Московского государственного института международных отношений
МИД России
РУССКИЕ И НЕМЦЫ ВО ВРЕМЕНИ И ПРОСТРАНСТВЕ - ПАРТНЕРЫ ИЛИ СОПЕРНИКИ
Н.В. Павлов
Начало Нового времени в истории человечества внесло коррективы в российско-германский диалог. Он приобретает принципиально новые черты со стабилизацией государственности на русской земле. Можно сказать, что с XVII в. начинается второй период в двусторонних отношениях, который приходится на правление в России ориентированного на Запад и имевшего прочные династические связи с немцами дома Романовых. Общим для этого периода (за исключением редких фаз конфронтации) является формирование на регулярной основе структуры русско-германских отношений. Она включала в себя, во-первых, династические узы и в определенном смысле «германизацию» России (приток из Германии специалистов, переселенцев и беженцев и как следствие - расширение немецкого влияния на российский госаппарат); во-вторых, военно-политическое сотрудничество; в-третьих, расширение торговоэкономических связей; в-четвертых, углубление технического и культурного взаимодействия.
Фактически в рамках этого периода можно выделить две фазы. В ходе первой, в XVII-XVIII вв., идет становление института русско-германского сотрудничества, наблюдаются его взлеты и падения, пока, наконец, при Екатерине II отношения между Россией и Германией не выходят на уровень добрососедства, учитывая, что они обретают, правда, за счет трех разделов Польши общую границу. В ходе второй фазы, в начале XX в., особенно с подъемом национально-освободительной борьбы против Наполеона, налицо устойчивое наращивание сотрудничества и взаимодействия между Россией и Германией по всем азимутам, пиком которого стали объединение германских земель под эгидой Пруссии и создание Германской империи, а также превращение России в могущественнейшую мировую державу.
На рубеже XX столетия, однако, происходит размежевание между русским и германским императорами, следствием чего стало формирование, с одной стороны, австро-германского альянса, с другой - «тройственной Антанты». Причем, этот политический дрейф в прямо противоположные стороны протекал на фоне стабильного роста делового торгово-экономического сотрудничества. Результатом такого развития событий явилась Первая мировая война, имевшая наиболее катастрофические последствия для двух стран. Оба государства оказались в лагере побежденных, империи были сокрушены на волне социалистических революций, а народы, их населяющие, подверглись чудовищным социально-политическим и экономическим испытаниям.
После воцарения на русском престоле новой правящей династии (21 февраля 1613 г. на царство был посажен шестнадцатилетний боярин Михаил Федорович Романов) связи между русскими и «немцами» не только не сокращаются, но, наоборот, приобретают новые векторы своего развития. Эпоха средневековья в России близилась к завершению (а для нас она прошла под знаком татаромонгольского ига), и время ставило перед российским государством новые задачи, бросало новые вызовы. После освобождения от нашествия Золотой орды в главный источник доходов российского государства превращалась торговля и зарождавшаяся промышленность. И вот мы видим, что уже при первом Романове (1613-1645) в 1634 году был заключен договор с гольштинскими послами - Филиппом Крузиусом и Отто Брюгеманом о дозволении компании голштинских купцов торговать с Персией и Индией через Московское государство. В том же году переводчик Захария Николаев был отправлен в Германию для найма мастеров медеплавильного дела. Некто Фимбрандт получил на десять лет привилегию сооружать в поместных и вотчинных землях мельницы и сушилки для выделки лосиных кож. В 1644 году гамбуржцу Марцелиусу (получившему еще в 1638 году право на оптовую торговлю на севере государства и в Москве) и голландцу Филимону Акему было позволено «устроить» по рекам Шексна, Кострома и Вага и в других местах металлургические заводы с правом беспошлинной продажи изделий на 20 лет внутри государства и за рубежом.
Проведение первым Романовым ряда военных реформ в 1626-1633 гг. потребовало привлечения в Россию 5 тыс. иноземных пехотинцев, офицеров-инструкторов и литейщиков пушек, прежде всего из Германии и Голландии. Там же были закуплены вооружения, которые потребовали больших финансовых расходов.
