Материал: Проектное управление в строительстве. Баркалов С.А., Бурков В.Н

к статистике Нобелевского комитета, касающаяся процедуры выдвижения и последующего избрания лауреатов. Как говорилось выше, вся информация связанные с этим процессом закрыта в течении пятидесяти лет. Что касается рассматриваемого периода, то требуемое время уже давно прошло и данная информация сейчас вполне доступна и достаточно широко опубликована. Ее анализ позволяет сделать вывод, что мировое признание, по крайней мере в научной сфере, идет от известности на Родине к мировой известности. Иными словами, очень трудно рассчитывать на успех, когда тебя игнорируют в твой же собственной стране. Этот вывод полностью подтверждается статистикой Нобелевского комитета.

Уже сейчас стало известным, что кандидатуру П.Н. Лебедева рекомендовал Нобелевскому комитету единственный российский номинатр профессор СанктПетербургского университета и член-корреспондент Академии О.Д. Хвольсон (1852 – 1934 гг.)7 в 1905 году. Вторичное выдвижение Петра Николаевича на соискание Нобелевской премии состоялось в 1912 году и было сделано известным немецким физиком, лауреатом Нобелевской премии В. Вином (1864 – 1928 гг.)8. И все! Больше никто из соотечественников Лебедева не выдвигал и это при том, что в это время по крайней мере четверо российских ученых имели право предлагать свои кандидатуры Нобелевскому комитету. К их числу относятся: профессор Казанского университета В.А. Ульянин (1863 – 1931 гг.), который был знаком с Лебедевым еще по Страсбургскому университету, где они вместе учились; его коллега, ученик А.Г. Столетова профессор того же университета Д.А. Гольдгаммер (1860 – 1921 гг.), который также стажировался в Страсбургском университете в одно время с Лебедевым; академик Б.Б. Голицын (1862 – 1916 гг.), также учился в Страсбургском университете в одно время с Петром Николаевичем и находился с ним в дружеских отношениях; академик, директор Пулковской обсерватории О.А. Баклунд (1846 – 1916 гг.)9, который как астроном был прекрасно осведомлен о блестящих экспериментах Лебедева, так как эти эксперименты в какой-то степени могли помочь при изучении происхождения хвостов комет. Но несмотря даже на личные связи и знакомство, почему-то русские физики не посчитали кандидатуру П.Н. Лебедева достойной присуждения высшей научной награды, считая его работы чем-то не важным и второстепенным. Сработало традиционное для российских кругов свойство преклонения перед всем заграничным, даже в вопросах науки.

Надо сказать, что совершенно аналогичная история происходила и русскими химиками. Кандидатура Д.И. Менделеева трижды номинировалась на соискание высшей научной награды, но в третий раз, это происходило в 1907 году, ученый умер, а как известно, посмертно Нобелевские премии не присуждаются. Причем все три раза Дмитрий Иванович выдвигался иностранными учеными.

И здесь необходимо обратить внимание на весьма странный феномен внутренней разобщенности ученых. Причем эта отчужденность имела строго профессиональную зависимость: она была свойственна только физикам и химика, в то время, как медики (ну и естественно физиологи) демонстрировали потрясающую, как бы сейчас сказали, корпоративную солидарность.

7Хвольсон Орест Данилович – российский и советский учѐный-физик и педагог, член-корреспондент Петербургской академии наук, почѐтный член АН СССР. Являлся номинатором Нобелевского комитета.

8Вин Вильгельм – немецкий физик, лауреат Нобелевской премии по физике в 1911 г. «за открытия в области законов, управляющих тепловым излучением». Под руководством Г. Гельмгольца получил в 1886 г. докторскую степень. В 1893/94 гг. вывел первый закон Вина, а из него – закон смещения Вина, в 1896 г. — второй закон Вина для теплового излучения.

9Баклунд Оскар Андреевич – российский и шведский астроном; ординарный академик по астрономии Императорской Санкт-Петербургской Академии наук (1883), директор Николаевской Главной астрономической обсерватории в Пулково (1895—1916).

11

Достаточно вспомнить статистику получения престижной премии первыми российскими лауреатами: И.П. Павловым (1849 – 1936 гг.)10 и И.И. Мечниковым (1845 – 1916 гг.)11. Первый из них номинировался в течении четырех лет с 1901 по 1904, когда и получил премию. При этом основное количество номинаций каждый год было из России, а в 1901 году было даже представление от научной организации, подписанное 30 профессорами. А вот И.И. Мечников получил премию только на восьмой (!) раз, в 1908 году. И тоже все эти годы номинировался как иностранными учеными, так и отечественными. И это несмотря на то, что с 1887 года жил и работал во Франции, в Пастеровском институте. Кроме того, следует учесть, что в дореволюционный период, то есть до 1918 года, количество кандидатур, выдвинутых российскими номинатрами по медицине и физиологии составляло 36 человек, с учетом ученых из Польши и Финляндии, являвшихся в то время российскими губерниями.

