Статья: Особенности эмоциональных детско-родительских отношений в семьях больных шизофренией матерей

Согласно полученным результатам матери, страдающие шизофренией, значительно хуже, чем здоровые матери, распознают эмоциональное состояние ребенка (р<0,005). Вместе с тем показатель эмоционального фона взаимодействия с ребенком у больных матерей имеет более высокую оценку (р<0,05). Статистические различия показателей, характеризующих понимание причин эмоционального состояния ребенка и умение матери воздействовать на эмоциональное состояние ребенка, выявлены на уровне тенденции (р<0,1) и свидетельствуют о меньшей выраженности данных характеристик у больных матерей.

Следующим этапом исследования было изучение характеристик эмоционального компонента детско-родительского взаимодействия в семьях больных матерей в зависимости от стиля ДРО. Оценка особенностей эмоционального компонента в зависимости от стиля ДРО проводилась путем выявления статистических связей между характеристиками ОДРЭВ и стилями ДРО с использованием корреляционного анализа (табл. 2).

Таблица 2. Результаты корреляционного анализа параметров методики ОДРЭВ и стилей ДРО*

Примечание: * в таблице представлены статистически значимые результаты.

Все выявленные статистически значимые корреляционные связи между переменными имеют отрицательную направленность, что свидетельствует об обратном характере связи - выраженность дезадаптивных стилевых особенностей ДРО ассоциируется с дефицитом характеристик эмоционального взаимодействия.

Наибольшее количество статистически значимых корреляционных связей выявлено между характеристиками эмоционального компонента детско-родительского взаимодействия и стилем ДРО «воспитательная неуверенность на фоне неразвитости родительских чувств», что косвенно свидетельствует о конвергентной валидности используемых методик. Воспитательная неуверенность, неразвитость родительских чувств, проекция собственных нежелаемых качеств сопряжены со сниженной способностью матери воспринимать и рас познавать эмоциональное состояние ребенка, сопереживать и проявлять теплоту в отношениях (р<0,05). Чувства, испытываемые матерью во взаимодействии с ребенком, прорываясь вовне, создают негативный эмоциональный фон взаимодействия (р<0,001). При этом сами матери признают себя менее эффективными родителями (р<0,001), отмечают сниженную способность оказывать эмоциональную поддержку (р<0,05) и неумение воздействовать на эмоциональное состояние ребенка (р<0,001).

Детско-родительские отношения, в основе которых лежат психологические проблемы матери в виде вынесения конфликта с партнером в область ДРО, сопряжены со снижением материнской способности понимать причины душевного состояния ребенка (р<0,05), снижением потребности матери в телесном контакте (р<0,005), неумением воз действовать на эмоциональное состояние ребенка (р<0,05). Снижается безусловность материнской любви, эмоциональное принятие матерью ребенка приобретает более условный характер (р<0,001) и зависит чаще от достижений ребенка, от того, насколько определенные черты темперамента, характера, поведения, внешности ребенка соответствуют ожидаемым родителем. Показатель, характеризующий чувства, испытываемые при взаимодействии, имеет более низкую оценку (р<0,05).

Матери считают себя менее эффективными родителями (р<0,01).

Наименьшее число корреляционных связей выявлено между характеристиками детско-родительского эмоционального взаимодействия и стилем «фобия утраты».

Статистически значимые связи умеренной силы образовали две характеристики блока чувствительности: снижение способности матери воспринимать эмоциональное состояние ребенка (р<0,05) и понимать и адекватно оценивать причины этого состояния (р<0,05). С целью оценки вклада характеристик эмоционального компонента в стилевые особенности ДРО была проведена множественная линейная регрессия с использованием пошагового исключения.

Были про ведены два анализа множественной пошаговой регрессии. Сначала мы включили в модель только показатели ОДРЭВ. На втором этапе мы включили показатели шкал АСВ, характеризующих психологические причины ДРО, вместе с показателями ОДРЭВ, чтобы определить, какие показатели методики ОДРЭВ вносили вклад в стиль ДРО, принимая во внимание психологические причины. Начальная регрессионная модель предикторов стиля «фобия утра ты» включила две характеристики ОДРЭВ, объясняющих 9,6% дисперсии зависимой переменной (табл. 3). Предикторы финальной модели представлены одним признаком эмоционального компонента «понимание причин эмоционального состояния ребенка», при этом коэффициент регрессии фактора имеет отрицательное значение. Модель объясняет 10,3% дисперсии.