Из-за границы в Россию призывались люди, владевшие разными ремеслами, которые, во-первых, могли бы обучить русских своему мастерству, а во-вторых, наладить постоянное производство тех или иных товаров. Ну, а для того, чтобы гости не были в накладе, с ними и обходились соответственно. Так, при царе Михаиле Федоровиче правительство давало десяти-, пятнадцати- и двадцатилетние льготы тем из иностранцев, которые завозили и строили в России свои производства, будь то кожевенное, стеклянное или какое иное. А среди иностранцев было немало немцев.
Но не в одних только ремесленниках и фабрикантах нуждался неуемный внутренний российский рынок. Существовала острая необходимость развивать отечественную науку, и вот Михаил делает предложение перейти на его службу известному немецкому ученому - математику и путешественнику Адаму Олеарию (Адаму
Ольшлегеру), специально подчеркивая в послании к нему, что «нам такие люди нужны».
Для вербовки иностранных специалистов в XVII-м веке существовало даже специальное учреждение - Иноземский приказ. «Импорт технологий», как бы мы это сегодня назвали, невольно повлек за собой и контакты в области культуры. В 1672 году в Немецкой слободе, статус которой узаконил царь Алексей Михайлович (1645-1676) в 1652 году, был дан первый спектакль на немецком языке. Он был посвящен библейской теме и поставлен пастором Грегори. Постепенно из таких начинаний вырос русский придворный театр. Примеру своего отца последовал и второй Романов. Кстати, как и его далекий предшественник Ярослав Мудрый, Алексей Михайлович не погнушался воспользоваться немецким опытом в военном деле и юриспруденции. В 1647 году последовала публикация книги военных уставов, образцом для которой послужило имперское законодательство (Устав Карла V).
К началу XVIII столетия, т.е. к тому времени, когда Россия вошла на равных правах в клуб мировых держав, благодаря политике Петра I (1682 - 1725), уже налицо была реальная субстанция, ткань двустороннего взаимодействия, сотканная во время многовекового общения двух народов. Но чтобы она превратилась в ладно скроенное платье, ей требовалась рука талантливого мастера, который и появился в царствующем доме Романовых в 1672 году, был наречен Петром, впоследствии Великим, и совершил беспримерный прорыв российского государства на Запад, разрушив стену обоюдного недопонимания и как следствие - недоверия и настороженности. Этот прорыв позволил петровским современникам и их потомкам приобщиться к западноевропейской цивилизационной ветви, взять у нее все самое лучшее и, в свою очередь, поделиться с ней богатствами земли и талантами души русской.
С.М. Соловьев указывал в своих «Публичных чтениях о Петре Великом», что Русь трогалась с востока на запад, и Запад выставил ей на пути как свою представительницу Немецкую слободу. «Исторический черед был за Немецкой слободою, и скоро старая Москва преклонится перед этою слободою своею, как некогда старый Ростов преклонился перед пригородом своим Владимиром; скоро Немецкая слобода перетянет царя и двор его из Кремля, обзаведется своими дворцами. Немецкая слобода - ступень к Петербургу, как Владимир был ступенью к Москве».
Немецкая слобода была заселена пленными из Ливонии и выходцами из Западной Европы, которых русские, не понимая иностранных языков, величали немыми - «немцами». Отсюда пошло и название. В 1690 году здесь проживало более 3000 человек. Население занималось главным образом ремеслами и мукомольным промыслом. В XVII веке большинство постояльцев слободы составляли иностранные офицеры, служившие в русской армии, а также купцы и владельцы мелких производств. Здесь жили сподвижники Петра - Ф. Лефорт, П. Гордон.
