54, вынудили бежать Годомара и заняли всю территорию Бургундии.12. Войдя со своей армией в Овернь, Теодорих разграбил и опустошил весь район55. Тем временем Аркадий, являвшийся истинной причиной всех бед и благодаря чьей глупости эти земли были разорены, бежал в город Бурж, тогда находившийся под управлением Хильдеберта.Мать же Аркадия, Плацидину, и Алкиму, сестру его отца, арестовали, всю их собственность отобрали, а их самих изгнали. Король Теодорих дошел до города Клермона и расположился лагерем в одном из пригородов. В то время епископом был святой Квинциан. Армия Теодориха прошлась по всей территории, нападая на всех и все уничтожая.Воины Теодориха дошли до храма Святого Юлиана: они сломали запоры, разбили двери, распахнув их настежь, разграбили собственность бедных жителей, укрывшихся здесь и думавших, что они в безопасности, совершили много другого зла. Те, кто сотворил эти преступления, оказались одержимы нечистым духом. «Почему ты мучаешь нас подобным образом?» – кричали они, разрывая свою плоть собственными зубами. Все случившееся я описал в своей книге, посвященной чудесам святого Юлиана.5613. Войска начали штурмовать крепость Воллор, захватили ее и жестоко убили прямо перед алтарем пресвитера Прокула, когда-то обидевшего Квинциана. Я бы не удивился, если по его вине крепость, до сих пор считавшаяся неодолимой, пала под вражеской армией. Солдаты Теодориха не смогли захватить ее и собирались вернуться туда, откуда пришли. Когда осажденные услышали об этом, они преисполнились ложным чувством безопасности и счастья, как предсказывал апостол: «Ибо, когда будут говорить: «мир и безопасность», тогда внезапно постигнет их пагуба» (1 Фес., 5: 3).Так оно и случилось, считавшие себя в безопасности жители попали в руки врага, без сомнения из-за преступления, ранее совершенного священником Прокулом. Крепость уничтожили, всех жителей увели в рабство. Хотя в предыдущие тридцать дней не выпало ни капли, дожди лили рекой.Осадили и жителей Шатель-Марлака, но они сохранили свою свободу, дав выкуп захватчикам, и те не забрали их в рабство. Правда, им пришлось платить только благодаря собственной трусости. Их город был естественной крепостью, потому ее защищали не построенные людьми стены, а скалы, поднимавшиеся более чем на сотню футов. В середине находилось большое озеро с огромным запасом питьевой воды, повсюду были источники, казавшиеся неисчерпаемыми, так что из города текла настоящая река.
Естественная крепость была такой просторной, что внутри ее жители обрабатывали землю и собирали обильные урожаи. Когда их осадили, население Марлака чувствовало себя настолько в безопасности за природными укреплениями, что совершило вылазку, полагая, что они смогут захватить имущество франкских солдат и затем снова устремиться за свои ограждения.
Примерно пятьдесят из них были захвачены врагом, их руки связали за спиной, притащили к тому месту, где родственники могли их увидеть, а затем франки вытащили мечи, намереваясь убить их. Те, кто находились внутри крепости, согласились выплатить треть выкупа в золотых монетах, чтобы их не убили.
Наконец Теодорих ушел из Клермона, оставив вместо себя одного из своих родственников, по имени Сигивальд, командовать гарнизоном.
В то время один местный чиновник по имени Литигий замышлял заговор против святого Квинциана. Святой епископ дошел до того, что припадал к его ногам, но даже тогда Литигий не оказывал ему никакого почтения. Напротив, он доходил до того, что глумился над епископом перед своей женой.
Она же оказалась более сострадательной женщиной, чем ее муж. «Ты можешь унизить его сегодня, – говорила она, – но это не принесет тебе ничего хорошего». Спустя три дня прибыли посланцы от короля. Они схватили Литигия, связали его и увезли вместе с женой и детьми. Он исчез, и больше о нем в Клермоне никогда не слышали.
14. Некий Мундерих, воображавший, что он королевской крови, говорил, раздуваясь от гордости: «Какое мне дело до Теодориха? Я имею такое же право на трон, как и он. Пойду и соберу всех моих людей и уговорю их принести мне клятву верности, так чтобы Теодорих понял, что я такой же король, как и он». Затем он отправился и начал смущать людей.
