточного оружия, а также высокотехнологичному станочному оборудованию, в российском ОПК наблюдается сильная зависимость от импортных поставок.
В настоящее время серьезной проблемой для развития ОПК является постепенная утрата им своего научно-технического потенциала. За последние годы происходит стремительное сокращение расходов на науку. Поэтому нынешняя система вооружений стремительно устаревает, а доля современных ВВСТ неуклонно снижается. Системы и комплексы вооружений становятся более сложными и дорогостоящими. Такое положение дел является прямым следствием отсутствия государственной политики в сфере интеллектуальной собственности и инновационной деятельности в области высоких технологий. Политика государства в этой области фрагментарна и не системна, а роль государства не определена.
Для решения проблемы необходимо, прежде всего, решить вопросы: о перечне НИОКР, финансируемых из бюджета; о нормативной базе внебюджетного финансирования НИОКР, выполняемых по заказам Минобороны России; о защите интеллектуальной собственности.
Современные тенденции развития научно-производственного потенциала в экономически и индустриально развитых странах таковы, что оборонно-промышленный комплекс совершенствуется и модернизируется главным образом за счет инноваций, переходящих из гражданского сектора промышленности. Именно в гражданском секторе, где спрос шире и конкуренция в области товаров массового потребления и услуг более жесткая, а жизненный цикл товаров по сравнению с военной техникой и вооружением значительно меньший, создаются лучше условия для стимулирования прогресса в технологическом развитии. В России необходимо коренным образом пересмотреть отношение к вопросам научно-технического развития. Было бы более целесообразным сосредоточить большую часть научных исследований в гражданской промышленности. Это позволило бы поднять большую часть гражданских отраслей, а значит и уровень экономического развития страны в целом, поскольку, как свидетельствует опыт других стран, устойчивость и эффективность многоотраслевой современной экономики определяется уровнем развития промышленной базы в целом, а не ее отдельных частей, даже если эта часть - ОПК.
Эмбарго, введенное Западом в 2014 г. на поставки комплектующих и оборудования военного назначения в Россию, и секвестр расходов бюджета в 2015 г., уже вызвали сбой в выполнении ГПВ-2020. Так из-за прекращения поставок энергетических судовых установок, ранее импортировавшихся из Украины и Германии, к началу II-го квартала 2015 г. сорванной оказалась программы строительства надводных кораблей (корветов проекта 20380/20385 и фрегатов проекта 22350) для ВМФ РФ.
Так, петербургский судостроительный завод «Северная верфь» по контрактам с МО РФ должен был построить восемь корветов нового проекта 20385 (средняя стоимость одного корабля - около 10 млрд. руб.). Головной корабль «Гремящий» был заложен в феврале 2012 г., а в июле 2013 г. - первый серийный корвет «Проворный». Корветы проекта 20385 планировалось оснастить более качественными, чем российские аналоги, дизельными двигателями германской компании MTU, однако из-за санкций, объявленных России странами Запада, поставки были прекращены и строительство корветов застопорилось.
Для фрегатов проекта 22350, которые судостроители обязались поставить российскому флоту до 2020 г. в количестве 15 единиц, силовые (газотурбинные) установки поставляло украинское предприятие «Зоря - Машпроект». В итоге из восьми фрегатов проекта 22350, которые должна построить «Северная верфь» (по 18 млрд. руб. за единицу), двигателями обеспечены только два. Головной фрегат проекта 22350 «Адмирал флота Советского Союза Горшков» петербургская «Северная верфь» не может достроить с середины 2000-х годов. Помимо рассогласования сроков завершения разработки систем вооружения (передового зенитно-ракетного комплекса «Редут», изготовленного концерном ПВО «Алмаз-Антей» и нового 130-миллиметрового артиллерийского комплекса «Картаун-Пума» КБ «Аметист») проблемы возникают с качеством энергетической установки, поставляемой в рамках импортозамещения Уральским дизель-моторным заводом. Собственные газотурбинные установки, по самым оптимистическим прогнозам, появятся в России не ранее 2018 года.
В итоге, из запланированных для пополнения Черноморского флота шести фрегатов проекта 11356 (по кодификации НАТО - Krivak V), на Черном море попадут лишь три («Адмирал Григорович», «Адмирал Эссен» и «Адмирал Макаров»). Достроить остальные фрегаты российские судостроители (из-за прекращения поставок корабельных двигателей с Украины) не могут.
Для повышения эффективности государственной политики в области развития научно-технического потенциала ОПК, необходимо:
. Решить ряд организационных задач в деле наведения должного порядка в учете и оформлении существующих научно-технических разработок. Для этого необходимо провести их полную инвентаризацию, правильное юридическое оформление прав интеллектуальной собственности и регистрацию НИР.
. Внести поправки в действующее законодательство в части расширения возможностей передачи закрытых НИР в гражданскую сферу. Необходимо установить законодательную норму, согласно которой по истечении определенного срока новая разработка должна быть предоставлена для использования в гражданской сфере.