Развитие физики, как фундаментальной науки, дало мощный импульс для развития прикладных областей, в частности, связанных с электричеством: стала формироваться новая наука, носившая чисто прикладной характер – электротехника. Первые работы в этой новой области восходят еще к трудам академика В.В. Петрова (1761 – 1834 гг.)12, открывшего явление электрической дуги в далеком 1802 году. Но открытие русского ученого забылось на долгие годы, оставшись только в архивах Академии. Некоторые историки считают, что причиной такой «забывчивости» является тот факт, что основные работы Петрова написаны на русском языке, в то время как тогда основным языком в науке являлась латынь. Заслуга Петрова даже не в том, что он открыл новое электрическое явление, а в том, что он, пожалуй, впервые в мире, взглянул на электричество не как на любопытное физическое явление, а с практической точки зрения, то есть с позиции инженера. Интерес к исследованиям в области электричества возрос и вылился в открытие в 1831 года М. Фарадеем (1791 – 1867 гг.)13 явления электромагнитной индукции. Это открытие послужило основой для немецкого

10 Павлов Иван Петрович – русский и советский учѐный, физиолог, создатель науки о высшей

нервной деятельности, физиологической школы; лауреат Нобелевской премии по физиологии или медицине 1904 года «за работу по физиологии пищеварения». Академик Императорской СанктПетербургской академии наук (1907), Действительный статский советник. Председатель Общества русских врачей памяти С. П. Боткина (1906-1913). Известен тем, что разделил всю совокупность физиологических рефлексов на условные и безусловные рефлексы, а также исследовал психофизиологию типов темперамента и свойства нервных систем, лежащие в основе поведенческих индивидуальных различий

11Мечников Илья Ильич – русский и французский биолог. Лауреат Нобелевской премии в области физиологии и медицины (1908). Один из основоположников эволюционной эмбриологии, первооткрыватель фагоцитоза и внутриклеточного пищеварения, создатель сравнительной патологии воспаления, фагоцитарной теории иммунитета, теории фагоцителлы, основатель научной геронтологии. В 1887 покинул Россию и переехал в Париж, где ему была предоставлена лаборатория в созданном Луи Пастером институте. С 1905 – заместитель директора этого института. Проживая до конца жизни в Париже, Мечников не порывал связи с Россией.

12Петров Василий Владимирович – русский физик-экспериментатор, академик Петербургской академии наук. Основоположник отечественной электротехники. Родился в семье приходского священника. Учился в Харьковской коллегии, затем в Санкт-Петербургской учительской семинарии. Работал учителем физики и математики. С 1793 г. профессор медико-хирургической академии, где и проработал 40 лет, до пенсии.

13Фарадей Майкл – английский физик-экспериментатор и химик. Член Лондонского королевского общества (1824) и множества других научных организаций, в том числе иностранный почѐтный член Петербургской академии наук (1830). Открыл электромагнитную индукцию, лежащую в основе современного промышленного производства электричества и многих его применений. Создал первую модель электродвигателя. Среди других его открытий – первый трансформатор, химическое действие тока, законы электролиза, действие магнитного поля на свет, диамагнетизм. Первым предсказал электромагнитные волны. Фарадей ввѐл в научный обиход термины ион, катод, анод, электролит, диэлектрик, диамагнетизм, парамагнетизм и другие.

12

физика Б.С. Якоби (1801 – 1874 гг.)14 при создании электродвигателя уже пригодного для промышленных нужд. Коренное отличие созданного Якоби двигателя от уже существующих заключалось в том, что в новой конструкции подвижная часть двигателя, якорь, совершала круговое движение, а не возвратно-поступательное, как это было в предыдущих моделях, что давало неоспоримые преимущества при промышленном использование данного изобретения.

Развитие фундаментальных исследований продолжалось, но параллельно с этим шло и осмысление полученных результатов с точки зрения их практического применения. В общей копилке достижений новой науки - электротехники вклад -российских ученых не терялся на фоне метров мировой науки.