«Я принц по крови, – утверждал он. – Идите за мной, и все будет хорошо». Действительно, как часто бывает, за ним последовала толпа крестьян, поскольку люди так доверчивы. Они принесли ему клятву верности и оказывали почести, как будто он действительно был их королем.
Услышав об этом, Теодорих направил Мундериху послание. «Приходи ко мне, – писал он, – и, если какая-либо часть королевства действительно принадлежит тебе, возьми ее». На самом деле Теодорих вовсе не имел это в виду, он собирался обмануть Мундериха, и, если бы тот пришел к королю, он бы его убил.
Но Мундерих отказался. «Иди и передай королю, – велел он посланцам, – что я тоже король, причем такой же, как и он».
Тогда Теодорих собрал свое войско, чтобы наказать его. Узнав об этом, Мундерих решил, что он достаточно силен, чтобы оказать сопротивление Теодориху, и укрылся со всем своим добром внутри стен крепости Витри-ле-Брюле. Там и приготовился защищаться, вместе со всеми, кого смог переманить на свою сторону.Войска Теодориха окружили крепость и осаждали ее в течение нескольких дней, а Мундерих и его люди доблестно сопротивлялись. «Окажем стойкий отпор и умрем, но не подчинимся нашим врагам». Осаждавшие войска забрасывали их копьями, но без всякого результата.Об этом доложили Теодориху. Он отправил в Витри одного из своих людей по имени Арегизил. «Ты можешь убедиться, как торжествует этот предатель, – сказал он ему. – Иди к нему и пообещай, что он может прийти к нам и мы гарантируем ему безопасность. Когда он выйдет, убей его, так чтобы и имени его никогда не вспоминали в моем королевстве».Арегизил отправился и сделал все, что ему велели. Сначала он договорился о том, какой знак подаст своим людям. «Как только я скажу такие-то и такие-то слова, – наставлял он их, – нападите на него и убейте его». Затем Арегизил вошел в крепость и обратился к Мундериху: «Как долго ты собираешься оставаться здесь, разве ты похож на безумца? Ты думаешь, что сможешь долго противостоять королю? Твои запасы быстро иссякнут, скоро тебе будет нечего есть и придется выйти. Тогда ты попадешь в руки своих врагов и умрешь как собака. Послушай меня и подчинись королю, тогда тебе и твоим сыновьям сохранят жизнь». Мундериха убедили слова Арегизила. «Если я выйду, – ответил он, – меня схватят и король велит убить меня, и моих сыновей, и всех моих товарищей, собравшихся здесь под моим командованием».«Не бойся, – ответил Арегизил. – Если ты согласишься выйти, я обещаю тебе, что о твоем предательстве забудут и что ты будешь в безопасности, как будто ты король. Не бойся, я тебе говорю, твои отношения с Теодорихом будут такими же, как и раньше». – «Сейчас я нахожусь в безопасности, – ответил Мундерих, – и моей жизни ничто не угрожает!»Тогда Арегизил положил руку на священный алтарь и поклялся, что он гарантирует безопасность. После этого он вышел из крепости, держа Мундериха за руку. Люди Арегизила ожидали их вдалеке, устремив на них свои взоры. Затем Арегизил произнес слова, послужившие заранее оговоренным сигналом: «Люди, почему вы так пристально смотрите на Мундериха? Разве вы никогда не видели его прежде?» И, не мешкая, люди Арегизила устремились прямо на Мундериха. Тот понял, что произошло. «Мне совершенно ясно, – заметил он, – что,
когда ты обратился к своим войскам, это послужило для них сигналом убить меня. Мой ответ будет такой: никто больше не увидит тебя живым, даже если ты обманул меня, нарушив клятву».
Он вонзил копье между плечами Арегизила, пронзив его насквозь, и тот упал замертво на землю. Затем Мундерих вынул меч из ножен и со своими людьми бросился на людей Арегизила и начал их убивать, устроив настоящую резню. Но вскоре и его убили, и его имущество перешло в казну короля.
15. Теодорих и Хильдеберт заключили договор, поклявшись, что никто из них не нападет на другого, и каждый взял заложников, чтобы подкрепить данное обещание. В качестве заложников передали многих сыновей из сенаторских семей. После этого между двумя королями вспыхнула новая ссора, пленников перевели на общественные работы, иначе говоря, они стали слугами и рабами тех, под чьим надзором они находились.
