Хабаровская государственная академия экономики и права
Юридический факультет
Кафедра гуманитарных дисциплин
Медиация как социокультурный фактор модернизации российской правовой системы
канд. философ. наук, доцент
С.М. Марков
Annotation
In the article a socio-cultural pattern of Russia's legal system modernization, which is created by introducing into its strategy methodological cues in the form of general human universal values and a cultural-historical peculiarity, is considered. For accelerating the legal system modernization it is suggested to actively introduce mediation as one of the institutions of a civil society. Mediation is regarded as a basic alternative institution (non-governmental) and a method for social conflicts' solution in a transitional state of a society.
Keywords: mediation, alternative solution of conflicts, mediation practice, consensus, socio-cultural model, legal modernization, amicable agreement, experience of mediation in Russia.
Социокультурная парадигма правовой модернизации видится нам как включение в её стратегию альтернативных институтов (негосударственных) в контексте исторического измерения. В первую очередь это широкомасштабная организация социальных институтов медиации, или негосударственных учреждений по урегулированию конфликтов (споров) с участием нейтральных посредников. Их организация приобрела правовую базу в связи вступлением в силу с 1 января 2011 г. Закона № 193-ФЗ от 27 июля 2010 г. «Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)».
Институт - юридический термин, но сегодня он широко используется социологами, экономистами, философами. Благодаря теории социальных институтов, институт стал пониматься не только как организация, но и как совокупность социальных и юридических норм, регулирующих определённую сферу общественных отношений. В социологии институт определяется как исторически сложившаяся на основе традиций и правовых норм 1) форма организации совместной деятельности, 2) корпоративная организация персонала, 3) устойчивый комплекс норм, правил, ценностей, регулирующих различные сферы человеческой жизнедеятельности. Институт как социальная организация - способ совместной деятельности, предназначенный для координации средств, ресурсов, социальных статусов, ролей, функций своего персонала и регламентов их контролирования. В то же самое время институт представляет собой социокультурную и правовую модель для решения определённой социальной задачи. По существу, всё общество состоит из институтов, малых и больших, региональных и международных, с присущими лишь им статусно-ролевыми и ценностными позициями. Широкую известность в научной литературе получили «классические» институты семьи и брака, политические, экономические, этнонациональные, религиозные, международные и другие институты, которые условно можно назвать основными (базовыми) институтами. На их основе строятся подсистемы социума: экономическая, политическая, правовая, духовная, религиозная. Но, кроме основных, есть и неосновные институты, ориентированные на поддержание их жизнеспособности и разрешение возникающих в их недрах конфликтов. Так, медиация входит в общественные (негосударственные) институты, хотя её нормы регулируются государственными органами и законодательством.
Интерес к изучению различного рода «классических» институтов резко вырос в середине 90-х гг. прошлого столетия в связи с присуждением в 1993 г. Нобелевской премии Д. Норту, автору работ по теории экономических институтов. Но по-прежнему в современном обществознании, к сожалению, не уделяется должного внимания изучению неосновных институтов, зарождающихся, неформальных, латентных, а также альтернативных институтов, в том числе образовавшихся с целью разрешения социальных конфликтов. Философы и социологи обходят вниманием проблему социокультурных факторов переходных («пограничных») состояний институтов в эпоху их модернизации (чего, допустим, нельзя сказать об экономистах, лауреатах нобелевских премий двадцатого столетия). Практически никем не поднимается тема об альтернативных институтах (негосударственных) и методах (неюридических) модернизации общественной жизни (например, модернизации правовой системы). Если и есть исследования, то в основном описательные, эмпирические, фрагментарные. Общий их недостаток - отсутствие исторического подхода к проектированию моделей модернизации и социокультурной методологии. Институционализация (от лат. institutes - установление) - это закрепление обычаев и традиций в социальные нормы поведения и контроля. Институционализация социальных институтов, как показывает исторический опыт, имеет два пути: 1) через естественное закрепление обычаев и традиций в социальные нормы поведения и контроля; 2) через юридическую институционализацию.
