ФГБОУ ВО «Мордовский государственный педагогический институт имени М.Е. Евсевьева»
Образование XXI века: прощай гуманизм, да здравствует технологизм
Дерюга Вардан Евгеньевич,
доцент, кафедра педагогики, кандидат педагогических наук
г. Саранск
Аннотация
технологизация образование педагогический
В статье рассматривается феномен образования с точки зрения двух парадигмальных подходов: традиционного (технологического) и гуманистического. Раскрывается суть технологизации образовательного процесса и обосновываются связанные с этим педагогические проблемы.
Ключевые слова: гуманизм, образование, парадигма, технологизм, духовность, ценности, культурная традиция.
Abstract
Education of the xxi century: goodbye humanism, hello technology
Deryuga Vardan E.
Assistant Professor at the Department of Pedagogy, Mordovia M.E. Evsevyev State Pedagogical Institute, PhD in Education, Associate Professor
The article deals with the phenomenon of education from the point of view of two paradigmatic approaches: the traditional (technological) and the humanistic ones. The essence of technologization of the educational process is revealed and the pedagogical problems connected with this are substantiated.
Keywords: humanism, education, paradigm, technologism, spirituality, values, cultural tradition.
Основная часть
В настоящее время стало совершенно обыденным говорить о мощнейшем влиянии технологий на жизнь человека и всего общества. Не является исключением и система образования, которая в последнее десятилетие переживает революционные изменения. Технологии (информационные, коммуникационные, интерактивные, аудиовизуальные и др.) теперь определяют вектор, задают средства и методы, фиксируют результаты процесса образования и даже могут изменять его цели и задачи. С какими же вызовами сталкивается современная образовательная система и как реагировать на эти изменения ее участникам (ученикам, учителям, родителям, администраторам)?
Нужно обратить внимание на то, что образование на протяжении всей истории человечества было наиболее консервативной из систем [1]. Изменения в ней назревали долго, и, как правило, любые нововведения сталкивались с непринятием основной массой участников образовательного процесса. Это был своеобразный тормозящий изменения «фильтр», защита от выбора неверного направления. С другой стороны, образование всегда «заглядывает» в будущее и старается воплотить его в современности. Связь «настоящее - будущее» в периоды революционных изменений становится особенно короткой, и поэтому именно образованные люди возглавляют общественные течения, становятся передовыми просветителями и проводниками народных идей и идеалов.
Сегодня ситуация кардинально изменилась. Вместо стабильной, консервативной, целенаправленной, предсказуемой, постепенно развивающейся системы нас несет бурный «поток» постоянных, во многом хаотичных и непредсказуемых изменений в жизни и в сфере образования. Их причиной стал технологический «прыжок» из века промышленности в век информации, техники и массовых коммуникаций (переход из индустриального в постиндустриальное и информационное общество). Технологии изменили суть взаимодействия человека с «информационным полем». Конечно, это позволило выровнять доступ к информационным ресурсам, что чрезвычайно актуально для России, однако, с другой стороны, мы столкнулись с разрушением традиционных подходов к образованию, с изменением его сути, целей, и соответственно результатов. Прежде всего, это коснулось образовательных смыслов («зачем учиться?»), затем способов овладения знаниями и компетенциями / умениями и навыками («как учиться?) и менее всего затронуло само содержание образования («что учить?»).
Технологии не только меняют смыслы, способы и содержание образования. Сегодня они способствуют определению идеалов, идей и, соответственно, целей образования. Технологии играют в этом процессе все более значимую роль, и возникает опасность, что они могут полностью заменить собой человека (будем надеяться, что этого не произойдет).
Вот как видит технологическое будущее Джастин Раттнер, футуролог, технический директор Intel (США): «В будущем электронные устройства все больше будут ориентироваться на своего владельца, совершенствоваться в понимании интимной стороны жизни человека. Гаджеты уже научились отслеживать географическое положение, улавливать интонацию и особенности речи владельца, замерять его пульс и даже сканировать активность мозга. Обрабатывая эти данные, современное устройство способно дать своему владельцу совет, который ранее могли дать только близкие люди и родственники. Представьте аппарат, который, используя ряд сенсорных модулей, точно определяет, чем вы сейчас занимаетесь: от состояния сна до пробежки с другом. В будущем устройства начнут запоминать приобретаемый вами опыт, узнавая вас как личность. Привычный нам телевизионный пульт может стать другом и советчиком, распознав человека по прикосновению, поприветствовав его и посоветовав ряд телепередач, которые идут в данный момент в эфире» [2].
