К ВОПРОСУ О ЛОКАЛЬНЫХ ЦЕНТРАХ ЯМНОЙ КУЛЬТУРЫ В СЕВЕРО-ЗАПАДНОМ ПРИЧЕРНОМОРЬЕ
Яровой Е. В.1, Пыслару И.2
1 Московский государственный областной университет, 141014, Московская обл., г. Мытищи, ул. Веры Волошиной, д. 24, Российская Федерация
2 Музей археологии «Каллатис», 905500, г. Мангалия, шоссе Констанцы, д. 23, Румыния
Аннотация
Цель. Рассмотрение, анализ и проверка вывода о существовании в Северо-Западном Причерноморье локальных территориальных центров ямной культуры.
Процедура и методы. В статье приведён культурно-хронологический анализ буджакской (ямной) культуры в Северо-Западном Причерноморье. Использованы сравнительно-типологический и хронолого-стратиграфический методы, даны количественные и качественные характеристики погребального обряда и инвентаря захоронений эпохи ранней бронзы. ямный культура монолитность междуречье
Результаты. На основании сравнения количественных и качественных характеристик доказано, что при выделении локальных вариантов ямной культуры в регионе предпочтение отдавалось качественным методам, что привело к ошибочным выводам. Проверка проведённых доказательств и их анализ показали монолитность комплексов ямной культуры Днестро-Прутского междуречья и объективное отсутствие более мелких территориальных центров. Теоретическая и/или практическая значимость. В работе показано, что попытки выделения «локальных» центров внутри различных вариантов ямной культурно-исторической области ведут в итоге к появлению новых виртуальных культур. По предложенной схеме их можно создавать десятками и окончательно запутать исторический процесс в эпоху палеометалла.
Ключевые слова: ямная культура, буджакская культура, территориальный центр, социальный статус, инсигнии власти, погребальный инвентарь, количественные и качественные методы
Abstract
On the local centers of yamnaya culture in the north-western black sea region. E. Yarovoy, Moscow Region State University, Veri Voloshinoy ul. 24, Mytishchi 141014, Russian Federation. I. Pyslaru, Museum of Archeology Callatis, Konstantsy shosse 23, Mangalia 905500, Romania
Aim. Consideration, analysis and verification of the conclusion about the existence of local territorial centers of Yamnaya culture in the North-Western Black Sea region.
Methodology. The article presents a cultural and chronological analysis of the Budzhak (Yamnaya) culture in the Northwestern Black Sea region. Comparative typological and chronological-stratigraphic methods were used, quantitative and qualitative characteristics of the funeral rite and the inventory of burials of the Early Bronze Age were given.
Results. Based on a comparison of quantitative and qualitative characteristics, it is proved that when identifying local variants of pit culture in the region, preference was given to qualitative methods, which led to erroneous conclusions. Verification of the evidence and their analysis showed the monolithic nature of the complexes of the pit culture of the Dniester-Prut interfluve and the objective absence of smaller territorial centers.
Research implications. The paper shows that attempts to identify “local” centers within various variants of the Yamnaya cultural and historical region eventually lead to the emergence of new virtual cultures. According to the proposed scheme, they can be created by dozens and finally confuse the historical process in the era of paleometallic.
Keywords: yamnaya culture, Budjak culture, territorial center, social status, insignia of power, burial inventory, quantitative and qualitative methods
Введение
За 60 лет, прошедших после выделения локальных вариантов ямной культуры (ЯК) Восточной Европы, одним из наиболее изученных оказалось ДнестроПруто-Дунайское междуречье или её юго-западный вариант по Н. Я. Мерперту [7]. Местные памятники рассматривались исследователями неоднократно [1; 4; 10; 12; 14; 16]. Однако это, казалось бы, положительное явление имеет и свою обратную сторону. Пристальное внимание специалистов к этому региону привело к множеству различных, зачастую противоречивых заключений. Результатом этого стала и терминологическая путаница при характеристике подкурганных памятников эпохи ранней бронзы. За последние полвека применительно к данным комплексам были предложены следующие определения:
- юго-западный вариант ямной культурно-исторической области (Н. Я. Мерперт), в которой выделяются собственно ямный и позднеямный этапы (Е. В. Яровой) или днестровский и буджакский варианты ямной культуры (В. А. Дергачёв). Позднее материалы данного варианта были разделены на 4 хронологических этапа (Е. В. Яровой);
- местная буджакская культура (И. Т. Черняков, С. В. Иванова);
- местная нерушайская культура, включающая, возможно, более ранний баштановский этап (Л. С. Клейн);
- днестро-дунайская культура (И. Л. Алексеева);
- курганная культура (М. Гимбутас и др.);
- культура погребений с охрой (В. Зирра, А. Хойслер и др.) [16];
- буджакская группа памятников ямной КИО [10].
