Плюсские эстонцы:из этнической истории северо-запада России (по материалам периодики)
С. А. Тамби
В статье рассматриваются жизнь и быт эстонцев, переселившихся из Эстляндской и Лифляндской губерний в восточном направлении - в Плюсский край. В исследовании автор приводит перечень мест компактного проживания эстонцев в этом районе в Х1Х-ХХ вв. (хутора, деревни, а также пос. Плюсса и с. Ляды), исследует религиозные особенности жизни эстонского населения района. Автор собрал, систематизировал и представил в настоящей работе материалы до- и послереволюционных газет на эстонском языке, которые впервые вводятся в научный оборот. В статье показана культурная самобытность локальной эстонской общины Плюсского района, повествуется о традициях местных эстонцев. Рассказывается об эстонцах - знаменитых уроженцах Плюсского р-на и их вкладе в историю района, а также о современном положении плюсских эстонцев. В заключение делается вывод о том, что эстонцы внесли большой вклад в историю и культуру многонационального Плюсского р-на. При проведении исследования использованы метод обобщения, системный подход, историко-описательный метод, методы анализа документов и эмпирического описания.
Ключевые слова: эстонцы, Плюсса, Псковщина, Заянье, Эстония, этнография, история.
S.A. Tambi
Plyussa Estonians: From Ethnic History of North-Western Russia (Based on Periodical Literature)
The article studies the way of life of Estonians who migrated from Governorate of Estonia and Governorate of Livonia to the eastern direction, to the Plyussky region. In the study the author gives the list of places of compact residence of Estonians in this region in the 19th-20th centuries (farmsteads, villages; Plussa and Lyady among others). The author also investigates the religious peculiarities of the life of the Estonian population of the region. The author collected, systematized and presented in this work the materials from pre- and post-revolutionary newspapers in Estonian language, which are first introduced into scientific circulation. The article shows the cultural identity of the local Estonian community of the Plyusskiy District, tells about the traditions of the Estonians of the region. The author describes biographies of the Estonians who are the famous natives of the Plyussa region and their contribution to the history of the region, as well as about the current situation of Estonian population in this region. In the conclusion, the author states that Estonians made the significant contribution to the history and culture of the multinational Plyusskiy District. The main methods used in the study are the generalization method, system approach, historical-descriptive method, analysis of the documents, and empirical descriptive method. эстонец эстляндский лифляндская губерния плюсский край
Keywords: Estonians, Plyussa, Plyussky District, Pskov Oblast, Estonia, ethnography, history.
В эпоху позднего Средневековья территория современного Плюсского р-на Псковской обл. входила в состав Залесской половины Шелонской пятины Новгородской земли, а после областной реформы Екатерины II (1775 г.) - Гдовского и Лужского уездов Санкт-Петербургской губ. Плюсский р-н образован 1 августа 1927 г. в Лужском округе Ленинградской обл. 23 августа 1944 г. район был включён в состав Псковской обл. В 1963 г. Плюсский и Струго-Красненский р-ны объединили в сельский район с центром в Стругах Красных. В 1965 г. оба района были восстановлены в старых границах. В 1927-1959 гг. существовал Лядский р-н (в 1959 г. его территорию разделили между Гдовским и Плюсским р-нами). 5 марта 1971 г. с. Плюсса, расположенное на одноименной реке, отнесли к категории рабочих посёлков, с образованным тогда Плюсским поселковым советом. С апреля 2015 г. в Плюсском р-не существуют два городских (поселок городского типа Заплюсье и поселок городского типа Плюсса) и одно сельское поселение (Лядская волость), состоящие из 154 населённых пунктов. Станция Плюсса располагается на железнодорожной ветке Луга-Псков.
Цель настоящего исследования - установить факторы, положительно и отрицательно повлиявшие на сохранение этнической идентичности плюсских эстонцев, а также их культурных и языковых особенностей. Большая группа источников представлена материалами периодических изданий (в основном, газет) на эстонском языке, таких как «Эдази», «Постимеэс», «Сака- ла», «Пяэвалехт», «Ныукогуде Ыпетайя» и др. Важными источниками явились опубликованные в этих газетах статистические данные о количестве населения в описываемом р-не, а также об активности эстонского населения и мероприятиях эстонской общины.
Первые эстонские переселенцы на плюсские земли
В 1870-1880 гг. на плюсские земли стали приезжать колонисты из Эстляндской и северной части Лифляндской губ., одними из первых среди них были эсты из окрестностей Тарту. Хуторяне разводили племенной скот и поставляли молочные продукты на рынки гг. Луги и Санкт-Петербурга [Plussa elu-olust 1922, 3]. В 1880 г. в Плюссу в числе первых эстонских поселенцев прибыли 5 семей. За ними потянулись новые переселенцы из Тартумаа и Вырумаа. Они арендовали земли мызы Сименово у местного помещика на очень хороших условиях. К 1925 г. 35 % из числа эстонцев-поселенцев были верующими [Plussa asundus 1925, 3].
