Проблемы возможны, например, в крупных международных аэропортах. Чтобы обойти эту проблему, пограничники должны быть проинструктированы шпионами перед каждой записью и выходом -- трудоемким и подверженным ошибкам процессом.
То же самое относится к профилям в социальных сетях: агенты, которые были зарегистрированы на Facebook или в других социальных сетях в подростковом возрасте, вероятно, также размещали там свои фотографии. Таким образом, бесплатное программное обеспечение для распознавания лиц от Google или Facebook может проверить, известны ли люди в Интернете под другим именем. Интеллектуальные агентства могут пытаться разоблачить агентов, программируя собственные поисковые системы.
Но вернемся к обычным гражданам. Закон Федеративной Республики Германия в разделе 3 предусматривает особый порядок обращения с персональными данными -- в частности, порядок их запроса и использования Personalausweisgesetz Gesetz uber Personalausweise und den elektronischen Identitatsnachweis.
Параграф 14 однозначно предусматривает запрос и использование данных из паспорта или с его помощью исключительно уполномоченными для идентификации службами, в официальных структурах -- в соответствии с предписаниями § 15--17 соответствующего закона или неофициальных структурах -- в соответствии с § 18--20.
Для идентификации уполномоченные органы не могут использовать паспорт для автоматического запроса персональных данных. И лишь в исключительных случаях паспорт с этой целью может использоваться таможней, налоговыми органами, отделениями и управлениями полиции Европейского Союза и стран-членов для выполнения своих задач и достижения следующих целей: паспортный контроль при пересечении границы, задержание или установление места нахождения для взыскания штрафа или предотвращения угрозы общественной безопасности, таможенный контроль в рамках полицейского наблюдения. Если личность не удалось установить, никакие данные, запрошенные с этой целью, не могут фиксироваться.
Данные, прочитанные автоматическим устройством, не могут сохраняться, это касается и тех данных, которые были запрошены полицией с целью установления места нахождения.
Закон в редакции парламентариев Германии предусматривает и ряд других четко прописанных ограничений.
Российские коллеги 31 декабря 2017 г. утвердили рассматриваемый закон, которым были внесены следующие изменения.
Новая статья -- 14.1 -- Федерального закона от 27 июля 2006 года № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» гласит:
Государственные органы, банки и иные организации в случаях, определенных федеральными законами [какими -- не указывается!], после проведения идентификации при личном присутствии гражданина Российской Федерации с его согласия [а несогласие исключено: без подписания добровольного согласия на обработку данных ни одну услугу не получить!] на безвозмездной основе размещают в электронной форме:
сведения, необходимые для регистрации гражданина Российской Федерации в единой системе идентификации и аутентификации, и иные сведения, если такие сведения предусмотрены федеральными законами, -- в единой системе идентификации и аутентификации;
биометрические персональные данные гражданина Российской Федерации -- в единой информационной системе персональных данных, обеспечивающей обработку, включая сбор и хранение биометрических персональных данных, их проверку и передачу информации о степени их соответствия предоставленным биометрическим персональным данным гражданина Российской Федерации (далее -- единая биометрическая система). [Сроки хранения и обязательность уничтожения после использования, заметим, никак не оговариваются.]
Пункт 10 данной статьи, впрочем, оговаривает:
«Контроль и надзор за выполнением организационных и технических мер по обеспечению безопасности персональных данных, установленных в соответствии со статьей 19 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 152-ФЗ “О персональных данных”, при обработке персональных данных в единой биометрической системе, за исключением контроля и надзора за выполнением банками организационных и технических мер по обеспечению безопасности персональных данных при использовании единой биометрической системы, осуществляются федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным в области обеспечения безопасности, и федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным в области противодействия техническим разведкам и технической защиты информации, в пределах их полномочий, установленных законодательством Российской Федерации о персональных данных».
Но тут же п. 11 указанного Закона возлагает контроль и надзор за выполнением организационных и технических мер по обеспечению безопасности персональных данных при использовании единой биометрической системы на Центральный банк РФ.