Таблица 3. Модель множественной линейной регрессии предикторов ОДРЭВ и стиля «фобия утраты»

Введение в модель переменных АСВ, характеризующих психологические причины ДРО «фобия утраты», привело к улучшению качества модели и увеличению коэффициента множественной детерминации до 0,776 (табл. 4). Вместе с тем значимость предикторов ОДРЭВ претерпела изменения, и в финальной модели предиктором зависимой перемен ной явилась «способность матери воспринимать эмоциональное состояние ребенка». При этом стандартизированный коэффициент Beta переменной «способность матери воспринимать эмоциональное состояние ребенка» имеет положительный знак, то есть с увеличением значения фактора результативный признак модели возрастает. Следует отметить, что инверсия знака коэффициента фактора произошла при введении в модель признака АСВ «предпочтение детских качеств», то есть чувствительность матери к сигналам ребенка влияет на выраженность дисфункциональных паттернов, обусловленных фобией утраты ребенка и предпочтением матери сохранить детскость в ребенке. Значимость фактора на уровне тенденции (р=0,056), однако его исключение ухудшает качество модели.

Таблица 4. Модель множественной линейной регрессии предикторов ОДРЭВ и АСВ стиля «фобия утраты»

Таким образом, 77,7% дисперсии зависимой переменной «фобия утраты» можно объяснить влиянием психологических факторов - фобия утраты ребенка, предпочтение детских качеств, расширение родительских чувств, и способностью матери распознавать эмоциональное состояние ребенка. В процессе взаимодействия мать способна воспринимать информацию, характеризующую эмоциональное состояние ребенка, однако анализ сигналов и их понимание могут быть нарушены в результате психологических причин. Только в том случае, если мать адекватно распознает и понимает сигналы ребенка, она может внести поправки в свое собственное поведение, которые необходимы для получения желаемого результата взаимодействия.

Начальная регрессионная модель стиля «воспитательная неуверенность» включила шесть переменных-предикторов ОДРЭВ, объясняющих 43,9% дисперсии зависимой переменной (табл. 5). Предикторы финаль ной модели представлены тремя переменными ОДРЭВ - способность воспринимать эмоциональное состояние ребенка, преобладающий эмоциональный фон взаимодействия, умение воздействовать на эмоциональное состояние, и объясняют 45,6% дисперсии. Все регрессионные факторы имеют отрицательный знак и свидетельствуют об уменьшении результирующего признака модели «воспитательная неуверенность» при увеличении показателей эмоционального компонента ДРО. То есть более развитая способность матери распознавать сигналы ребенка, характеризующие его эмоциональное состояние, положительный эмоциональный фон взаимодействия и умение воздействовать на эмоциональное состояние ребенка способствуют снижению воспитательной неуверенности матери и выраженности паттернов негармоничного стиля ДРО «воспитательная неуверенность».

воспитательный эмоциональный шизофрения

Таблица 5. Модель множественной линейной регрессии предикторов ОДРЭВ стиля «воспитательная неуверенность»

Введение в модель переменных АСВ, характеризующих психологические причины ДРО «воспитательная неуверенность», привело к улучшению качества модели и увеличению коэффициента множественной детерминации до 0,732 (табл. 6). Вместе с тем, как и в регрессионной модели стиля ДРО «фобия утраты», значимость предикторов ОДРЭВ претерпела изменения. Согласно финальной регрессионной модели независимый вклад в дисперсию моделируемого признака «воспитательная неуверенность» вносит только факторный признак «умение матери воздействовать на эмоциональное состояние ребенка». Таким об разом, 74,1% дисперсии ДРО «воспитательная неуверенность» можно объяснить воспитательной неуверенностью матери, неразвитостью родительских чувств, проекцией собственных нежелаемых качеств на ребенка и неумением матери воздействовать на эмоциональное состояние ребенка. Наибольшее значение коэффициента регрессии в модели принадлежит факторному признаку «воспитательная неуверенность родителя», определяя значимость вклада в стиль ДРО. Неразвитость родительских чувств, согласно полученным в регрессионной модели результатам, вносит второй по значимости вклад в стиль и является не зависимым психологическим предиктором. Значимость вклада факто ров «проекция собственных нежелаемых качеств» и фактора «умение воздействовать на эмоциональное состояние» приблизительно равна, а стандартизированный коэффициент фактора «умение воздействовать на эмоциональное состояние» имеет отрицательное значение. То есть более развитое умение матери воздействовать на эмоциональное со стояние ребенка способно уменьшить воспитательную неуверенность родителя и дисфункциональность ДРО.