После работ В. А. Дергачёва и Е. В. Ярового, выделивших соответственно 2 и 4 хронологических этапа в общем массиве памятников [4, с. 74-87; 23], казалось бы, был подведён очередной этап их изучения. Однако активная деятельность С. В. Ивановой в последние годы вновь возвращает их интерпретацию в рамки единого культурного образования. В своих многочисленных работах она последовательно пытается обосновать существование монолитной буджакской культуры в Северо-Западном Причерноморье (СЗП). В значительной степени это связано с оригинальной интерпретацией ряда источников, которая позволяет автору не только расширить характеристики ЯК региона, но и развить выводы своих предшественников Иванова С. В. Об особенностях расселения племён ямной культуры в Днестро-Дунайском междуречье.
Анализ предпосылок для выделения локальных центров ЯК
Вопрос существования и характеристики буджакской культуры уже давно заслуживает отдельного рассмотрения, что в перспективе, безусловно, будет сделано. Но в качестве первого шага рассмотрим выделение 3 центров ямной культуры на относительно незначительной территории Днестро-Пруто-Дунайского междуречья в работах С. В. Ивановой «Об особенностях расселения племён ямной культуры в Днестро-Дунайском междуречье» и «Социальная структура населения ямной культуры Северо-Западного Причерноморья»1.
Признавая существование в СевероЗападном Причерноморье выделяемых регионов ямной культуры - Бельскую и Буджакскую степи [14, с. 114], - С. В. Иванова считает, что «внутри юго-западной группы ямных племён можно выделить несколько территориальных центров», которым присущи «особенности распределения в захоронениях некоторых категорий артефактов, преимущественно, относимых к социально-престижным»2.
При этом возникает закономерный вопрос: на каком основании те или иные категории находок объявляются «социально престижными»? Каков критерий для отнесения их в эту группу? А никаких! Действительно, какие объективные факты подтверждают выводы о том, что погребение может считаться богатым или социально престижным, если в нём найдено единственное серебряное колечко или медное шильце, не говоря уже о ямках от колов?
С. В. Иванова к инсигниям власти априори относит находки деревянных повозок и их деталей в погребениях, а также каменные шлифованные топоры и их обломки, булавы и молоты, кремнёвые топоры, костяные и кремнёвые стрелы, металлические ножи и украшения и т. д. Другими словами, если не считать керамику, то к социально значимым артефактам относится основная часть инвентаря ЯК, вплоть до кремнёвых отщепов и костяных бус3.
Выделяются также ритуальные особенности, к которым С. В. Иванова относит не только рвы, кромлехи, каменные обкладки и антропоморфные стелы, но и такие конструктивные особенности, как ямки от колов на дне захоронения и каменные ящики4. Другими словами, происходит механическое смешение признаков, характеризующих конструктивные особенности кургана и отдельные конкретные погребения. При этом концентрация ямок от колов на дне ямы почему-то рассматривается наравне с такими находками, как антропоморфные стелы, повозки, Иванова С. В. Об особенностях расселения племён ямной культуры в Днестро-Дунайском междуречье // Етнічна історія та культура населення Степу та Лісостепу Євразії (від кам'яного віку по раннє середньовіччя: Матеріали міжнародної археологічної конференції. Дніпропетровськ, 1999. С. 63. Иванова С. В. Социальная структура населения ямной культуры Северо-Западного Причерноморья. Одесса: Друк, 2001. С. 61-115. Там же. серебряные и медные украшения и т. д. По мнению автора, «подобная концентрация находок может служить косвенным подтверждением факта наследования социального статуса» и доказывает реальное существование 3 выделенных в регионе территориальных центров1.
Рис. 1. Погребения 33/3 у с. Алкалия (1) в каменном ящике (по С. В. Субботину) и 1/38 у с. Пуркары (2) в катакомбе (по Е. В. Яровому)
Уже одна привлечённая к анализу источниковедческая база вызывает множество вопросов, которые выходят за рамки указанной проблематики. В данном случае нет никаких оснований относить к ямной культуре такие категории находок, как каменные булавы, все целые каменные топоры и молоты, а также каменные ящики и все вторично использованные антропоморфные стелы. Кроме этого, в массив ямных памятников включено немало инокультурных комплексов, в частности, такие яркие захоронения катакомбной культуры, как, например, погребения Алкалия 33/3 и Пуркары 1/38) [11, с. 192; 15, с. 82, 84-85] (рис. 1). Показательно, что последнее захоронение не отмечено в списке привлечённых к анализу ямных погребений, но каменный топор из него фигурирует в работе2. Приведённые факты поднимают таким образом и вопрос о критериях культурной принадлежности, которыми оперировала автор при создании базы буджакской культуры. Иванова С. В. Социальная структура населения ямной культуры Северо-Западного Причерноморья. Одесса: Друк, 2001. С. 72, 205, рис. 15.8.
