Материал: Коллектив авторов - История всемирной литературы Т.7 - 1991
младолатышей изучали и усваивали взгляды утопических социалистов Ш. Фурье и Р. Оуэна, основоположника английской классической политэкономии А. Смита, философов Ф. Бэкона, Ф. Гольбаха, Ф. Гегеля и ученых-естествоиспытателей Ч. Дарвина и др.
Идейно-художественный рост латышской литературы стимулировала русская литература, творчество русских революционных демократов. Поворот от немецкой литературы, притом от наименее ценной ее части — той, которую пропагандировали немецкие пасторы, к русской классической литературе, — одна из самых значительных заслуг основоположников латышской национальной культуры. В одном из писем в 1877 г. Ф. Бривземниек отмечал: «Нам, тем, кто более близок к русской, чем к немецкой, жизни, следует позаботиться, чтобы русский и латышский народы по возможности сближались. Поэтому нам нужно познакомить русскую публику с духовной жизнью латышей, а латышам раскрывать духовные богатства русских».
Латышские писатели и публицисты, жившие в Москве и в Петербурге, знали русский язык и русскую культуру. Они и начали ее популяризацию на латышском языке. Отдельными изданиями и в периодической печати в Латвии публиковались стихи и рассказы Крылова, Пушкина, Гоголя, Лермонтова, Тургенева, Щедрина, Некрасова. На развитие театрального искусства повлияла комедия Гоголя «Ревизор», премьера которой состоялась в Латвии в 1870 г.
Одним из активнейших популяризаторов русской литературы в Латвии был Ф. Бривземниек. С большим интересом встретила читательская общественность его книгу о Ломоносове, вышедшую в серии «Великие русские люди из низкого сословия» (1874), неоднократно переиздававшуюся и сыгравшую важную роль в воспитании латышской молодежи. Перевод (1877) Ф. Бривземниека повести Гоголя «Тарас Бульба» на латышский язык — один из наиболее удачных переводов для того времени.
На латышском языке все чаще появляются произведения английских, французских, американских и других писателей XIX в. — Диккенса, Скотта, Гюго, Жюля Верна, БичерСтоу. Печатались переводы произведений (главным образом лирика) Шиллера, Гѐте, Гейне, Лессинга, Бюргера, а также Горация, Овидия и других древних поэтов. Публиковались произведения русского, эстонского, литовского фольклора.
Творческое освоение идейных и художественных ценностей других народов продолжалось и на следующем этапе развития латышской литературы — в период Нового течения. Это было идейное движение латышской интеллигенции, которая познакомила своих читателей с марксизмом. Виднейшими представителями Нового течения были П. Стучка, Ян Райнис, Я. Янсон-Браун, Э. Вейденбаум, Аспазия.
185
ЭСТОНСКАЯ ЛИТЕРАТУРА
Ряд правительственных законов 40—60-х годов во многом определил развитие эстонского общества во второй половине XIX в., создав возможности для выкупа крестьянами хуторов и формирования класса мелких землевладельцев. Но общее правовое положение народа мало изменилось. За исключением волостного управления и суда местное самоуправление, законодательство, высшее судопроизводство и полицейская власть попрежнему оставались в руках небольшой кучки немецких помещиков, в то время как широкие массы эстонского народа были лишены политических прав. В результате усиливается народное недовольство, которое, как и в других так называемых национальных окраинах России, принимает форму национально-освободительного
движения. Поддержку в достижении своих целей прогрессивные круги Эстонии искали в русском обществе.
Наиболее влиятельным деятелем эстонской культуры этого периода был «отец песни» Фридрих Рейнгольд Крейцвальд (1803—1882), который в 1857—1861 гг. опубликовал созданный им на основе народных эстонских преданий эпос «Калевипоэг». В символических образах «Калевипоэга» отражалось прошлое эстонского народа и выражались его надежды на будущее. Крейцвальд написал «Калевипоэг» стихотворным размером, близким к старинной народной
186
песне, а также включил в него подлинные эстонские народные песни.
«Калевипоэг» оказал большое влияние на пробуждение национального самосознания эстонцев, а также на литературу и искусство, это первое произведение эстонской литературы, вошедшее в мировую сокровищницу. Стихотворные переводы «Калевипоэга» есть на немецком, русском, венгерском, латышском, финском, чешском, литовском, шведском и украинском языках; на многих других языках имеются прозаические пересказы-переложения эстонского национального эпоса. В 1866 г. в Хельсинки вышли «Старинные эстонские народные сказки» Крейцвальда, которые также переведены на немногие языки.
