Проблемы изучения численности населения России в годы Великой Отечественной войны
Евгений Кринко
Evgeny Krinko (Southern Scientific Center of Russian Academy of Sciences, Rostov-on-Don) The problems of studying the population of Russia during the Great Patriotic War
Обсуждаемая проблема относится к числу наиболее актуальных, широко разрабатываемых и в тоже время дискуссионных. За последние десятилетия отечественная историография пополнилась рядом исследований, авторы которых используют различные подходы в осмыслении темы. Однако выработку полной и достоверной системы представлений нередко осложняет политизация, в частности по вопросу о динамике численности населения СССР и РСФСР в 1941-1945 гг.
Детальный анализ историографии не является предметом данной публикацииИсследование выполнено за счёт гранта Российского научного фонда (проект №17-18-01411) в Федеральном исследовательском центре Южный научный центр РАН. Подробнее см.: Кропачев С.Я., Кринко Е.Ф. Потери населения СССР в 1937--1945 гг.: масштабы и формы. Отечественная историография. М., 2012. С. 220--293.. Отмечу лишь, что она прошла в своём развитии два основных этапа. На первом затрагиваемая проблематика находилась под контролем партийных органов, а масштаб понесённых в годы Великой Отечественной войны потерь определяли высшие руководители страны. В феврале 1946 г. И.В. Сталин назвал первую обобщающую цифру -- около 7 млн человек Большевик. 1946. № 5. С. 3.. Через полтора десятилетия, в ноябре 1961 г., Н.С. Хрущёв заявил, что война «унесла два десятка миллионов жизней советских людей» Международная жизнь. 1961. № 12. С. 8.. В 1965 г. Л.И. Брежнев сообщил о потерях свыше 20 млн См.: Война и общество, 1941-1945. Кн. 2. М., 2004. С. 387.. Наконец, в мае 1990 г. М.С. Горбачёв огласил новые данные -- почти 27 млн человек Горбачёв М. С. Уроки войны и победы // Известия. 1990. 9 мая.. Возможности исследователей демографических процессов ограничивались не только цензурой, но и имевшимися в их распоряжении источниками.
Только с конца 1980-х гг. вышли публикации, в которых приводились новые данные о потерях СССР Козлов В.И. О людских потерях Советского Союза в Великой Отечественной войне 1941-- 1945 годов // История СССР. 1989. № 2; СССР: демографический диагноз. М., 1990; Рыбаков- ский Л.Л. Двадцать миллионов или больше? // Политическое самообразование. 1990. № 10; Андреев Е.М., Царский Л.Е., Харькова Т.Л. История населения СССР. 1920--1959 гг. М., 1990; и др.. Существенную роль сыграли работы демографов, обратившихся к материалам всесоюзных переписей населения 1937 и 1939 гг. Всесоюзная перепись населения 1937 г. Краткие итоги. М., 1991; Всесоюзная перепись населения 1939 г. Основные итоги. М., 1992; Всесоюзная перепись населения 1939 г. Основные итоги. Россия. М., 1999. В частности, В.Б. Жиромская раскрыла завышение данных переписи 1939 г. Она тщательно проанализировала механизм формирования приписок, восстановив подлинное количество жителей всех российских регионов и РСФСР в целом накануне войны1930-е годы. Взгляд в неизвестное. М., 2001; Жиромская В.Б. Основные тенденции демографического развития России в XX веке. М., 2012; и др.. Наиболее полные результаты данных расчётов представлены во втором томе фундаментального коллективного труда «Население России в XX веке» Население России в XX веке... Т. 2.. Они выступают основой для дальнейших расчётов численности советского населения и понесённых им потерь. Вклад в исследование демографических процессов в годы войны вносят и публикации других авторов Корнилов Г.Е. Уральское село и война. Проблемы демографического развития. Екатеринбург, 1993; Исупов В.А. Демографические катастрофы и кризисы в России в первой половине XX века. Историко-демографические очерки. Новосибирск, 2000; Исупов В.А. Главный ресурс Победы. Людской потенциал Западной Сибири в годы Второй мировой войны (1939--1945 гг.). Новосибирск, 2008; Максудов С. Не своей смертью. Потери населения СССР в 1918--1953 годах. М., 2017; Ракачёв В.Н. Население Кубани и Старополья в 1930--1950-е гг.: историко-демографическое исследование. Краснодар, 2017; и др..