К 1931 г. эстонцы составляли 6 % от числа всех жителей Плюсского р-на [Olhowitsa kol- hoos 1931, 2]. В 1929 г. в Плюсском р-не проживали от 1500 до 3000 эстонцев [Eestlasi Lenin- gradi oblastis... 1929, 4].
Газеты Эстляндской и Лифляндской губ. призывали эстонцев покупать или брать в аренду плюсскую землю, в том числе - около железнодорожной станции Плюсса. В феврале 1905 г. газета «Сакала» («Sakala») напечатала объявление о том, что сдается в аренду 10-15 участков земли площадью от 15 до 40 десятин. Подчеркивалось, что рядом находятся эстонская церковь и школа [Peterburgi-Warshawi 1905, 2]. В 1913 г. И. К. Трейман из д. Большое Захонье продавал за 3500 руб. водяную мельницу, расположенную в 15 верстах от станции Плюсса. Для поиска потенциальных покупателей он поместил свое объявление в эстляндской газете «Постимеэс» («Postimees») [Wesiweski... 1913, 4].
В 1897 г. на хуторах близ д. Бешково проживали около 500 эстонцев, в Сварце - более 300. От 100 до 300 эстонцев жили в пустоши Низы, а также около Голубско. Примерно 100 эстонцев населяли Ляды и его окрестности [Arens 1994, 38]. В 1918 г. в Лешевице проживали 35 эстонских семей, переселившиеся из Лифляндской губернии [Nigol 1918, 23]. По данным переписи населения 1926 г., в Плюсском р-не жили 1703 эстонца (5,9 % от всего населения района), в Лядском р-не - 4597 эстонцев (19,7 %) [Ступин 2010, 84]. В 1943 г. в Лядском р-не насчитывалось уже 2158 эстонцев (13,8 %). К 1943 г. на эстонском языке говорило более 94 % местных эстонцев (2034 чел.), русским же языком владело 75,5 % (1630 чел.). В пределах территории современного Плюсского р-на самый высокий процент эстонского населения в 1943 г. приходился на Сварецкую (более 30 %), Лядскую и Алексинскую (от 25 до 29 %), а также Новосельскую, Заянскую и Горскую волости (от 20 до 24 %).
По данным эстонского исследователя Ильмара Аренса, летом 1943 г. в Лядском р-не жили 2158 эстонцев (из них 374 муж., 950 жен., 834 ребенка до 15 лет; итого - 755 семей). И. Аренс насчитал в Лядском р-не к лету 1943 г. 509 заключенных браков; из них смешанных - 51 (в 33 случаях супруг был русским, а супруга - эстонка; в 18 случаях - наоборот). В тот же период из числа лядских эстонцев 2034 чел. владели родным языком, 1630 эстонцев - русским языком, 8 эстонцев - другими языками. Тогда же 1912 эстонцев Лядского р-на исповедовали лютеранство, а 109 были православными [Arens 1994, 70-74].
Национальные сельсоветы
Постановлением Леноблисполкома в феврале 1931 г. из Волковского сельсовета был выделен (в составе Плюсского р-на) Битинский сельсовет, преобразованный в национальный эстонский сельсовет. В 1932 г. он был передан в Лядский р-н, а в 1935-м - обратно в Плюсский р-н. Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 22 февраля 1939 г. Битинский национальный сельсовет был упразднен «как искусственно созданный». Его территорию присоединили к Волковскому сельсовету [АЭС 1936, 101-103]. В феврале 1931 г. Ломовский сельсовет (с центром на хуторе Хворки) Лядского р-на преобразовали в национальный эстонский сельский совет, а из Сварецкого сельсовета Лядского р-на была выделена территория для образования Покровского национального эстонского сельсовета. Фактически же последний сельский совет так и не был образован. Покровский эстонский сельсовет (с центром в д. Сварец-Покровское) официально исключили из списков сельсоветов в октябре 1934 г. Национальные сельсоветы упразднили в конце 1930-х гг.
Церковная жизнь
Примерно в 1900 г. в Плюссе было основано «общество веры», при котором действовали певческий хор и струнный оркестр. Газета «Постимеэс» писала в июле 1903 г. о том, что, по слухам, предводитель дворянства Лужского уезда выразил желание на свои деньги возвести на станции Плюсса греко-православную церковь для эстонцев и здание школы. Стройматериалы планировалось начать привозить уже зимой 1903 года [Luugast kirjutatakse... 1903, 3]. Однако с приходом советской власти началась кампания по борьбе с церковью. По состоянию на сентябрь 1922 г. в Плюссе на нелегальном положении действовало «общество веры», возглавляемое бывшими священниками Аугом, Вахтре и Латсбергом. В певческом хоре продолжали петь церковные песни и на русском, и на эстонском языках. Некоторые молодые люди, работавшие в местном коммунистическом молодежном кружке, перешли в хор. Среди них - активист Карл Ауг [Waimupimestajad 1922, 4].