Между тем ст. 75 Конституции РФ однозначно закрепляет правовой статус ЦБ РФ. «Ключевым элементом правового статуса Банка России является принцип независимости, который проявляется прежде всего в том, что Банк России выступает как особый публично-правовой институт, обладающий исключительным правом денежной эмиссии и организации денежного обращения. Он не является органом государственной власти, вместе с тем его полномочия по своей правовой природе относятся к функциям государственной власти, поскольку их реализация предполагает применение мер государственного принуждения. Функции и полномочия, предусмотренные Конституцией Российской Федерации и Федеральным законом “О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)”, Банк России осуществляет независимо от федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления. Независимость статуса Банка России отражена в статье 75 Конституции Российской Федерации, а также в ст. 1 и 2 Федерального закона “О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)”» Правовой статус и функции Банка России. То есть п. 11 Закона игнорирует закрепленный в п. 10 статус и полномочия федерального органа исполнительной власти и наделяет аналогичными полномочиями независимый от него ЦБ РФ.
Что возможно сделать с полученными таким образом данными? И это самое интересное! «Согласие физического лица на обработку персональных данных (включая биометрические персональные данные) для осуществления операций, предусмотренных абзацем первым настоящего пункта и договор банковского счета (вклада) могут подписываться простой электронной подписью физического лица -- субъекта персональных данных, в соответствии с правилами использования простой электронной подписи при обращении за получением государственных и муниципальных услуг в электронной форме, устанавливаемых Правительством Российской Федерации. Указанное согласие и договор банковского счета (вклада), подписанные такой электронной подписью, признаются электронными документами, равнозначными документам на бумажном носителе, подписанным собственноручной подписью данного физического лица». Это открывает широкий простор для тех, кто уже не может или не хочет открыть счет на свое имя, но каким-то образом получает доступ к единой системе биометрических данных -- например, те же банковские служащие или представители микрофинансовых организаций.
Кроме того, за передачу данных в единую систему взимается установленная законом плата, но каким законом это установлено и каков размер этой платы, а также лицо или организация, которой она взимается, в законе не оговорено.
Таким образом, законопроекты № 157752-7 о принудительной биометрической идентификации, № 1072874-6 о персонифицированном коде, № 1048557-6 о контингенте являются антиконституционными, антигосударственными и антинародными, подрывают привычные принципы традиционного государственного управления.
Правовое государство стало в значительной мере метафорой, за которой конкретный гражданин не ощущает какого-либо содержания. Использование этого термина стало технологическим инструментом для достижения государством политических и геополитических целей, способом доказать, что мы тоже входим в число цивилизованных либеральных демократий и рыночных экономик. Что искажает суть идеи правового государства -- для конкретного человека. Сами же россияне зачастую не понимают идею правового государства и механизм ее достижения.
Следует также отметить, что европейская мысль на несколько шагов впереди: пока в РФ без обсуждения с гражданами принимаются законы, ущемляющие их гарантированные Конституцией права, Европа озабочена созданием системы хранения данных, представляющих культурное наследие человечества. Оливер Грау делает подробный обзор накопленного на сегодняшний день в этой области опыта и делает акцент на разработке концепта и проекта документации. Аналогичные проекты документации ведутся в других странах, хотя с различными целями. К ним относятся программа Фонда Ланглуа в Монреале, Программа Digiarts ЮНЕСКО, поддерживаемая также Институтом Гёте (Дитер Дэниелс) и Medienkunstnet Рудольфа Фрайлинга, документация фестиваля V2, архив Rhizomes NetArt, подход с переменными носителями, разработанный Гуггенхаймом и другими, Стэнфордский Electronic Media Group под руководством Генри Лоудуда и проект Фраунгофера Netzspannung. Между этими проектами и базой данных виртуального искусства, создаваемой Оливером Грау и членами его команды, расширяется сотрудничество в различных областях и в изменении коалиций Grau O. The Database of Virtual Art: For an expanded concept of documentation // ICHIM, Ecole du Louvre, Ministere de la Culture et de la Communication, Proceedings. Paris 2003. S. 6..