Дальнейшему развитию эстонской литературы способствовало возникновение периодической печати. В 1857 г. Иоганн Вольдемар Яннсен (1819—1890) начинает издавать в Пярну еженедельник «Пярну постимеэс» («Пярнуский почтальон»), который положил начало регулярной эстонской периодике. С 1864 г. он же редактирует в Тарту газету «Ээсти постимеэс» («Эстонский почтальон»), на страницах которой, несмотря на ее политическую консервативность, Яннсен развертывает широкую просветительскую деятельность. Южноэстонский город Тарту становится центром национального движения. Здесь в 1869 г. состоялся первый певческий праздник; деятельность Комитета эстонской Александровской школы (создан в 1871 г.), собиравшего пожертвования для создания средней школы, а также Общества эстонских литераторов (основано в 1872 г.), ставшего культурным центром, приобрела общенациональное значение. Борьба против экономического и политического засилья остзейского дворянства соединялась с борьбой за права нации и эстонского языка, с делом создания национальной литературы, культуры
инауки.
В70-е годы в национальном движении сформировалось два направления: буржуазноконсервативное (И. В. Яннсен, Я. Хурт) и буржуазно-демократическое. Последнее возглавил публицист Карл Роберт Якобсон (1841—1882), который в своей газете «Сакала» (1878—1882) ориентировался на политическую сознательность и силу народных масс, резко обличал помещиков и поддерживающую их лютеранскую церковь.
В60—70-е годы значительно оживляется литературная жизнь, зарождаются новые жанры, появляются новые имена писателей. Эстонские писатели получали образование в немецкой школе, поэтому немецкая литература оказывала на них наибольшее воздействие. Так, опубликованный в 1861 г. Ф. Р. Крейцвальдом стихотворный сборник «Таволги» в основном был составлен из переводов поэзии Гѐте и Шиллера. В его втором сборнике — «Песни вируского певца» (1865), представляющем уже заметное явление эстонской лирики, — тоже немало заимствованных мотивов. Для повествовательной литературы в качестве образцов служили произведения немецкого классицизма и романтизма, а также «народной» литературы.
Впоследней трети XIX в. появились и переводы из немецкой, а также из некоторых других литератур, сделанные преимущественно через посредство немецкого языка.
Среди художников слова, дебютировавших в Эстонии в 60-е годы, выделяется Лидия Койдула (1843—1886). Она больше известна как поэтесса, но писала также прозаические и драматические произведения. Особенно значима ее патриотическая поэзия, созвучная
идеям национального возрождения. Ее главный стихотворный сборник — «Соловей с берегов Эмайыги» (1867). Койдула воспевает красоту отчизны, восторженно говорит о своей любви к родине, верности Эстонии и своему народу. Немало стихотворений посвящено любви, природе, родному дому и детям. Л. Койдула — первый крупный лирик, ее влияние на эстонскую поэзию длилось многие десятилетия.
Среди поэтов этого времени можно назвать таких, как Фридрих Кульбарс (1841— 1924), Михкель Веске (он был также языковедом; 1843—1890), Адо Рейнвальд (1847— 1922) и др.
Карл Роберт Якобсон вошел в историю эстонской культуры как журналист, общественный деятель и публицист. Широкое внимание читательской общественности привлекли «Три патриотические речи» (1870), в которых он в полемическом тоне по отношению к культуртрегерству прибалтийско-немецких историков освещает вопросы эстонской истории. Якобсон внес существенный вклад и в развитие эстонской литературы для школьного образования и сельского хозяйства. Его прямое или косвенное влияние можно заметить также на развитии национальной прозы. Показательно в этом отношении и творчество Якоба Пярна (1843—1916), автора таких рассказов, как «Свой дом — свой закон» (1879).
Эстонскую драматургию в 80-е годы представляет Юхан Кундер (1852—1888). Свои первые пьесы он писал под влиянием Койдулы. В лучшей комедии «Служивый» (1885) Кундер заостряет внимание на социальных противоречиях в деревне. Ю. Кундер был также литературным критиком.
