Семантическая двуплановость метафоры коррелирует с природой комического. Именно уход от предсказуемости или отклонение от нормы, разрушение стереотипов в коммуникативной ситуации взаимодействия адресанта и адресата и формируют комический эффект. На этом основании метафору можно считать одним из когнитивных механизмов формирования комического. Однако не каждая метафора в медиатексте становится комической. В этом ей помогает особая экспрессия как реализация прагматических установок коммуникативной ситуации. Т.В. Булыгина, А.Д. Шмелев отмечают: «Для того чтобы правильно понять намеренную аномалию, важно установить, с какой целью говорящим допущено отклонение от норм. При этом следует иметь в виду, что нередко сходные нарушения допускаются с совершенно разными целями» [Булыгина, Шмелев 1990: 104].
Результат когнитивной обработки и усвоения нового знания, представляемого метафорой, непосредственно связан с пониманием или интерпретацией комического. А процесс восприятия метафоры, базирующийся на сличении двух смысловых планов -- реального и ожидаемого, носит субъективный характер и активизирует фреймы индивидуального проявления сознания в нетипичных, необычных ассоциациях. Исследователи подчеркивают способность метафоры к неточному обозначению в языке того или иного предмета или явления [Серебренников и др. 1988: 96], что создает дополнительные трудности ее понимания и толкования, расширяя возможности творческого мышления.
Кроме того, понимание комической метафоры (несмотря на универсальность метафоры и категории смеха) не только зависит от образованности адресата, его коммуникативной компетенции, но и осложняется разного рода социокультурными кодами. Оно основывается на существовании широкого контекста, определяемого культурой, ядром которой является языковая картина мира [Серебренников и др. 1988: 28]. В метафоре, как и в комическом, аккумулируются и транслируются лингвокультурный опыт и традиция, поэтому они представляются культурно обусловленными феноменами, сложными для понимания в аспекте межкультурной коммуникации.
Метафора -- один из основных факторов, формирующих культурную составляющую медиатекста, она позволяет углубить его содержание с помощью ярких оценочных, часто культуроспецифичных образов [Добросклонская 2010: 138]. При реализации метафоры как осмысления нового знания происходит одновременное установление когниции комического эффекта, носящего в медиатексте юмористический, иронический, сатирический и даже гротескный оттенок. Несомненно, комическая метафора обогащает сознание, стимулирует познавательные процессы и расширяет индивидуальные границы мира человека. Ведь «границы моего языка означают границы моего мира» [Витгенштейн 1994: 90].
В решении коммуникативных задач в медиаречи метафора представляет собой важное средство усиления эффектности и воздействия на интеллект, волю и эмоциональное состояние адресата. Комический эффект, создаваемый метафорой, направлен на имплицитное воздействие на сознание массовой аудитории. Подобное манипулятивное действие метафоры хорошо вписывается в функционально-прагматические параметры медийного дискурса, предназначенного не описывать ситуацию, а убеждать, пробуждая в адресате намерения, давать почву для убеждения и побуждать к действию, предлагая некую схему [Bayley 1985: 104].
В формировании комического в медиаречи участвуют образные (живые) и обновленные (окказиональные или авторские) метафоры, обладающие значительной экспрессией и силой воздействия на адресата. При этом метафора идет вразрез со стандартными представлениями о мире, а в случае выполнения ею текстообразующей функции выступает сценарием для развертывания медиатекста, обусловливая его когерентность и целостность восприятия (Н.Д. Арутюнова, А.Н. Баранов, Л.С. Билоус, Э. Лассан, Е.А. Тихомирова, К.С. Филатов, А.П. Чудинов). Исследования текстоконструирующей метафоры отвечают современным тенденциям развития дискурсоведения, вскрывающего механизмы конструирования текста. В случае содержательно-концептуального подчинения медиатекста определенной метафорической модели (далее М-модели) можно говорить уже не об отдельно взятой комической метафоре, а о комизме фрагмента или целого медиатекста. Все чаще в современном медиадискурсе метафора используется как конструкт-сценарий для смыслового развития текста.
Собранный материал позволяет сделать вывод о наличии отдельных разрозненных метафор, создающих комический эффект в медиатексте, а также о текстоконструирующей метафоре, направленной на развитие текста и создание комизма того или иного фрагмента или медиатекста в целом. При анализе материала выделяются несколько основных групп.
1. Концептуальная интеракция. Комическое, базирующееся на семантической двуплановости метафоры, обусловливается дистанцией между реальным и ожидаемым планами и сопровождается обязательной имплицитной оценочностью. Созданию комического эффекта способствует использование актуальной (структурированной, понятной, а, следовательно, действенной) в лингвокультурной ситуации (ЛКС) М-модели.