9 августа 1925 г. из Гатчины в Плюссу приехал пастор Оскар Пальза, который провел здесь службу для эстонцев-лютеран. Прихожане смогли причаститься, были конфирмованы несколько детей. После службы под председательством О. Пальза состоялось собрание, на котором подняли вопрос о ремонте церкви. Но средств на это не хватало [Jomm 1925, 3]. В марте 1930 г. колхозы дд. Ольховицы и Бешково инициировали процесс закрытия местных церквей [Woitlusest kahel waerinnd 1930, 3]. К 1920-м гг. в Стефановой пустоши Лядского р-на жил Вольдемар Крийт, миссионер Высшего совета эстонских евангелическо-лютеранских приходов Ленинграда. В компетенцию В. Крийта входило отправление крещения, похорон, а также других религиозных обрядов в Лужском округе [Arens 1944, 4]. В кон. XIX в. Александр Нейман основал баптистские приходы для эстонцев в Санкт-Петербурге, Волосово и др. населенных пунктах близ российской столицы. Открыли такой приход и в Плюссе. Плюсские баптисты привлекали эстонскую молодежь в свой струнный оркестр даже при советской власти, в 1925 г. [Asume paaletungimisele 1925, 3].
Образование, школы
К 1914 г. в Плюсском районе располагалось 24 учебных заведения школьного типа, в их числе - латышско-лютеранская школа в Лешевицах (в Плюсском р-не также жили латыши-переселенцы) и эстонская - в Заянье.
В 1919 г. в Плюссе открылась эстонская школа, но из-за отсутствия финансовой поддержки она просуществовала недолго. В 1922 г. в Плюсскую эстонскую школу I ступени ходили всего 20-30 детей, а русскую школу II ступени, располагавшуюся у станции, посещало всего несколько эстонских детей. Было решено организовать сбор (по 3 руб. с каждого эстонского поселенца) на нужды школы, а также - по полсажени дров на каждого ребенка. Для нужд школы принимались книги на эстонском языке [Koondugem... 1925, 3].
Радостной новостью для эстонцев, чьи дети на протяжении многих лет не ходили в школу или посещали русскую школу, стало открытие новой эстонской школы в Плюссе в октябре 1925 г. На свои деньги эстонцы купили доски, из которых смастерили школьные парты и скамейки. К зиме 1925 года наладили отопление. За парты школы, директором которой стал учитель Фельдбах, сели первые 40 детей. Стены украсили различными рисунками, лозунгами и ручными поделками учащихся. Организовали детский кооператив. Дети делали настенную газету «Красная искра» («Punane sade») [Suur samm... 1925, 3]. К 1928 г. в Лядском р-не школьными учителями были Лодиссон, Принц, Кельдер, Пийр, Высу [Uleskutse 1928, 3].
В 1931-1932 уч. г. в эстонском секторе партийной школы национальных меньшинств Ленинградской обл. обучалось 4 чел. из Плюсского р-на и 6 чел. из Лядского р-на [Leningradi oblasti wahemusrahwuste 1931, 4]. При некоторых эстонских колхозах этих районов в 1930-е гг. организовали эстонские начальные школы.
Эстонские организации
Летом 1920 г. в Плюссе основали молодежное объединение, насчитывающее к 1921 г. 40 чел. Его члены (преимущественно молодые рабочие) активно участвовали в субботниках, в организации праздников и концертов [Noored organiseerimistool 1921, 4].
В 1924 г. в Плюссе открылся эстонский клуб им. В. Э. Кингисеппа, к 1925 г. насчитывавший 40 чел. [Plussa asundus 1925, 3]. В 1926 г. под руководством школьного учителя Йельбаха клуб организовал несколько лекций, праздничных вечеров, а также мероприятий, посвященных революционным событиям. Активисты клуба выпускали настенную газету «Красный сеятель» («Punane kьlwaja»). Через зал и читальную комнату клуба проходил путь в квартиру частного лица, Хяркманна. Й. Лимберг писал в 1926 г., что волостной совет должен предоставить Хяр- кманну другую квартиру. Проблема заключалась и в том, что здание клуба располагалось на окраине Плюссы (в Симоново), а не в ее центральной части, что влияло на посещаемость [Lim- berg 1926, 3]. 23 ноября 1924 г. в Плюсском эстонском клубе организовали «митинг протеста», на котором единогласно приняли резолюцию, содержащую такие слова: «Мы ни на минуту не теряем веры в то, что близок час, когда в белой Эстонии взовьется красный флаг» [Meie ei kaota usku 1924, 3]. 17 мая 1925 г. в Плюсском эстонском клубе отметили День леса. Члены клуба собрались для того, чтобы под руководством лесников убрать 1 десятину леса от мусора и сжечь ветки. После этого председатель клуба А. Лабу выступил с речью о необходимости беречь лесные богатства [Plьssa Eesti klubi 1925, 3].