В 1880 году именно в Петербурге открылась первая в мире Всероссийская электротехническая выставка, организованная Русским техническим обществом и вышел первый номер специализированного журнала «Электричество». В 1886 году в Петербурге было основано Телеграфное училище, которое в 1891 году было преобразовано в Электротехнический институт. А в 1893 году А.Н. Щенснович (1845 – 1926? гг.)15 закончил строительство первой в мире промышленной электрической станции трѐхфазного тока мощностью 1200 кВт. Самое примечательно это то, что электростанция строилась по-модному тогда призыву: «по отечественному проекту, из русских материалов и трудом русских инженеров и рабочих». Именно поэтому все основное электрооборудование, строящегося предприятия, было произведено на месте в Новороссийских мастерских Владикавказской железной дороги.

Наличие специализированного учебного заведения электротехнического профиля давало необходимы кадры для освоения и промышленного использования всех новшеств, разрабатываемых наукой. Это можно достаточно ярко проследить на судьбе двух российских электротехников, оставивших глубокий след в развитии данной сферы человеческого познания. Речь идет о Павле Николаевиче Яблочкове (1847–1894)16 (рис. 3) и Александре Николаевиче Лодыгине (1847– 1923 гг.)17 (рис. 4), изобретения которых буквально «пошли в

14 Якоби Мориц Герман (на русский лад Борис Семѐнович Якоби) – немецкий и русский физикизобретатель. Прославился открытием гальванопластики. Построил первый электродвигатель, телеграфный аппарат, печатающий буквы. С 1835 года работал в России, принял российское подданство и до конца жизни считал Россию своей второй родиной. Старший брат математика Карла Якоби, отец изобретателя Владимира Якоби и сенатора Николая Якоби.

15 Щенснович Александр Николаевич – один из первых талантливых русских инженеров, чья деятельность тесно связана со строительством и развитием железнодорожно-транспортного узла Новороссийска. Окончил в 1875 году институт инженеров путей сообщения. После революции эмигрировал в г. Харбин (Китай). Дальнейшая судьба неизвестна.

16 Яблочков Павел Николаевич – русский электротехник, военный инженер, изобретатель и предприниматель. Окончил Николаевское инженерное училище в 1866 г. Известен разработкой дуговой лампы (вошедшей в историю под названием «свеча Яблочкова»), сконструировал первый генератор переменного тока, первым применил переменный ток для промышленных целей, создал трансформатор переменного тока и другими изобретениями в области электротехники. В 1876 г. на выставке в Лондоне демонстрировал с большим успехом свою электрическую свечу для освещения. «Россия – родина электричества» – писали английские газеты. В России первая проба электрического освещения по системе Яблочкова была проведена 11 октября 1878 года. В этот день были освещены казармы Кронштадтского учебного экипажа и площадь у дома, занимаемого командиром Кронштадтского морского порта. Спустя две недели, 4 декабря 1878 года, свечи Яблочкова, впервые осветили Большой театр в Петербурге, где в настоящее время находится консерватория.

17 Лодыгин Александр Николаевич – русский электротехник, один из изобретателей лампы накаливания, предприниматель. Окончил в 1868 г. Московское юнкерское пехотное училище. Запатентовал своѐ изобретение во многих странах мира, основал компанию «Русское товарищество электрического освещения Лодыгин и К°». Открыл завод по электрохимическому получению вольфрама, хрома, титана; разработал электрические печи для плавки металлов, меленита, стекла, закалки и отжига стальных изделий, получения фосфора, кремния. После революции 1917 года изобретатель не сработался с новой властью. Материальные трудности заставили семью Лодыгиных уехать в США. Приглашение вернуться в РСФСР для участия в разработке плана ГОЭЛРО Лодыгин не принял.

13

массы». В данном случае речь идет об изобретении устройств для бытового освещения. Ведь еще в 1873 году Лодыгин осуществил публичную демонстрацию возможностей ламп накаливания с целью уличного освещения. Опыт проходил В Петербурге, а к началу 1880 г. улицы Петербурга освещали уже более пятисот электрических свечей системы Яблочкова, со временем замененные на более совершенные и более долговечные лампы накаливания Лодыгина с металлической вольфрамовой нитью.

Рис. 3. П.Н. Яблочков – человек, осветивший мир

Естественно мимо этих достижений не могли пройти заинтересованные круги русской технической общественности, которая традиционно группировалась в российском военноморском флоте. Именно флот, как наиболее наукоемкая сфера деятельности человека, оказался основным потребителем главных научных открытий. Это и понятно, что в наступившую эпоху «электричества и пара», требовался принципиально новый подход практически ко всем флотским делам. Здесь необходимо иметь в виду, что корабли, представляли собой не только средство доставки оружия к месту сражения, но также, как и средство жизнеобеспечения труда и существования нескольких сотен людей.

