Материал: Римское право

недобросовестность кредитора, проявленную в самом факте предъявления такого иска, который заведомо для истца парализуется эксцепцией. Такого рода эксцепция носит название exceptio doli generalis.

Dolus generalis имеет место, как указано, в самом факте предъявления иска. Dolo facit qui petit quod redditurus est (D. 44. 4. 8. pr.).

(Недобросовестно поступает тот, кто взыскивает то, что ему придется вернуть.)

Exceptio doli излагалась в виде следующей оговорки в исковой формуле, которую давал претор:

Si in ea re nihil dolo Auli Agerii factum sit neque fiat (Гай. 4. 119).

В этой формуле говорится об обоих видах dolus: как о том, который имел место - factum sit, до предъявления иска, т.е. dolus specialis, так и о том dolus, который имеет место при предъявлении иска - "fiat", т.е. о dolus generalis. Dolus specialis

386. Физическое насилие. Последствия, аналогичные с dolus, порождает применение угроз и насилия при заключении договора или, в более общих выражениях, при изъявлении воли. Что же такое представляет собой metus, буквально обозначающий страх, устрашение, и vis - насилие? насилие. В Сентенциях Павла (1. 7. 7 - 10) приводятся примеры, когда кто-нибудь хочет добиться того, чтобы другой продал ему или манципировал вещь.

С этой целью применены такие приемы: in domo inclusit, ferro vinxit, in carcerem deduxit - запер в доме, связал цепями, отвел в темницу.

Но жизнь давала другие примеры, когда вместо физического насилия действовала угроза применить такое насилие.

Populi Romani magistratus vel provinciae praeses si mortis aut verborum terrore pecuniam alicui extorsit (D. 4. 2. 3. 1).

(Римский магистрат или презес провинции под угрозой смерти или бичевания вымогал у кого-либо деньги.)

По-видимому, vi et metu extorquere

традиционным приемом римских наместников, провинций, поскольку это выражение стало техническим термином уже при Цицероне (речь против Пизона, 35, 86). Любопытно, что, устанавливая подробный перечень деяний, по которым осуждение влечет за собой инфамию - бесчестье (D. 3. 2. 1), претор в число этих деяний не включает vis ac metus.

недобровольного действия:

Si patre cogente ducit uxorem, quam non duceret, si sui arbitrii esset contraxit matrimonium, quod inter invitos non contrahitur: maluisse hoc videtur (D. 23. 2. 22).

(Если, уступая принуждению отца, подвластный сын вступил в брак с женой,

которой он не взял бы, если бы располагал свободным усмотрением, то брак всетаки действителен; поскольку в брак не вступают против воли, следует считать, что он предпочел этот выход из положения.)

Si metu coactus, adii hereditatem, puto me heredem effici, quia quamvis si liberum esset, noluissem, tamen coactus volui (D. 4. 2. 21. 5).

(Если, вынужденный угрозой, я принял наследство, то полагаю, что я стал наследником; правда, если бы я был свободен в своем выборе, я бы не пожелал принять, однако, хотя и вынужденный, но я все же пожелал.)

Итак, сделка, совершенная под вли вследствие этого недействительной. Однако в данном примере с наследством, как и в других подобных случаях:

Per praetorem restituendus sum ut abstinendi mihi potestas tribuatur (Там же).

(Претор должен дать мне поворот в первоначальное положение и тем предоставить возможность воздержаться от принятия наследства.)

(1)Либо восстановление в первоначальное положение, restitutio in integrum.

(2)Либо actio metus causa. Лицу, которое заключило договор под влиянием угроз или насилия, предоставляется право в течение года требовать четырехкратного возмещения, если ответчик не произведет добровольно реституции; по истечении года иск дается в однократном размере, по оценке обстоятельств дела.

(3) По аналогии со предъявлялось исковое требование на основании сделки, заключенной под влиянием угроз и насилия, то ему давалась exceptio metus.

389. Попытки смягчить понятие насилия. Подобно тому как понятие dolus смягчилось от "хитрости, обмана, уловки" до недобросовестности в выражении exceptio doli, так

спора тяжущаяся сторона заявила: "Vim nullam feci" (никакого насилия я не совершал). В ответ на это Марк Аврелий указал:

Tu vim putas esse solum, cum homines vulnerentur? Vis est et tunc, quotiens quis id quod deberi sibi putat, non per iudicem reposcit (D. 4. 2. 13).

(Ты думаешь, что насилие имеет место только есть и тогда, когда кто-либо, полагая, что он имеет право требовать чего-либо, добывает себе это без обращения в суд.)