Трудоустройство
Эстонцы трудились в многочисленных колхозах, артелях и предприятиях Плюсского р-на, в том числе на лесопильном заводе совхоза «Гривцево». Некоторые эстонцы, проживающие в Плюссе, работали на шерстепрядильной фабрике.
Колхозы
С 1930 г. быстрыми темпами шла коллективизация хозяйств Плюсского и Ляд- ского р-нов. Особенно высок был ее уровень среди эстонских хозяйств. Так, к лету 1931 г. в Лядском р-не подверглось коллективизации 21,5 % домохозяйств. Если брать только эстонские домохозяйства района, то процент здесь составлял 37 % [Eestlaste kollektiviseerimine 1931, 2]. 18 ноября 1930 г. в адрес газеты «Эдази», редакция которой располагалась в Ленинграде, поступила телеграмма от руководителя сельского отдела Плюсского р-на Гринивецкого. В ней говорилось о том, что в Плюсском р-не создаются 3 новых колхоза: «Курски Пахарь» («Kurski Pahar»), «Эдази» («Edasi») и «Колхоз им. тов. В. Кингисеппа» («Seltsimees V. Kingissepa nim. kolhoos») [Plьssa, 18. nov. 1930, 1].
27 апреля 1931 г. по инициативе молодежи д. Ольховицы организовали колхоз «Ольхо- вец» («Olhovets»), располагавший по состоянию на тот же год 18 домохозяйствами [Olhowitsa kolhoos tдitis 1931, 2]. В год основания колхоз имел лишь 8 старых коров. К весне 1937 г. здесь уже было 18 молодых дойных коров, 1 племенной бык, 11 телок, 12 телят, 2 свиноматки и 11 свиней. Ударниками колхоза были Э. Пенса, Й. Куйк, Л. Тидрих и Й. Коппель [Kolhoos teeb... 1937, 3]. В колхозе «Рахново» («Rahnovo») ударники из числа эстонцев - Леонийда Ахманн, Хелеэне Тетлов и Мариэ Пяаслане [«Meil tццtavad...» 1937, 3].
Корреспондент газеты «Эдази» возмущался в конце августа 1935 г., что в колхозах Битинского сельсовета сено ещё не убрано, а план сдачи сена государству выполнен только на 80 %. В колхозах это объяснили нехваткой рабочей силы, однако на деле выяснилось, что колхозники слишком поздно приходят на работу по утрам. Заметка привлекла внимание председателя Битинского сельсовета тов. Вебера и побудила его улучшать трудовую дисциплину [Tццdistsipliin... 1935, 1]. К 1936 г. на территории Плюсского р-на (в современных его границах) было организовано 17 эстонских колхозов, 2 из которых располагались в Лядском р-не, 5 - в Плюсском [Маамяги 1990, 175].
Эстонцы Плюсского и Лядского р-нов трудились в следующих колхозах (в скобках приводятся названия на эстонском языке): «Битино» («Bitino»), «Вабадус» («Vabadus»), «Дворец Труда» («Dvorets Truda»), «Дехино» («Dehino»), «Заплюсье» («Saplьsje»), «Восход» («Koit»), «имени Буденного» («Budjonцi nimeline»), «имени В. Кингисеппа» («V. Kingseppa nimeline»), «имени К. Ворошилова» («K. Woroschilowi nimeline»), «имени Марта» («Marty nimeline»), «Красное знамя» («Kras- noje Snamja»), «Красный Маяк» («Punane Majak»), «Крюкшино» («Krukschino»), «Волна» («Laine»), «Ломово» («Loomovo»), «Мелихово» («Meliihowo»), «Красная Плюсса» («Punane Plьssa»), «Сопотно» («Sopotno»), «Стефановка» («Stefanovka»), «Строитель» («Ehitaja»), «Искра» («Sдde»), «Новая Благодать» («Uus Blagodat»), «Уус Элу» («Uus Elu»), «Новый свет» («Uus Ilm»), «Новая весна» («Uus Kevade»), «Новая Марьямаа» («Uus Marjamaa»), «Новые Хворки» («Uus Hvorki») и др.