Электрификация кораблей русского флота шла стремительно. Первыми механизмами, использующими электрическую энергию, явились системы корабельной вентиляции, что позволило серьезно улучшить условия быта и работы корабельного состава. Особенно машинной команды, условия службы которых были просто адские. В этом случае достаточно вспомнить старую матросскую песню «Раскинулось море широко…», где очень наглядно показана тяжелейшая служба корабельных кочегаров, особенно в условиях тропиков, куда достаточно часто хаживали корабли российского военно-морского флота.

Рис. 4. А.Н. Лодыгин – первым предложил применять в лампах вольфрамовые нити накаливания

Хронологию событий можно проследить по следующим датам: 1886 году – установка вентиляторов; в 1892 году – применение электропривода руля на броненосцах; 1893 – электрифицирована система подачи боезапаса к орудиям и поворота орудийных башен. К началу XX века основные процессы управления кораблем, как во время похода, так и во

14

время боя были электрифицированы. Причем энерговооруженность российских кораблей превосходила во многих случаях аналогичный показатель на судах флотов других государств. Так, например, эскадренный броненосец «Бородино» имел суммарную энергетическую мощность в 767 кВт, примерно однотипный с ним германский броненосец – 144 кВт, США – 254 кВт. Электрификация британских кораблей в это время ограничивалась только освещением и вентиляцией.

В общем-то следует отметить, что со временем к концу XIX века в России уже сформировалась своя национальная наук, которая занимала одно из ведущих мест в мире, но в ее развитии имелись очень тревожные симптомы, которые улавливались наиболее дальновидными представителями русского общества, но в целом на государственном уровне почти полностью игнорировались. Таковых негативных тенденций было в общем-то две: отсутствие государственной поддержки фундаментальных научных исследований и полное игнорирование российских научных достижений представителями деловых кругов России. Девиз: «заграница нам поможет», хоть и не высказывался в слух, но практически витал в воздухе. Но здесь следует иметь в виду: а всегда ли сможет «заграница» нам помочь, даже если сильно захочет? Примеры этому, когда возможности «заграницы» оказывались гораздо меньше имеющегося желания, можно подобрать достаточно яркие. В данном случае полностью повторяется ситуация и в наше время, достаточно вспомнить одного из кандидатов на пост Президента России, который откровенно высказался: «Что он лучше прогуляет миллион долларов в зарубежных злачных местах, чем вложит эти доллары в экономику России…». В этом случае, когда традиционно отсутствует со стороны государства протекционизм собственной экономики, а вместе с ней и фундаментальных научных исследований хотелось бы напомнить, что ориентация на «зарубежного дядю», в конечном счете оказывается несостоятельной, отбрасывающей государство на второй или даже третий план. Самое печально, так это то, что, если бы не было поучительных иностранных примеров… Самый характерный связан с Академией наук.

Следует отметить, что история Петербургской академии наук, существовавшей в Российской империи со времен Петра I, наглядно свидетельствует о том, что иностранные члены академии, даже принявшие российское гражданство, в большинстве своем не очень-то старались вывести страну, которая не была их Родиной, на передовые позиции в науке. И дело даже не в том, что они были такими негодяями и вредили сознательно. Нет… Они просто были не в состоянии этого сделать в силу своих скромных умственных способностей, образуя своеобразное академическое «болото», ревностно оберегающее свой академический, кстати, весьма нехилый, «паек». Например, известно, что российский академик В.В. Петров, прослужив сорок лет в медико-хирургической академии, получал пенсию 5000 руб. в год, что эквивалентно в настоящее время примерно 5 млн. руб. Понятно, что в российскую академию, за редким исключением, шли иностранные ученые не первой величины и даже не второйтретьей, а зачастую никому неизвестные. На этом фоне приятным исключением смотрятся братья Даниил и Николай Бернулли, Л. Эйлер. К сожалению, ученых такой величины откликалось на приглашение российских властей не много. Это вполне понятно, потому что такие люди и у себя на родине имели все необходимые условия для жизни и работы. Непонятно другое, почему же наши власти, имея перед собой достаточно характерный пример Петербургской академии наук, когда вполне сознательно из академии искусственным образом выдавливались национальные кадры, игнорировались полученные русскими учеными научные результаты, вновь идут по этому же пути, считая, что приглашенные иностранные ученые смогут резко продвинуть отечественную науку.

Очевидно для этих людей или неизвестна, или они считают нехарактерной, судьбу открытия русским физиком В.В. Петровым электрической дуги в 1802 году. Открытие русского ученого стараниями иностранных членов академии было практически «похоронено» в бумагах и, можно сказать вторично открыто в 1889 году, когда студент третьего курса физико-математического факультета Санкт-Петербургского университета

15