У исследователей также разнятся некоторые детали описания внешности Мисхума. Например, Б. Мункачи указывает на то, что «misочень похож на обычного человека, имеет человеческий облик, он очень высокий, выше дерева, у него очень большие ресницы.» [Munkacsi, Kalman1986, 309]. Н. Л. Гондатти отмечает, что «...Мисъ хумъ имтетъ человтческій видъ, только очень высокагороста, выше дерева, и съ громадными бровими...» [Гондатти 1888, 35]. Для сравнения укажем, что характерной чертой коми-пермяцкого ворись,наоборот, считается отсутствие бровей и ресниц; при этом он часто наделяется зооморфными деталями облика, которые становятся признаком его отличия от людей: волосатостью, копытами, рогами, беспа- лостью [Голева 2010, 95]. В текстах мансийских сказок Мисхум представлен в виде обыкновенного человека, но очень высокого роста и с наличием кос, как и у древних представителей манси. Здесь он показан положительным героем, без изъянов. Но в быличках очевидцы описывают его портрет с телесными аномалиями, которые проявляются в виде длинной шеи и семипалой руки. Таким образом, фольклорная характеристика Мисхума позволяет нам выделить несколько наиболее ярких внешних его признаков. Это косматые брови и ресницы, высокий рост, волосы, заплетённые в косы. При описании внешности Мисхума в сказках встречаются такие эпитеты, как нёхсыу вауын `с соболиными плечами', уйу вауын `со звериными плечами', нарыу пыг `священный сын'. В сказках отмечены, таким образом, не только богатство его одеяния, но и мужественность, величие: «Нёхсыу вауын нумипалн, уйу вауын нумипалн лэгыу нёхс ёмас таглум, пуныу нёхс ёмас таглум та массум.... `На соболиные плечи, на звериные плечи (свои) хорошую одежду из хвостатых соболей одел, хорошую одежду из пушистых соболей одел'» [Kannisto1959, 78]. В фольклорных текстах одежда Мисхума всегда белая, что также подчеркивает его божественный статус. Преобладание белого цвета можно признать доминирующей чертой внешнего облика. В цветовой характеристике одежды, волос и общего образа лесного духа ворись(коми-перм.) также преобладает белый цвет. Согласно традициям манси, белый цвет символизирует чистоту и божественное начало. Например, для жертвоприношения духам-покровителям предпочтительнее животные белой масти; приклад должен состоять из ткани светлых тонов и белых, светлых монет. Известно, что дух-покровитель Уральских гор Нёр-Ойкапредставлен в белых одеяниях. Так, в сказке «Савалап агирисъ`Сиротка'» Мисхум является перед девушкой именно в белом одеянии: «яук ваил, яук порхал масхатым олы`в белых пимах, в белой парке одет'» [Мифы... 2005, 226]. Одежда более подробно описана в сказке «Эква-пыгрисъ ялпыу мойт`Священная сказка про Эква-пыгрися'». Здесь Мисхум предстаёт в верхней распашной одежде, как пальто, сшитой из шкуры соболя [Мифы. 2005, 152]. Распашная мужская верхняя одежда также не характерна для культуры манси.
Согласно фольклорным текстам, там, где есть менкв, всегда появляется Мисхум. С Менквами он держится отстранённо, не конфликтует, но и лишний раз не стремится к общению и дружбе. Границы их проживания и охоты обособлены. Так, в сказке «Два охотника», потеряв своего спутника-человека, Мисхум отправляется к Менквам и спрашивает у них: «Нан хоти- тын ам ёрум нупыл ёмыгтаукве ялыс?`Кто из вас ходил в мою сторону охотиться?'» [Тагт ос Сакв махум.2001, 72]. Мисхуму под силу убить Менква: «Ёмасыл таухёгын ке, тыг маелын, ам науын алылум. (Тав ул Мисхум ёрнуве Мёуквыл)`Если хочешь по-хорошему, дай сюда, [иначе] я тебя убью'» [Тагт ос Сакв махум.2001, 72].
