Государственно-церковные отношения и социокультурные предпосылки развития общества
Когда речь идет о связи между церковью и государством, преимущественно подразумевают их взаимоотношения на политическом уровне. Конечно, этот уровень по функционированию государства очень важен, так как по своей сути государство всегда связано с политической жизнью. Церковь, в свою очередь, кроме измерения политического, имеет местом своего экзистенциального пребывания измерение совсем другое, и, собственно, политическое измерение является одним из важных, но не самых важных направлений ее деятельности. Встречаясь с государством на территории политических отношений, церковь старается строить их на принципах того измерения, которое является ее домом - измерения трансцендентно-аксиологического. Политическое измерение взаимоотношений между церковью и государством, поскольку всегда привлекает к себе внимание средств массовой информации, в некотором смысле закрывает от всеобщего обозрения другие измерения, где также происходит диалог между этими двумя важными для существования человеческого сообщества институтами.
Одним из таких измерений можно назвать измерение аскетической жизни. На первый взгляд, это измерение является одним из самых отдаленных относительно взаимоотношений и взаимосвязей с государством. Распространено мнение, что аскетизм и духовная жизнь являются прерогативой специально вышколенных для того личностей, поэтому для обычного человека, даже более того - для верующего, аскетизм и духовная жизнь не имеют весомого экзистенциального значения. Это обязанность людей, которые специально себя им посвятили, они как профессиональные спортсмены отдают все силы для достижения невидимых высот своего внутреннего духовного мира.
В некотором смысле такое мнение частично оправдано. Но если посмотреть на этот вопрос в контексте христианского религиозного мировоззрения, где аксиомой считается то, что мир был сотворен любящим Богом, в котором каждый человек не является каким-то простым колесиком в большом непонятном механизме, а является полным величия и экзистенциального достоинства существом, то это далеко не так. Взгляд с такой широкой перспективы на человека и его личную, персоналистическую миссию в мире бытия приводит к пониманию величия и всеобщности в смысле тесной связи человека, который старается, используя аскетику, становиться лучше, благотворно влиять и на жизнь других людей, и, если смотреть еще глубже, влиять не только на измерение человеческое, но и на общеэкзистенциальный уровень бытия.
Исследование самого понятия «аскеза» приоткрывает нам дверь к более глубокому пониманию феномена, который стоит за этим понятием. К примеру, Т. Шпидлик, исследуя этимологию этого понятия, приходит к выводу о тройном его значение в истории человеческой мысли. Так, в древности под этим словом часто понимали упражнения, совершенствование тела в смысле физическом - подразумеваются физические упражнения атлетов или воинов. Следующее значение было уже из другой сферы, его уже трактовали как упражнения воли и разума в нравственном смысле. И наконец, последнее значение этого термина употреблялось в измерении религиозном - практикование культа и добродетельной жизни [7, с. 148].
Как видно, значительный пласт смысловой нагрузки этого термина в настоящее время утратил свое значение в мировоззрении обычного человека. Однако один из вопросов, который всплывает пред христианскими богословами или даже обычными христианами-практиками, заставляет то и дело возвращаться к пониманию этого понятия. Речь идет о значении и месте спорта и физической культуры в жизни христианина. О значении спорта и здорового образа жизни в чисто светском смысле вопрос не возникает, поскольку он давно уже решен положительно. Вопрос со всей глубиной предстает перед молодыми христианами и их наставниками. В переносном понимании утвердилось мнение о сугубо трансцендентной направленности церкви и частичном игнорировании последней большинства пластов земного измерения человеческого существования. Такое мнение сложилось, с одной стороны, через одностороннее понимание трансцендентности церковной институции, а с другой - не всегда активную позицию представителей церкви в пропаганде спортивного образа жизни. Что касается первой причины, то важно понять, что тот факт, что церковь в значительной степени коренится в трансцендентно-аксиологическом измерении, не обязательно приводит к игнорированию ею измерения физического, которое также имеет свою ценность в системе христианского мировоззрения. В случае не всегда активного отношения церковных представителей к спортивной жизни это объясняется несколько иным вектором приложения усилий, а именно - вектором, который направлен в сторону духовного совершенствования, и все остальные дела рассматриваются всегда на фоне этого основного направления. По своей сути это направление глубоко гуманное, в котором человеческая личность наделена безграничной ценностью, вследствие чего становится в центре деятельности церкви. Как метко замечает папа Иоанн Павел II, «человек в духе правды своего личного существования и бытия, Їгражданского? одновременно же и Їобщественного? - в рамках собственной семьи, в рамках столько разных сообществ, сред, в рамках своего народа, в рамках целого Человечества, человек - это та первая дорога, которой должна шагать Церковь, выполняя свою миссию» [5, с. 30-31].