Однако такое понятие насилия не укоренилось. Обычно под насилием понимался - mentis trepidatio, metus instantis vel futuri periculi causa (D. 4. 2. 1).

(душевный трепет из-за страха перед настоящей или будущей опасностью.)

390. Ошибка (заблуждение). При обмане и насилии одна сторона становится жертвой действий другой стороны; но сторона может впасть в заблуждение, независимо от воздействия другой стороны. Заблуждение может касаться: а) характера сделки, б) предмета договора, в) личности контрагента.

391. Ошибка в характере сделки (error in что получает предмет в виде дара, в то время как другая имеет в виду дать его во временное безвозмездное пользование. Договор не состоялся, так как между

392. Ошибка в предмете (error in re).

Si hominem stipulatus sim et ego de alio sensero, tu de alio, nihil acti erit, nam stipulatio ex utriusque consensu perficitur (D. 45. 1. 137. 1).

(Если ты обязался по стипуляции дать мне раба, причем я имел в виду одного, а ты другого, то никакой сделки не состоится, так как обязательство по стипуляции возникает в результате обоюдного согласия.)

Памфила; или я думаю, что покупаю один земельный участок (семпронианский), а ты полагаешь, что продаешь другой участок (корнелианский).

Конечно, добавляет юрист, si in nomine dissentiamus, verum de corpore constat - если расхождение касается только названия, а относительно самого предмета нет сомнения, то продажа действительна.

393. Влияние греческой философии на учение о заблуждении. В этом противопоставлении названия с самим предметом (nomen - corpus) мы сталкиваемся с учением греческих грамматиков и философов. В изложении римских юристов дело осложняется введением нового момента: понятия "субстанции", сущности, или употребляемого римскими юристами греческого термина ousia; иногда в этом смысле

действительна, как купля-продажа медной вещи, однако:

ex doli mali clausula tecum agam, si sciens me fefelleris (D. 45. 1. 22).

(я (покупатель) буду иметь к тебе требование, основанное на dolus, если ты (продавец) меня заведомо обманул.)

Ульпиан считает, что в тех случаях, когда -

aes pro auro veneat, non valet venditio (D. 18. 1. 14). (медь продана как золото, продажа недействительна.)

Марцелл же считает, что и в этом случае (aes pro auro - медь под видом золота) сделка действительна (D. 18. 1. 9. 2).

Чем же объясняется такое расхождение юристов? Дело в том, что они вводят, под явным влиянием греческой философии, наряду с необходимостью согласия относительно предмета (consensus in corpore), необходимость согласия относительно вещества, из которого предмет сделан (consensus in materia).

Марцелл, со своей стороны, считает:

Emptionem esse et venditionem quia in corpus consensum est, etsi in materia sit erratum (D. 18. 1. 9. 2).

(Купля-продажа имеет место, так как есть согласие о предмете, хотя имеется заблуждение о веществе (из которого сделан этот предмет).)

Наоборот, Ульпиан полагает:

Nullam esse venditionem, quotiens in materia erratur.

(Купля-продажа недействительна, поскольку есть заблуждение относительно "материи".)

Ульпиан считает, что если было продано вино, то, хотя бы оно в момент продажи скисло и превратилось в уксус, "материя" осталась та же и продажа действительна (D. 18. 1. 9. 2). Равным образом, если позолоченная вещь продана как золотая, то -

valet venditio quia aliquid auri habeat (D. 18. 1. 14).

(продажа действительна, так как вещь заключает в себе хоть немного золота.)

Другие же юристы, в особенности более ранние, придавали значение субъективной стороне сделки, т.е. знали ли стороны о том, что продается одно вместо другого, или обе ошибались. Так, напри посеребренный стол за стол из цельного серебра, то, по мнению одних, продажа действительна (D. 18. 1. 45), по мнению других - недействительна.

Мы видим, таким образом, что учение о влиянии заблуждения на действительность сделки вызывало у римских обосновываются различной философской оценкой таких понятий, как "корпус", "субстанция", "материя" и, наконец, субъективная сторона сделки (ignorantia, imprudentia - неведение).

394. Ошибка в лице (error in persona). Цельз приводит такой случай. Ты просил денег взаймы у меня и у Тиция. Удовлетворяя твою просьбу, я дал приказ моему должнику внести тебе деньги (delegatio nominis - см. п. 355). Ты деньги получил, ошибочно полагая, что их внес должник Ти что в данном случае имеется наличие заблуждения и, стало быть, отсутствие согласия обеих сторон, а потому nullum negotium mecum contraxisti - ты со мной не заключил никакой сделки.