Г. Спенсер указывал на то, что метафора выгодна в том случае, если она проста и понимается с полунамека. Рассуждая о сбережении внимания как основном требовании текста, он писал о том, что «сила всякой формы речи увеличивается в обратном отношении ко времени и умственным усилиям, которых она требует от слушателя» [Спенсер 1999: 705]. Специфика современной ЛКС связана с активизацией действия кулинарной метафоры в силу того, что она отличается явным традиционализмом, трансляцией доступного и понятного всем знания. Как правило, подобная модель используется с установкой на быстрое понимание, латентно воздействуя на сознание.
Например: болг. Група влиятелни поддръжници наруския президент Владимир Путин са събрали в книга някои от неговите най-интригуващи и пиперливи речи и цитати и са изпратили много бройки от нея в Кремъл, препоръчвайки я като идеален празничен подарък за патриотично настроените държавни служители, предаде Ройтерс (Новини 168.bg). -- Группа влиятельных сторонников российского президента Владимира Путина в книге собрала некоторые из его самых интригующих и перечных (с перчинкой) речей и цитат и отправила множество экземпляров в Кремль, рекомендуя книгу в качестве идеального подарка патриотично настроенным госслужащим -- передает «Рейтер».
Метафоризация лингвокультурных знаков. Комический эффект обусловливается включением в метафору знаковых (а значит, и понятных) для носителей лингвокультуры единиц в нестандартной синтагматике.
Например: болг. ГЕРБ и СДС обявиха създаване на предизборна коалиция за съвместно участие в изборите за членове на Европейския парламент от Република България. Безспорен факт обаче са вълненията в дясната част на политическата баницау нас (Монитор, 21.03.2019). -- ГЕРБ и СДС объявили о создании предвыборной коалиции для совместного участия в выборах членов Европейского парламента от Республики Болгария. Явным фактом являются волнения в правой части политической баницы у нас.
Баница -- изделие из слоеного теста, ритуально-праздничная разновидность хлеба, характеризуется символичностью и значимостью в болгарской культуре. Основным ассоциативным фреймом является ее многослойность -- именно такая ассоциация сразу же возникает у носителей болгарской лингвокультуры при восприятии данного знака. В медиатексте в качестве политической баницы подразумевается множество политических партий, действующих в Болгарии, различающихся своими политическими программами и идеалами. Комизм строится на алогичной, не допускаемой нормой синтагматике -- политическа баница.
Окказиональная (обновленная) метафора в создании комического. Обновление метафоры является действенным лингвокогнитивным средством экспрессивации, обусловливает усиление ее оценочного и прагматического потенциала в медиатексте. Подобные семантические трансформации, сопряженные со смысловой интенсивностью, привлекают внимание адресата. Очень часто достижение экспрессии происходит на основе прецедентных феноменов и онимов (входящих в когнитивную базу человека), которые в большинстве случаев имеют культурную отнесенность. В качестве характерной особенности болгарского медийного дискурса можно рассматривать ономастическую игру [Цонева 2017: 100]. Объектом такой игры часто становится премьер-министр Бойко Борисов. Например: Бойковизацията (Дума, 27.04.2011, бр. 95), Бойковчета. Дали наистина тези хора си въобразяват, че вместо пионерчета скоро ще връзват връзки на бойковчета? ... Приликите с онова време, което Б.Б. толкова презира, съвсем не са случайни (Дума, 16.06.2011, бр. 135), Бойковещение. Прекален светец и ГЕРБУ не е драг (Дума, 17.04.2012, бр. 89), Бойкокрация (Дума, 22.03.2011, бр. 66), Бойковците се сменят, отношението към Русия остава (Дума, 22.02.2012, бр. 44), БОЙКОлонизация. САЩ заставиха България да се откаже от АЕЦ «Белене», послушанието ще ни струва 1 млрд.евро (Дума, 09.04.2012, бр. 84), Бойкономиката: eдин произвежда, шестима папат (Дума, 30.08.2011, бр. 198), «Бойкометър» следи за лъжите на властта (Дума, 28.09.2010, бр. 222), Асфалтиране + бойкова власт = реформи (Дума, 16.05.2015, бр. 109), По-далеч от Бойколандия! (Дума, 03.11.2012, бр. 256), Обикновен бойковизъм (Дума, 21.02.2012, бр. 43), Бат'Бойкови циркове (Дума, 25.02.2016, бр. 46) и др. Использование в текстах новообразований на основе онима часто сопровождается и графической игрой. Окказиональные метафоры, актуализирующие ассоциативный потенциал имени собственного, несут эмоциональный заряд и создают комический эффект.
Метафора-сценарий. Комический эффект базируется на комплексе прагматических и лингвостилистических признаков метафоры, которая служит сценарием для развертывания медиатекста.