Поэтому церковь всегда стоит на позиции содействию всему, что помогает человеческой личности выполнять свою экзистенциальную миссию. В решении вопроса соотношения «христианин - спорт» есть потребность обратиться к полному спектру значений понятия аскезы. Мы уже отмечали, что это не только чисто религиозный феномен, он имеет смысл и в мире физического измерения - совершенствование телесных умений, и в перспективе психологически-морального совершенства. Такое широкое понимание помогает увидеть значение спорта и спортивных соревнований и в индивидуальном измерении, и в измерении общегражданском. В этом контексте уместными могут быть слова папы Иоанна Павла II (из речи во время торжественной Божественной Литургии, которую он возглавлял 29 октября 2000 на Олимпийском стадионе в Риме, по случаю празднования двухтысячного года): «Спорт приобретает сегодня большое значение, потому что может способствовать утверждению в молодежи таких важных ценностей как честность, выносливость, дружба, взаимная поддержка, солидарность... спорт распространился в отдаленные уголки мира, преодолев различия культур и наций, спорт на самом деле может сделать весомый вклад в достижение мирного взаимопонимания между народами, способствовать утверждению в мире новой цивилизации, построенной на любви» [6, с. 10].
Папа подчеркивает общеморальное измерение действия спорта и частично политическое. Оба эти измерения непосредственно влияют на существование человеческой личности, или помогая ей осуществлять свою экзистенциальную миссию, или препятствуя препятствуя ей. Поэтому они всегда на виду у церкви. Вместе с тем нужно сказать и о сугубо психофизиологическом измерении спорта, которое в некотором смысле стало заменителем природной среды, где у человека в течение столетий сформировались свои паттерны ответа на стрессовые ситуации, которые возникали вследствие опасности со стороны внешней среды. Мы не всегда до конца осознаем тот факт, что человеческий организм является приспособленным веками эволюции к совершенно иному образу жизни. Развитие цивилизации, особенно в последнее время, настолько стремительно, что организм просто не успевает изменяться вместе с молниеносной сменой среды своего обитания.
К сожалению, с такого положения вещей можно увидеть много последствий в современном обществе - начиная от социальных и заканчивая психофизиологическими. Это подчеркивает, что ценностно-мотивационный потенциал молодежи является стратегическим сокровищем любой нации, любого государства. В этой перспективе становится понятным, почему правильное воспитание молодежи является одним из приоритетных направлений деятельности государства. Церковь со своей стороны также со всей серьезностью относится к такому делу.
Для любого человека очень важна социокультурная среда существования. Так или иначе, он принимает какие-то черты от людей, которые его окружают. В основном это касается детей, подростков и молодежи, которые, вследствие незначительного личного опыта, часто некритически воспринимают разнообразные положительные или отрицательные образцы поведения. Такое положение вещей побуждает к размышлениям о тех идеалах, которые они копируют. Преимущественно такие идеалы как минимум не являются положительными, начиная уже от мультфильмов, где насилие и отсутствие морали стало обычным явлением, и заканчивая фильмами, где к сценам насилия добавляются также и аморальные сцены. Такая невеселая перспектива побуждает к серьезному размышлению. В этом контексте одним из действенных способов можно было бы считать обращение к примеру жизни тех людей, которые своим бытием доказали всем, что идеал святой жизни является не только идеалом, но есть то, что может реализовать каждый человек. Здесь речь идет о влиянии христианской агиографии на становление личностного мировоззрения. Такое формирование актуально не только для подростков или молодежи, но и для каждой человеческой личности, но лучше все же использовать примеры из жизни святых для получения образования в молодом возрасте. Потому что, как метко замечает В. В. Лаппо, «без развития духовной культуры личности понятие Їборазованный человек?, к сожалению, означает не Їукльтурный? а всего лишь Їниформированный?» [3, с. 349].