Многие бежали от своих хозяев и направились домой, но достаточно осталось в рабской зависимости. Среди последних оказался и Аттал, племянник святого Григория, епископа Лангрского, его перевели на общественные работы и отправили следить за лошадьми57. Он жил где-то возле Трира, и его хозяином был какой-то франк.
Святой Григорий отправил нескольких своих людей, чтобы те выяснили, что произошло с его племянником. Найдя его, они попытались его выкупить, но франк отказал им. «Человек из такой семьи стоит по крайней мере десять фунтов золота», – заявил он. Когда они сообщили об этом Григорию, один из поваров по имени Леон сказал своему хозяину: «Позвольте мне попробовать. Я смогу освободить его из рабства».
Григорий обрадовался, а Леон тотчас отправился в намеченное место, чтобы попытаться спасти Аттала с помощью той или иной уловки. Вот что он придумал вместе с одним из своих товарищей. «Пойдем со мной, – просил он его, – и продай меня в дом франка. То, что получишь, можешь оставить себе в качестве награды, потому что я хочу воспользоваться первой же возможностью, чтобы осуществить то, что задумал».
Затем они поклялись осуществить свой план, мужчина отправился и продал Леона за двенадцать золотых, затем он исчез. Купивший нового раба франк привез его и спросил, что тот умеет делать. «Я необычайно искусен в приготовлении всех блюд, которые обычно подают к столу богатого человека, – ответил Леон, – и я даже утверждаю, что никто не сравнится со мной в кулинарном искусстве. Вот что я тебе скажу: если ты хочешь, чтобы я приготовил пир для короля, я смогу приготовить ему подобающие кушанья, уверяю тебя, что никто не сделает этого лучше, чем я». – «Ну что же, – ответил франк, – завтра день солнца (Sunday) (этим днем франки называют (называют и сейчас. –
Ред. ) воскресенье), и в этот день я приглашу в свой дом соседей и родственников. Я хочу, чтобы ты приготовил еду, которой они станут восхищаться и восклицать: «Такого нам не доводилось пробовать и в королевском дворце!» «Моему хозяину остается только доставить мне побольше цыплят, – ответил Леон, – и я сделаю то, что вы требуете». Ему дали все, о чем он попросил.Наступило воскресенье, и он приготовил великолепную еду со всеми всевозможными деликатесами. Когда все наелись до отвала, родственники франка выразили ему необычайную благодарность и затем отправились по домам. Хозяин поблагодарил своего раба. И его допустили к управлению всем, чем владел франк, и хозяин полюбил Леона необычайно и велел готовить всю еду, какую подавали для его домочадцев.Когда минул год, мастер стал полностью доверять Леону. Однажды он отправился на луг, находившийся поблизости от дома, вместе с Атталом, ухаживавшим за лошадьми. Оба прилегли на траву на некотором расстоянии друг от друга, повернув навстречу головы, так чтобы никто не увидел, что они разговаривают. «Пришло время, – сказал Леон молодому человеку, – нужно подумать о том, как отправиться домой. Послушай, что я скажу. Ночью, когда ты приведешь лошадей и закроешь их в конюшне, постарайся не заснуть. Будь готов, как только я скажу тебе, и мы отправимся в путь».В тот день их хозяин пригласил на обед много родственников. Среди них находился и его зять, муж его дочери. В полночь они встали из-за стола и отправились спать. Леон последовал за зятем своего хозяина с вином. Когда Леон предложил ему выпить еще, этот человек спросил у него: «Скажи мне, ведь именно тебе полностью доверяет мой тесть, почему же ты не воспользуешься возможностью, не украдешь его лошадей и не отправишься домой с ними?»Он находился в прекрасном расположении духа и сказал, что пошутил. Леон ответил в той же шутливой манере, но, в отличие от гостя, он говорил правду: «Именно в эту ночь я подумаю об этом, и, может быть, свершится воля Божья». – «Ну что ж, – ответил его собеседник, – мне остается только надеяться на то, что и слуги будут тщательно меня охранять, и ты не сможешь у меня ничего унести». Посмеявшись над этими словами, они расстались.Когда же франки заснули, Леон позвал Аттала, они оседлали лошадей. Леон спросил у Аттала, есть ли у него меч. «Нет, – ответил Аттал, – мне он не нужен. У меня есть только небольшое копье». Леон вернулся обратно в дом своего хозяина и взял его щит и копье. Франк спросил у него, кто он такой и что хочет.