Очевидно, что цель должна заключаться в разработке политики и стратегии для сбора произведений искусства Новейшей истории. В конечном счете, однако, это может быть организовано только ассоциацией художников, организаторов галерей искусства, производителей технологий, традиционных музеев, компьютерных и научных центров. В таком контексте необходимо решить, какие новые учреждения должны быть созданы для архивирования этого и с какой целью. ICC, ZKM, Kiasma или Инициатива по переменным медиа -- все это позитивные события, но они являются лишь первым шагом на пути к осознанию проблемы со стороны определяющих культурную политику ведущих институтов.
В зарубежном праве акцент делается на несколько ином аспекте -- ответственности государства за нарушение прав личности государственной властью, возмещении ущерба, причиненного гражданину государственными учреждениями. И тексты законов о защите персональных данных в России и Германии, или даже Европейском Союзе в целом, однозначно свидетельствуют об этом.
Библиография
1. Алексеев С. С. Общая теория права. -- М., 1981. -- Т. 1.
2. Гессен В. М. О правовом государстве. -- СПб. : Издание Н. Глаголева, 1906.
3. Гнейст Р. Правовое государство и административные суды Германии. -- СПб. : Типография В. Безобразова и К., 1896. -- 370 с.
4. Кистяковский А. Ф. Лекции по государственному праву (общее и особенное): прочитаны в Московском юридическом институте в 1908/1909 г. -- М., 1909.
5. Кистяковский А. Ф. Элементарный учебник общего уголовного права с подробным изложением начал русского уголовного законодательства. -- Часть Общая. -- 2-е испр. и значит. доп. изд. -- Киев : тип. И. и А. Давиденко, 1882.
6. Конституция Российской Федерации : энциклопедический словарь / В. А. Туманов, В. Е. Чиркин, Ю. А. Юдин [и др.]. -- М., 1997.
7. Коркунов Н. М. Лекции по общей теории права. -- СПб., 1908.
8. Короткова О. И. Формирование правового государства и обеспечение верховенства закона // Государственная власть и местное самоуправление. -- 2012. -- № 5.
9. Котляревский С. А. Власть и право. -- М., 1915.
10. Моль Р. фон. Энциклопедия государственных наук. -- СПб., 1868.
11. Нарыкова С. П. Правовое государство и гражданское общество: мифы и проблемы (к вопросу о правовом государстве) // Гуманитарные, социально-экономические и общественные науки. -- 2013. -- № 5.
12. Новгородцев П. И. Об общественном идеале / сост., вст. ст. А. В. Соболева. -- М., 1991.
13. Палиенко Н. И. Учение о существе права и правовой связанности государства. -- Харьков, 1908.
14. Реутов В. П. Правовое государство: тип, этап или форма? // Современные проблемы развития юридической науки и образования в Германии и России : сб. ст. -- Пермь, 2004.
15. Самсонова О. В. Правовое государство: сущность и понятие // Lex Russica. -- 2008. -- T. LXVII. -- № 1.
16. Grau O. The Database of Virtual Art: For an expanded concept of documentation // ICHIM, Ecole du Louvre, Ministere de la Culture et de la Communication, Proceedings. -- Paris 2003. -- S. 2--15.
17. Mohl R. von. Die Polizei Wissenschaft nach den Grundsatzen des Rechtsstaates. lst id (1832) at 1/7/ (cited in Dietze, id., 23 note 35).
18. Staatsrecht der Konstitutionellen Monarchie. -- 3 Т. -- Leipzig, 1838/
19. The Rule of Low: Perspectives from Around the Globe. -- L., 2009.
20. Welker C. Das innere und aеussere System des Rechtsstaates und Gesetzgebung-Lehre. -- Stuttgart, 1829.
References
1. Alekseev S. S. Obshchaya teoriya prava [General theory of law]. Moscow, 1981. Vol. 1.
2. Gessen V. M. Opravovom gosudarstve [On legal state]. St. Petersburg: N. Glagolev Publishing House, 1906.
3. Gneist R. Pravovoe gosudarstvo i administrativnye sudy Germanii [Legal state and administrative courts of Germany]. St. Petersburg : V. Bezobrazov and Co. Printing House, 1896. 370 p.