Каким образом технология может задавать цель образования и стать его смыслом? Вы задумывались, почему среди молодежи очень популярны фильмы ужасов и они набирают всегда большие аудитории в кинотеатрах? Потому что технология аудивизуального (тактильного, в общем когнитивного) воздействия на зрителя определяет выбор фильма. Цель задается не смыслом сюжета (зачем?), не содержанием (что?), а технологией эмоционального воздействия (как?). Иначе говоря, я выбираю не фильм, я выбираю технологию, которая должна меня удивлять.
Применим подобные рассуждения к системе образования.
Аудиовизуальные и интерактивные технологии изучения учебного материала предлагают нам соответствующие средства и методы, которые позволяют ученику в наименьший срок с наименьшей потерей энергии получить наиболее высокий результат обучения. Действительно, удобно пользоваться электронными книгами, различными презентациями, смотреть фильмы и обучаться с помощью технологии дополненной реальности. Опасность кроется в том, что технология может стать самоценностью и самоцелью, как и в случае с фильмами ужасов, а смысл и содержание при этом отодвигаются на второй план.
Предположим, что программисты создали идеальную программу тестирования, которая «оценивает» ученика не только по видимым ответам, но и по скрытым биометрическим показателям (частота биения сердца, дыхание, давление и прочее), что исключает возможность любой подтасовки результатов. В этом случае (как и в случае с любым тестированием, в том числе ЕГЭ) именно технология становится для ученика более значимой, нежели сами знания. А это значит, что теперь она «ставит» цели образования и начинает «управлять», подчиняя всех участников педагогического процесса. Парадокс в том, что чем совершеннее (идеальнее) технология, тем мощнее ее воздействие на субъекта, который ею пользуется, и тем значимее она становится по сравнению с содержанием образования.
Это, в свою очередь, свидетельствует о необходимости выработки умения субъекта и всего общества противостоять превращению технологии из средства в самоцель. Если же это происходит (как в настоящее время в технологически развитых странах, в том числе и в России), суть образования (зачем?) сдвигается с его содержания (что?), с личности (кто?) на средства, формы и методы использования технологий (как?). И тогда в образовании на место принципа гуманизма приходит принцип технологизма.
Рассмотрим сущность образования, его смыслов и целей с парадигмальных позиций «технологизма» и «гуманизма».
Начнем с краткой истории Homo sapiens. Первобытный человек учился для единственной цели - выжить и продолжить свой род. Выживание диктовало необходимость взаимодействия с себе подобными. Однако это обучение трудно назвать в полной мере образованием, оно больше напоминает нам инстинктивную дрессировку у животных.
В период когнитивной революции примерно 70 000 лет назад человек стал не просто приспосабливаться к миру природы, в котором он жил. Он стал создавать новый мир материальных и духовных объектов. Так возник мир культуры. Эти искусственно созданные объекты в буквальном смысле слова «требовали» от людей ухода за собой, сохранения и передачи другим поколениям. Если вы единственный, кто умеет добывать огонь, если вы умеете изготавливать лук и стрелы или умеете «вызывать» дождь, вы просто обязаны научить этому кого-нибудь, пока вы живы. Так зародилась «культурная традиция», которая продолжается до сегодняшнего дня. Образование же стало процессом передачи эстафетной палочки культуры из поколения в поколение.
Важно отметить, что культура и образование не смогли бы развиться, если бы первобытным человеком управлял только страх и необходимость выжить. Разве наскальные рисунки, каменные фигурки женщин, музыкальные инструменты необходимы в прямом смысле для физического выживания? Нет. Скорее они необходимы для полноценной психологической и духовной жизни, выражения своего внутреннего культурного мира и его экстериоризацию в мир внешней культуры (под духовным мы, как и Дарио Салас Соммэр, понимаем целостное сознание, основанное на единой сущности). А это уже совершенно иная цель: объективизация внутреннего потенциала человека, самовыражение его «Я». Цель эта присуща лишь человеку, и даже если она присутствует у животных, то не является первостепенной.