Но обязательство все же возникло, хотя и не вытекающее из договора.

Quia pecunia mea ad te pervenit, eam mihi a te reddi bonum et aequum est (D. 12. 1. 32).

(Так как мои деньги очутились у тебя, то справедливость требует, чтобы ты их мне возвратил.)

Цельз здесь оперирует известным уже нам понятием bonum et aequum, которое в

а в силу неправомерного обогащения (кондикции). Этот случай принято, по имени Цельза Ювенция, называть condicio Iuventiana.

§ 119. Условие и срок

395. Понятие условия. Мы читаем в Институциях Юстиниана:

Omnis stipulatio aut pure aut in diem aut sub condicione fit (I. 3. 15. 2).

Сказанное о стипуляции является пересказом мысли, высказанной юристом об обязательствах вообще: debetur (долг возникает) sive pure sive in diem vel sub condicione (D. 50. 16. 10). Договор является условным, если его действие поставлено в зависимости от будущего неизвестного события, т.е. такого события, о котором неизвестно, наступит ли оно или не наступит.

Si Titius consul factus erit quinque aureos dare spondes? (I. 2. 15. 4). (Если Тиций сделается консулом, обязуешься ли дать пять золотых?)

396. Понятие срока. Срок - это момент времени, который наступает либо в определенный календарный день, например Idibus Martiis 15 марта, и тогда мы говорим: dies certus an et certus quando - срок, о котором

известно не только, что он наступит, но известно, когда именно он наступит. От этого отличается dies certus an, sed incertus quando, например: римский гражданин обязался кого-либо содержать quoad vivat - по день смерти этого последнего лица. Смерть каждого человека, несомненно, наступит, но неизвестно когда - certum an sed incertum quando. Если неизвестно, наступит ли событие, но известно, когда оно могло бы наступить, то говорят dies incertus an et certus quando, например - достижение данным лицом 100-летнего возраста. Наконец, если неизвестно, наступит ли данное событие и неизвестно, когда оно наступит, то говорят dies incertus an et quando, например, время выхода замуж дочери Тиция.

Следует отличать начальный момент срока - dies a quo, т.е. момент, с которого договор начинает действовать, и конечный момент - dies ad quem, т.е. момент, до которого договор действует. Промежуток времени между начальным и конечным моментом назывался spatium temporis. Dies a quo (или чаще просто dies) мы также называем день, при наступлении которого обязательство подлежит исполнению, например, я обязуюсь уплатить 1-го марта. Сила обязательства, для исполнения которого установлен в договоре срок, так формулируется римским юристом:

Praesens obligatio est, in diem autem dilata solutio (D. 45. 1. 46. pr.). (Обязательство налицо, но исполнение перенесено на определенный день.)

Договор, не осложненный ни условием, ни сроком, называется contractus purus, буквально: чистый договор.

397. Сделки, не допускающие условий и сроков. В древнем праве, в котором преобладали договоры строго формальные, условия и сроки не допускались в целом ряде сделок.

Actus legitimi qui non recipiunt diem vel condicionem, velut: mancipatio, acceptilatio, hereditatis aditio, servi optio, datio tutoris, in totum vitiantur per temporis vel condicionis adiectionem (D. 50. 17. 77).

(Формальные сделки, не допускающие прибавления срока или условия, как, например: манципация, акцептиляция, принятие наследства, выбор легатарием одного из нескольких завещанных на выбор рабов, назначение опекуна - опорачиваются полностью в случае прибавления срока или условия.)

Можно считать, что условия стали сначала вноситься в более гибкие консенсуальные договоры. По крайней мере, Гай пишет:

Iam enim non dubitatur, quin sub condicione res venire aut locari possint (Гай. 3. 146).

юристы различали, с одной стороны, условие, при осуществлении которого возникает действие сделки; впоследствии такое условие стали называть отлагательным или суспензивным. С другой стороны, юристы знали условие, при осуществлении которого прекращается действие сделки; такое условие стали называть отменительным или резолютивным.

Si Andronicus servus meus heredi meo dederit decern (milia) liber esto (D. 40. 26. 1).

(Если мой раб Андроник даст моему наследнику десять тысяч, то пусть он будет свободен.)

Андроник был рабом, затем в период от принятия наследником наследства до выплаты 10000, т.е. до осуществления условия, Андроник считается statu liber, т.е. он еще не свободен, interea heredis servus est - он в промежуточный период является рабом наследника (Гай. 2. 200), но он имеет возможность стать свободным, уплатив 10000 наследнику или тому лицу, кому наследник продаст Андроника.