Исходя из данного положения, вскрыть социальное предназначение медиативной процедуры возможно двумя способами: посредством исследования её исторических первопричин (так называемых архетипов) или посредством раскрытия юридических, политико-правовых актов её закрепления. Так формулируется исследовательская задача, хотя, как правило, в реальной жизни генезис альтернативных институтов разрешения конфликтов и их юридическая институционализация совпадают. Исторические предпосылки медиативной процедуры разрешения конфликтов (споров) проблематично выразить в заданных объёмах исследования. В связи с этим, мы отметим лишь два исторических события, однако весьма характерных для обоснования нашего тезиса. Примирительные процедуры урегулирования конфликтов (споров) применялись с древнейших времён. Участие посредника в разрешении конфликтов всегда воспринималось в общественном сознании как менее затратная, безопасная и к тому же более эффективная и быстрая альтернатива вооружённым и силовым методам. В роли первых медиаторов выступали жрецы, шаманы, старейшины, вожди нейтральных кланов. В некоторых африканских странах и по сей день обращение к шаманам для разрешения конфликтов считается более выгодным, по сравнению с правосудием, так как в этих традиционных обществах судебные иски часто рассматриваются до 5 лет.
В Древней Руси внутренние конфликты, междоусобные войны и распри также было принято разрешать через посредников. Впервые упоминание о мировом соглашении как альтернативной форме разрешения конфликтов встречается в новгородских берестяных грамотах. Эти сведения стали доступными благодаря археологам А.В. Арциховскому, В.А. Янину (первая грамота была обнаружена 26 июля 1951 г.). Встречаются упоминания о примирительных процедурах в Псковской судебной грамоте 1397 года. Примирение было нормой русского права в Новгородской судной грамоте 1471 г., Псковской судной грамоте 1467 г., Соборном уложении 1649 года. Мировая сделка по древнерусскому законодательству заключалась практическим по всем спорам, включая уголовные. В дальнейшем мировое соглашение стало прерогативой гражданского правосудия. Один из видов досудебного правосудия - целование креста на Судной грамоте (Уставе). Тот, кто отказывался целовать крест перед судебным разбирательством, признавался виновным. Без целования креста суд не начинался. Целование креста следует рассматривать двояко: 1) как присягу; 2) как соглашение на мировую сделку. В Новгороде была даже особая судебная пошлина - «бессудный рубль», то есть пошлина за внесудебное вынесение правовой грамоты. Стоила она гораздо дешевле судебной пошлины. Посадник, тысяцкий и всякий другой судья получали от судного рубля по 7 денег, а от бессудного - по 3 деньги. Судопроизводство по гражданским делам стоило для судей 7 денег, бессудное - 3 деньги. По уголовным делам соответственно 4 и 2 гривны. Тяжущиеся за примирение платили меньшую судебную пошлину. При этом судебные расходы в Новгороде были значительными: 1) стоили дорого; 2) были разнообразными, вплоть до вызова свидетелей до 100 вёрст и более. Кроме того, судебные разбирательства, в том числе из-за сложных судебных процедур, были длинными. Не случайно Новгородская судная грамота 1471 г. специально ограничивает их по времени. Интересно вспомнить для иллюстрации выдвигаемой нами модели правовой модернизации созданные по инициативе Екатерины II губернские совестные суды, которые просуществовали с 1775 по 1862 год. Совестные суды рассматривали гражданские споры и некоторые уголовные правонарушения (в частности, между родителями и детьми, преступления, совершаемые малолетними и невменяемыми). Иные конфликты рассматривались ими в порядке добровольного обращения и по обоюдному согласию. В начале XIX в. в России была создана и эффективно работала целая система негосударственных третейских судов для разрешения коммерческих споров, в которые избирались представители купечества 1-й и 2-й гильдий. При этом нейтральный посредник в их составе назывался медиатором. Главная задача этих судов заключалась в том, чтобы добиться от спорящих согласия на мировое соглашение на основе обычного права и купеческой этики. В Советском Союзе третейские суды были прикреплены к Торгово-промышленной палате, то есть их статус был по своей сути негосударственным (сфера их деятельности - международные коммерческие споры). Интересно будет отметить, что сегодня наибольшее количество третейских судов находится в Татарстане, в свободной экономической зоне. Возвращаясь обратно в российскую историю, вспомним, что и мировые суды во второй половине XIX в. были негосударственными органами. Во главе их обычно находился председатель дворянского собрания на общественных началах.