Следует отметить, что степень изученности Пруто-Днестро-Дунайского междуречья неравномерна. Так, например, левобережье Среднего Прута, Нижнее и Среднее Поднестровье, Нижнее Подунавье и Буджакская степь изучены значительно лучше, чем Бельцкая степь, левобережье Нижнего Прута и северные районы Пруто-Днестровского междуречья (рис. 2). Уже поэтому чёткое выделение на этой территории локальных территориальных групп вызывает вполне обоснованные сомнения.
Рис. 2. Курганы ямной культуры, исследованные в СЗП на конец ХХ в.
Источник: [14, рис. 1, c. 37]
К вопросу о существовании локальных центров ЯК в Северо-Западном Причерноморье
Итак, С. В. Иванова утверждает, что картографирование курганов с концентрацией «богатых» погребений с «социально-престижными находками» демонстрирует «деление на 3 территориальные группы», что, по её мнению, возможно, отражает наличие определённых территориальных центров в ареале Днестро-Дунайского междуречья (северный, восточный, южный)1.
Для северного центра, локализуемого С. В. Ивановой по правому и левому берегам р. Днестр, между слиянием с реками Реут и Турунчук, отмечены находки одной (!) повозки, костяных дротиков и наконечников стрел, металлических ножей, а также медных и серебряных височных спиралей. Количество последних в северном центре «в два раза меньше, чем в южном центре», однако медные встречены чаще, чем в двух других. Кроме того, известны находки подвесок из зубов животных и из раковин, а также две из трёх известных во всем регионе молоточковидных булавок и астрагалов. В Северном центре, по словам автора «концентрируются более, чем в других центрах, захоронения с ритуальным инвентарём».
Восточный центр автор локализует в низовьях Днестра, по р. Турунчук и берегам Днестровского лимана. Здесь найдено 3 погребения с повозками. Только в этом центре найдены медные шилья и «чаще, чем в других (центрах), встречены бронзовые ножи, кремневые топоры». Здесь концентрируются находки костяных трубочек. Из металлических украшений отмечаются «находки серебряных спиралей и отсутствие бронзовых». А вот браслеты из пронизей и обоймочек встречаются чаще», чем в южном центре. В свою очередь, южный центр, по автору, размещается в приморской части Буджакской степи, между р. Алкалия на востоке и оз. Китай на западе. В нём найдено «более, чем в других центрах», погребений с повозками Иванова С. В. Об особенностях расселения племён ямной культуры в Днестро-Дунайском междуречье // Етнічна історія та культура населення Степу та Лісостепу Євразії (від кам'яного віку по раннє середньовіччя: Матеріали міжнародної археологічної конференції. Дніпропетровськ, 1999. С. 63-64; Иванова С. В. Социальная структура населения ямной культуры Северо-Западного Причерноморья. Одесса: Друк, 2001. C. 116-120..
Но если в северном центре найдено 1 погребение с повозкой, а в восточном - 3, то что же означают слова автора «более чем в других центрах»? Возникает вполне закономерный вопрос: сколько? В ХХ в. в СЗП было известно всего лишь 13 местонахождений, содержавших 16 комплексов с повозками [16]. У С. В. Ивановой отмечено 17 погребений с повозками Иванова С. В. Социальная структура населения ямной культуры Северо-Западного Причерноморья. Одесса: Друк, 2001. C. 65 (рис. 10-11).. Отметим, что к началу 90-х гг. ХХ в. в Северном Причерноморье и Предкавказье было учтено 248 погребений с целыми и разобранными повозками [5, с. 6], и абсолютное большинство из них (120 из 165) было обнаружено в Прикубанье [3, с. 80-81]. На этом фоне число открытых в регионе аналогичных комплексов является незначительным и явно недостаточным для серьёзной статистической выборки. Поэтому приводить в качестве доказательств столь небольшое число комплексов с повозками представляется, мягко говоря, неубедительным. Этот вывод касается и других категорий редких находок, число которых не превышает 10 (или чуть более) местонахождений.
По мнению автора, среди предметов оружия преобладают кремнёвые наконечники стрел и дротиков. Подвески из зубов животных и раковин редки. В южном центре найдена половина известных «захоронений с костяными бусами, заколками с резными головками, а также астрагалами, фрагментами топоров». Набор ритуального инвентаря здесь несколько иной, чем в северном центре. Чаще, чем в других центрах, здесь зафиксированы серебряные височные спирали, обе известные золотые подвески фиксируются именно здесь. Большая часть погребений с ямками на дне, курганы, окружённые рвами, концентрируются преимущественно в этом же регионе.