Совместная статья В.Б. Жиромской, В.А. Исупова и Г.Е. Корнилова стала продолжением их работ в рассматриваемом направлении. Используя балансовый метод и опираясь на впервые вводимые в научный оборот документы Центрального статистического управления (ЦСУ) Госплана СССР военных и послевоенных лет, авторам удалось уточнить оценки общей численности населения РСФСР и других союзных республик. Исследователи также описали особенности паспортной статистики и похозяйственного учёта, проводившегося сельскими советами, выявив причины их неполной достоверности. В данной связи необходимо отметить, что балансовый метод применялся в советской статистике ещё в годы войны. Так, 8 января 1944 г. управляющий ЦСУ Госплана СССР В.И. Старовский в письме к начальнику Статистического управления УССР Рябичко писал, что определение количества и состава населения, угнанного в Германию, следовало произвести «методом балансовых расчётов, поскольку регистрация населения путём опроса населения не может дать исчерпывающих данных» РГАЭ, ф. 1562, оп. 20, д. 476, л. 9..
Сущность данного метода заключается в сопоставлении численности населения в начале и конце рассматриваемых периодов. Его сторонники считают, что «простое суммирование разных категорий людских потерь» не даст полной картины Население России в XX веке... Т. 2. С. 130.. Действительно, исследователи не раз обращали внимание на относительность и фрагментарность сведений о потерях. Несмотря на приказы и распоряжения военного командования, учёт личного состава в войсках вёлся плохо, особенно в начальный период войны, сопровождавшийся огромными потерями. В «котлах» 1941--1942 гг. погибло немало воинских соединений вместе со своими штабными документами. Так, согласно описи 1 на документы, отражающие историю отдельного кавалерийского корпуса 51-й армии Северо-Кавказского фронта, находящиеся на хранении в Центральном архиве Министерства обороны РФ (ЦАМО РФ), в фонде данного соединения значится всего одно дело ЦАМО РФ, ф. 3463, on. 1, д. 1.. Причина проста: при подготовке к контрнаступлению штаб корпуса был 29 июля 1942 г. атакован немецкими танками и погиб практически в полном составе в слободе Большая Мартыновка Ростовской обл. Но в данном случае сохранились хотя бы материалы дивизий, входивших в состав корпуса. От многих соединений не осталось практически никаких документальных свидетельств.
Вышестоящие штабы постоянно требовали от командиров частей и соединений навести порядок в вопросе учёта, но этому мешали объективные обстоятельства. Погибших нередко хоронили в спешке, под огнём противника, не всегда удавалось их опознать, установить точные фамилию, имя и отчество, место призыва, воинское звание и должность. «А там, где были эти данные, они записывались на фанере и химическим карандашом. Дожди и непогоды стирали эти записи... Порою то, что сохранилось в архивах, трудно разобрать: запись велась со слов бойца, на газетной или обёрточной бумаге, на которой со временем невозможно установить текст»Кубань в Великой Отечественной... 1941--1945. Краснодар, 2000. С. 6--7..
В приказе начальника Главного управления формирования и укомплектования войск РККА Е.А. Щаденко от 12 апреля 1942 г. говорилось: «Учёт личного состава, в особенности учёт потерь, ведётся в действующей армии совершенно неудовлетворительно... Штабы соединений не высылают своевременно в центр именных списков погибших. В результате несвоевременного и неполного представления войсковыми частями списков о потерях получилось большое несоответствие между данными численного и персонального учёта потерь. На персональном учёте состоит в настоящее время не более одной трети действительного числа убитых. Данные персонального учёта пропавших без вести и попавших в плен ещё более далеки от истины» Русский архив: Великая Отечественная. Т. 13 (2--2). Приказы Народного комиссара обороны СССР. 22 июня 1941 г. - 1942 г. М., 1997. С. 202.. Впрочем, существенных изменений не произошло и в дальнейшем. Заместитель наркома обороны Н.А. Булганин в приказе от 7 марта 1945 г. констатировал, что «военные советы фронтов, армий и военных округов не уделяют должного внимания» вопросам персонального учёта безвозвратных потерь Русский архив: Великая Отечественная. Т. 13 (2--3). Приказы Народного комиссара обороны СССР. 1943-1945 гг. М., 1997. С. 360-361..