По поверьям манси, Мисхум всегда чрезвычайно удачлив на охоте. Данная характеристика также является подтверждением его особого статуса. В сказках Мисхум фигурирует как ловкий и удачливый охотник, никогда не возвращается без добычи: «Сэмыл йив йивыу ворыт ворыу пал сав сумъях тагинътапты, урыу пал сав сумъях тагинътапты`С чёрными деревьями в черном лесу, лесной стороны много лабазов наполняет, горной стороны много лабазов наполняет'» [Kannisto1959, 78-80]; «Мисхуме сяр сэмыл, выгыруйил лап-тагталахтам`Мисхум весь обвешан чёрными и красными зверями'» [Попова 2001, 70]. Примеров, характеризующих силу и ловкость Мисхума, в фольклоре достаточно много. Такой промысловой удачей могут одарить и человека. Так, удачливых от природы людей, манси, сравнивали с народом Мис, говорили: «Мат хурип мат Мисхум, Мёуквхум тав та олум!`Он, вероятно, из рода Мис, из рода Менквов'» [Мифы. 2005]. Такое утверждение позволяет предположить, что были зафиксированы семейно-брачные отношения с лесными людьми.
Фольклорные тексты отражают несколько семейных моделей проживания Мисхума. Нами выделено четыре таких модели:
Отец с дочерью (сказка-песня «Миснэ мойт-эрыг»);
Брат и сестра (сказка «Эква-пыгрисъ ялпыу мойт»).Иногда количество братьев или сестёр варьируется (сестра и два брата; сестра и шесть, иногда семь братьев; два брата и две сестры);
Мисхум с человеческой женщиной (сказки «Савалап агирисъ», Павылъёр ос кит агигыг урыл»);
Сын и мать (текст «Тагт Талях Мисхум. Тулыглап»).
Эти модели позволяют сделать вывод, что одним из способов происхождения данного персонажа является: а) рождение от брака с человеком; б) рождение от брака с представителями своего же рода. Согласно быличкам, содержащим свидетельства о похищении и подмене человеческих детей лесными людьми, можно говорить ещё об одном способе продолжения рода. По словам информантов, Мисхумы крадут или подменивают человеческих детей, возможно, для улучшения рода, то есть «меняют кровь». Подмененные дети отличаются от человеческих тем, что их голова больше, и ходить они не могут. Один из таких эпизодов якобы был зафиксирован в деревне Хошлог (Берёзовский район). Женщина, оставив своего ребёнка в люльке на покосе без присмотра и без оберегов, вернувшись с работы, обнаруживает чужого ребёнка. Его она воспитывала как своего. Этот ребёнок достиг возраста юноши, общался с деревенскими детьми, был очень добродушен, но так и не научился ходить, всё время ползал на четвереньках, его голова была больших размеров (Зап. от Хозумова Петра Ивановича, д. Хурумпауль, Берёзовский район, 1952 г.р.). В сюжете этой былички дана однозначно отрицательная оценка Мисхума. В связи с этим случаем существует запрет, согласно которому нельзя оставлять детей одних, без охраны и оберегов. Данный запрет в среде манси до сих пор актуален и неукоснительно соблюдается.
В представленных семейных моделях именно Миснэ - лесной женщине отведена доминирующая роль. Мисхум прислушивается к мнению сестры и матери, подчиняется их воле, что подтверждает предположение Е. И. Ромбандеевой о том, что в обществе Мисмахум, возможно, существовал матриархальный уклад [Ромбандеева 1993, 38]. Но в браке с человеческой женщиной Мисхум проявляет качества хозяина и мужа, так как человек для лесных людей существо сакрально «нечистое». Вступив в брак с Мисхумом, женщина продолжает вести традиционный для манси образ жизни, но перенимает качества лесных людей, то есть становится невидимой для посторонних. Она не общается с сородичами. Только в единичных случаях, с разрешения мужа, она может посетить своих родных. Так, в хантыйской легенде «Йыс ясэц `Старинное сказание'» девушка, ставшая женой Лесного духа, только единожды посетила своих родителей и показала им ребёнка. В дальнейшем благосостоянием родителей занимался только сам Лесной дух, но при этом всегда был невидим [Сказки... 2013, 157]. Помощь со стороны лесных существ поступает только в том случае, если родители девушки были добры к ней. Например, в мансийской сказке «Сиротка» только престарелый отец заслужил доверие зятя [Мифы. 2005, 223].
Богатые и состоятельные Мисхумы исключительно редко предстают перед людьми - лишь в тех случаях, когда человеку требуется помощь. Общаются они с человеком как с младшим неразумным братом, которого можно пожурить за непослушание, наказать, но при этом помочь и подсказать верное решение. Так, в сказке «Два охотника» Мисхум оберегает человека, советует ему, как следует себя вести, чтобы не попасть в беду. В сказке «Наскасыг сака мори ул сяр- ген `Зря не ворчи'» Мисхум наказывает охотника за то, что он всегда был недоволен своей добычей. В наказание ему дается целый ворох белок, с которых он должен к закату снять шкурки и прибрать мясо. При условии успешного завершения дела его будет ждать награда, при неуспешном исходе - его заберёт к себе лесной человек [Иванова 2004, 30]. В сказке «Вораянхум ос Мисхум`Охотник и Мисхум'» за смекалку и выдержку Мисхум одаривает человека удачей, но за непослушание вытягивает ему уши [Кумаева 2012, 156-157].
