Социология Питирима Сорокина и немецкая юриспруденция
А.А. Краевский
Аннотация
В статье показана связь социолого-правовой концепции П.А. Сорокина c основными направлениями немецкой юриспруденции XVII -- начала XX века: естественно-правовым направлением, исторической школой, юриспруденцией интересов и концепцией возрожденного естественного права. Генезис социологических идей Сорокина, как правило, рассматривается в контексте общего развития социологии второй половины XIX -- начала XX века. Вместе с тем в начале XX века, когда проходило становление Сорокина как самостоятельного ученого, социологические проблемы затрагивались в преподавании иных дисциплин, в частности, юридических, которые будущий исследователь постигал на юридическом факультете Санкт-Петербургского университета. Глубокое изучение юридических наук, особенно уголовного и государственного права, не могло не отразиться на последующих исследованиях Сорокина. Автор полагает, что некоторые важные аспекты его социологии права тесно связаны с основными направлениями юридической мысли, в частности, с трудами немецких правоведов и философов права. Идеи каждого из четырех направлений немецкой юриспруденции нашли свое отражение в трудах Сорокина, в первую очередь, в базовой для его социологии права теории организованных групп. Классическая школа естественного права представлена теорией общественного договора и соответствует целенаправленной организации групп. Концепция органического развития права лидера исторической школы Ф.К. фон Савиньи, отражена в спонтанной организации групп. Юриспруденция интересов с идеей Р. фон Иеринга о борьбе за право предвосхитила идею целенаправленного образования права в ситуации социального конфликта. Концепция возрожденного естественного права Р Штаммлера содержит общее представление об организующей роли права. Если элементы учений первых трех школ используются Сорокиным в теории происхождения организованных групп, то идея Штаммлера созвучна общему пониманию социальной функции права Сорокиным и одним из его учителей -- Л.И. Петражицким.
Ключевые слова: социология права; П.А. Сорокин; организованная группа; социальная группа; немецкая юриспруденция; правогенез; Р. Штаммлер
Pitirim Sorokin's sociology and German jurisprudence
A.A. Kraevsky
Abstract. The article considers the connection between the social-legal theory of P.A. Sorokin and the main directions of the German jurisprudence in the 17th -- early 20th century: natural-legal school, historical school, jurisprudence of interests and the theory of the revived natural law. The genesis of Sorokin's sociological ideas is usually considered in the context of the general development of sociology in the second half of the 19th century -- early 20th century. At the beginning of the 20th century, when Sorokin was turning into an independent scholar, sociological issues were discussed in the teaching of other disciplines, in particular legal ones, which Sorokin studied at the Faculty of Law of the Saint Petersburg University. Sorokin's study of legal sciences, especially of criminal and state law, affected his further research. The author argues that some important aspects of Sorokin's sociology of law are closely connected with the main directions of the legal thought of his time, in particular with the works of German jurists and philosophers of law. The ideas of all four directions of German jurisprudence are reflected in Sorokin's works, primarily in the theory of organized groups as a basis of his sociology of law. The classic school of natural law is represented by the social contract theory and corresponds to the purposeful organization of groups.
The concept of the organic development of law by the leader of the historical school F.C. von Savigny is reflected in the spontaneous organization of groups. The jurisprudence of interests with R. von Jhering's idea of the struggle for law anticipated the idea of purposeful formation of law in a social conflict. R. Stammler's concept of the revived natural law contains a general idea of the organizing role of law. The elements of the first three theories are used by Sorokin in his theory of the origin of organized groups, while Stammler's idea is close to the general understanding of the social function of law by Sorokin and one of his teachers L.I. Petrazycki.
Keywords: sociology of law; P.A. Sorokin; organized group; social group; German jurisprudence; genesis of law; R. Stammler
Питирим Александрович Сорокин -- один из выдающихся социологов XX века, его перу принадлежат работы в самых разных областях социологии. Однако научные интересы Сорокина никогда не ограничивались чистой социологией, он внес вклад и в развитие иных наук, одной из которых является правоведение.
В начале XX века, когда проходило становление Сорокина как ученого, дифференциация социальных наук еще не достигла нынешнего уровня: изучение социологии и экономики, как правило, происходило в стенах юридических факультетов параллельно с усвоением гражданского права, государственного, уголовного и других юридических дисциплин. Как пишет в автобиографии Сорокин, «до революции 1917 года в университете не было ни факультета социологии, ни каких-либо подобных курсов на других факультетах. Несмотря на отсутствие официального признания социологии как науки, многие социологические проблемы обстоятельно рассматривались в лекционных курсах, посвященных праву, экономике, теории и философии истории, политическим наукам, криминологии, этнографии и т.д. Большинство таких курсов читалось на юридическом факультете, что и определило мой выбор этого факультета для продолжения образования и специализации» [15. С. 59]. В годы обучения на юридическом факультете Санкт-Петербургского императорского университета им были изучены «все сколь-нибудь важные теории права -- русского и европейского; история русского, римского и европейского права, конституционное, гражданское и уголовное право по кодексам и сводам законов и наиболее важным западным и русским трудам в этой области» [15. С. 60]. После окончания университета, в период подготовки магистерской диссертации (с 1914 года) Сорокин выбрал уголовное право и пенологию как основную специализацию, а конституционное право -- как дополнительную, посвятив их изучению первые два года подготовки к профессорскому званию [15. С. 61, 70].