При этом числившиеся погибшими военнослужащие могли остаться в живых, а пропавшие без вести воевать в составе партизанских отрядов. Многие бойцы неоднократно подвергались госпитализации по ранению и/или болезни и всегда учитывались заново. Поэтому в итоговых сведениях о санитарных потерях они проходят по несколько раз. При гибели военнослужащего, ранее вернувшегося в строй после ранения, его учитывали дважды: первый раз среди раненых, второй -- среди убитых. Под повторный счёт попадали также оказавшиеся в числе пропавших без вести, затем вернувшиеся в строй, а позже погибшие или попавшие в плен.
Ещё сложнее ситуация с определением потерь гражданского населения на оккупированной территории. Гибель жителей в результате бомбёжек, артиллерийских обстрелов, насильственных действий отдельных частей и военнослужащих Вермахта, местной полиции по другим причинам в документах не фиксировалась.
В условиях отсутствия полных статистических сведений о различных видах потерь балансовый метод является наиболее реалистичным способом установления общей динамики демографического развития страны. В то же время его использование имеет свои сложности. Авторы верно отметили, что численность населения наиболее достоверно определяется на основе общих переписей. Однако первая послевоенная перепись прошла только в 1959 г. В межпереписные периоды искомые данные устанавливаются расчётным путём: к данным последней переписи прибавляется количество родившихся и прибывших и вычитается количество умерших и выбывших.
Следует согласиться, что у историков нет необходимых для расчётов полных и достоверных сведений о количестве родившихся и умерших. Невзирая на меры, направленные на улучшение системы учёта, в работе органов статистики существовали объективные трудности См.: Krinko E.F. «The information on the population size must be exhaustive...»: The problems in organizing the accounting of evacuated citizens in 1941--1942 // Русский архив. 2017. № 5(2). С. 192-204.. Точных данных недостаточно, особенно по периоду 1941--1944 гг., когда часть территорий находилась в оккупации. Это обуславливает необходимость поиска различных способов проверки и уточнения имевшихся данных. Старовский, в частности, рекомендовал: «Для большей обоснованности расчётов, по мнению ЦСУ, следует организовать в небольшом объёме выборочную проверку правильности расчётов». Она должна была «показать, правильно ли исчислен процент угнанного оккупантами населения по отношению к наличному населению», а также «дать дополнительные материалы для суждения о составе угнанного оккупантами населения» РГАЭ, ф. 1562, on. 20, д. 476, л. 9..
К тому же метод демографического баланса предполагает сопоставление данных о населении в одних и тех же границах. Территория СССР и РСФСР в 1940--1945 гг. расширилась, а вместе с границами менялась и численность населения. Так, в 1940 г., после Советско-финляндской войны, Карельской АССР была передана часть перешедших от Финляндии территорий, а она сама преобразована в Карело-Финскую ССР. Южную часть Карельского перешейка включили в состав Ленинградской обл. В 1944 г. в состав РСФСР вошли Тувинская АО и Карельский перешеек целиком, в январе 1945 г. -- Печорский район. В 1944 г. была образована Псковская обл. После войны территория РСФСР расширилась за счёт Печенгской обл. (Петсамо), Южного Сахалина, Курильских островов, северной части Восточной Пруссии (составившей Калининградскую обл.). Все эти изменения необходимо учитывать, поскольку статистический учёт ведётся в рамках существующих государственных и административных границ.