В мансийских сказках лесные люди изображаются молодыми, сильными, довольно высокими, носят косы: «Сэмыл сагпа ур Мисхум, хурум отыр унлэгыт, Сэмыл сагпа вор Мисхум, хурум отыр унлэгыт'Чернокосые горные Мисхумы, три богатыря восседают, чернокосые лесные Мисхумы три богатыря восседают.'» [Kannisto1959, 78-80]. Мисхумы антропоморфны, единственное отличие от человека - это «.лишь немного выше людей (Хулимсунт). Отличить человека Мис можно по тому, что он имеет длинную шею, семь пальцев (К. Пакин)» [Источники по этнографии. 1987, 37]. По поверьям манси, живут они и теперь, но невидимы. Про них говорят: «Сас халъп олнэ махум `За гранью, подобно тонкой плёночке бересты, живущие люди'» [Иванова 2010, 50]. Обретают же человеческий облик лишь по своему желанию. Также их именуют «Самсайутыт `За глазами живущие существа'».
Рядом с Мисхумом всегда присутствует его охотничья атрибутика: лук, стрелы, охотничийпояс: «Нёхсау энтап юнтсум, уйу энтап юнтсум`соболиным поясом обвязался, звериным поясом обвязался'» [Kannisto1950, 78] и топорик. Данный инструмент напрямую не фигурирует в сказках, однако такой атрибут имеется у каждого охотника манси. Без него он не уходит на охоту. О наличии топорика у Мисхума говорит такой глагол, как сагруукве`рубить', который в мансийском языке сочетается только со словом «топор». Например: «Постыглас. Мисхум минуукве патыс, нёхыс нёвылъ хурум ломтыг саграпастэ...`Рассвело. Мисхум собрался уходить, мясо соболя на три части разрубил'.» [Кумаева, 2012, 158]. Зимнюю атрибутику Мисхума дополняют лыжи, обшитые шкурой выдры. Например: Мисхум кон квалыс, вонтырсов ёсаге та масапас `Мисхум вышел на улицу, быстро надел лыжи, покрытые шкурой выдры'» [Мифы. 2006, 162]. Мисхум, как и любой охотник манси, имеет собаку. Например, в сказке «Вораян хум ос Мисхум `Охотник и Мисхум'» отец, отправляя сына на охоту, предупреждает о том, чтобы тот не убивал седьмого соболя, так как это охотничья собака Мисхума. Она меньше обычного соболя: «Лёуханэ нёхыс лёух хурипат, нас тувыл манит `Следы собаки похожи на следы соболя, только меньше размером'» [Кумаева 2012, 156]. В «Мифологии манси» говорится о собаке, которая ходит с Мисхумом на шёлковом шнурке. Манси считают, что если охотник подстрелил соболя с полоской на шее, то он является ялпыу `священным', то есть принадлежит Мисхуму. Шкурку такого соболя не использовали в быту, а убирали в торум тотап `ящик, где содержат божество', чтобы не огорчать лесного человека. Так манси оберегали себя и свою* семью от гнева лесного человека.
Мисхум, помимо удачи в охоте, также одаривает человека и волшебными предметами: например, удачливым охотничьим поясом, луком со стрелами или отрезом от шелкового халата или платья, которым одевают всю деревню [Тагт ос Сакв махум.,.2001, 75]. Следует отметить, что в постановках (сценках) во время Медвежьих игрищ Мисхума также представляют как духа, дарующего людям плодовитость. Он раздает присутствующим свои волосы, которые символизируют продолжение рода.