Погруженность Сорокина в юридическую науку в дальнейшем проявилась в интересе к социологии и теории права, которым были посвящены его ранние работы, в частности, его первая книга, социолого-правовая монография «Преступление и кара, подвиг и награда» (1914) и «Элементарный учебник общей теории права в связи с учением о государстве», а также более поздние сочинения и фрагменты общих работ, среди которых следует отметить статью «Организованная группа (институт) и правовые нормы» (1947) и соответствующий раздел монографии «Общество, культура и личность: их структура и динамика. Система общей социологии» (1947).
Таким образом, есть все основания считать Сорокина не только социологом, но и правоведом и попытаться осмыслить его научное наследие с точки зрения юриспруденции. Вместе с тем цель статьи -- не реконструкция социологии права Сорокина, а выявление связи его социологических и социолого-правовых концепций с немецкой юриспруденцией, и данная задача обусловлена исторически тесной связью немецкой и русской юридической науки [4].
Естественно-правовое направление и теория общественного договора
Естественно-правовая теория к началу XX века прошла долгий путь от античных теорий, отождествляющих естественное право c мировым порядком (космосом), до попыток разработать естественное право c изменяющимся содержанием. Однако свое классическое воплощение юснатуралист- ские идеи получили в политической и правовой философии Нового времени, основанной на идеях рационализма. Сторонники данной версии естественно-правового учения полагали, что существует совершенное право, которое не создается волей людей, но может быть открыто разумом, исследующим природу человека [8]. Естественно-правовая школа, включая таких ее немецких представителей, как Х. Томазий, С. Пуфендорф, Х. Вольф и др., критически оценивалась Сорокиным в силу аргумента о вариативности и изменчивости содержания права в зависимости от того, в каком обществе оно существует [21. С. 91-92] и, видимо, интересовала его с точки зрения флуктуации систем истины и знания [21]. Впрочем, по крайней мере одну идею этого философско-правового направления Сорокин признавал значимой -- теорию общественного договора. Если в ранних работах он обращает внимание на концепции английских философов Т. Гоббса и Дж. Локка, а также французского мыслителя Ж.-Ж. Руссо [22. С. 90-91], то позднее для изложения собственных идей ставит на первое место сочинения немецких философов и правоведов С. Пуфендорфа и Х. Вольфа [26. С. 372].
По мнению Пуфендорфа, идея общественного договора стремится примирить естественное право с правом позитивным, созданным людьми, и показать необходимость последнего. Для сохранения мира между ними и пресечения попыток извлечь преимущества из причинения вреда другому люди должны объединиться для взаимной помощи и защиты. Простого объединения недостаточно, потому что в нем сложно достичь согласия относительно правильного применения сил, поэтому люди заключают два договора: первый связывает всех людей между собой, обязывая подчиняться одному суверену, а второй подчиняет их конкретному индивиду, в распоряжение которого люди передают свои ресурсы и силы, а также право применять принуждение [25. С. 368-370]. Такой способ образования характерен не только для государства, анализом происхождения которого ограничивается большинство сторонников теории общественного договора, но и иных обществ (союзов), например, семьи [25. С. 370-371].
Если Пуфендорф и его предшественники не проводили четкого разграничения между естественным правом и моралью, то в правовом учении Томазия такое разграничение появляется, когда он содержательно различает правила справедливости (естественное право в узком смысле) и правила добродетели и приличия. Естественное право в узком смысле, как и позитивное право, основано на взаимных правах и обязанностях, и корреляция права и обязанности является универсальным свойством правил справедливости [27. С. 607-615]. Подобный содержательный подход к разграничению права и морали был использован в психологической теории права Л.И. Петражицкого [13. С. 252-260] и взят Сорокиным за основу определений права и правовой нормы: «Первая и основная черта правовой нормы поведения заключается в том, что она является нормой, наделяющей одно лицо (субъекта права) тем или иным полномочием (правомочием), а другое лицо (субъекта обязанности) -- той или иной обязанностью» [22. С. 30].