Во времена Советского Союза функции медиаторов выполняли партком, комсомол, профсоюз и другие общественные организации. Но раскрывать их медиативные задачи мы не будем, по крайней мере, в данной работе. Обратим лишь внимание на то, что даже в эпоху тотального идеологического контроля и плановой экономики властным структурам требовались профессиональные посредники и добровольные помощники для профилактики и разрешения социальных конфликтов не только в рамках государственной политической системе, но и в урегулировании корпоративных конфликтов, которые ранее называли производственными и нравственными. Подчеркнём, что официальной должности медиатора в штатном расписании не было и быть, по определению, не могло, но их функции выполняли другие работники. Вот что вспоминает писатель В.Г. Слипенчук в очерках «Негатив» (М., 2011) о своей нештатной работе «медиатора» в Дальневосточном морском пароходстве в 80-е гг. прошлого столетия. Разруливать, то есть заниматься профилактикой и разрешением конфликтов на море обязан был первый помощник (резервный) Морского пароходства с официальным статусом «резервный», неофициальным - «смертник». Таких «смертников» на весь Дальний Восток было трое: по одному в Петропавловске-Камчатском, Южно-Сахалинске и в Находке, где и работал будущий писатель-фантаст. Партком управления Дальневосточного морского пароходства отправлял «смертников»-медиаторов на корабли разруливать конфликты, «где дисциплина, мягко говоря, вызывала тревогу, то есть где команда была на грани бунта или уже взбунтовалась». Подобные конфликты В.Г. Слипенчук в своих очерках называет «чрезвычайными обстоятельствами», которые на море (дальневосточники это хорошо знают) имеют место постоянно. В обязанность резервного помощника капитана входило урегулирование конфликта с целью достижения мирового соглашения, примирения или консенсуса (последний термин ранее не употреблялся), ибо решение спора по формуле «закона» в чрезвычайных обстоятельствах редко приводит к успеху общего дела, а по «справедливости» доводит конфликтную ситуацию к примирению или консенсусу, пусть даже временному, либо к смягчению острых противоречий. культурный правовой ценность гражданский
Эти два исторические примера мы рассматриваем как событийные исторические факты (в гегелевском и хайдеггеровском понимании), свидетельствующие о зарождении и наличии в недрах русского и советского общества социокультурных традиций разрешения конфликтов через посредников-медиаторов без обращения к официальным органам власти, пусть даже их официальный статус в те времена понимался иначе. Но идея медиативных соглашений присутствовала в политической, общественной жизни и властных структурах. Альтернативные институты - это различного рода способы разрешения конфликтов (в юридическом контексте - споров) через переговоры (основной институт), посредничество, третейский суд или арбитраж, мировой суд, товарищеский суд или суд чести, мини-суд (нечто вроде корпоративного суда), частный трибунал, омбудсмен, самозащита и др. По статусу в иерархии судебной системы их делят на досудебные и внесудебные согласительные (примирительные) процедуры. Под «альтернативными методами», то есть неюридическими, мы будем понимать всевозможные посреднические способы урегулирования конфликтов через переговоры. Ядром же всех альтернативных методов выступает медиация (mediation), или посредничество. Следует отметить, что понятие «альтернативные методы разрешения конфликтов (споров)» в российском и зарубежном научном сообществе однозначно не определено и общепризнанной классификации альтернативных методов в научной литературе нет. Но, несмотря на разногласия и даже противоположные мнения, зарубежные и отечественные обществоведы сходятся в том, что альтернативные методы представляют собой неюридические, или внесудебные способы разрешения социальных конфликтов, в том числе различного рода согласительные процедуры по достижению мирового соглашения. Если кратко, это досудебное и внесудебное урегулирование (разрешение) социальных и правовых конфликтов. В странах Евросоюза, США, Австралии совокупность таких методов называют альтернативными формами разрешения правовых конфликтов, или Alternative Dispute Resolution (ADR), а в России, Украине, Казахстане, Белоруссии - «альтернативным разрешением споров» (АРС).