В 80-е годы начался кризис эстонского национального движения. Выдвинутые ранее общенациональные
187
идеалы вступают в противоречие с действительностью как в социальном, так и государственно-политическом плане. Реакционная политика царского правительства становится на окраинных землях России все более жесткой. В прибалтийских губерниях был осуществлен ряд реформ, и хотя они несколько ослабили власть дворянской и лютеранской церкви, однако прямая их цель состояла не в улучшении правового положения местного населения, а в укреплении позиций самодержавия.
Однако, несмотря на гнет реакции, общественная и культурная жизнь в Эстонии продолжала развиваться. Все больше начинает выходить газет, появляются первые литературно-художественные журналы «Ома маа» («Своя земля») и «Меэлеяхутая» («Развлекательный журнал»), которые знакомят читателей с Россией и русской классической литературой. Вообще распространение русского языка во многом способствовало перелому в культурной ориентации Эстонии в конце XIX в.: в школах начинают изучать русских классиков, их произведения переводят и на эстонский язык.
В 80—90-е годы общенародным делом становится собирание фольклора, которое возглавил выдающийся языковед и фольклорист Яков Хурт (1839—1907). Писатели все чаще обращаются к историческим сюжетам, в лирико-эпическое и драматическое творчество широко входят мотивы народных сказок и поверий.
Фольклорную тематику использовал в своих произведениях Яков Тамм (1861—1907). Его излюбленные жанры — баллада и небольшая поэма, действие которых развивается преимущественно в крестьянской среде. Писатель создает в целом реалистическую картину жизни эстонской деревни. В переводах Тамма, удачных для своего времени, были изданы басни Крылова, баллады Лермонтова, поэмы Пушкина и др. Переводческая практика, безусловно, оказала благотворное влияние и на оригинальное творчество Тамма, особенно на его басни.
Одним из талантливых создателей исторической повести того времени был Эдуард Борнхѐэ (Эдуард Брунберг, 1862—1923). Его повесть «Мститель» (1880) и до сего времени является одним из самых популярных произведений, особенно среди юношества.
Ее тема — крестьянское восстание Юрьевой ночи (1343) против датских правителей, обосновавшихся в Северной Эстонии. Острый пафос антифеодальной борьбы, характерный для произведения, порожден современной автору политической атмосферой. Другие писатели, осваивавшие исторический жанр (Андрес Сааль, Яак Ярв) уступают Борнхѐэ в мастерстве.
Основным творческим методом писателей 60—80-х годов был романтизм с сильными просветительскими элементами. Особенно отчетливо это проявилось в поэзии, в исторической прозе. В прозаических произведениях на современные темы и в драматургии, особенно в 80-е годы, создаются предпосылки для развития реализма. Хотя и здесь весьма заметны просветительские тенденции.
Но художественный уровень многих произведений был еще весьма невысок. Лирика 80-х годов, в частности, носила во многом эпигонский характер; поэты повторяли мотивы предшествующих лет.
В 90-е годы в эстонской литературе зарождаются новые тенденции, связанные с возросшей ролью рабочего класса, распространением материалистических и марксистских идей. Говоря об обновлении эстонской поэзии, нельзя не сказать также о воздействии Г. Гейне (интерес к его творчеству эстонские поэты испытывали начиная с Крейцвальда), который становится особенно популярным в последние десятилетия XIX в.
Уже первые лирические сборники («Стихотворения», 1—3 книги, 1888—1897) Анны Хаавы (1864—1957) обратили на себя внимание. Читателей покоряли ее любовные стихи, оды и юмористические жанровые картинки из деревенской жизни. На рубеже нового столетия выдвигается поэзия Карла Эдуарда Сѐѐта (1862—1950), автора патриотических, лирических, иногда юмористических стихов, проникнутая грустью и сомнениями.
Реалистическое направление начинает все шире прокладывать себе дорогу в творчестве Эдуарда Вильде (1865—1933), который еще в 1887 г. заявил, что стоит на «реалистической или натуральной точке зрения». В начале 90-х годов кроме Вильде выдвигаются также такие видные эстонские писатели, как Юхан Лийв (1864—1913) и Аугуст Китцберг (1855—1927), реалистически изображавшие деревенский быт.
В конце XIX в. реализм становится ведущим методом эстонской литературы. Одновременно возрастает его критическая направленность. Первыми достижениями критического реализма стали изданные в 1893 и 1896 гг. повести Э. Вильде «Кубок яда» и «В суровый край». В 1898 г. появилась его повесть «Железные руки», рассказывающая о жизни нарвского пролетариата. На рубеже столетий Эрнст Петерсон-Сяргава (1868— 1958) публикует новеллы, содержащие острую критику условий деревенской жизни.