С развитием аграрного образа жизни, а позже с появлением городов (полисов) и государств передача культурной традиции становится наиболее значимой целью образования. Это связано с объективной ситуацией накопления культурных ценностей. Пути ее достижения дифференцированы, в зависимости от социальной принадлежности людей. Образование принудительно «подготавливало наследников» к необходимому виду деятельности для сохранения и развития общества и государства: воинов, рабочих, торговцев, жрецов, правителей, чиновников. А с появлением письменности около 5 000 лет назад этот процесс стал более систематизирован, искусственен и авторитарен. Образование давалось не ради личности, ее развития и реализации, а ради сохранения единства общества в настоящем и в исторической перспективе. В духовной основе образования лежали религии (политеические и монотеические), и они «цементировали» (скрепляли) единое социальное устройство.
Тем не менее идеи гуманизма были характерны уже для древних обществ. В культурах буддизма, даосизма, конфуцианства, философии Древней Греции, иудаизма, христианства, ислама гуманизм хоть и не является ведущим философским принципом (Бог всегда причина, высшая ценность, а человек - вторичен по отношению к нему и подчинен), однако проявлялся в свете теологических и философских концепций.
Только начиная с эпохи Возрождения идеи гуманизма начинают выходить на первый план и становятся все более самостоятельными в XIX и XX вв. Теоцентризм, «заменивший» в свое время космоцентризм, уступает место антропоцентризму. Гуманизм означает, что «человек - мера всех вещей» (Протагор), человек - цель, а не средство, он главный на планете Земля и в природе вообще.
Во-первых, это формирует новый идеал человека с такими качествами, как самостоятельность, свобода, деловитость и активность.
Во-вторых, человек не только возвышает себя над всем животным и растительным миром (это характерно и для теоцентрической модели), он отказывается от подчинения «высшим божественным» силам. И хотя в современном мире большинство людей принадлежат к религиозным конфессиям, обратим внимание на то, что в цивилизационно развитых странах повседневное поведение людей редко диктуется религиозными нормами морали.
В-третьих, независимость человека и его свобода приводят к субъективизму культуры (философия релятивизма), теперь не существует объективной и независимой истины в различных ее аспектах. Истина всегда складывается из субъективных мнений, оценок, желаний и поступков автономных личностей. Эту особенность гуманизма описывает Ха - рари Юваль Ной. С точки зрения гуманизма в эстетике понятие «красивое - уродливое» определяется вкусом человека, в экономике (хороший товар - плохой товар) - желанием клиента, в политике - взглядами электората, в этике (добро - зло) - субъективным мнением личности [4] И если сегодня вы спросите людей о том, что такое, к примеру, любовь, то в большинстве случаев вы получите ответ, что для каждого человека это свое особенное чувство.
Так гуманизм рождает либерализм (идеал прав и свобод), индивидуализм (идеал субъективных оценок), а его темной стороной становится эгоизм, который определяется Эрихом Фроммом как ненасытная жадность [5]. Именно автономная независимая личность больше всего подвержена одиночеству, а недополученный и нереализованный потенциал творчества и любви проявляется в эгоистических требованиях к другим, направленных на удовлетворение самого себя.
Как повлиял гуманизм на развитие систем образования?
Во-первых, начиная с эпохи Возрождения в Европе сначала постепенно, а потом все стремительнее развивается культура: науки, искусства, промышленность и хозяйство, услуги и банковская сфера. Это естественно привело к возникновению феномена массового образования и увеличению сроков обучения. Новому экономическому укладу, начиная с середины XVII в., нужно было все больше образованных людей, и система образования выполняла социально-экономический запрос.
Во-вторых, интерес и знания о человеке наполнили образование гуманистической целью. Теперь это не просто передача культурной традиции, а создание условий для реализации личностного потенциала.
Так, с одной стороны, образование должно было «поставлять» грамотных людей для промышленности и хозяйства, экономики и политики, общества и государства, людей, которые обучались бы с максимальным результатом и с наименьшей потерей энергии и времени. С другой стороны, у образования появилась более значимая цель - создание благоприятных условий для обретения Личностью самой себя, раскрытия ее потенциала, восхождения по социальной лестнице и самореализации на благо людям. Образовательный процесс, таким образом, можно рассматривать и строить с этих двух парадигмальных позиций - традиционной (социальной и технологической) и гуманистической.