Общеизвестно, что Немецкая слобода не есть отождествление с германской нацией. Немецкая слобода в данном контексте - скорее, символ западного мира. Тем не менее, именно немцам в будущей как внутренней, так и внешней политике России была отведена далеко не последняя роль. Вообще важно подчеркнуть, что в эпоху Петра Московское государство как органичный член европейской семьи впервые включилось в сложные международные комбинации Западной Европы. В то время на континенте сложились три центра силы, вокруг которых сбивались разного рода коалиции: Швеция на севере,
Франция на западе и Турция на юге. Возвышение Швеции и ее территориальные приобретения вызвали крайнее неудовольствие в Германии, в частности в Бранденбурге. Стремление возвратить захваченные Швецией земли являлись той общей основой, на которой мог быть построен союз России, Бранденбурга-Пруссии, Дании и Польши, направленный против Шведского королевства. Против Франции объединялись Англия, Голландия, Испания и Австрия. Турции противостояли Россия, Австрия, Венеция и Польша. С одной стороны, перечисленные альянсы не обладали значительным запасом прочности, поскольку интересы их участников входили в противоречие друг другу. А это осложняло коалиционную политику Москвы. С другой стороны, российскому курсу благоприятствовало наличие глубокого международного конфликта в связи с разделом владений испанской монархии. Все крупнейшие европейские государства являлись участниками так называемой войны за испанское наследство, вспыхнувшей вслед за началом Северной войны. Ни Франция, ни Англия и Голландия, связанные со Швецией союзными договорами, не могли оказать ей военной и материальной помощи в соответствии со своими обязательствами.
Такова была ситуация, трезво учитывая которую, Петр I и его ближайшее окружение пришли к мысли о возможности начать борьбу не столько против Швеции, сколько за выход к Балтийскому морю - самому удобному «мосту», способному обеспечить плодотворное общение России с Европой, сблизить ее с просвещенным Западом, включить русское государство в систему европейских держав. Уяснению этой обстановки помогло путешествие Петра с его ближайшими соратниками по странам Западной Европы, во время которого происходили первые переговоры царя с другими европейскими государями о заключении антишведского союза.
В начале XVIII в. в стане германских союзников России произошли важные изменения. Бранденбург поглотил Пруссию, то есть бывшие земли Тевтонского ордена, принадлежавшие другой ветви тех же Гогенцоллернов. Со времени Фридриха Вильгельма I, так называемого «великого курфюрста» (1640 - 1688),
Бранденбург-Пруссия начинает играть уже значительную роль в международных делах. Необходимость охраны речных торговых путей и постоянная борьба с соседями, в первую очередь со Швецией, за овладение побережьем Балтики, через которую хлеб и другое сельскохозяйственное сырье сбывались за границу, превратили Пруссию в мощную военную державу. С этого же времени Пруссия становится соперницей Австрии в пределах Германии.
Образовавшееся в 1701 году, Прусское королевство осталось верным союзным обязательствам с Россией, поскольку это еще более отвечало новым внешнеполитическим задачам молодого, новоиспеченного королевства: безопасность его новых северных границ (в Померании) и границ на востоке (с Польшей) практически обеспечивалась только Россией, ибо она была единственной державой в это время в Европе, которая могла противостоять и шведской и польской агрессии и которая сама была заинтересована в том, чтобы ни Швеция, ни Польша не усиливались за счет других малых европейских стран. Кстати говоря, именно Пруссия вновь озвучила перед Петром идею раздела Польши. И хотя царь нашел это предложение контрпродуктивным, считая, что Россия не сможет переварить Польшу в силу ее социальнополитической нестабильности и принципиальной несовместимости русского православия с чуждым ему польским ортодоксальным католицизмом, Россия осталась для Пруссии естественным союзником, а Пруссия без колебания встала на сторону России в Великой Северной войне 1700 - 1721 гг. и была верной союзницей России. В общей сложности Петр встречался с прусским королем Фридрихом-Вильгельмом семь раз, и оба питали друг к другу глубокое уважение. Не случайно именно прусский король подарил Петру в ноябре 1716 года знаменитую янтарную комнату, которая украшала впоследствии Царское село. «Солдатский король» ценил поддержку России и, когда в 1722 году он составлял завещание, то посоветовал своему «душеприказчику»: «С русским императором Вы должны быть в тесной дружбе и в союзе и стараться культивировать их постоянство на длительную перспективу» Цит. по: Kahn Helmut Wolfgang. Die Deutschen und die Russen. - Koln, 1984. - S. 44..
Победа над шведами в Полтавском сражении 27 июня 1709 г. ввела Россию в круг ведущих европейских игроков. Россию стали бояться на Западе и искать в ней если не союзника, то покровителя. Петр сделался гегемоном Северной Европы, и это неожиданное первенство не могло не привести к охлаждению отношений России с ее союзниками. Но ее политическое преобладание оставалось с тех пор неизменным и довлеющим фактором в тогдашней Европе.