Остановимся подробнее на примере использования кулинарной метафоры с культурно обусловленным знаком болгарской лингвокультуры баница в качестве заголовка медиатекста. В основе концептуальной метафоры лежит когнитивная модель баница -- ресурс, посредством которой происходит восприятие и представление реального мира. В современных медиатекстах сферой-мишенью выступают материальные и нематериальные блага и людские ресурсы. Рассмотрим, какие фреймы актуализируются в следующем фрагментарном тексте:
«Баницата» управлява общините.
Многоцветни коалиции по интереси крепят властта на кметовете. <...> Всички са заинтересовани да получат своя дял от общинската баница и никой не иска да подсмърча на сухо в опозицията. <...> Но кметът Атанас Камбитов (ГЕРБ) явно мъдро си бе опекъл работата (Труд 18.11.2015). -- Баница управляет общинами (административными единицами, входящими в состав области). Разноцветные коалиции по интересам укрепляют власть мэров. <...> Все заинтересованы в том, чтобы получить свою часть от общинной баницы и никто не хочет быть ни с чем в оппозиции. <...> Но мэр Атанас Камбитов (партия ГЕРБ) явно мудро испек (подготовил) выборы.
Основное внимание привлекает заголовок как смысловая доминанта. На нем фокусируется адресат, ожидающий получить по законам речевого прогнозирования некое сообщение -- прогноз о содержании предлагаемого текста. В данном случае реализация темы и идеи медиатекста происходит при актуализации фрейма «Блюда национальной кухни» (баница). Кулинарная метафора в данной коммуникативной ситуации привлекает внимание и вызывает недоумение (дожили, уже баница управляет), способствуя порождению интереса и провоцируя адресата на дальнейшее чтение. Последующее предложение как обобщение темы воспринимается ключом к решению комической метафоры и содержит объяснение заглавию медиатекста. Ассоциация по сходству и обращение к многослойности баницы (как слоеного хлебобулочного изделия) обусловливает адекватное понимание и цветовой метафоры, присутствующей в пояснении, которая легко воспринимается адресатом по корреляции цвета и интересов политических партий. Однако содержательно-концептуальная информация проясняется на фоне целостного текста, комментирующего многообразие управляющих партий на фоне их единодушия (и даже возможности увеличения их количества) в борьбе за получение своего куска пирога при победе на выборах. Смысловой акцент усиливается посредством повторного использования кулинарной метафоры, но на этот раз баница предстает уже в виде материального ресурса -- дял от общинска баница (букв. «часть баницы общины»).
Обращение к кулинарной метафоре фиксируется и в актуализации фрейма «Технология приготовления» -- опекъл работата (букв. «испек» в значении «подготовил выборную процедуру и беспрепятственно одержал победу на выборах»). Повторение кулинарной метафоры служит своеобразным интенсификатором экспрессивности. Возникающие при использовании метафоры интенсивность, нарушение стереотипности мыслительных процессов, отраженное в несовпадение прогноза и действительности (так называемый эффект «обманутого ожидания» по Р. О. Якобсону), создает комизм и вызывает ироничную реакцию у адресата. Развертывание текста (суть которого власть -- это блага, поэтому все стремятся во власть) происходит по схеме, задаваемой кулинарной М-моделью (несмотря на наличие других М-моделей в данном тексте, именно кулинарная метафора является доминирующей, текстоконструирующей): баница управляет -- испечь работу (т. е. победить на выборах) -- получить кусок общинской баницы (т. е. получить доступ к материальным благам). И наконец, вывод, к которому подталкивает текст: чтобы стать «баницей» и урвать кусок пожирнее, надо ее испечь.
Результаты исследования
На основе анализа медиатекстов установлено, что создаваемый метафорой в медиадискурсе комический эффект включается в общий контекст и является результатом целенаправленных усилий в соответствии с прагмастилистическими и лингвокультурными установками.
Собранный материал демонстрирует ряд случаев, когда метафора видится средством формирования комического в медиадискурсе. Разграничиваются единичные метафоры, задающие маркеры комического в медиатексте, и метафоры-сценарии, создающие комизм текстового фрагмента или текста целиком.
Единичные метафоры как маркеры комического базируются:
на дистантности фреймов;
на нарушении привычных синтагматических отношений;
на различных видах языковой игры.
Особую роль в создании комического играют актуальные для ЛКС М-модели, отличающиеся традиционализмом и трансляцией доступного и понятного знания, а также метафоризация лингвокультурного знака, посредством которого осуществляется привлечение внимания адресата к объекту и транслируется близкая носителю лингвокультуры информация. Данные случаи сопровождаются имплицитной оценкой. Оценочность усиливается при использовании обновленной метафоры как средства достижения комического, которую можно рассматривать в качестве механизма экспрессивации.
Метафора-сценарий создает комичность фрагмента или целого текста и служит его конструированию. Неоднократное, круговое использование определенной