188
Во второй половине XIX в. в эстонской литературе впервые появляются новые жанры (поэма, историческая повесть, драма, политическая журналистика и публицистика). Реализм в эстонской литературе утверждался не без влияния литературы других народов России, прежде всего русской, знание которой в Эстонии теперь значительно усиливается. Большую роль в истории становления эстонского критического реализма сыграла также литература Западной Европы, в частности немецкая, французская и скандинавская. Так, вторая половина XIX в. обозначила не только зарождение национальной литературы, но и ускоренное ее развитие, включение вобщероссийский литературный процесс и в мировую литературу.
188
МОЛДАВСКАЯ ЛИТЕРАТУРА В РОССИИ
Историческая особенность преемственного развития молдавской литературной традиции во второй половине XIX в. состояла в том, что это развитие происходило параллельно в Запрутской Молдове и Бессарабии. Как показано в главе о румынской литературе, творчество писателей Запрутской Молдовы эволюционировало в контексте социальноисторического и литературного процессов в Объединенных княжествах Валахии и Молдавии (объединение было провозглашено в 1859 г., а с 1862 г. новое государство стало именоваться Румынией). Но оно не утрачивало своей обращенности к молдавской этноисторической действительности и опыту культурного и языкового развития Молдавского княжества. Поэтому произведения К. Негруцци, В. Александри, А. Руссо, Б. П. Хашдеу, М. Эминеску, И. Крянгэ и др. составят в дальнейшем признанное классическое достояние не только румынской, но и молдавской культуры.
Литературная жизнь Бессарабии протекала в русле общероссийского исторического и культурного процесса. В то же время она включала в себя восприятие художественных достижений писателей Запрутской Молдовы. Так, педагог И. Дончев помещает стихи В. Александри и других запрутских авторов в учебное пособие для бессарабских школ и гимназий, изданное в 1865 г. Ясский театр показывает пьесы Александри во время кишиневских гастролей в 1869, 1884, 1887 гг. Собирателями народного творчества еще в XIX в. отмечается в Бессарабии фольклоризация произведений Александри, Эминеску, Крянгэ. Популяризации творчества Александри, Когэлничану, Эминеску и других писателей способствуют статьи и переводы в петербургских, московских, кишиневских, одесских изданиях. Писатели-молдаване нередко начинают свой творческий путь произведениями на русском языке. Большое место в их деятельности занимают переводы русских поэтов и прозаиков.
Препятствием для развития литературы края явилось закрытие царскими властями национальных школ. Отсутствовала возможность печататься на родном языке (местные поэты и прозаики чаще всего издают свои сочинения в Румынии).
Для молдавских литераторов Бессарабии вторая половина XIX в. была еще порой «складывания» искусства поэтического изображения и версификации, овладения ресурсами литературного языка, какими они раскрылись в творчестве Александри, Эминеску, Крянгэ и других (что было остроактуальным и для поэзии, и для прозы).
В этом отношении примечательны начинания Алексиса Накко (1832—1915). Он родился в селе Баланешты в семье отставного штабс-капитана. После окончания кадетского корпуса служил офицером, участвовал в Крымской кампании. Уйдя в отставку, возвратился в Бессарабию, где занимал административные посты, был редактором неофициальной части «Бессарабских губернских ведомостей». В 1867 г. Накко подготовил сборник переводов из русской поэзии под названием «Ландыши». Ориентация на ресурсы народного языка и собственно литературной речи положительно сказалась на переводах из Лермонтова, особенно философской лирики и «Демона». В переводе «Демона» народное слово, фольклорное речение сочетается с литературными неологизмами, в чем сказывалось положительное воздействие творчества писателей Запрутской Молдовы. Сборник переводов Накко не вышел в свет и до начала XX в. был известен только в рукописи. Но он предвосхитил некоторые позднейшие переводческие достижения писателей Молдавии.
У Накко были и собственные поэтические сочинения («Поэма, посвященная тем, кто собирается путешествовать по чужим странам в 1867 г.», сатирические опыты), но они писались по случаю и не поднимались до значительных художественных обобщений. Накко принадлежит
189
также первая «История Бессарабии с древнейших времен» (Одесса, 1873—1876). Она комплиментарна по отношению к политике царского самодержавия, но заключает в себе и