Поэтому трудно переоценить изучение жизни и деятельности святых церкви для внедрения идеалов этих людей в повседневную жизнь. Особенно это актуально в измерении формирования правильных ценностей подростково-юношеского возраста. Во время такого изучения деятельности святых выполняется очень важная работа, касающаяся осознания реальности реализации высших морально-религиозных принципов в реальной жизни. Такая работа будет приносить двойную пользу - с одной стороны, занимая место в сознании молодого человека, такие идеалы уже не заменяются неморальными идеалами, которые лавинообразно накрывают, исходя из средств массовой информации. Кроме такой меры пресечения, есть еще большая его польза, а именно - открытие перспективы построения своей будущей жизни, которая будет соответствовать высшим нравственным принципам бытия.
Именно молодежь является одним из тех центров пересечения действия векторов государства и церкви. Для успешной социализации молодежи существует конечная потребность в совместном действии двух этих институтов. И если преемственность церковной традиции в принципе сохраняется, то сказать это с уверенностью в отношении государства не всегда можно, учитывая то, что государство больше, чем церковная организация, подвергается влиянию тех детерминант, которые значительно затрагивают на ценности общества в конкретное историческое время. Об этом свидетельствует факт распада СССР, в результате чего в обществе произошла смена ценностных ориентаций с параллельным развитием различных экзистенциальных мировоззрений, что заключалось в большом интересе к духовно-мистическим учениям, к узко прагматическим взглядам, направленным на обогащение главной цели бытия, вследствие чего происходило уравнивание морально-этических идеалов минувшей эпохи. Из-за причин социокультурного, экономического и даже идеологического характера произошли существенные изменения в системе ценностных ориентаций молодежи. Такое положение вещей, по мнению Н. А. Моисеевой, обусловлено совокупностью причин, а именно «формированием духовно-нравственных ориентиров в условиях стихийной социализации; жесткой социальной дифференциацией и малой социальной мобильностью; нечетко сформулированными общественно-политическими целями; сужением социально важных перспектив» [4, с. 166]. В характерных условиях для стихийной социализации реакция молодого поколения часто не соответствует ожиданиям общества. Именно поэтому возникает острая проблема, с одной стороны, правильной государственной молодежной политики, а с другой - забота и положительное влияние церкви на это важное дело.
Интересным примером взаимодействия этих двух институтов в деле воспитания молодых кадров может быть опыт работы по духовно-патриотической подготовке военнослужащих в условиях реформирования системы военного образования в России, где само собой разумеется то, что главной целью выпускников военных вузов является компетентность и профессионализм. Впрочем, также понимают и то, что будущий офицер должен быть не только профессионалом своего узкоспециализированного дела, но, прежде всего, образцовым гражданином, который будет блага родины ставить выше личных. Однако чтобы именно так поступать, нужно иметь существенно развитую духовно-нравственную составляющую человеческой личности, которая бы помогала выпускнику, уже будучи офицером, воспитывать эти качества в солдате. В такой ситуации очень кстати помощь церкви. К примеру, был создан Факультет православной культуры, налажено тесное сотрудничество с представителями епархии, которые почти всегда присутствовали на грандиозных мероприятиях академии, также организованы регулярные паломничества по святым местам и т.д.
Оценивая ситуацию, которая сложилась в мире, надо подчеркнуть целесообразность важности сохранения, поддержки и защиты института семьи. В его сохранении заинтересовано любое государство, учитывая общественное измерение института супругов - поскольку крепкая семья является залогом крепкого и здорового общества, которое, в свою очередь, связано с прочностью государства как института. Церковь также со своей стороны, со стороны глубинных трансцендентных принципов бытия, со стороны защиты реализации естественной экзистенциальной структуры личности мужчины и женщины, таких одинаковых и таких разных, заинтересована в воспитании института семьи. В этой перспективе оправдано стремление церкви подготовить молодые пары к ответственному принятию положения супругов с последующим созданием ответственного отцовства, где жены становятся как бы творцом, приобщаясь к делу прихода в бытие новой личности, прихода в бытие, который не заканчивается только с физическим рождением, но также продолжается и после физического рождения. Ребенок под пристальным и любящим взглядом родителей, в процессе своего роста и формирования, продолжает свое вхождение во все более широкие сферы бытия - социокультурного, интеллектуального, наконец - духовного, с целью осуществления своей миссии как человека.
Сегодняшнее время в большой степени обозначено релятивизмом в сфере ценностей. Поэтому не стала исключением и сфера семейных ценностей. Во многих странах, прежде всего со значительным экономическим и общественным развитием, уменьшается процент тех, кто заключает браки. И даже среди тех, кто их заключает, есть большое количество разводов. Причем их количество прямо пропорционально религиозности населения - там, где существует активная религиозная жизнь, разводов намного меньше.