Встреча с лесным человеком в сказках происходит в лесном массиве - паль ворт `в глубокой чаще дремучего леса', в большинстве случаев - в пограничное время суток: Этипалаг `в сумерки' или во время грозы, при этом он может как появиться, так и исчезнуть внезапно. Например: «Талкан варыс, тувыл номсы: «Нёхсум хот-нуюукве эри, йти тах Мисхумна ёхта- вем» `Шалаш из ели сделал, затем думает: «Соболя ободрать надо, вдруг ночью придёт Мисхум'» [Кумаева 2012, 158]; «Ити, эт котиль юи-палта, Мисхумна ты ёхтувес `В полночь пришёл Мисхум'» [Кумаева 2012, 158]; «Аквмат этипалаг тысирунлыматэ, сыспалныл та ёхта- ве`Однажды сидел вечером, к нему со спины подошли'» [Иванова 2004, 30]. В быличках Мисхум появляется перед человеком в темное время суток или во время грозы, но на территории, смежной с лесным массивом. Одна из быличек содержит свидетельство рассказчика о том, что он встретил Мисхума возле «керас ломт, ман матырсыр ма ломт сайт `то ли у основания скалы, то ли у основания холма'» (Зап. от Хозумова Николая Ивановича, д. Хурумпауль, Берёзовского района, 1932 г.р). Его появлению обычно предшествуют такие звуковые сигналы, как свист и ветер. Так, в сказке «Павылъёр ос кит агигыг урыл`Про двух девушек и Павылъёр'» к девушке пришёл Мисхум: «Нох-рохты, татем та вотыу суйты. Вотыуыг емтум. Колэ ёт ты тотаве, татем та вот `Проснувшись, слышит шум ветра. Ветрено стало. Дом может снести, такой ветер'» [Иванова 2015, 84].
Лесные люди способны оживлять не только животных, но и людей. Так, в некоторых быличках и сказках сообщается, что после смерти и захоронения умершие исчезали. В «Предании о происхождении рода Алгадьевых» читаем: «Аум та порславес. Вона тотсаныл. сёпита- вес. Атыт хоталэт кос минэгыт, акв хумияныл тай атим. Маснутанэ хуегыт, алмайиме, ул Миснэн, тав ёхталас...'Мужчину казнили. Унесли его в лес, похоронили. На пятый день люди пошли на поминки, а его в могиле нет. Миснэ, наверное, приходила...'» [Кумаева 2012, 111]. Для сравнения приведём пример из хантыйской сказки «Миш хе `Лесной дух'»: после смерти девушки её забирает к себе Миш хе и делает своей женой [Сказки Гришкина. 2012, 119]. Подобный эпизод зафиксирован и в мансийской сказке «Эква-пыгрись ялпыу мойт`Священная сказка про Эква-пыгрися'»: «Ань Эква савыуканн ёхтыс, номсы: “Агитем ворн та тотыма, паг ат та тотыма. Мотсырхумыг нял тыг та пинумтыма”. Экварись та номсы: “АгитэМис хумыгн та тотвес”`Та женщина на кладбище пришла, думает: “Мою доченьку, оказывается, лесные люди увели её, оказывается, не похоронили. Сюда положили, оказывается, стрелу мужчин иного рода”. Бедная женщина и думает: «Её дочь взяли в жёны Мисхумы'» [Мифы.. .2005, 151]. Таким образом, помимо похищения людей и детей, признаётся ещё один способ происхождения людей Мис - от умерших людей.
Мисхумы могут предсказывать будущее. Например, в сказке «Охотник и Мисхум» лесной человек предлагает охотнику разные части разрубленной тушки соболя, каждая из которых символизирует в разной степени вор сот `удачу в охоте'. Передняя часть - быстрое богатство, но быстрое разорение; задняя часть - бедность и нужду; средняя часть - средний достаток [Кумаева 2012, 161].
В фольклорных текстах нет упоминания о продолжительности жизни Мисхумов. Скорее всего, это связано с тем, что в сказках показан конфликт двух персонажей - положительного (Мисмахум) и отрицательного (Менкв), и отрицательный герой всегда бывает наказан или погибает. Однако, согласно устным сообщениям очевидцев, ими было замечено кладбище лесных людей. Это место является ялпыу `заповедным или святым' [Зап. от Динисламовой Светланы Селиверстовны, г. Ханты-Мансийск, 1960 г.р.]. Издревле манси полагали, что представители лесного народа не умирают, но они подвержены возрастным изменениям. В старости они идут в общий дом (туда, где солнце всходит) [Мифология манси... 2001, 91]. Там они вновь перерождаются, становясь молодыми. Однако в сказках нами зафиксированы и способы их умерщвления, что доказывает, что Мисхум всё же смертен. Например, в сказке-песне «Миснэ эрыг `Песня Миснэ'» охотник убивает Мисхума трехгранной стрелой из кедра. После неудавшейся попытки оживить отца Миснэ просит охотника вытащить стрелу, взамен этого она соглашается стать его женой. Миснэ эту стрелу называет «панътя `деверь, племянник'». Это указывает на возможность умерщвления Мисхума его же собственным деревом (из чего он создан, от того и умирает). Е.И. Ромбандеева отмечала, что «кедр - это дерево прародительницы Калтась» [Ромбандеева 1993, 74], в функции которой входит одаривать жизнью или лишать её.