Историческая школа и органическое развитие права
В XIX веке на смену господствовавшему в Европе естественно-правовому направлению пришла немецкая историческая школа права. Ее истоки восходят к трудам правоведов Геттингенского университета конца XVIII -- начала XIX века И.-С. Пюттера и его ученика Г Гуго [9], но широкое признание она получила в первой половине XIX века благодаря трудам Ф.К. фон Савиньи и Г.Ф. Пухты. В отличие от господствовавшей в XVIII веке естественно-правовой теории в центре внимания исторической школы был не поиск общих рациональных принципов законодательства, а тщательное изучение истории права. Наиболее ярко это различие проявилось в полемике фон Савиньи и А.Ф.Ю. Тибо. В 1814 году, вдохновляясь созданием в 1804 году во Франции гражданского кодекса, Тибо выступил за создание единого гражданского кодекса для немецких государств и отказ от римского права [23]. В ответной брошюре Савиньи подверг резкой критике идею абстрактного законотворчества, отстаивая принцип эволюционного и закономерного развития права, а также недопустимости его произвольного изменения [14]. Позиция Савиньи возобладала и отложила кодификацию германского гражданского права на девять десятилетий [2. С. 39-43].
Особое значение имеют две концепции исторической школы права -- историко-правовой метод исследования и идея закономерности развития права. Специфика исторической школы права состояла в необходимости решения одновременно двух задач -- во-первых, практической, состоящей в объяснении современного права, которое в германских государствах XIX века в значительной степени основывалось на источниках, имеющих древнее (источники римского права) и средневековое (источники канонического и германского права) происхождение; во-вторых, историко-теоретической, заключающейся в целостной реконструкции правовой системы определенного времени. Несмотря на то, что историко-правовые исследования проводились задолго до появления исторической школы, для них был характерен некритический метод использования исторических источников [6. С. 84-85]. Нововведением исторической школы стал органический метод, который в формулировке фон Иеринга состоит в следующем: «Если организм может быть познан только в контексте и во взаимозависимости отдельных элементов, то тогда воззрение, считающее право организмом, при изложении правовой системы прошлого должно стремиться прежде всего к нахождению изначального места отдельных частей, знаниями о которых оно располагает, и если подобным образом из них можно будет реконструировать Целое, тогда проследить это Целое как часть высшего Единства -- народной индивидуальности и развитие этой стороны жизни народа с постоянным учетом жизни Целого» [6. С. 88].
Теория закономерного развития права основана на идее «органической связи права с сущностью и характером народа» [14. С. 132]. Право рассматривается Савиньи и его последователями как одно из проявлений «единого убеждения» и «общего чувства внутренней необходимости» народа наряду с языком, нравами, общественным устройством и иными культурными явлениями [14. С. 132]. Данный тезис применяется равным образом и к времени возникновения права, и к его современному существованию [14. С. 132-134]. Первоначально право развивается благодаря обычаям и народной вере, а затем благодаря юриспруденции (юридической доктрине и судебной практике), т.е. «повсюду благодаря внутренним, незаметно действующим силам, а не вследствие произвола законодателя» [14. С. 134]. Поэтому историческая школа придавала особое значение исследованию правовых обычаев как прямой форме народного правотворчества, а также стремилась тщательно изучить факторы хозяйственной жизни, оказывающие влияние на народное убеждение, лежащее в основе национального права [6].
Применение Савиньи историко-правового метода позволило Сорокину отнести его к числу выдающихся исследователей XIX века, в работах которых «произведен фактологический анализ исторических данных и сформулировано практически все, что в худшей -- спекулятивной -- форме содержится в формулировках экономической или материалистической интерпретации истории Маркса и Энгельса» [20. С. 465]. Важным достижением исторической школы Сорокин, по-видимому, считал ниспровержение многовекового господства естественно-правовой теории и обращение к социальным фактам для объяснения правовых явлений [22. С. 92]. Сорокин признает важный вклад исторической школы в развитие социологии в целом, отмечая, что Савиньи и Пухта «своими исследованиями происхождения и кристаллизации социальных институтов и права сказали большую часть того, что можно найти в современной социологии обычаев и нравов, развитой Г Спенсером, У Самнером и др.» [26. С. 21], хотя и не соглашается с данными результатами в полной мере [20. С. 614-617].
Наиболее важная связь между исторической школой права и социологией Сорокина прослеживается в теории правогенеза, точнее в теории образования организованных групп. Сорокин воспринял основной тезис исторической школы о спонтанном возникновении и закономерном развитии права, коррелирующий с его теорией возникновения, развития и организации социальных групп.
Рудольф фон Иеринг и борьба за право
Правовое учение Р. фон Иеринга ознаменовало завершение периода преобладания в немецкой юридической науке исторической школы права и начало эпохи юридического позитивизма. Подобно тому как историческая школа сыграла решающую роль в дискредитации естественно-правовых теорий, критика исторической школы Иерингом привела к отказу немецких правоведов от некоторых идей и методов фон Савиньи и Пухты [9], хотя ряд достижений исторической школы, таких как доктрина источников права или совокупность методов догматической разработки и толкования права, известная как «юриспруденции понятий», прочно вошли в европейское правоведение.