Отсутствие необходимых источников -- главная причина продолжающихся споров о потерях СССР в годы Великой Отечественной войны. Наиболее полный анализ боевого урона представлен в комплексном статистическом исследовании, выполненном коллективом военных историков под руководством генерал-полковника Г.Ф. Кривошеева. Согласно их подсчётам, в ходе войны из строя безвозвратно выбыли 11 444,1 тыс. военнослужащих (с учётом пропавших без вести и оказавшихся в плену) Гриф секретности снят. Потери Вооружённых сил СССР в войнах, боевых действиях и военных конфликтах. Статистическое исследование. М., 1993. С. 129--130.. Эта цифра получена в результате подсчёта по ежемесячным донесениям войск и госпиталей о количестве убитых, умерших от ран и болезней, расстрелянных по приговорам военных трибуналов, пропавших без вести и попавших в плен. После вычета 1 836 тыс. военнопленных, вернувшихся из немецкого плена, и 939,7 тыс. возвращённых в строй после освобождения ранее захваченной территории, учтённых до этого как пропавшие без вести и оставшихся в окружении, получена цифра 8 668,4 тыс. демографических потерь, включающая только убитых, умерших от ран и не вернувшихся из плена солдат и офицеров.
Общие людские потери СССР методом демографического баланса определены в 26,6 млн человек. Сюда включались все погибшие в результате военных и иных действий противника, умершие на оккупированной территории и в тылу, а также эмигрировавшие в годы войны и не вернувшиеся после её окончания. В следующем обобщающем труде того же коллектива авторов отражены новые общие оценки безвозвратных потерь армии и флота -- 11 285 057 человек Россия и СССР в войнах XX века. Статистическое исследование. М., 2001. С. 239--240..
Попытки уточнить или пересмотреть указанные цифры предпринимались многими исследователями Елисеев В.Т., Михалёв С.Н. Потери в войне следует уточнить... // Военно-исторический архив. 2001. Вып. 2(17); Сафир ВМ. Генерал армии Гареев не приемлет факты... // Военно-исторический архив. 2001. Вып. 10(25); Михалёв С.Н., Толмачёва А.В. К вопросу об исчислении потерь Советских Вооружённых сил в Великой Отечественной войне 1941--1945 гг. // Военно-исторический архив. 2004. Вып. 1(49); Мерцалов А.Н., Мерцалова Л.А. Людские потери РККА (1941--1945) и историческая наука СССР--РФ // Военно-исторический архив. 2004. Вып. 10(58), 11(59); Михалёв С.Н. Людские потери в Великой Отечественной войне 1941--1945 гг. Статистическое исследование. Красноярск, 2000; и др.. Так, демографы С. Максудов и М. Эльман пришли к выводу, что данные об общих потерях в 26--27 млн человек относительно надёжны. Однако возможны как недооценка из-за неполного учёта населения территорий, присоединенных перед войной и после неё, так и завышение вследствие недоучёта эмиграции. Кроме того, официальные цифры не учитывают падение уровня рождаемости Ellman М., Maksudov S. Soviet deaths in the Great Patriotic War: a note // Europe-Asia Studies. Vol. 46. 1994. № 4. P. 671-680..
Главным критиком официальных данных является Б.В. Соколов. В 1991 г. он заявил, что потери Вооружённых сил СССР в войне составили 14,7 млн человек, включая 8,5 млн убитыми, 2,5 млн умершими от ран и болезней и 3,7 млн погибшими в плену. Убыль мирного населения он определил в 29,6 млн. Действительные и потенциальные потери, таким образом, составили около 46 млн человек, из них 16 млн -- неродившиеся дети Соколов Б.В. Цена победы. Великая Отечественная: неизвестное об известном. М., 1991. С. 11-15.. В 1998 г. Соколов назвал новые цифры: теперь он утверждал, что в рядах армии погибли в общей сложности 26,4 млн, а безвозвратные потери мирного населения составили 16,9 млн. Суммарную величину потерь он определил в 43,3 млн человек Соколов Б.В. Правда о Великой Отечественной войне (сборник статей). СПб., 1998. С. 208, 225, 230, 231, 257, 310.. В 2005 г. он уточнил эту цифру -- 43 448 тыс. Соколов Б.В. Вторая мировая: факты и версии. М., 2005. С. 340. Однако его подсчёты основаны на недостоверных данных: численность населения СССР на середину 1941 г. указана в 209,3 млн человек, что на 12--17 млн выше реальной, на начало 1946 г. -- в 167 млн (на 3,5 млн выше реальной) Демографическая модернизация России 1900--2000. М., 2006. С. 440.. К тому же он включает демографические потери (т.е. тех, кто мог бы родиться, но не родился).