Как отмечает вице-президент Санкт-Петербургского международного коммерческого арбитража П. Штепан, в США ADR развиваются по двум направлениям: 1) в рамках действующей правой системы; 2) в сфере частного правового регулирования. В США альтернативные методы и формы разрешения юридических споров применяются в досудебной и внесудебной практике. В досудебном производстве они применяются в виде досудебного совещания (конференции), досудебного арбитража, досудебного посредничества, упрощённого суда присяжных, частной судебной практике, ювенальной юстиции по делам несовершеннолетних. Частные виды ADR - переговоры, арбитраж, посредничество, мини-суд [16]. В российской правовой практике альтернативное разрешение споров (АРС) также условно принято делить на досудебное и внесудебное. Правда, досудебные методы разрешения конфликтов больше похожи на сделку с правосудием, особенно если это касается уголовного правосудия. Например, в Уголовный процессуальный кодекс РФ в гл. 401 введено дополнение № 141-ФЗ от 29 июня 2009 г., по которому стало возможно заключать досудебное соглашение с правосудием взамен на сотрудничество с правоохранительными органами и содействие в раскрытии преступления. Это «соглашение» распространяется на участников, организаторов, пособников, соучастников преступления. «Цена вопроса» за сделку с правосудием такова: обвиняемый рассчитывает получить не более половины положенного законом срока либо полностью освободиться от уголовной ответственности. Порядок оформления соглашения «просительный», но в действительности оформляется через посредников, реже - напрямую. Впрочем, решающее слово остаётся всё-таки за судом.
Однозначной оценки досудебного уголовного правосудия или сделки со следствием среди обществоведов и юристов в настоящее время нет. Её институционализация обсуждается в научном сообществе [5]. Сегодня трудно судить о плюсах и минусах нового института. Российское общественное сознание пока настороженно относится к введению досудебного уголовного правосудия, но в ювенальной юстиции, например, досудебное правосудие оправдывает себя. Кстати, заметим, что в США сделка с правосудием стала действующим правом. Этот институт для России новый, но перспективный и требующий практической доработки. Мы соглашаемся с выводами Д.П. Великого, сделанными им в заключение статьи: «Новый уголовно-процессуальный институт соглашений о сотрудничестве (с правосудием - прим. С.М.) в том виде, в котором он закреплён в УПК РФ… не способен достичь тех целей, которые закладывал в него законодатель» [3, c. 90]. Медиация, на наш взгляд, в системе досудебных и внесудебных методов выступает в роли ведущего метода, но сводить всякое досудебное посредничество к ней противоречит юридическим и моральным нормам. Поле деятельности медиации - внесудебные конфликты и переговоры. Медиацию следует рассматривать в широком смысле и узком. В широком смысле медиация - это урегулирование конфликта через нейтрального посредника (официального или неофициального), применяемое во всех сферах общественной жизни, в том числе государственно-правовой. Адвокат (защитник), менеджер по работе с персоналом, дипломат, какой-нибудь государственный деятель, психолог (дипломированный или просто врачеватель человеческих душ по доброй воле) в рабочей или неофициальной обстановке тоже ведь «посредничают», то есть применяют примирительные согласительные процедуры в практическом урегулировании конфликтов (споров) на всех уровнях и во всех сферах человеческой жизни. Везде, где есть человек и человеческие взаимоотношения, применяется медиация в целом или, по крайней мере, её отдельные элементы. В узком значении медиация - это особый метод (и даже стиль жизни и поведения посредника) оказания посреднических услуг конфликтующим сторонам, заключающийся в поиске взаимовыгодного соглашения и предоставлении квалифицированной консультативной помощи через переговоры с участием третьей (нейтральной) стороны. Сегодня медиация распространилась и внедрилась в правовую и общественную практику почти во всех развитых странах - от Северной Америки до Европы, от Японии до Австралии и мусульманского Востока в виде профессионального содействия третьей стороны в поисках компромиссного соглашения как на международной арене, так и в обыкновенной бытовой сфере. Медиация легко адаптировалась к христианской и мусульманской культурам; её приняли в буддийской религии и конфуцианстве. Все религии мира (мусульманство, христианство, буддизм, конфуцианство) признают медиацию как таковую, лишь называя её разными словами.