выживанию в одиночку) или населения новых индустриальных стран Востока (страх быть выброшенным из общества, стремление к высокому вознаграждению). Основами народной психологии продолжают оставаться нестяжательство, острая тяга к социальной справедливости, жертвенность, мессианизм, этатизм.
Гигантские социальные, культурные и хозяйственные преобразования, осуществленные в советскую эпоху, также не изменили социокультурных кодов русского народа. Более того, именно опираясь на них, большевистской элите удалось не только "заклясть Россию над бездной", но исторически мгновенно воссоздать Империю в ее новом - Советском - качестве.
Продолжающиеся в настоящее время заклинания средств массовой информации о "совковости" этих кодов лишь провоцируют социальный раскол. Удручающе примитивные формы внедрения либеральных мифов только дезинтегрируют российское общество, подталкивая к "войне всех против всех". Социальная база либеральной идеологии очень узка и была востребована на исторически короткий период распродажи и "приватизации" национального богатства.
Многочисленные социологические исследования с неизменным постоянством констатируют, что население страны озабочено в первую очередь проблемами выживания - такими, как рост цен, рост преступности, безработицей, ухудшающимся качеством жизни и т.д. Вопросы "доктринального" характера интересуют от 5 до 25% россиян. Исходя из этого, можно предположить, что любые радикалистские утопии не
найдут серьезной массовой поддержки. Более того, существенную роль может сыграть фактор решительного противостояния им, идеология борьбы с радикалами любого толка.
Резко негативное отношение к радикализму, к революционным методам - независимо от их идеологического прикрытия - способно стать активным фоном для внедрения в сознание общества необходимых идеологических установок.
Для создания такого фона исходной посылкой позитивной государственной философии целесообразно сделать тезис об исторической вине радикалов-авантюристов за все бедствия России в ХХ столетии, за невосполнимые человеческие, материальные, социальные, духовные потери, за разрыв духовных и иных связей с трудами предшествующих поколений, утрату исторической преемственности.
Нынешний кризис в этом контексте должен объясняться как результат очередной реанимации традиций экстремизма и авантюризма, перечеркнувших шедший десятилетиями процесс зарубцовывания ран революции и гражданской войны.
Позитивная государственная философия не должна исключать обыгрывания ностальгических мотивов, акцентировки позитивных моментов советской истории. Исходить следует, однако, не из того, что это была история КПСС, история социалистического строительства, а из того, что вопреки антигосударственной идеологии большевизма общество создало могучее государство, непобедимую армию, современную
промышленность, передовую науку. Социальный облик страны определял "средний класс ": население СССР не знало ни нищеты, ни голода, ни безграмотности, ни эпидемий, ни страха перед будущим.
Отталкиваясь от ценностей советского "среднего класса", следует проводить тезис и о позитивной оценке стремления к переменам, которые назрели в стране к 80-м годам, когда мы вплотную подошли к задаче перехода к новой - постиндустриальной - фазе истории. Энтузиазм, с которым была встречена перестройка, должен оцениваться как неотъемлемая часть нашего исторического наследия, а не как вина народа.
Такой подход создаст прочные психологические связи государственного субъекта с массовым сознанием, которое, как известно, всегда ориентировано позитивной самооценкой, не приемлет идеи "раскаяния", ищет в любой ситуации мотивы и аргументы, оправдывающие свое прошлое.
Дистанцирование от эпохи "радикальных реформ" не должно пониматься как стремление к реставрации прошлого, как откат от реформаторской политики вообще. Государственное руководство может рассчитывать на успех лишь в том случае, если оно сумеет перехватить эстафету реформы, предложив для них иной, более продуктивный политический стиль.
В связи с изложенным, неизбежно встает вопрос о необходимости объяснения текущего кризисного состояния с помощью технологии, не травмирующей
достоинство большинства населения. Такой испытанной технологией является переключение чувства неудовлетворенности на "образ врага".
Принципы позитивной государственной философии
Задавая рамки формулирования позитивной государственной философии, следует указать на важное обстоятельство, с которым приходится мириться. Идеальное ядро (то, что должно находиться в сердце российской государственной доктрины) очень трудно поддается определению словами.
В сознании любого народа идеальное ядро артикулируется через общезначимые символы, в первую очередь - исторические. Чтобы и дальше Россия двигалась своим путем, необходимо сохранение единства российской истории, неразрывности и непрерывности исторической траектории движения России, связи всех российских времен. Единство такого рода есть единство исторических целей, великих исторических событий и достигнутых результатов. Это и есть исторический капитал нации.
Для народа концом его истории является не завоевание страны (а тем более не "поражение" в "холодной войне"). После завоевания возможно и возрождение. Катастрофа - это признанное народом поражение в сфере смыслов, отречение от самого себя.
Гордость за свою страну предполагает знание ее истории, предполагает системное и целенаправлен
ное формирование в общественном сознании соответствующих образов и представлений, а также вытеснение омерзительного порчеобраза России, целенаправленно внедрявшегося в умы наших сограждан в девяностые.
Позитивный образ России и должен стать ядром государственной философии.
Вторым важнейшим ее компонентом, как представляется, должна стать идея развития. Госу-дарственнически мыслящая элита должна сознать всю тупиковость курса на реставрацию советской системы и советского величия. Подобные настроения, достаточно широко распространенные среди старшего поколения, необходимо деликатно развеять. Любая даже частная реставрационная задача влечет за собой неразрешимые проблемы.
Будущее России - движение вперед. Сегодня нет, и не может быть гуманного проекта стабилизации вне предъявления обществу идеи развития. Необходимо определить "точки роста", "зоны прорыва" (то есть наиболее перспективные участки социально-экономической ткани) и поставить их в благоприятные инвестиционные условия. Важно не ошибиться в выборе важнейших звеньев, потянув за которые, мы вытянем всю цепь.
Четкое формулирование действительных целей должно внести ясность в умы людей, в общественное сознание, вот уже десятилетие находящееся в стрессовом состоянии.
Традиционализм. Государственное руководство