4. Kistyakovskiy A. F. Lektsii po gosudarstvennomu pravu (obshchee i osobennoe): prochitany v moskovskom yuridicheskom institute v 1908/1909 [Lectures on state law (general and special): read at the Moscow law Institute in 1908/1909. Moscow, 1909.
5. Kistyakovskiy A. F. Elementarnyy uchebnik obshchego ugolovnogo prava s podrobnym izlozheniem nachal russkogo ugolovnogo zakonodatelstva. Chast obshchaya [Elementary textbook of general criminal law with a detailed description of the Russian criminal law. General Part]. 2 ed., rev. and suppl. Kiev : Maikov's Printing House, I. and A. Davidenko Publishing House, 1882.
6. Konstitutsiya Rossiyskoy Federatsii: entsiklopedicheskiy slovar [The Constitution of the Russian Federation: encyclopedic dictionary].V. A. Tumanov, V. E. Chirkin, Yu.A. Yudin [et al.]. Moscow, 1997.
7. Korkunov N. M. Lektsiipo obshchey teoriiprava [Lectures on the General theory of law]. St. Petersburg, 1908.
8. Korotkova O. I. Formirovanie pravovogo gosudarstva i obespechenie verkhovenstva zakona [Formation of the rule of law and the rule of law]. Gosudarstvennaya vlast i mestnoe samoupravlenie [State power and local self-government]. 2012. No. 5.
9. Kotlyarevskiy S. A. Vlast ipravo [Power and law]. Moscow, 1915.
10. Mohl R. Entsiklopediya gosudarstvennykh nauk [Encyclopedia of State Sciences]. St. Petersburg, 1868.
11. Narykova S. P. Pravovoe gosudarstvo i grazhdanskoe obshchestvo: mify i problemy (k voprosu o pravovom gosudarstve) [Legal state and civil society: myths and problems (on the question of the rule of law)]. Gumanitarnye, sotsialno-ekonomicheskie i obshchestvennye nauki [Humanities, socio-economic and social Sciences]. 2013. No. 5.
12. Novgorodtsev P. I. Ob obshchestvennom ideale [On the social ideal]. Compiled by A. V. Sobolev. Moscow, 1991.
13. Paliyenko N. I. Uchenie o sushchestve prava ipravovoy svyazannosti gosudarstva [The doctrine of the essence of law and the legal connectedness of the state]. Kharkov, 1908.
14. Reutov V. P. Pravovoe gosudarstvo: tip, etap ili forma? [Legal state: type, stage or shape?]. Sovremennye problemy razvitiya yuridicheskoy nauki i obrazovaniya v Germanii i Rossii: sb. st. [Modern problems of development of legal science and education in Germany and Russia : collected papers]. Perm, 2004.
15. Samsonova O. V. Pravovoe gosudarstvo: sushchnost i ponyatie [Legal state: the essence of the concept]. Lex Russica. 2008. Vol. LXVII. No. 1.
16. Grau O. The Database of Virtual Art: For an expanded concept of documentation. Paris. : ICHIM, Ecole du Louvre, Ministry de la Culture et de la Communication, Proceedings, 2003.
17. Mohl R. Die Polizei Wissenschaft nach den Grundsatzen des Rechtsstaates. Police science according to the Principle of the Rule of Law State. 1st id (1832) at 1/7/ (cited in Dietze, id., 23 note 35).
18. Staatsrecht der Konstitutionellen Monarchie. Leipzig, 1838. 3 Vols.
19. The Rule of Law: Perspectives from Around the Globe. L., 2009.
20. Welker C. Das innere und aeiee System Gesetzgebung des Rechtsstaates und-Lehre. Stuttgart, 1829.